Дорога ночи

У Дрима не хватало слов, чтобы выразить свою благодарность Ханни за такое скорое привлечение полиции. Всего за полдня подросток оказался практически в отчаянии от безрезультатных поисков и не знал, сможет ли продолжать в таком же духе, если в ближайшее время не найдется хоть маленькая зацепка. В семнадцать лет, оставшись без семьи, любая уверенность Дрима, что с поисками можно справиться самостоятельно, практически умерла. Всегда можно было использовать деньги, чтобы привлечь частных детективов или объявить награду за информацию, но Найт был бы в ярости, если бы узнал, что близнец так тратит деньги матери. Но с другой стороны, что он сделает, если его даже больше нет рядом? Блю был решительно настроен оставаться на стороне Дрима до тех пор, пока ситуация не разрешится, и Инк последовал его примеру. У художника были большие проблемы с эмпатией и выражением эмоций, но он очень старался поступать правильно и помогать всем, кто в этом нуждается. Черника с другой стороны считал, что любая проблема и любое существо достойно в помощи, даже если это сущая ерунда. Он просто не может не помогать людям и монстрам. Дрим не мог не быть счастливым, что у него такие удивительные друзья. После смерти мамы близнецы были вынуждены экстренно социализироваться, ведь их долгие годы держали в изоляции, но их разметало в разные крайности. В то время, как Найт решил, что каждый пытается ему навредить и использовать их, Дрим не верил, что горожане способны на это, зная только абсолютную заботу Джоку. Младший брат так бы и считал, если бы старший не был настолько заботливым и защищающим к нему, всеми силами пытаясь донести причины и следствия поступков людей. Было сложно поверить, что за чьими-то улыбками и добрыми словами может скрываться холодный расчет и черствое безразличие, если вообще не злой умысел. Дрим никогда не видел этого за взрослыми, но он что-то заметил, когда те начали уговаривать его общаться со своими детьми. Младшему близнецу всегда было неловко отказывать милым людям, и он не видел никакой проблемы в том, чтобы познакомиться с кем-то новым и завести больше друзей. В то время практически всех он был готов назвать друзьями. Но дети не обладают такой же выдержкой и хитростью, какой могут обладать взрослые. Какое-то время они пытались вести себя хорошо с Дримом просто так, но через некоторое время начинали чего-то просить. Конфеты и игрушки, какую-нибудь ерунду. Мальчик давал, становясь счастливым, думая, что поступает, как хороший друг, никогда не получая ничего взамен. Когда Найт заметил это, он заставил близнеца пообещать не тратить деньги матери на подобные мелочи, иначе к окончании в школе они все растратят и останутся на улице. Это подействовало на Дрима весьма отрезвляюще, и он со скрипом научился отказывать. Это, разумеется, не понравилось его «друзьям». Некоторые больше не хотели общаться с ним, не получая взамен подарки. Другие пытались заставить его обманывать брата, но такие вещи отталкивали Дрима. Он бы никогда не солгал Найти! Так он постепенно заметил, что многие общаются, пытаясь просто что-то получить для себя. Деньги, авторитет или же счастье от его позитивной ауры, у всех были разные цели. Младший близнец привык и просто снисходительно улыбается, пытаясь соответствовать сложившемуся у одноклассников представления о недалеком ребенке с кровоточащем сердцем, принявшем аскетизм. Блу и Инк были одними из немногих, кому было искренне интересно с Дримом как с личностью, а не средством. Они могли часами обсуждать фэнтези книги, романтические сериалы или играть в бессмысленные карточные игры, искренне наслаждаясь компанией друга. Дрим любил энтузиазм и любовь к миру Блу, как и его весьма ясный взгляд на окружающий мир. Он любил его желание помогать, его кулинарию, его гибкий ум и его веру в лучшее в людях. Дрим любил творческий потенциал Инка, его ответственный подход к делу, даже если он часто забывает важные детали, он искренне старается. Ценит, как его друг изо всех сил старается понимать окружающих умом, когда чувства недоступны. Его друзья не идеальны для общества, но они идеальны для Дрима. И они ценят его за его поступки и мысли, а не за деньги и магию. Просто хотелось бы, чтобы Найт также смог хоть немного опустить свои щиты и найти верных друзей. Может быть, если бы он не избегал мира, всего этого бы не произошло. Может быть, Дриму следовало приложить больше усилий, чтобы вытянуть брата из скорлупы. Может быть, если бы он проводил с Найти больше времени, он бы не ходил домой в одиночестве. Если бы только Дрим так не увлекся поиском своего круга общения, то не потерял бы из виду собственного близнеца. Независимо от всего этого, сейчас младшему важнее просто вернуть брата домой живым и здоровым, обнять как следует и без конца повторять, как сильно он любит и ценит Найта, чтобы никогда не забыл. Он надеялся, что мисс Андайн добьется успеха в кратчайшие сроки, что вот уже утром принесет хорошие новости. Мало ли, вдруг старший брат просто плохо ударился головой и бродит по округе, ничего не помня? Дрим пытается спать, чтобы время двигалось быстрее, но впервые за долгое время он не может спокойно уснуть. Раньше, когда его что-то беспокоило, он всегда шел в кровать к Найту, чтобы найти утешение, но потом попытался притворяться взрослым и дать брату пространство. Через несколько месяцев, когда выдержка Дрима кончилась, близнец уже начал запирать на ночь дверь, и его единственное убежище стало недоступно. Теперь, когда младший действительно хочет спать с братом, ему приходится оправдывать это ночью кино и раскладывать диван в гостиной. Сегодня ночью его пытаются утешить Блю и Инк, но какими бы теплыми и любящими они ни были, Дрим не может почувствовать покоя без присутствия негативной ауры брата, ставшей привычной за прошедшие годы. От него редко можно было почувствовать что-то положительное, но и Найт всегда говорил, что практически не чувствует негатива от младшего, и что их силы, должно быть, перекрывают друг друга. Дрим не подвергал это сомнению, но теперь слишком ясно ощущается отсутствие этой давящей плиты.

