Цена ошибки

— Андрюха! Мы это сделали! Йес, йес, йес! — Малиновский кинулся обнимать друга и начальника, не скрывая довольной широкой улыбки, едва за бизнес-партнерами закрылись двери. — Я не сомневался, что все получится и контракт будет у нас! — Мы их дожали! — отозвался Жданов, оттягивая узел галстука вниз. Белогривин и его заместитель отбыли восвояси, отказавшись обедать, в вип-зале они с Ромкой остались вдвоем. В «Зималетто» их никто особо не ждал, а значит можно было расслабиться после непростых переговоров и обсудить дела текущие, не боясь посторонних ушей. — А то пытались из нас тут веревки вить, понимаете ли. Не на тех напали, — ехидно заметил Роман, откидываясь на спинку небольшого диванчика. — То им место встречи не то, то время… Все. Можно немного выдохнуть. И хорошо, что твою эту мышку-норушку не захватили. Она Белогривина очень впечатлила, когда они в офисе общались. Думаю, бессонница ему обеспечена на неделю минимум. — Ромка, хватит уже цепляться к Пушкаревой. У нее мозги — как компьютер. Где бы мы были, если бы не она со своим расчетами? — Так я и не умаляю ее способностей. Страшна девица как смертный грех, такое на ночь увидишь — не заснешь. Вот то ли дело моя Виктория… Палыч, ты не представляешь. Она просто огонь! Страстная, эффектная, умеет себя подать… Жданов усмехнулся в ответ на это. Еще пару недель назад Ромка плевался и орал, что не будет влюблять в себя Викторию ни за что на свете. В какой-то момент, видимо, что-то пошло не так и сейчас Малиновский совсем не был похож на человека, испытывающего отвращение ко всей этой затее. — Ромка, пока все идет по плану. Если ты, конечно, не вздумаешь все отменить и расстаться с Викой у порога ЗАГСа, — Андрей с улыбкой поправил очки. — Не, я уже так привык к этой мысли, что скоро стану женатым человеком, что не хочу отказываться. Викуля — не самый плохой вариант. К тому же что нам помешает развестись, если что? — Ты неисправим. Ладно, хватит на сегодня о серьезном и о делах, давай лучше отметим успешную сделку чисто символически. — И пожрем. Я голодный, ужас! — Роман, проспавший утром, разумеется не успел ничего перехватить, даже кофе, после двухчасовых переговоров готов был съесть что угодно, даже Викины позавчерашние слипшиеся макароны. Они сделали заказ, официант ушел, а Андрей, доставший было телефон, чтобы позвонить Кире и порадовать — убрал его обратно в карман пиджака. С невестой он успеет поговорить и позднее. Он хотел обсудить с Романом его дальнейшие действия, так сказать разработать своеобразную «инструкцию», руководство к действию. Чтобы уже с завтрашнего утра Малиновский мог начать воплощать их идеи в жизнь.

***

Звонок от Юлианы раздался около восьми вечера, заставив Киру, глубоко задумавшуюся, вздрогнуть. — Не разбудила? — Нет, — Кира мотнула головой. — А что, есть новости? — Да, удалось собрать кое-какую информацию, весьма любопытную. Я в офисе допоздна, если хочешь, можешь приехать и забрать папку. — Я уже собираюсь, — Кира, пролежавшая, свернувшись калачиком пару часов, стряхнула с себя остатки апатии. — Минут через двадцать буду. Спасибо тебе огромное… — Подожди благодарить, — Юлиана отмахнулась. — Вот когда разберемся с ней окончательно, тогда и будем радоваться. Все, до встречи, у меня вторая линия. Виноградова отключилась, оставив подругу в легком замешательстве. Кира побежала переодеваться, потом, услышав трель оставленного на постели телефона, вернулась — все в тех же домашних штанах и водолазке. — Да, Андрюша. — Ты где сейчас? — Дома. — Я уже практически освободился, мы сегодня увидимся? Почувствовав, как мгновенно пересохло во рту, а сердце застучало слишком громко и часто, Кира замерла в нерешительности. У нее был шанс рассказать обо всем Андрею, снять с себя часть ужасного груза и избавиться от постоянно страха. Но как же страшно было делать этот первый шаг. Шаг, после которого ничего не будет, как прежде. — А знаешь… Давай. — Отлично, тогда я… Через час примерно буду. — Хорошо, до встречи. Жду тебя. Кира отключилась первой, все-таки еще не зная, станет ли вечер приятным, романтичным, или откровенным и тяжелым. Глянув еще раз на часы, снова кинулась собираться и уже через пять минут спускалась вниз, на парковку. На все про все времени было не так уж и много, но разумеется Кира знала, что Андрей может и задержаться.

