В нашей гильдии нет врагов

Винрина покосилась в сторону дороги и тяжко вздохнула. У самой окраины лежало побитое тело Мисфо. Девушки состояли в одной гильдии, обе носили гордый титул «героини» и даже были почти равны по силе. Увы, но на этом их сходства заканчивались. Несмотря на нахождение в одной гильдии, и наличие общих знакомых, их общение заканчивалось на приветствиях и прощаниях, желательно, не чаще одного раза в день. Винрина устало почесала голову и топнула ногой. — Я сейчас просто пойду дальше. Я не обязана помогать ей. Мы даже не друзья, — будто бы убеждая саму себя промолвила девушка. Ее фамильяр заинтересовано склонил голову и спрыгнул с плеча героини резко увеличиваясь в размерах. Он что-то зашипел на одному ему понятном языке и замотал головой. Винрина решила проигнорировать это. — У меня есть задание, а она выглядит не так уж и плохо. Ей точно кто-то поможет, — девушка сделала уверенный шаг в противоположную сторону, как вдруг фамильяр нежно куснул ее за щиколотку. Руна силы в районе бедра защипала, на что зверь заскулил. — Эй, малыш, ты не должен так делать, — она посмотрела на животное и почесала руну, — черт, ладно. Я сделаю это, но если она меня ужалит, то… В общем, лучше ей этого не делать. Она двинулась в сторону лежащей на земле Мисфо. Побитая героиня выглядела привычно, если не учитывать многочисленные ушибы. Ее русые волосы растрепались и в некоторых местах были сожжены. Молоты валялись недалеко от ее тела, но вряд ли могли быть задействованы в дальнейшем. Винрина вздохнула, потому что вблизи все было хуже. Ее согильдийка действительно нуждалась в помощи. Фамильяр Мисфо низко зарычал, когда увидел приближающуюся пару. Он сидел в районе лопаток хозяйки и мягко светился, излечивая ее. — Хей. Привет. Ты должен помнить меня, я из вашей гильдии, — героиня в подтверждение оттянула повязку на запястье и показала животному символ гильдии. Он медленно моргнул, повел носом в сторону фамильяра Винрины и грустно проскулил. Ее пухозаврик ответил тем же, звери относились к одному виду, а потому тонко чувствовали друг друга. Эмоции ее фамильяра передались по связи и Винрине пришлось сжать кулаки. Зверь Мисфо был практически в отчаянии. — О, Великая Лавани, надеюсь ты следишь за мной и не оставишь меня. Я делаю хорошее дело, следуя пути, который ты мне проповедовала. Помоги мне помочь этой героине и я сегодня же принесу в твою честь несколько даров. Спасибо. Люблю, — помолилась Винрина, как и всегда делала это перед заданиями. А помощь другой героине она по-другому не воспринимала. Это задание добровольное, но заслуживает уважения. Девушка двинулась ближе, ее фамильяр двинулся за ней. Пухозаврик опередил ее, используя свои мощные лапы: он допрыгнул до тела другой героини, что-то зашипел фамильяру и тот слез со спины хозяйки. Пухозаврики мягко потерлись носами друг о друга и засветились очень ярко. Винрина почувствовала, что ее малыш делится своей энергией со знакомым, но проигнорировала это. Подойдя к Мисфо, она мягко потрясла ее. Из героини вырвался хриплый вздох полный боли. Это немного напугало Винрину, но она взяла себя в руки. Девушка оглядела голову, спину и ноги Мисфо. На спине и ногах были неглубокие раны, которые не несли особой угрозы и почти не кровоточили. Девушка сносно владела искусством лекаря, так как выросла среди земляных магов-целителей. Она сняла с пояса небольшой мешок, достав оттуда пару светлых бутылочек с жидкостями. Открыв одну из них, она полила ее на раны, которые слабо засветили и постепенно начали зарастать. Из горла Мисфо вырвался слабый скулеж, который в другой любой момент смутил бы ее саму, ведь героиня не была из слабых. Она никогда не показывала свою нежную сторону, либо же Винрина не видела ее. Что было логично. — Так, все вроде не так страшно. Эй, Мисфо, молись своей богине, чтобы она была милостива к тебе. А сейчас я тебя переверну, — она сменила позу, пересев с корточек на колени. Пухозаврики сидели в стороне, наблюдая за ее действиями и нервно подергивая хвостами. Они были готовы помочь своим хозяйкам в любой момент. Когда Винрина перевернула раненую на спину, из ее рта вырвался шокированный возглас. Живот героини весь был изранен, порезы были глубокие и опухшие. Из ран сочилась черная, а не красная жидкость, что могло значить только одно: Мисфо была отравлена. Действовать надо было оперативнее. Она взглянула на лицо девушки: оно было бледным, испачкано в грязи; волосы налипли на потный лоб и щеки, а нос был запачкан кровью. Винрина обратилась к фамильярам: — Отправляйтесь в гильдию. Мы совсем рядом, сообщите, что героиня ранена и нуждается в помощи лекаря. Скажите, что ее отравили, — фамильяр Мисфо заскулил и попытался подойди к ним, — нет, малыш, живо отправляйтесь за помощью. Я доставлю ее. Фамильяры ещё некоторое время сомневались, но после шипения со стороны Винрины трансформировались и взлетели в сторону гильдии. Героиня опустила руку к ножнам на бедрах и вытащила небольшой кинжал. Она только собралась поднести его к груди Мисфо, как ее запястье крепко обхватили, а по рукам поползли чёрные нити. Руна здоровья в области шеи засверкала. Девушка перевела взгляд с рук на лицо раненой. Та смотрела на нее и прошептала: — Что ты делаешь?.. Убить меня решила, сучка? — из ее рта вырвался хрип — Тут скорее только добить. Опусти руки, я хочу помочь. Твоя одежда в яде, твою кожу разъест, — она кивнула на одежду Мисфо, но та даже глазом не моргнула. Тогда Винрина вздохнула: — О, серьёзно, Мисфо. Не время строить из себя крутую. Я и так знаю, что ты сильный тёмный маг, но даже тебе такой яд не одолеть. Дай мне помочь, — она снова перевела взгляд на лицо девушки. Та морщилась от боли, но продолжала недоверчиво смотреть, — Ну. Мне уйти? Тёмные линии уже доползли до шеи героини, а ее руна начала жечь кожу. Мисфо резко выдохнула и отпустила руки, тени сразу же исчезли. — Делай, что должна, Вин…-не успев договорить имя спасительницы, героиня потеряла сознание. Винрина поняла, что оставалось мало времени. Она одним точным движение разрезала одежду раненой, с помощью магии ветра легонько сдула ее. Руна силы снова засветилась, но уже по желанию героини. Она подняла истекающую кровью и ядом Мисфо на руки, криво улыбнулась и одним большим прыжком преодолела часть дороги. — Давай, только не умирай на моих руках, мне ими сегодня ещё богине молиться.