***

Как можно раньше утром Андайн схватила Азриэля и Пса и поехала на предполагаемое место преступления в надежде найти что-нибудь еще при свете дня. Теперь, когда точно известно, что они не найдут на этом участке кучу пыли, она решила позволить подопечному следовать за ней. Рыбий монстр знает, что не должна так ограждать кого-то, кто сам решил пойти в полицию, но она не может перебороть желание защищать Аззи, которого знает практически с рождения. Она также знает, что ограничения заставят его бунтовать, особенно теперь, когда он чувствует ответственность за дело. На месте они пытались понять, как передвигался подросток. Андайн нашла участок высокой травы в нескольких метрах через дорогу от остановки, через который кто-то пробирался. На месте, где валялись веревки, она заметила, помимо следов, едва заметные следы волочения, словно жертву то роняли на землю и тащили, то снова поднимали. Возможно, это происходило из-за сопротивления. Пес попытался проследить запах, но это было сложно по прошествии столького времени. К счастью, он сумел не только вывести их к объездной дороге, но и выделить несколько неизвестных запахов, которые позже можно попробовать опознать. Андайн сфотографировала протекторы шин и еще больше отпечатков подошв. Азриэлю повезло найти запонку в форме полумесяца, возможно, принадлежащую жертве или преступнику. Сейчас уже очевидно, что здесь что-то произошло, но вещи просто не состыковываются. Женщина задумчиво уставилась на заправку, больше не зная, что делать и искать здесь. Наверное, стоит навестить кассира, который работал здесь всю ночь. — Ты что-то поняла, Андайн? — тихо спросил ее Азриэль, глядя на подозрительно тихого детектива. — Есть мысль, — потерла подбородок она, нахмурившись. — Можно предположить, что группа неизвестных приехала по объездной дороге, вытащила Найта из машины и перенесла на пустырь. — Они что-то сделали? — встревожился козий монстр. — Что бы это ни было, оно не было смертельно и не сильно травмировало его. Потом неизвестные отпустили Найта и уехали, оставив его здесь. На это указывают веревки. Тогда ребенок встал и сквозь заросли вышел к дороге, сел на остановке и начал пришивать пуговицы, — продолжила составлять версию Андайн. — Что? Зачем? Почему после похищения он не позвал на помощь на заправке, а сел пришивать пуговицы? — искренне негодовал Азриэль. — И куда он делся после этого? До дома он так и не добрался. — Я не знаю, может быть, это происходит достаточно часто, — прорычала полицейская. — Может быть, ребенок ввязался во что-то сомнительное или его шантажируют. Что бы с ним ни происходило, у меня пока нет ответов. Хотя я могу предположить, что он после травмирующего события мог спонтанно сесть на междугородний автобус, — указала она на висящее над ними расписание. — Тогда надо разослать ориентировки, — встрепенулся молодой офицер. — Если он вне города, то это уже не наша юрисдикция. — Да, но я хочу сначала убедиться. Поедем, навестим работника заправки, — предложила Андайн, за плечо потащив Азриэля в машину. — Только сначала подбросим Пса Поменьше в участок.

