Багряный пепел

На островах у ведьм было множество дорог. Они могли пойти в цитадель, стать учеными, они могли отправиться в любую из академий, обучать подрастающее поколение. Травницы, лекари, изобретатели. Казалось, магия открывала любые двери. Однако большинство, все же, становились своеобразными охотниками. Защищали людей от духов и душ, от тьмы, что изредка выползала с изнанки реальности. Единственная их клятва была увековечена века назад и взамен на их силу, они были обязаны защищать мир от Хаоса. Свобода воли, Свобода действий, Свобода мыслей, Свобода слов, Свобода нравов и Свобода совести. Шесть непреложных и самых важных правил, котором обязались следовать маги в самом начале их пути. Но века стирают границы дозволенного, свободы, дарованные жителям островов богами, воспринимались ныне, скорее, как нечто безусловно хорошее, но совсем необязательное. Совет шести забирал себе все больше и больше власти, Верховная становилась фигурой, с мнением которой спорить было нельзя. Но природа магии была не в подчинении, не в концентрации и не в управлении. Природа магии заключалась в Хаосе. И девочка хорошо его чувствовала. Выполнять задания и послушно следовать приказам юная ведьма не могла. С самого начала она была слишком строптивой, слишком упертой, вечно спорящей и настаивающей на своем мнении. Она не соглашалась с решениями верховной, открыто спорила с советом. Проклятая выскочка, стоявшая у многих поперек горла. Она неизбежно сталкивалась с опасностями. На ее руках умирали люди, от ее рук погибали противники. Ее часто отправляли на задания, чтобы, наконец-то избавиться, но каждый раз она выживала и возвращалась домой. Она видела оборотней и волколаков, знала, как вести себя при суккубах и сальмах, сражалась с призраками и полуденницами, чувствовала яды, избавляла от проклятий и убегала от гулей и утопцев. Наставница научила ее чувствовать энергию природы и использовать собственную по максимуму. Она долгое время выбирала мишени, и в какой-то момент, без собственного ведома, сама стала целью. Но после всего пережитого, происходившее на материке оставляло след намного глубже, значительнее. Она вновь испытывала липкий страх, сковывающее беспокойство, зудящую тревогу. Она была незваной гостьей, и она бежала. И сейчас, Нимерия, кажется, могла чувствовать каждый сантиметр своего тела. Она не слушала диалог за стенкой, зато прекрасно слышала голоса. Трескучий голос Предательницы слишком легко смешивался с желанным голосом старой подруги. Сколько бы сил ни потратили профессора, чтобы юная ведьма никогда ни к кому не привязалась, Нимерия сама выбирала свой путь. Сбегала с уроков, чтобы тренировать свои заклятия, пробиралась в архивы, интересовалась запретной магией. И каждый раз она была с Ней. С Цинисой. Но потом, юная ведьма осталась совершенно одна. Она бежала так долго и старательно, что практически забыла собственное имя. Она зареклась не привязываться, и старательно исполняла обещание, пока материк не перевернул всю ее жизнь с ног на голову. Она оправдывала свой побег погоней, встретилась с Цунаде и Шизуне, и случай свел ее с Какаши. Нимерия так долго отрицала в себе все человеческое, что не смогла принять банальную симпатию. Что уж говорить о беспокойстве, вызываемым встречей с давней подругой. Шаг. Последний шаг, до дверного разъема, до поля зрения той, что когда-то предала. - Нимерия? – в только что залитой смехом комнате вдруг образовалась оглушающая тишина. Сердце стучало в висках, но на натренированном лице не отражалось ни одной эмоции. - Давно не виделись, - произнесла Нимерия с оглушающей горечью, - Циниса, - ее имя все еще произносилось с трудом. Разве была Предательница ее сестрой? Паника на лице Предательницы быстро скрылась за легкой растерянностью. Веспер, видимо чувствующий нарастающую ссору, поднялся с кресла, и с напускной галантностью, прошел