Море волнуется три

— Ты там в штаны не наложила? — смеётся Волков. Я открываю глаза и вижу, как Волков держит пистолет в руке. А с потолка сыпется штукатурка. — Я убью тебя, но позже. Сейчас ты должна отправится обратно в Питер и спасти Сережу. Меня не интересует как, но он должен быть в безопасности. — У меня нет денег. Я сюда-то прилетела, взяв кредит. — Как ты дожила до этого момента со своей безалаберностью? — Волков хмыкает и идет к своему столу. Достав пачку зелёных, и кнопочный телефон, он протягивает это всё мне. — Вот тебе на первое время. Потом свяжешься со мной по этому телефону, и если что-то надо будет, скажешь. — Почему я? Неужели ты не можешь сам полететь и спасти его? — деньги я всё же беру и засовываю в свой рюкзак. — У меня есть пара незаконченных дел. Как только я всё решу, я тут же прилечу в Питер. А пока Сережа — твоя ответственность. Если с его головы упадёт хоть волос, я тебя прикончу. И вот угораздило мне вляпаться в эту кучу дерьма. Но другого выхода нет, кроме как исполнить приказ чёртового Волкова. — Ты мой должник после этого! — напоследок выплёвываю я и ухожу. Обратный путь, длинной в два дня и вот я уже в родном Питере. Только вот с ним что-то не так. Повсюду раскидан мусор, плакаты и прочая дребедень. — Не успела — ворчу я и тут же бегу домой. Дома, плюнув на всё, я подбегаю к компьютеру и проверю новостную ленту. Заголовки пестрят громкими фразами: «Чумной доктор — пойман» «Разумовский — Маньяк» «Беспорядки в городе — вина Разумовского» и прочие острые высказывания. Приехала бы я на день раньше, может, смогла вытащить его из этой передряги. А сейчас всё ухудшилось во сто крат. Теперь придётся вытаскивать его из психушки. Наше время. — И куда теперь? — Сережа на заднем сидение машины елозил, будто сидел на гвоздях. — Ко мне в квартиру. Там безопасно. Потом, когда пламя уляжется, переправим тебя за границу. А дальше уже не моя юрисдикция. — Что, там будет другой ангел-хранитель? — смеётся он. — Типа того. — Как тебя зовут? — Сережа всё еще был как на иголках. — Варя — ляпнула я не подумав. Он не узнал меня, когда я приходила к нему, значит, он забыл меня. И напоминать совсем не хотелось. — Красивое имя. Я кажется в детстве знал кого-то с таким именем. Хотя может это тоже была не правда — он завис на минуту. Будто слушая кого-то. А потом улыбнувшись, он опять сфокусировал взгляд на мне. Может и зря я его вытащила из психушки. Не с проста ведь его туда засунули. У него проблемы с головой. А я, возможно, только что сделала самую большую ошибку и теперь город в опасности. Чёртов Волков. Он никогда за такое не расплатится. — Ку-ку мак, отжимай один кулак — ворчу я. — Что? — Серёжу будто окатило водой. — Да это детская считалочка, «шла кукушка мимо сада, поклевала всю рассаду. И кричала ку-ку мак, отжимай один кулак». Привычка с детства, когда задумываюсь, детские считалочки бормочу. — Я помню эту считалку. Мы в детстве, когда играли, часто использовали ее. И он опять завис. Может к чёрту всё? Увезти его обратно в психушку, сменить имя и свалить в какую-нибудь деревню у чёрта на куличиках. — Прости, я задумался — Сережа погладывал на соседнее сидение и хмурился. Я решаю промолчать. Но если так будет продолжится дальше, я вызвоню Волкова, и пусть он делает со своим другом, что хочет. Дома, первым делом, Сережа идет в душ. А выйдя через полчаса он был таким довольным и от того таким милым, что я даже на секунду подумала, что помогу ему во всём, что он скажет. Но потом, я тут же вспомнила, что он Чумной Доктор и попросить он может всякое. — С лёгким паром — я протягиваю ему баночку газировки. В детстве он обожал ее, но денег на неё у нас не