***

Дом их предполагаемого свидетеля располагался прямо на окраине города, на машине от заправки было бы только десять минут езды, но на участке не было ни гаража, ни подъездной дорожки. Вместо этого возле входной двери был прислонен велосипед, что было благоприятным стечением обстоятельств, ведь это значит, что работник, возвращаясь с работы, видел бы больше. Возможно, он мог бы дать им какие-нибудь новые зацепки. Дверь им открыл усталого вида монстр-кот, дезориентированный после сна, все еще не осознающий, кто к нему пожаловал. — Бургерпентс? — уточнил Азриэль. — Да? Что надо? — раздраженно спросил тот, потирая глаза, но чужой голос подействовал на него отрезвляюще. Кот поднял голову и слегка стушевался, увидев форму и значки. — Мы расследуем исчезновение, и у нас есть основания полагать, что вы могли что-то видеть или слышать, — приняв профессиональный и жесткий вид, ответила Андайн, оценивая реакцию на информацию. — Если вы не против, мы бы хотели задать несколько вопросов. — Конечно, входите, — Бургерпантс встревожился и насторожился, но с охотой проводил их в дом. Женщина не заметила в нем ничего подозрительного, его беспокойство из-за неизвестного происшествия вполне естественно, но его глаза не бегают, а тело не скованно, словно пытается что-то скрыть. Андайн пока не в чем его подозревать. — Чем могу помочь? — Позавчера вы были на заправке весь день? — спросил Азриэль, смотря в свой блокнот, слегка волнуясь. Это первый раз, когда ему позволяют брать показания по такому серьезному делу, но напарница подхватит его, если он что-то пропустит. — Мой рабочий день начался в шесть вечера позавчера и закончился в шесть утра следующего дня, — уточнил кот, закуривая сигарету. — Есть ли инциденты или покупатели, которые вызвали волнения или просто привлекали ваше внимание? — Нет, — медленно протянул Буркерпентс, возведя глаза к потолку, явно вспоминая ту смену. — Ничего странного, никаких странных посетителей. Ну, не страннее обычного чудачества некоторых монстров, — без веселья хмыкнул он. — Как вы возвращались домой? На велосипеде? — вмешалась Андайн, слегка теряя терпение из-за медленного подхода младшего офицера. — Да, — поднял брови кот, не понимая, к чему этот вопрос. — Рядом с заправкой есть автобусная остановка. Когда вы проезжали мимо, был ли там кто-нибудь? — продолжила она. — Нет, впрочем, как всегда. Первый автобус только в семь утра, и когда я еду домой в шесть, никто там не ошивается. Кроме того, есть остановка на другой стороне города, но она не на пустыре. Большинство предпочитает ее, — объяснил Бургерпентс. — Что-то не так с пустырем? — спросил Азриэль. — Ничего такого, просто стремно там находиться в одиночестве, особенно ночью. Мурашки ползут, — покачал головой свидетель. — Но я уже привык. Иногда там тусуются подростки, не знаю, почему. Может быть, травкой торгуют или что-то в этом роде, — с презрением закатил глаза он. Андайн поморщилась на это предположение, мысленно делая пометку, чтобы проверять то место иногда. — Вы видели этого подростка в тот день? — козий монстр достал фотографию и протянул коту. — А, Найт, да? — признал его Бургерпантс. — Вы его знаете? — слегка воодушевился офицер. — Да кто его не знает? — ехидно заметил он. — Мрачный мальчик из богатого дома, где произошло последнее убийство. Кроме того, у нас в городе не так уж много скелетов. Даже я запомню такой пустяк. Это он пропал, да? — Так видел или нет? — надавила Андайн. — В тот день нет, — слегка обиделся кот, отдавая фото и затягиваясь сигаретой. — Но раз в месяц или два он заходил поздно вечером и покупал бинты или мази. Не знаю, почему он таскался так далеко, а не просто заходил в ближайшую аптеку. — Насколько поздно? — По-разному, иногда уже ночью. Он не всегда приходил в мою смену. Но когда я его видел, он всегда выглядел помятым и уставшим, — отстранено ответил Бургерпентс, словно не желая погружаться в мысли и чувствовать что-либо по этому поводу. — Он выглядел травмированным? — спросил Азриэль с особым напряжением. Андайн вспоминает, что у его младшей сестры когда-то были проблемы с хулиганами, и теперь он очень остро реагирует. — Нет, двигался он всегда естественно и без заминок, но он был напряжен, словно не хотел там находиться. И вокруг него всегда витала это мрачная аура. Я думал, что у него депрессия или что-то в этом роде, — неосознанно успокоил кот козьего монстра. — Заправка довольно далеко от его дома. Его никто никогда не подвозил? — задумчиво потерла подбородок женщина. — Никогда не видел с ним никого. Кажется, он просто шел пешком, — пожал плечами Бургерпентс. Андайн не нашла это слишком странным. Дрим упоминал, что его брат часто просто гуляет в одиночестве по городу и паркам. Вероятно, иногда ноги приводили его сюда случайно. Или это было запланировано, если Найт пополнял здесь аптечку. Версия с издевательствами становится крепче. Подросток мог ходить сюда, чтобы близнец случайно не узнал о его проблемах. — Можете перечислить, кто вчера заезжал на заправку? — с надеждой задал последний вопрос Азриэль. — Я-то могу, только заправка за городом. Большинство клиентов проезжие, и я не скажу больше, чем камера над кассой, — откинулся на спинку кресла кот. — У вас там есть камеры? — удивленно вскинулась Андайн. — Только одна. Недавно установили. «Для безопасности», — Бургерпентс сделал воздушные кавычки, издевательски насмехаясь. — Но честно? Эти пленки черно-белые и качество настолько ужасное, что больше похоже на пиксельную фотосъемку. Можете