мимо Нимерии в темноту коридора. Его молчаливое исчезновение казалось невероятно естественным, единственно правильным, движения, на которые взвинченные девушки не обратили никакого внимания. - Ч-что ты тут забыла? – Циниса мгновенно скрыла мелкую дрожь под маской надменности, скрещивая руки. Маленькая, отчего-то обставленная в островном стиле комнатка, была освещена только камином, около которого располагались напротив друг друга два темно-зеленых кресла. Незажженная лампа, шкаф у стены и ни единого окна. Напряжение в воздухе можно было разрезать ножом и разложить по тарелкам. Нимерия, вместо ответа, приблизилась к пустующему креслу и устроилась, аккуратно вливаясь в напряженную атмосферу. - Благословлена будешь, - Нимерия играла грязно, точно воздействуя на единственные волнующие точки. Она сидела напротив Предательницы. Колючий ком, словно на зло застрявший в горле, не позволял вывалить целую кипу вопросов, так долго копившихся в ее голове. - Значит, - еле слышно произнесла Предательница, легким движением доставая невесть откуда пачку сигарет, - Ты пришла за мной? - Не много ли чести? Я пришла за тем, что ты подло у меня украла. Циниса усмехнулась, поджигая сигарету и сразу же затягиваясь. - Как мило! Великолепная Багряная Чародейка Севера оказалась чертовски сентиментальной! – блондинка выдохнула облако сизого дыма и улыбнулась, наклоняя голову. - Послушай, Циниса, - Нимерия выпрямила спину, соединяя пальцы в замок, - Ты можешь сколько угодно пытаться задеть меня, но давай взглянем правде в глаза. Ты до сих пор жива по моей милости. - Ты, как всегда, самовлюбленна, сестричка. - Ты уничтожила свое право называть меня так, как только воткнула свои шипы мне в спину, - рыжеволосая выдохнула, собираясь с силами, - Тяжело, наверное, вот так, по собственной глупости, оставаться совершенно никому не нужной? - И это говоришь мне ты? – Циниса вновь усмехнулась. - Сколько бы ты ни смеялась, что бы ни говорила и как бы ни выкручивалась, твое имя навсегда очернено. Ты могла бы стать чудесной, могущественной ведьмой, но выбрала, - девушка помедлила, подбирая слова, - иной путь. Тишина верный спутник правды. Циниса могла ответить, могла съязвить, могла нагрубить, но не могла стереть собственные поступки. И Нимерия знала это. Она понимала, что едва представляет себе мысли девушки, сидящей напротив, однако была уверена, что, если будет целиться в ошибки, точно не промахнется. - Хорошо, - Циниса выдохнула и сузила глаза. Нимерии было тяжело, однако девушке напротив было гораздо хуже, - Признаться, я думала, в нашу первую встречу после всего… Ты, ну знаешь, просто набросишься на меня с кинжалом или проклятием, - блекловласая стряхнула пепел прямо на пол и, чуть помедлив, продолжила, - Но раз уж мы обе еще живы, предлагаю пари. - Какое еще пари? – не выпей Нимерия бутылку старого островного вина до этого, она бы ни за что на свете не стала переспрашивать, однако сейчас, когда алкоголь практически совсем не выветрился за долгое преследование, что-то в ней заинтригованно замерло. - Ты, - Циниса направила указательный палец на подругу, закидывая ногу на ногу, - расскажешь мне, что произошло с деревней, взамен на информацию, которую знаю я и кулон. Договорились? – хитрая улыбка расплылась на бледном веснушчатом лице. Осознание словно иглой пронзило разум. Она не знает. Она ничего не ведает о произошедшем. Та ночь прошла мимо нее, обошла стороной. Циниса не была в Игнис, не видела факелов, не слышала истошных криков, не чувствовала запах горелой плоти. Она не бежала сломя голову по лесу, изрывая кожу об ветки, не винила потом в произошедшем себя. Она была далеко. Где-то там. Не в Игнис. Обида и злость вновь ядовито заполняли Нимерию. - Договорились, - неожиданно для самой себя ответила ведьма. Нимерия долго молчала, раздумывая как поступить. Рассказывать всегда было