Старое кино

— А ну кыш отсюда! — Северус единственным взмахом волшебной палочки, в общем-то не успев ничего наколдовать, заставил двух мальчишек убежать прочь из оранжереи с испуганными лицами.       Джеймс вылетел за стеклянную дверь пулей, Альбус же неуклюже заципотил вслед за братом. Мужчина проводил детей гневным взглядом, а затем торопливо осмотрелся. Вроде бы ничего не успели напакостить… Поттеры! В прошлый раз они на пару сгубили ему редкий цветок, на поиски которого у Снейпа в прошлогоднем летнем путешествии во время отпуска ушло три из четырех отведенных недель, а ведь бутон как раз налился и был готов распускаться. Придется Малфою лечить свою импотенцию менее уникальными и элитными зельями с кучей побочек…       Хотя Сириус притащил ему через неделю еще один такой цветок в аляпистом розовом горшке, Северус только сильнее разозлился, ведь какого-то хрена Блэк просто напоролся на прекрасный экземпляр едва начав искать и не потратив на это и пары дней. Злило и то, что он, в общем-то, ничего такого сверхсложного не просил: просто не пускать детей в лабораторию и в оранжерею, при чем для их же безопасности. У него здесь были и далеко не безобидные волшебные цветочки, и просто ядовитые растения, пусть и огороженные специально, но это же Поттеры, какие ограждения их вообще могут остановить?..       Убедившись, что мальчишки ничего не натворили, Северус покинул оранжерею, и первое на что он напоролся, так это на осуждающе смотрящего на него Сириуса, который держал на руках Альбуса, а к его ноге, вцепившись в темную потертую штанину свободных джинс, прильнул Джеймс, с прищуром глядевший на Снейпа. — Опять детей из-за своего палисадника ругаешь? — сказал недовольно Блэк. — Хватит тебе уже. Не пострадают твои драгоценные овощи, садовод хренов. — Во-первых, не выражайся при детях. Во-вторых, я этот «палисадник» три года в порядок приводил не для того, чтобы двое каких-нибудь мальчишек прибежали туда и все разворотили. И уж точно не для того, чтобы ты меня отчитывал, — проворчал Северус. — Ц, старый ворчливый дед, — Сириус закатил глаза. — Пойдемте дети, пусть общается со своими цветочками, а мы будем есть шоколадное мороженое.       Снейп вспыхнул от возмущения. Это он то — старый ворчливый дед? Если кто-то из них двоих и дед, то только окончательно поседевший и без конца жалующийся на свои больные колени Сириус! Он утратил весь свой пыл после войны и с трудом пережил смерть Люпинов, так что бойкий и безбашенный человек со слабоумием и отвагой, превратился в довольно законсервированного в своих буднях человека все еще со слабоумием, но без отваги и вообще без особой тяги к жизни, с чем Снейпу приходилось бороться, потому что отпускать этого старого дурня он пока еще не планировал.       В этом они с Северусом расходились: он после войны наоборот почувствовал себя наконец-то живым. Ему самому было сложно с этим свыкнуться, а остальные и вовсе до сих пор чувствовали себя неловко, когда видели его улыбающимся, безобидно шутившим и рассуждающим о том, куда лучше отправиться в путешествие летом. Появилась твердая уверенность, что все-таки жизнь была прожита не зря, а тяжелые воспоминания наконец-то отпустили. Его патронусом все так же была лань, но прежней боли не было, только тепло от всех тех хороших моментов, что были с ней когда-то давно пережиты.       Мужчина, под нос бормоча о том, как он устал в этом царстве анархии, в которое превращался их дом, когда приезжали Поттеры, потому что Блэк позволял детям творить все, что тем взбредет в голову, отправился на задний двор.       Джинни стояла у крыльца, облокотившись на одну из деревянных балок, что поддерживали крышу веранды, потягивая травяной чай из большой блэковской кружки и поглаживая с довольным видом глубоко беременный живот. Девушка заметила подошедшего к ней Северуса, однако не свела взгляда с Гарри, Сириуса и мальчишек, что ели мороженое за столом под большим раскидистым деревом, только улыбнулась. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше всех, — уверенно заявила Поттер. — Малыш, конечно, знатно потрепал мне нервы сегодня, но ваш чай просто творит чудеса. — Вы двое нас всех напугали. Кстати, что сказали в Мунго? — М-м-м, ничего такого, что я не слышала раньше, на самом деле. — Вы уже думали над именем? — Мы решили повременить. Гарри хочет еще одного мальчика, — она закатила глаза. — Будет девочка, — усмехнулся Северус. — Да. Я тоже уверена в этом. И я хочу назвать ее Лили, — Джинни еще раз любовно огладила пузо с счастливой улыбкой обернувшись к нему.       Снейп только улыбнулся в ответ.       Не сказать, что его отношения с Гарри и его семьей были особо близкими. Поначалу Северус вообще едва выносил Поттера, который постоянно вертелся вокруг Сириуса, но так как намерения у него были исключительно благородные, приходилось терпеть, стиснув зубы. К тому же, Гарри заметно повзрослел уже тогда, а со временем он стал с ужасом ловить себя на фразах в духе «Что-то Поттеры у нас давно не были. Не знаешь, когда они к нам собираются?». Снейп как сейчас помнил тот день, когда двадцатилетний Поттер пришел к нему в очень дождливый и мерзкий летний день, когда Сириуса не было дома, и, робко присев на край дивана в гостиной, стал расспрашивать про Лили. С того года на могилу к покойным старшим Поттерам они ходили исключительно вместе.       