посмотреть, если хотите. Нат вам их даст. — Хорошо, — простонала женщина, почувствовав разочарование от такого исхода. — Тогда опишите, кого помните. На всякий случай. Кот сделал это без особых затруднений. Повезло, что был будний день, и междугородних путешественников оказалось немного. За всю смену не более двадцати посетителей, и свидетель дал им много ценных описаний монстров и людей, оба офицера сомневались, что это сыграет роль в деле, но лучше перестраховаться. — В два часа где-то или чуть раньше заехал автобус, это была последняя заправка за ночь. Было пять монстров-скелетов: один в какой-то черной слизи и с щупальцами, у одного был проломлен череп, у третьего были пустые глазницы и какие-то странные черные полосы на лице, словно от слез. Последние двое выглядели более нормально: один с зигзагообразным шрамом под правой глазницей, а у последнего левый глазной свет был больше правого и двухцветным. Они купили закуски, заправились и уехали. — Это все? — уточнил Азриэль, глазами пробежавшись по свежим записям. — Да, мне больше нечего сказать, — устало подтвердил Бургерпентс, почесав за ухом. — В таком случае спасибо за сотрудничество, — поднялся козий монстр за напарницей. — Мы зайдем или позвоним, если у нас появятся новые вопросы. — Конечно, — беспечно махнул рукой кот. Пара полицейских попрощалась с монстром и направилась к служебной машине. Азриэль с облегчением выдохнул, откинувшись на спинку пассажирского сидения. Честно говоря, он ожидал большего от этого разговора, но зацепок все еще слишком мало, чтобы даже быть уверенным в составе преступления. В академии его ко многому готовили, но столкнуться с этим на поле самостоятельно и нести за это ответственность несколько тяжелее. Найт всего на пару лет старше Фриск и Чары, и молодой офицер даже представлять не хотел, чтобы они однажды просто исчезли. Поэтому он так сильно хочет раскрыть это дело и воссоединить Дрима с братом. — Тогда версия со спонтанным побегом на автобусе отменяется? — уныло спросил Азриэль. — К сожалению, — заскрипела зубами Андайн. — Я все равно разошлю ориентировки. Пустим фото на молоко и на телевизор, если до этого дойдет. — Что мы делаем сейчас? — козий монстр лениво пробежался по своим записям, но они все еще оставались удручающе неинформативными. — Навестим Дрима. Посмотрим, опознает ли он пуговицы. И я хочу более тщательно обыскать дом, — поделилась детектив, вцепившись в руль. На пороге дома их встретил Ханни, и Андайн не может вспомнить времени, когда он выглядел бы таким напряженным, помимо времени после падения их с Блю отца. Видимо, его тоже задело это происшествие. Сам же Дрим выглядел… плохо. Но решительно, явно не намерен сдаваться в своих поисках. Рыбий монстр может оценить боевой дух этого ребенка, особенно учитывая, что ему уже пришлось однажды потерять члена семьи. — Да, это точно его, — уверенно заявил Дрим, — он сам пришивал их. — Зачем? Он часто отрывает их или что? — скептически спросила Андайн. — Нет, эм… — Дрим смущенно отвел взгляд и нервно потер руки. — После смерти мамы Найт был очень напуган, что с ним или со мной что-то случится, и никто даже не сможет этого понять. В конце концов, от монстров остается только прах. Поэтому он заказывал пуговицы и запонки с индивидуальным рисунком и пришивал их ко всей одежде в доме. — Чтобы его можно было легко опознать, — удивленно поняла женщина. — Он говорил, чтобы оставлять следы при похищении, — расстроенно помотал головой подросток. — Но, наверное, действительно только для этого, — все же смерено опустил плечи он. — Не переживай, Дрим. Андайн же сказала, что Найт пришивал пуговицы. Наверное, его просто кто-то отвлек, поэтому вещи оказались на земле, — вмешался Блю, желая как-то подбодрить друга. Андайн внутренне поежилась, но так и не решилась раскрыть детали нахождения улик. Пока лучше сохранять тайну расследования, насколько это возможно. — Я должен был проводить с ним больше времени. Он всегда ходил со мной, если вы, ребята, были заняты. Но в остальное время Найти всегда был один, — самообвиняюще начал Дрим. — Может быть, он был бы здесь, если бы я просто внимательнее следил за ним. — Ты не мог все время быть рядом, в конце концов, Найт был одиночкой, — ответил Инк, приобняв его за плечо. — И разве ему не нравилось вести себя, как большой брат? Его бы задело, если бы ты начал нянчиться с ним. — Но он всегда «нянчился» со мной, даже если мы близнецы, — возмутился брат пропавшего. — Найт всего на несколько минут старше меня, это не делало его ответственным или крайним, если уж на то пошло. И он не пытался избегать меня, и никогда не злился, — было очевидно, что это обсуждение снова ставит Дрима на грань слез. — Я не это имел ввиду! — запаниковал Инк под пристальным взглядом Блю. — Найту же нравилось быть ответственным. И этим мрачным загадочным парнем. Знаешь, как образ из мелодрамам. Может быть у него была тайная любовь, и он просто хотел произвести впечатление? — Хех, Найту действительно нравились мелодрамы, — робко улыбнулся подросток, чувствуя благодарность за легкое отношение Инка. Это делало все не таким мрачным. — Но я сомневаюсь, что он был влюблен. — Так или иначе, — привлекла их внимание Андайн. — Я хочу еще раз осмотреть дом, прежде чем начать опрашивать ваших одноклассников. Может быть, мы что-то пропустили. — Хорошо, — серьезно кивнул Дрим. — Если вы ничего не найдете, я сам посмотрю. Брат должен был оставить какие-то подсказки. Даже если они не ответят, как он пропал, они смогут сказать, почему.