***

— Кирюш, ты так и не созрела для разговора с Андреем? — поинтересовалась Юлиана, доставая из кейса папку с документами. — Боюсь, что нет. Это сильнее меня, признаться в таких вещах и ждать его реакции. Хотя, знаешь, если бы я призналась, то это сразу бы лишило Аниту возможности меня шантажировать. — Плюс нам поможет та информация, что удалось найти. А удалось откопать такое… Хоть стой, хоть падай. Но ты лучше дома это прочитай, в спокойной обстановке. Потом обсудим, как с этим всем поступить. Договорились? — Да, конечно. Сегодня у Андрея такой счастливый день… Мы подписали контракт с «ГлобалТекс», хотя они упирались до последнего. Не хочу портить ему настроение своими проблемами. Не сегодня. — Знаешь, мне кажется, ты слишком плохо думаешь об Андрее. Дай ему шанс помочь тебе в этой непростой ситуации. И он, я думаю, очень этот жест оценит. Что ты пришла в сложную минуту именно к нему. Что ты видишь в нем опору и защиту… Короче, мужики это ценят, когда им дают возможность почувствовать себя значимыми, спасителями и рыцарями, — Юлиана, в конце своей эмоциональной речи, рассмеялась. — Вот видишь, до чего я докатилась? Защищаю Жданова в твоих глазах, хотя раньше бы мне такое и в голову не пришло, после всего, что он успел натворить. — Спасибо тебе, дорогая. Поддерживаешь Андрюшино реноме, я это ценю, — Кира рассмеялась в ответ. Ситуация и впрямь была забавной. — Если тебе нужен еще чей-то совет, кого-то, кто знает ваши с Андреем отношения достаточно хорошо, может стоит поговорить с Маргаритой? Она однозначно тебя любит и поддержит, поймет. Поможет подготовиться к разговору с Андреем, если он будет. — Я тоже об этом думала, но… Не знаю, как она отреагирует, хотя, нет, знаю. Представляю ее реакцию и все эти переживания… Наверное, оно того не стоит. Я и так частенько делюсь нашими с Андреем проблемами, все-таки стоит побольше молчать и не втягивать в это все еще и его родителей, — произнесла Кира, задумчиво постукивая по оплетке руля. Она поняла, что не хочет выглядеть плохо в глазах Маргариты и Павла, заранее боится осуждения и непонимания с их стороны. Ведь ее собственные родители, когда все произошло, не поддержали, а осудили. — У тебя есть время подумать, Кирюш. По крайней мере до кастинга точно. И не думай, пожалуйста, что попросить о помощи — это занять унизительное положение, стать слабой и беспомощной. Попросить помочь — это довериться и показать, что ты совершенно спокойно можешь с чем-то не справляться, что человек для тебя родной и близкий, что ты ему веришь и веришь в то, что тебя не бросят. Это очень сближает. Все, я закругляюсь на эту тему. Совсем не собиралась тебя воспитывать, просто хочу дать тебе понять, что ты не одна, как могло бы показаться. Все дорогая, я убежала, у меня еще три вагона дел и маленькая тележка… Если появятся новости — звони или пиши. Завтра обсудим все то, что удалось найти, договорились? — Конечно, — Кира кивнула и улыбнулась на прощание. Юлиана, забрав неизменный зонтик, на этот раз темно-фиолетовый, убежала обратно в свой офис. Кира, чувствуя раздражение и злость, оттого, что все это свалилось именно на нее, направилась домой. Страх встретить у собственной квартиры Аниту или курьера от нее, появившийся так некстати, заставил включить погромче музыку и начать подпевать. И мелькнула такая спасительная мысль о переезде, хотя бы временном. Успокаивая себя тем, что что Анита — беспринципная, настойчивая, но далеко не всемогущая, Кира ехала по практически пустой дороге, не зная, что к ее машине прицеплен маячок и обо всех ее передвижения Аните известно.