Безымянная сказка

      Холод одолел её. Огонек Танцующих пропал в доме, точно также исчез там и кусочек бумаги от Актера. Шепот стен стих почти сразу, как она покинула дом, даже слова маминой старой колыбельной больше не повторялись в голове. Здесь чаща оказалась зловещей, густой и едва проходимой. Попутные ветки обдирали кожу маленькой Эви, оставляя царапины. Пока девочка бежала, успела несколько раз упасть, от чего платье сильно помаралось.       Она шла вперед, и постепенно лес стал редеть. Длинные острые сучья исчезли, оставляя место между стволами деревьев. Под ногами зашуршали ржавые иглы сосен, а в нос ударил свежий запах росы. Близился рассвет. Небесная бирюза уже пробивалась сквозь столбы рыжих сосен. Тогда девочка пошла навстречу солнцу. Но вдруг свет исчез. Вокруг девочки что-то быстро ходило, прячась за деревьями. Оно закрывало рассвет своими темными руками и шептало: "Куда ты идешь, девочка?" - Это был теплый мужской голос. "Я иду домой", - ответила она. "Но зачем? Тебе противен мой лес? Или тебя кто-то напугал? - голос неистово гудел из-за деревьев. "Там был дом..."       Но не успела она договорить, как голос прервал её: "Ах, дом..." - из-за дерева, где раньше виднелся рассвет, вышла черная фигура человека. - "Значит, это твоё?" - он поднял две шишки и в его руках возникли туфельки Эви. "Моё", - она испугалась. Темная фигура казалась ей зловещей. "Забери, ты забыла это у меня" - он положил обувь на сломанный сухой ствол поваленного дерева.       И она подошла ближе, перешагивая через невесть откуда взявшиеся сучки. Вблизи тень казалась огромной, несколько метров в высоту. Его длинные руки нелепо раскачивались и, словно дерево, скрипели. Они напомнили девочки резиновые лианы плюща из сада. Она медленно протянула руку к туфелькам, а затем резко схватила. Ноги уже ужасно болели от валяющихся на земле шишек. Девочка надела туфельки и сказала: "Спасибо Вам". "О, ты так добра", - ответил силуэт. "Простите, пожалуйста, мне уже пора домой", - произнесла юная леди. "Постой, побудь ещё в моих прекрасных владениях. Ты всем так по нраву. Мы все тебя любим. А дома тебя любят?" - голос был полон решительности и злобы. "Любят", - тихо ответила Эви. "Или в тебе сказал это страх? О, бедное, оу, ужасно бедное дитя" "Я их точно люблю", - ее голос погрубел. И не дождавшись ответа, девочка побежала со всей силы вперед, мимо тени. "Ах, ах, бедное дитя-я-я-а-а-а", - скрипучий голос деревьев слышался отовсюду.       Но она продолжала бежать, свет солнца манил ее. В кронах вновь прорезались бирюзовые цвета неба. Сквозь тени деревьев ударил мощный луч рассвета. "Дитя-я-я-а-а-а", - оно кричало позади, боясь выйти на свет.       Лес кончился. Перед девочкой открылась проезжая дорога из родного пригорода. Совсем недалеко стоял её дом, в котором горевали родители. Эви нашла его, поднялась по лестнице наверх в комнату родителей и крепко обняла их. Мать не спала, отец тоже. Прошла одна ночь.