сложно. Было сложно на островах, у госпожи Бриар, когда самым правильным решением казалось закрыться. Тяжело было рассказывать все Цунаде и Шизуне, когда они только встретились в стране жемчуга. Странно, но все так же тяжело было открываться Хатаке. Но сейчас все в разы усложнилось. Как Нимерии стоило рассказать о случившемся? С чего начать и чем закончить? Эта трагедия, казалось, пропитала каждый сантиметр тела девушки, каждый миг ее прошлого. Стоит ли ей начать со смерти наставницы? Или прямо с пожара? Или рассказать сначала о культе, те крупицы, что удалось собрать? - Я не хочу вспоминать тот день, в стошестнадцатом году, когда… Ты сбежала. Ты предала Игнис, предала ковен, оставила меня в клетке совершенно одну. Твое имя стерли из истории, лицо вырезали с фотографий. В узких кругах тебя стали называть Пепельной Предательницей Севера. Ну в целом, думаю, ты знаешь, - Нимерия прокашлялась, - Сейчас я склонна считать, что твой уход стал предвестником бури, - Ведьме так отчаянно хотелось выпить еще, напиться до состояния, когда мысли сами собой вылетают, не спрашивая разрешения, - Это произошло глубокой и самой темной майской ночью. Я помню, как остальные несколько дней подряд праздновали белтейн, как не стихали музыка и танцы на улицах, когда я пряталась в своей комнате от всего мира, - при упоминании любимого праздника у ведьмы защемило сердце. Когда-то, в ее детских мечтах, она бы прыгнула через костер с не только с ее подругами и родными, но и с любимым человеком. Когда-то она бы вплетала в косы ленты и целый день напролет танцевала бы босиком в центральном кругу, на зло Полуденницам. Та, прежняя Нимерия, осталась далеко. Где-то на глубине осколков прошлого, там же, где была похоронена ее семья, - После праздника едва прошла неделя, как началось… Я проснулась от истошных воплей с улицы. Окно моей комнаты было приоткрыто, так что я, абсолютно ослабевшая после болезни, встала закрыть его. И тогда я увидела. Соседние дома полыхали, матери бросали детей из окон в руки прохожих, потому что первые этажи были полностью охвачены огнем. Но среди жителей были они. Люди в черных мантиях. Они были настоящей причиной смертей. Культ, который желал раз и навсегда уничтожить чародеев и ведьм. В ту ночь их было слишком много. Больше, чем нас, должно быть, в десятки раз, - девушка судорожно выдохнула, как бы ей ни хотелось, настоящие эмоции было слишком сложно скрывать, - тогда я… Сбежала в лес забвения, и мне повезло. Я единственная осталась в живых, - ведьма проглотила колючий ком в горле, старательно скрывая сбившееся дыхание. - Понятно, - ни колкости, ни шпильки. Нимерии оставалось лишь гадать, что именно происходило сейчас в белесой голове, - моя очередь, я полагаю, - Циниса подожгла очередную сигарету. Рыжеволосая могла поклясться, подруга уже едва чувствовала вкус, однако все равно продолжала выкуривать одну за одной, - Когда я вернулась в Игнис, - Предательница помедлила, видимо, подбирая слова, - вместо родного городка я обнаружила пепел. Обугленные здания, кости и ни единого признака жизни! Это место. Наш город. Он был мертв, - Циниса вздохнула. Нимерия замерла. Она никогда и не думала, каково было возвращаться Цинисе обратно, она никогда не думала, что Циниса возвращалась обратно, - Ты правильно думаешь. Я не знала, что произошло и была в тот день очень далеко. Но я возвращалась чтобы… - Предательница замерла, явно отказавшись продолжать предложение. Сейчас в ее тоне отчетливо узнавалась давняя подруга, - Я узнавала, что произошло из разных источников. Но все это оказалось бредом, небылицами, россказнями. Я узнала что-то про Культ. Но ничего, чего бы тебе, очевидно, не было бы известно. Все мои каналы связи словно оборвались по щелчку. Что за странные чувства? Почему Нимерия вдруг ощутила такую детскую радость? Все эти годы она старательно злилась, обижалась, ненавидела. Так