Ладно, может быть, все же и близкими. Может быть, он даже считал их своей семьей. Технически, это так и было, ведь его семьей был Сириус, а он, в свою очередь, был неотъемлемой частью семьи Гарри.       В общем-то, они даже не особо пересекались все в течении дня, когда Поттеры были в гостях. Джеймс и Альбус, за которыми должен был следить папаша и названный дед, слонялись по дому в стремлении напакостить, Гарри и Сириус обсуждали последние новости и работу в Аврорате, Джинни чаще всего просто отсыпалась, а, выспавшись, шла искать себе какое-нибудь ненапряжное занятие, часто теснила Северуса на кухне, помогая с готовкой, напрашивалась поработать в оранжереи или просто сидела около него в подвале в лаборатории. Иногда они даже разговаривали, в основном о том, как их обоих достало обсуждение аврорских дел.       За столом же было всегда шумно, и к этому Северусу тоже пришлось долго привыкать. Блэк подшучивал над ним из-за того, как ему трудно удавалось понять и принять все эти семейные штучки, от которых он не то, что отвык, а никогда и не привыкал. Снейп в ответ напоминал, что кто-то не выходил из дома пять месяцев после финальной битвы и уточнял, не желает ли Блэк снова поплакать у него на плече. На самом деле, конечно, он его за это совсем не осуждал и прекрасно понимал чувство вины, которое испытывал Сириус за смерть Люпинов, которых он не смог спасти, и перед маленьким Тедди.       День подходил к концу, и Поттеры засобирались домой. Выпроводив весь олений табор, Северус вздохнул с облегчением. — Ну и? На что убьем вечер? — Сириус лукаво ухмыльнулся, подойдя к Снейпу, что закрывал входную дверь. — У меня есть парочка идей… — его рука скользнула по талии мужчины на ягодицу и ущипнула. — Спину свою пощади, — фыркнул Северус в ответ, сбрасывая небрежно его руку. — Ну, мне ведь совсем не обязательно напрягать спину, — еще более пошлая улыбочка появилась на лице Блэка, и он поцеловал Снейпа в щеку. — Мою спину тоже желательно пощадить, — он отстранился. — И вообще, я пасту для чего готовил? Что б она просто так стояла в сковороде? — Ну ты и противозина, Снейп, ну и противозина, — Сириус прищурился, недовольно цокая. — Все ясно, я пошел газету почитаю значит. А ты жуй один свои макароны и смотри свое кино.       Северус только хмыкнул и равнодушно пожал плечами. Не хочет — не надо. Он уже привык к тому, что у них довольно разное отношение к проведению досуга. Мужчина отправился на кухню.       Вообще-то, Снейп никак не мог понять, что не так с просмотром кино. Да, он, конечно, не большой любитель всех этих маггловских штучек, но ведь фильмы — действительно очень дельное изобретение. Сколько историй можно показать, сколько всего рассказать и сделать с помощью набора движущихся картинок? Хотя, современное кино, конечно, нравилось ему не особенно — магглы ударились во что-то весьма однотипное, часто пустое и непонятное для него. Ему и по молодости куда больше нравились старые черно-белые ленты, которые иногда смотрела мать, чем те фильмы, современниками которых он был.       Устроившись на диване перед телевизором с бокалом вина и поставив на журнальный столик тарелку с пастой, Северус, наверное, уже в сотый раз пересматривал «В джазе только девушки». Кто бы мог вообще подумать, что когда-то он подсядет на комедии пятидесятых… и кто бы мог подумать, что покупать дом в пригороде полузаброшенного Коукворта все же не настолько идиотская идея… По крайней мере, живя среди магглов, они могли быть уверены, что их двоих никто не будет трогать и задавать лишних вопросов.       Они и сами только здесь перестали задавать друг другу лишние вопросы, примирившись с собственными чувствами и всем, что было до.       Он отпил немного из бокала, закидывая ногу на ногу и откидываясь на спинку дивана, закрывая глаза. — Я не могу быть с тобой, я мужчина! У всех свои недостатки, — с усмешкой произнес он одними губами прежде, чем эти реплики повторили герои на экране.       Каждую фразу, каждую сцену он знал наизусть до мельчайших подробностей, мог пересказать не просто сюжет, а каждую фразу каждого персонажа, и ему все никак не надоедало. Две женщины, бывшие в его жизни важными, обожали этот фильм, и пересматривая его из раза в раз он вспоминал то улыбку матери, такую на редкость искреннюю и не вымученную, то Лили, что красила ярко веки под бубнеж телевизора, пока Северус молча наблюдал за ее каждодневным предпрогулочным ритуалом, краем глаза заглядывая в экран.       Вспоминать Сириуса, благо, пока было не надо. Снейп открыл глаза, глянув на присевшего рядом на диван мужчину, лицо которого было скрыто за распущенными седыми кудрями. Он всегда приходил под конец фильма.       Каждый раз он ворчал на него, и каждый раз все равно приходил, и они вместе могли смотреть кино целую ночь, просто сидя рядом, ни о чем не разговаривая. Каждый такой вечер казался ему по своему особенным, хотя происходило всегда одно и тоже. — Волосы в тарелку мне не складывай, — прежде, чем Блэк наклонился к журнальному столику, Северус легким движением убрал его волосы от лица. — Старый пес. Не хочу есть свои макароны с соусом из твоей благородной седины. — Еще раз мне об этом напомнишь, и я тебя за жопу укушу, — недовольно пробурчал Сириус, вновь все свое внимание приковывая к телевизору.       Снейп отпил еще немного вина. Старый дурень… зубы со дня на день выпадут, а он его кусать собрался…