Если я кот, то ты — моя валерьянка

      Вару открыл глаза, уже ощущая чувство, рождающееся где-то в голове, но разносящееся по всему телу, растворяясь в руках и ногах, но застревая где-то внизу живота, начиная неприятно тянуть. Это был страх. Так Омега просыпался каждое утро на протяжении уже почти двух месяцев после того случая. Он прокручивал в голове то, что произошло тогда и всё больше понимал, какую ошибку они совершили, в особенности он сам. Эта ошибка могла стоить большой цены обоим, но в особенности ему. На почве нервов он сидел в своём замке целыми днями, не выходя ни на минуту. Все парады в честь себя любимого он отменил, после неприятного случая когда он, подхватив паническую атаку, так и не вышел к подданным. Те, конечно, стали переживать, устраивать беспорядок и сеять хаос, который полиция Варулэнда старалась обрубать на корню. Пятый чувствовал гигантский груз предстоящих неприятных последствий, что могут его ожидать. Неприятным моментом было и то, что сам он пока никак не мог повлиять на ситуацию. Оставалось только ждать и надеяться, что тех самых страшных последствий не случится, что маловероятно, ведь задержка в два месяца, как раз с того случая, — не похоже на шутку.       Томительное чувство ожидания пожирало его изнутри каждый день, каждый час, каждую минуту. Так и сейчас, не в силах от моральной усталости встать, он просто пялился в потолок. Под его глазами были большие синяки, кожа стала бледной, выделялись скулы на худощавом лице правителя, ведь он почти не ел уже около недели. Кусок в горло не лез, а наполнять желудок водой было уже неприятно и он перестал пить что-либо пару дней назад. Покусанные губы пересохли, как и полость рта. Волосы спутались, ведь их давно не расчёсывали и не приводили в порядок, как это было раньше. До всего этого парень мог часами сидеть за своим туалетным столиком, укладывая причёску. С такими непослушными кудрями всегда было очень тяжело управиться, а сейчас они и вовсе больше походили на гнездо.       По замку Вождь ходить перестал, наверное, месяц назад, заперевшись в комнате и впуская к себе лишь новую слугу — Варру, дабы она приносила еду, чистую одежду и тд. Благо, дверь в ванную находилась прям в его комнате и даже туда ему не приходилось выбираться из своей норы. Выходить он не хотел из-за навязчивых слуг, что видя в каком состоянии их правитель, приставали с расспросами, предлагая помощь или наоборот, пугаясь и отшатываясь. Это всё окончательно достало Вару, так что он предпочёл никого больше не видеть. Его Король изредка звонил, поинтересоваться состоянием своего Валета, но в ответ всегда слышал полумёртвый голос забитого парня, который не понимает, что происходит с его жизнью. Это всё было понятно лишь по голосу. Они с того дня и не виделись больше. Не было повода. Альфа держался и не раскисал, в отличие от Пятого, что ещё непонятно каким образом не сошёл с ума… или…       В дверь травянистого цвета робко постучались. Хозяин комнаты с трудом повернул голову и взглянул на часы, что располагались на тумбе рядом с покоившимися на ней очками. На них было ровно десять утра, что означало время завтрака и то, что верная помощница не опоздала. Неторопливо, ведь он знал, что Варра подождёт, он потянулся за аксессуаром и нацепил на себя. Наконец он хрипло выдал: «Заходи». Девушка аккуратно, ногой открыла дверь, так как руки были заняты подносом, положила завтрак на колени Вару, выставив специальные ножки у деревянного столика и ушла. На нём был зелёный чай, зелёная каша, любимая Валетом, и того же цвета хлеб. Каждый день зеленоволосая приносила еду, но через полчаса уносила обратно не тронутой, так как парень к ней даже не прикасался. В этот раз он решил пересилить себя, взяв ложку дрожащей рукой. Только при одном виде еды у него появился рвотный рефлекс, челюсть затряслась, а по коже пробежались мурашки, но он держался. Слегка помешав кашу, он, не без усилий, начал поглощать пищу, которой так не хватало организму. Когда вся тарелка была съедена, Вару почувствовал новый подступающий приступ тошноты и, откинув еду, которая ещё оставалась, прям на постель вместе с одеялом, он кинулся в ванную комнату, дабы избавиться от только что съеденных продуктов.       Пока Парень сидел, склонившись над унитазом, слуги в срочном порядке меняли постельное бельё. Спустя полчаса мучений Пятый вернулся в кровать полностью истощённым, хуже чем был до этого. За сутки это повторялось не раз и Вару, сопоставив все факторы типа вялости, перепадов настроения, тошноту, тянущие ощущения внизу живота, пришёл к неприятному для себя выводу, который не хотел принимать ни в коем случае. Кое-как вернувшись в постель, он постарался уснуть. Организм заметно вымотался за прошедший день, так что уснул он быстро, предвкушая завтрашний день.       8:00       Парень уже сидит перед зеркалом, искренне улыбаясь. После расчёсывания зелёных волос он принялся завивать их, чего не делал уже продолжительное время. Очищающие маски для лица в тёплой ванне — вот чем занимался Валет на протяжении уже второго часа. В девять утра он вышел из комнаты и весело направился в собственную столовую, здороваясь и подшучивая над шокированными слугами, что проходили мимо, по типу: «Призрака увидел?», как раньше, будто и не было этого интервала в два месяца.       