было. И от того она была вкуснее в тысячу раз. — Спасибо — делая первый глоток, мычит Сережа. — Господи, как же это вкусно. Я каждый день мечтал о ней сидя в той клетке. — В холодильнике ещё пара баночек есть. Бери, если хочешь. — А можно воспользоваться твоим компьютером. — Да, без проблем. Не волнуйся, у меня стоит защита, так что тебя не засекут. — Да, я вижу — Сережа уже сидел за столом и внимательно что-то изучал. Время от времени он что-то бормотал. А через полчаса он смачно матюкнулся. А я и не знала, что он так может. — Что случилось? — подхожу к нему. На экране были открыты десяток ссылок. Банковские счета, новости, коды каких-то программ. — Они заблокировали практически все мои счета. Я удивлен, что они нашли практически все. Видимо конторка улучшила свои кадры. Либо им помог кто-то со стороны. — И что ты будешь делать? — Ну они же не все заблокировали. Главные счета они не нашли. А там денег хватит на переворот по всей стране — ехидно смеётся Сережа. Я смотрю на него и мне кажется, что на секунду цвет глаз изменился с голубого на жёлтый. Может я уже тоже крышей поехала? — Надеюсь, ты шутишь? Потому что у нас план один. Отсидеться в тишине и потом отправить тебя за границу. Никаких переворотов в нашем плане нет. — Не волнуйся, просто шучу. Я давно ни с кем нормально не говорил. Отвык, так сказать. — Ну, хорошо. После этого Сережа опять погрузился в компьютер, а я пошла в душ. Смыть с себя весь стресс и нервы последних двух дней. Оказывается подготовка побега — это очень выматывающее мероприятие. Хорошо хоть я догадалась устроиться туда работать. Так бы в жизнь не вытащила Сережу оттуда. Через пару минут на телефон приходит уведомление. Смотрю на него и чуть ли не падаю прямо там. «На ваш счет зачислено 250 000$.» — Сережа! — кричу так, что аж стены трясутся. Быстро одеваюсь и выбегаю из ванны. — Мне нужны деньги, а своими картами я пользоваться не могу. Пришлось кинуть тебе. Если хочешь, бери себе сколько надо. Я кинул немного, потом ещё со счёта спишу. — Я вот стою сейчас и думаю, может, тебя сдать. Позвоню в полицию, скажу, что Разумовский сбежал и держит меня в заложниках. — Попробуй — голос Сережи, будто в секунду охрип. В глазах уже не мелькает, а чётко видна жёлтая радужка. — Кто ты? — он сидел в психушке, успокаивая я себя. Может у него реально крышак конкретно уехал. — Какая умная девочка Варвара. Где же твои длинные косы, которые ты так любила в детстве? — не Сережа обходит меня по кругу и встаёт напротив. — То есть ты помнишь меня, а Сережа нет? Кто ты? — поджилки трясутся со страшной силой. — Я заблокировал воспоминания о тебе ещё в первый раз, когда ты пришла к нему в палату. Мне стало интересно, что будет дальше. А ты вон, какую схему провернула. Я впечатлён. А меня очень тяжело впечатлить. — Так что, скажешь своё имя или я и дальше буду называть тебя Не Сережа? — пытаюсь показать из себя смелую. — Птица. Только ему не говори. Он у нас впечатлительный. Ещё сделает что-нибудь глупое. А тебе потом отчитывайся перед Волковым, что Сереженька умер. — Ты знаешь, что он жив? — Конечно. Я не поверю, пока не увижу своими глазами его тело. Это же Олег. Человек, который выбирается из самой последний херовой ситуации, да еще и гостинец привезет Сереже. В общем ты поняла. Держишь язык за зубами, и не мешаешь мне. А когда надо, отправишь его к Волкову. Я хочу сказать ещё что-то, но за секунду глаза Сережи опять становятся красивого голубого цвета. — Так что, ты не злишься из-за денег? — как ни в чём не бывало, спрашивает Сережа. — Ни капли — присаживаюсь на стул и выдыхаю. Если к концу всей этой катавасии я не сойду с ума, то я нахрен развяжусь и напьюсь.