***

На следующий день Найту не разрешили спать до полудня, но он считал, что девять утра — приемлемое время, хотя и слегка рановато для его режима. Совсем скоро они приедут в более-менее фешенебельный, со слов Киллера, город, где они могут походить по магазинам и развлечься перед полноценным отпуском на море. Подросток схватил из шкафа водолазку и брюки Кросса и свои сапоги, после чего с позволения банды переоделся в душе, все еще чувствуя себя предельно неловко из-за состояния своего тела. — Ты можешь менять цвет глазных огней? — спросил Даст, когда младший скелет вышел. — Никогда не пробовал, — удивленно ответил Найт, до этого не зная, что так можно. Естественный фиолетовый не вызывал в нем желания изменить его. — Они только исчезают в зависимости от эмоций, иногда. — Попытайся обесцветить их, сделать белыми. Мне нужно сделать фото на документы, и было бы неплохо, если бы ты немного изменил внешний вид. Большинство монстров и людей плохо разбираются во внешности скелетов, для них мы все на одну черепушку. Так что было бы неплохо сбить их с толку, изменив то, на что они действительно обращают внимание, — пояснил себя Даст. — Не беда, если не получится. Просто подстраховка. — Хорошо, я попробую, — согласился подросток, найдя ближайшее зеркало. Он не совсем понимал, что делать, просто внимательно глядя в свои глазницы, пытаясь понять магию собственного тела, вспоминая ощущение, когда огни гаснут. Когда-то Найт читал, что скелеты часто окрашивают свои глаза в цвет магии подсознательно или из-за того, что она есть в избытке. Легко сделать вывод, что фиолетовый — это цвет магии негатива, поэтому он попробовал вытащить негатив из своего взгляда (ха-ха). Это получилось относительно просто, и вот младший скелет с изумлением видит, насколько сильно изменилось его лицо от простого изменения цвета глазных огней. Даст прав — это самая примечательная часть. Но с белыми огнями его сходство с Дримом проявилось сильнее, по крайней мере, в глазах Найта. Какое-то гнилое чувство внутри подняло уродливую голову и спросило: если бы он смог сделать их желтыми и стал бы копией своего близнеца, то окружающие полюбили бы его больше? Это принесло за собой отвращение и ненависть к себе. Как только он мог подумать о том, чтобы так использовать своего драгоценного брата? Он никогда не опустился бы до подобной низости, даже если бы от этого зависела его жизнь! Он не похож на всех остальных… — Чувствуешь дискомфорт? Думаешь, сможешь ходить так большую часть дня? — вопросы Даста вырвали подростка из мрачных мыслей. — Нет, все в порядке. Даже разницы не ощущается, — ответил тот, пытаясь скрыть свою нервозность. Ему не стоит думать о таких вещах так рано утром. Будет неприятно, если это испортит им всем день. — Отлично. Теперь встань к той стене и стой смирно, — приказал скелет в капюшоне, и Найт без пререканий повиновался с нейтральным выражением лица, не желая выглядеть на фото излишне радостным или угрюмым. — Все, увидишь теперь себя уже в новом паспорте. Кстати, что тебе больше нравится: Мун или Луна? — с ухмылкой, будто невзначай спросил он. — Луна, — непонимающе ответил подросток, ожидая пояснений, но Даст уже уходил к водительской кабине. Найт вздохнул и присел на теперь уже привычное место за столом, подхватив новую игрушку и крепко обняв ее. Он был немного голоден, но Хоррор не готовил прямо сейчас, и младший не хотел его отвлекать от сортировки карточек с рецептами. Он не знал, завтракали ли они раньше, или это происходит позже, но решил просто дождаться, пока ему не дадут еду. Подросток совсем не хотел злоупотреблять гостеприимством. Вместо этого он читал карточки, пытаясь составить тихую компанию Ужасу. В какой-то момент тот даже позволил ему принять участие, заметив проявленное любопытство. Когда и это занятие исчерпало себя, Найт смотрел на проносящиеся за окном пейзажи, постепенно становящиеся городскими, ни о чем конкретном не думая. Из другой части автобуса изредка раздавались громкие восклицания, но в основном это был только шум колес и двигателя, медленно убаюкивающий. Подросток лениво проводил пальцем по игрушечной короне на кукле, находя все таким нереальным и, наверное, волшебным. Таким простым, но таким удивительным. Остановка стала неожиданностью даже при том, что Найт видел, как автобус заехал на стоянку. С верхнего яруса в ту же секунду спрыгнул Киллер, пытавшийся