почему сейчас рыжеволосая не могла успокоить бьющееся сердце? - Я узнала, что это религиозный культ трех богов. Всего трех! – блондинка усмехнулась, - Об их лидере известно немного. Хотела было влиться к ним, но они слишком быстро просекли о том, кто я, хотели устроить мне ловушку, так что, я сбежала на материк, подальше от преследования. - Погоди секундочку, - перебила Нимерия, нахмуривая брови, - Веспер сказал, что ты украла его… Шкатулку, вроде бы… - в памяти плохо всплывал первые разговоры с вором. - Я ничего у него не крала! – воскликнула Циниса, тут же сбрасывая пепел на пол, - мы с ним особо то и близки не были! - Погоди… Что? – Нимерия, принявшая слова обманщика за чистую монету, отчаянно пыталась вспомнить, что же именно наплел ей Веспер, - Как это понимать? - В смысле? Мы с ним знакомы. Даже, можно сказать, хорошие приятели, но… Я ничего у него не крала, ты за кого меня принимаешь, а? - Циниса… - пробормотала Нимерия сквозь зубы. Сердце бешено колотилось, дыхание участилось. По позвоночнику так не вовремя пробежал знакомый холодок. Буря прямо сейчас надвигалась на них с огромной скоростью, - Где. Мой. Кулон? - И это все? Я ожидала от нашей первой встречи большего, - хмыкнула Предательница, запуская длинные тонкие пальцы под рубашку, - Дер… Что за черт?! – Блондинка встрепенулась, рваными движениями проверяя шею, где, очевидно, все это время, носила вещь подруги. - Его нет… Так ведь? - Нимерия говорила четко, с пугающей сталью в голосе. Рыжеволосая поднялась, собираясь с силами. - Ничего не понимаю, он все это время был у меня! – Воскликнула Циниса, повторяя предыдущее движение подруги, - Не могла же я его потерять! Медленно, словно уже зная ответ, Нимерия, оставив позади сбитую с толка подругу, проверила каждую комнату и даже выглянула на крыльцо. - Веспер тоже исчез. Мой кулон у него, - злость протяжно закипала в ведьме. Она знала. В глубине себя давно уже знала, что этот парень не тот, за кого так старательно выдавал себя. - Ты думаешь он украл кулон? Зачем он ему? - Послушай. Ты же хотела вернуться в Игнис не просто так, - Нимерия, преодолев расстояние, разделяющее ее и Цинису, встала прямо перед подругой. - Да. Мне нужно было найти… Я искала тебя, - будь им вновь по шестнадцать, Нимерии даже показалось бы, словно подруга покраснела, но на вряд ли она была способна испытывать стыд или смущение сейчас, спустя столько лет. По крайней мере, так думала зеленоглазая. - Значит и убегала ты не от меня, - хладнокровно проговорила Нимерия, - Слушай, Циниса, мне кажется, мы в ловушке. Я не знаю кто он, и что тут происходит… - Он заманил двух ведьм в одно здание. Я пришла сюда, по его совету, - Блондинка перебила подругу, - ты, очевидно, тоже. - Твою мать… Нам надо разделиться. - И ты не думаешь, что я опять убегу? – Циниса подавила нервный смешок, - Хотя, думаю, ты уже поняла. Сейчас счет пошел на минуты. Мы в ловушке, и кто знает, что произойдет, если мы выйдем вместе. - Знаешь что, - Нимерия вновь почувствовала знакомую, до одурения радующую решимость, - У меня есть план.

***

- Это здесь, Какаши – запыхавшийся пес остановился у подножья огромной скалы. - Спасибо, Паккун, но миссия еще не закончена. - Эх, ладно… - мопс устало глянул на Хатаке. Несколько дней пути, всего лишь пара остановок. Паккун мог бы поклясться, будь его цель «обычным заданием» Хатаке не был бы столь взвинченным. Мужчина оглядел местность. Он знал эту скалу. Шиноби бывал здесь пару раз, изменяя внешность, по заданию. - Подождем в том перелеске, - Какаши сразу двинулся чуть поодаль от входа в подземный годорок. Из расщелины в скале то и дело выходили люди, тут же скрываясь на незаметном тракте. Солнце медленно ползло к горизонту, но сколько бы сил и времени не понадобилось бы, Хатаке чувствовал, он знал, что-то внутри говорило ему - они встретятся здесь.       