доспать все, что можно, и без оглядки ринулся наружу, слишком устав от ограниченного пространства и жаждая даже мелких впечатлений. Хоррор приобнял замешкавшегося подростка за плечо и повел к выходу, действуя так нежно даже при своих габаритах и острых чертах, что подросток невольно смутился. Остальная группа уже собралась снаружи вокруг Найтмера в ожидании указаний. — Сначала завтрак, потом разделимся, — просто сказал тот, убедившись, что все на месте. Почти все отозвались словами одобрения, а Найт вздохнул с облегчением, что ему не придется проходить через день пустым. Они расположились в ближайшем придорожном кафе, самом простом, но подросток просто не мог перестать все разглядывать, видя такие места раньше только в сериалах. Он никогда не рисковал зайти в одно в родном городе. Народу было не слишком много, что не удивительно для утра пятницы, но это сделало их группу более заметной. Большинство взглядов то и дело возвращались к тому или иному скелету, вызывая чувство дискомфорта. Найт напрягся, пытаясь это игнорировать и сесть поближе к Найтмеру, в тайне надеясь скрыться за его щупальцами, раздраженно извивающимися. — Раз так нравится на скелетов пялиться, валите в склеп! — с отвращением рявкнул на все кафе Эррор, и посетитель торопливо отвернулись, скрывая смущение или негодование. — Да, эти ребята возражать не будут. Компания только развеет их одинокость, — с широкой улыбкой поддержал Киллер, разглядывая меню. Даст и Хоррор взбодрились, услышав каламбур. — Некоторые из них лягут костьми, чтобы только не жить в тишине, — добавил Пыль. — Что за жестокость, — закончил Ужас, и все трое разразились смехом. Найт улыбнулся и расслабился, благодаря им отвлекаясь от неприятной обстановки. Он усадил куклу себе на колени, совершенно забыв, что так и не выпустил ее из рук в автобусе, но это не большая проблема. Главное — не забыть ее в каком-нибудь магазине. Кросс передал ему меню, сказав выбирать все, что хочется попробовать, и не стесняться. Найтмер напомнил, что за все платит Киллер, но тот только радостно согласился. — Все равно у нас общий бюджет, — пожал плечами он. Дальше завтрак пошел незаметно. Хоррор, Даст и Киллер заказали яичницу с беконом. Кросс и Эррор — блины. Найтмер предпочел кофе и пончики. Найт решил, что горячие сэндвичи его вполне удовлетворят. — Черт, Килс, это отвратительно, — с отвращением поморщился Кросс, заметив, как другой скелет топит тарелку в кетчупе и шоколаде. — Не мешай моей сладкой жизни, детка, — отмахнулся от него Убийца. — Я не смог выбрать, хорошо? Так что решил себя побаловать. — Или отравить, — проворчал в чашку Найтмер. — Меня сейчас стошнит, — пожаловался Эррор, с нечитаемым выражением смотря, как Киллер начинает есть получившуюся массу. Казалось, это не волновало только Хоррора, слишком сосредоточенного на своей порции, и Даста, где-то доставшего свежую газету. — Только не на меня, — беспечно ответил Убийца, не принимая замечания всерьез. — Бери пример с Найти и ешь молча. — И это ты говоришь мне молчать? — с притворным удивлением поднял брови черный скелет, но решил все же отвернуться от противного зрелища. — Что-нибудь интересное, Даст? — спросил Найтмер, отвлекая Найта от пары. — Ничего, если ты не считаешь таковыми местные некрологи, — фыркнул скелет в капюшоне. — Почему некрологи? — спросил подросток. — Если в городской газете достаточно места для стольких некрологов, то либо им не о чем писать, либо здесь эпидемия, но последнее вряд ли, — сказал ему Кошмар, неопределенно махнув рукой на выход. — Я не чувствую пассивного страха в воздухе. — Ты можешь сказать это благодаря своей магии? — удивился Найт. — Когда много существ сосредоточены на одной побуждающей чувствовать новости, это становится заметно сразу. Это вроде… коллективного подсознания. Ты наверняка ощущал это, просто никогда не осознавал, — пояснил Найтмер. — Благодаря ему ты сразу можешь выделить в толпе отличающуюся сигнатуру. Например, в толпе зевак на месте преступления большинство будет испытывать страх, любопытство и уныние, может быть. Но преступник будет возбужден, счастлив, злораден и что-то подобное. — Да, наверное, — неловко согласился подросток. Он действительно мог с относительной легкостью отличить тех, кто просто терпеть его не может, и тех, кто готов использовать это пренебрежение. Найт хотел бы сказать, что может отличить тех, кто доброжелателен, но он не может чувствовать положительные эмоции, поэтому он никогда не знал, был ли там кто-то, кроме Дрима, кто был искренне добр. Хоррор прикончил свою яичницу и с недовольством заметил, что Даст отвлекся. Он с раздражением вытащил из его рук газету и передал Эррору, принявшись докармливать меньшего скелета. Найт не был уверен, было ли Дасту просто лень проявлять такую активность или же он искренне наслаждался таким обращением, но подобные ситуации, должно быть, обычное дело, раз никто, кроме посторонних, не уделил им второго взгляда. Наверное, Ужаса тревожит идея, что кто-то из его товарищей останется голодным, раз прилагает столько усилий и не возражает против пищевых привычек Киллера. Вскоре пустые тарелки были убраны и заменены напитками. Найт счастливо пил свой апельсиновый сок, уже привыкнув к обстановке и свободно оглядывая приходящих и уходящих клиентов. Было странно находиться в месте, где его совершенно никто не знает и ничего на его счет не чувствует. Ни одного дурного намерения, нацеленного на него или Дрима. Подросток даже понятия не имел, в насколько удушающем окружении он жил. — Кросс и Эррор займутся документами, — начал распределять задания Найтмер. — Потом делайте, что хотите. — Да-да, знаем, проходили, — небрежно отмахнулся Эррор. Кросс только серьезно кивнул. — Хоррор, купи продукты и отнеси грязную одежду в прачечную. Даст, займись автобусом. — Есть, босс, — одновременно ответили двое. — Мы с Киллером отведем Найта по магазинам. Можете присоединиться, когда закончите со своими делами. В противном случае идите в фургон и не шатайтесь по городу допоздна, — строго наказал Кошмар. — Ууу, босс, купите для нас что-то красивое, — сладко пропел Даст, Киллер в согласии присвистнул. Остальные выглядели довольно заинтересованно, но Найт совершенно не понял, к чему это. — Может быть, — неопределенно ответил Найтмер, отведя взгляд с игривой улыбкой. — Ладно, пошли, а то просидим без дела до темноты. Банда разошлась в разные стороны. Киллер взял подростка под руку и чуть ли не бегом повел его в сторону ближайшего торгового центра, пока Кошмар оставался где-то позади. Убийца сказал, что он с легкостью найдет и догонит их, если действительно захочет. Найт просто позволил этому случиться, он все равно не знал ничего в этом городе. Он только занервничал, когда заметил, что тащат его в сторону дорогих отделов. Он хорошо знает о них, потому что сам водит туда Дрима, который с трудом выбирает «неэкспрессивную» одежду. Старший близнец, чтобы из-за дурного вкуса младший не стал посмешищем и не обзавелся дурными слухами, искал что-то простое, но при этом яркое и со вкусом. Найт не хотел, чтобы кто-то забыл о статусе Дрима. — Киллер, это будет слишком дорого, — робко воспротивился подросток. — Правда? Мне показалось, что ты обычно носишь что-то такое? — вопросительно оглянулся на него плачущий скелет, останавливаясь. — Это было дома, — неловко отвел взгляд Найт, переступив с ноги на ногу. — Мне действительно не нужно все это сейчас. Кроме того, меня будет труднее узнать, если я изменю стиль или что-то в этом роде. — Хорошо, — понятливо закивал Убийца, а потом мягко улыбнулся и погладил младшего по голове, слегка смутив мягким жестом. — Не переживай, Найти. Ты не приносишь никаких неудобств, и я люблю ходить по магазинам. Это весело! Давай, мы хорошо проведем время, — он взял подростка за руку и повел в сторону более доступных и больших магазинов. — Подберем тебе что-то получше старых вещей Кросса. Им уже десять лет, удивительно, что они еще не развалились прямо на тебе. Найт немного успокоился от этих слов. Он даже не знал, как выразить всю свою благодарность за терпение и добрые слова Киллера, но решил попытаться быть более решительным хотя бы в плане покупок, чтобы не задерживать их на одном месте дольше положенного. Они вдвоем ходили по магазинам и собирали кучу вещей для примерки, большинство из которых возвращалось на полки. Иногда Убийца брал что-то для себя, но в большинстве случаев это просто выглядело нелепо, заставляя подростка хихикать. Старший скелет выглядел победителем в эти моменты. Через несколько часов у них все же получилось собрать для Найта полный мужской гардероб. — Вы ничего не забыли? — спросил Найтмер, неожиданно настигнувший их в одном из магазинов, с парой собственных пакетов. — Если я могу так сказать, — задумчиво