***

Окутанная облаком алого дыма, Нимерия удачно оказалась на опушке, неподалеку от входа в скалу. План, возникший так сумбурно в голове, должен был сработать, у них не оставалось пути назад, не было выбора. На такой рискованный и безумный прыжок девушка ни за что бы не пошла, будь у них чуть больше времени или иной выход. Но натренированная интуиция обеих ведьм кричала уходить. Голова закружилась. Таких длинных перемещений в никуда тело ведьмы не чувствовало уже давно. Вдруг, из расщелины показалась растрепанная каштановая шевелюра. Нимерия облегченно выдохнула, губы растянулись в непроизвольной улыбке. То, в чем она сама была абсолютно не сильна, как назло, отлично получалось у Цинисы. Трансфигурация всегда нравилась блондинке, хотя, признаться, и отнимала много сил. «Не можешь одолеть врага, узнай его и стань им, верно?», - девушка подавила усмешку. План сработал. Они встретятся. Неизвестно откуда взялась эта пьянящая уверенность, но, ведьма знала. В те дни, когда на Островах люди будут праздновать Йоль, намеренье сведет их опять в указанном месте. Осталось только дождаться. Нимерия с шумным выдохом упала на спину. Промерзлая земля неулыбчивой скалы вряд ли могла называться мягкой или приветливой, однако именно в этот момент казалась неприлично дружественной. Работать вместе, спустя столько лет. Нимерия не могла унять отчего-то до ужаса обрадованное долгожданной встрече сердце. Разве так реагируют на того, кто сковал тебя и бросил? Сейчас гнев ведьмы был направлен совсем не на давнее предательство. Сейчас Нимерия приходила в ярость от мысли о том, что какой-то воришка так искусно водил ее за нос столько месяцев. «Всегда легче обмануть обманщика, Нимерия» - голос наставницы проехался по разуму с горьким сожалением. - Вот если бы я раньше вспомнила… Ч… Что это такое? – Тело ведьмы, чувствовавшее до этого тусклые энергии людей, сновавших туда-сюда внутри скалы, сейчас уловило слишком привычную энергию. Девушка притихла, попыталась сконцентрироваться на ощущениях, - «Это не Циниса…», - Осознание заставило ведьму широко распахнуть глаза и чуть ли не подпрыгнуть на месте. Девушка оглядела окрестности и вдруг, в уголке глаза заметила знакомые пепельные волосы, едва заметные среди веток и еще не опавшей на юге листвы. Чуть поодаль от него, на намеренно заметном месте, расположился, судя по гораздо меньшей энергии, его клон. Если бы ведьме повезло чуть меньше, она навряд ли заметила бы оригинал. Только с этого ракурса, только с такого угла обзора. «Джоунин, как никак», - пронеслось в мыслях, - «И кто кого еще обманывает?» Чувство вины и сожаления неожиданно наполнили грудную клетку. Понял ли он, под какими чарами находился? Нимерия принесла в его жизнь столько путаницы. Но почему она чувствовала это именно сейчас? Раньше ее не заботили эмоции и переживания тех, кто вставал на пути. Почему же сейчас ей отчаянно хотелось извиниться? Почему она жаждала прощения именно от него? Почему он стал ей так важен? Она могла уйти. Прямо сейчас, еще незамеченная никем ведьма должна была развернуться и сбежать. Однако, что-то внутри нее твердо решило поступить иначе. Шумно выдохнув, Нимерия нащупала в рюкзаке папку, - «Начну хотя бы с этого…». Девушка пригляделась, постаралась направить все свое внимание на дерево позади мужчины, сосредоточиться на энергии, размеренно текущей в ветвях. Сил у нее вполне хватит на еще несколько несложных перемещений. Главное не промахнуться. «Пришел мой черед заставать тебя врасплох, Седовласка» Голос позади мужчины раздался еще до того, как тело ведьмы полностью показалось. - Давно меня ждешь?