ответил Киллер. — Футболки, рубашки, кофты, водолазки, брюки, носки, шорты, куртка, плащ, кроссовки, сланцы, головные уборы. Что-то еще? — Плавки. Мы едем на море, — заключил черный скелет. — Точно! — щелкнул пальцами Убийца в прозрении. — Скорее, Найти! — позвал он подопечного. Подросток без сопротивления последовал, легкий от хороших впечатлений, но уже несколько уставший с непривычки. Кроме того, его кости все еще несколько побаливали даже после всей лечебной мази, которую он вылил на себя. Однако ему резко пришлось спуститься с небес на землю, когда пришло понимание, что на пляже ему на самом деле придется сильно обнажиться, а Найт не хотел сталкиваться с любопытством окружающих о его шрамах. Ему на самом деле очень не нравится пристальное внимание. — Киллер, — нервно подергал подросток старшего скелета за куртку. — Киллер, плавки — это слишком открыто. — Открыто? — не понял тот. — Мое тело не… хорошее. Не хочу показывать… шрамов слишком много, — запинаясь, объяснил Найт, крепко обнимая куклу за утешением и со стыдом отпрянув, стесняясь признавать, что его кто-то уже успел испортить. Он съежился еще сильнее, уловив холодную ярость Убийцы. Подросток прекрасно знал, что она не направлена на него, но это все равно задевало. — Ничего, мы можем выбрать тебе женский закрытый купальник, — мягко заверил его Найтмер, слегка наклонившись и приобняв Найта щупальцем за талию, другим со слышимым хлопком ударив Киллера по тазу. — Больно, босс! — возмущенно взвизгнул тот, схватившись за больное место, растеряв свой убийственный настрой. — Тебе просто нужно призвать женское экто-тело. Оно мутное и скроет большинство следов на плечевых и бедренных костях, — не обратив на это внимание, продолжил Кошмар. — Это хорошо? — Да, спасибо, — Найт скромно улыбнулся, благодарный за эти действия и слова. Киллер окончательно успокоился и, повеселев, стал исследовать отдел самостоятельно, оставив смущенного подростка с Найтмером, лениво оглядывающего полки с нижним бельем. У темного скелета была сумка из этого магазина, так что он вряд ли собирался покупать тут что-то снова. Наконец, Убийца вернулся и потащил подопечного в примерочные. Он всучил ему с десяток разных купальников и затолкал в кабинку. — Если нужен другой размер, я жду снаружи, — сказал он и вышел, задернув занавеску. До этого Найт никогда не призывал полное экто-тело, тем более женское, поэтому было очень неловко и обескураживающе. Чаще всего он покрывал волшебной плотью сломанные кости, чтобы переломы и трещины заживали лучше. Лишь иногда его принуждали создавать половые органы, и одна мысль об этом вызывает дикие стыд и отвращение. Но ведь ему не нужна эта часть, чтобы просто носить купальник. Глубоко вздохнув, подросток пытается призвать тело. К счастью, его травма не поставила на этой способности блок. Найтмер оказался прав, что экто скроет следы. Сквозь его матовую фиолетовую поверхность разглядеть получается крайне мало, и даже в этом случае это просто выглядит, как искажение магии. Череп Найта горел от смущения, пока он смотрел на себя в купальнике, но он робко, с потаенным страхом признался, что ему нравится, как это выглядит. Совсем не похоже на того разбитого подростка, которого он ежедневно видел в зеркале многие годы. В этот момент для себя он выглядел почти… красиво, мило. Как если бы так долго ему приходилось не брать на себя ответственность, а просто уделять внимание себе. — Мы должны сделать перерыв на мороженое! — объявил Киллер, когда они закончили. — А потом зайдем в еще пару магазинов. — Я думал, что мы закончили? — удивился Найт, подумав, что плачущий скелет, должно быть, хочет что-то для себя. — Я решил, что мы могли бы найти тебе пару красивых платьев и туфель, — взволнованно ответил Убийца, вновь смутив подростка. — Кажется, ты был счастлив купить этот купальник. — Это не обязательно, — без особой надежды попытался остановить его запал Найт. Втайне внутри он был очень нетерпелив попробовать носить больше женской одежды. Он никогда не думал, что это может выглядеть на нем хорошо. — Не говори глупости, — мягко оборвал Киллер, схватив подопечного за щеки. — Ты такой очаровательный, Найти! Я хочу, чтобы ты думал также, когда смотришь в зеркало. — Хорошо, — отвел взгляд подросток, заливаясь фиолетовым румянцем, заставляя Убийцу ворковать еще сильнее. Это быстро превращается в замкнутый круг.