Бледность с лица никуда не исчезла, но ухоженный вид придавал ему свежести, так что мелочи по типу цвета кожи не сильно бросались в глаза, а синяки прикрывали зелёные очки. Взяв с кухни зелёный чай в чайнике, он, полностью счастливый, отправился в комнату, зная чем он сейчас займётся.       Вару прочно запер дверь на все замки, что никто не сможет пройти, и пошёл к балкону, попивая горячий напиток из чашки оливкового цвета. Пятый облокотился на перила локтями, упираясь грудью в балку, и одной рукой снимает с себя корону, в которой прячется генератор. Вздохнув, он тянется пальцем к заветной кнопке, безмятежно улыбаясь, будто сейчас сделает какую-то самую обычную вещь в своей жизни. Кнопка нажата, экранчик генератора потухает, издав последний жалобный писк, а само устройство летит вниз с самого высокого этажа здания, в итоге разбиваясь вдребезги. Парень вздохнул, вновь слегка улыбнулся и, не спеша, потягивал чай, предвкушая предстоящее шоу.       Ни с того ни с сего один из жителей, ничем таким не выделяющийся из зелёной толпы, накинулся на другого, яростно впиваясь клыками в его плечо, отрывая кусок кожи. Из того места начинает струиться алая жидкость, а жертва, что пытается хоть как-то отбиться, во всю кричит и пускает слёзы от боли, но самоконтроль его покидает, заменяясь чувством, которое обычно ощущает хищник при виде своей жертвы. Нападавший царапает кожу другому, вцепляясь ногтями настолько сильно, что сдирает верхний слой плоти, а зубы уже на чужой щеке, пальцы жертвы уже вдавливают глаза хищнику, ощущая тёплую густую кровь на запястьях и слыша душераздирающие крики того, кто сейчас уже откусывал его нос в порыве драки. Все кто были вокруг уже не могли смотреть на двух кричащих от боли парней, но сделать ничего не могли. Вдруг кто-то в толпе набросился на другого, ударяя в живот, что тот скрючился пополам от боли. Этот кто-то набрасывается на собственную жертву, разрывая кожу лица ногтями и ломая ему кости, придавливая лицом о жёсткий пол, заставляя его череп треснуть. Какая-то девушка тоже резко стала агрессивной и напала на парня, что никак не мог этого ожидать, развернула к себе, достала из сумочки ножницы, вонзила их в горло незнакомцу и нещадно откусила ухо, слыша крики и мольбы о помощи. Другая женщина, как с цепи сорвавшись, кинула своего маленького ребёнка в стену, после чего послышался хруст и последовала мгновенная смерть.       «Шоу начинается» — подумалось Вару, всё это время наблюдавшему за данной картиной.       Всего за какие-то пять минут Варуленд заполонили оглушительные крики и он превратился во что-то смахивающее на ад. Люди перегрызали друг другу горло, рвали волосы вместе с кожей головы, откусывали уши, носы, пальцы, выкалывали и выдавливали глаза, нещадно разрывали тела на части, пожирали друг друга заживо, ломали кости и использовали подручные средства для особо изощрённых убийств. Выглядело жутко… Правитель и зачинщик сия беспредела стоял на балконе, любуясь сотворённой работой, на которую потратил последнюю энергию генератора, заставив людей озвереть. Сумасшедшие слуги ломились в запертую дверь Вождя, а тот даже глазом не повёл, подливая в чашку уже не такой горячий чай. Может, он всё же сошёл с ума? Или же это просто тот самый Вару, который таился глубоко внутри? А может это просто беременность заставляет его творить безумные вещи?       Вдруг дверь резко слетает с петель, и в комнату вваливается озверевшая Варра. Вот теперь Вару не на шутку перепугался, но успел войти в комнату с балкона и поставить драгоценную чашку на прикроватную тумбу. Девушка выглядела будто восставшая из мёртвых. Одежда в зелёных тонах порвана и в некоторых местах окрасилась в алый. Многие волосы выдраны, на тех местах кровоточащие глубокие раны, на лице множество следов чьих-то ногтей и кровяные подтёки… ей явно пытались выцарапать глаза, видимо, она держалась в сознании на одном адреналине. Она как ошпаренная кидается на парня, но он успевает увернуться. Пятый быстро подбегает к дверному проёму, превозмогая боль в животе, но выбегать не собирается, ведь там даже опаснее чем здесь. Он быстро схватился за деревянный косяк, на половину успевший отвалиться при выбивании двери, и отломал его окончательно, держа в руке как биту. Девушка снова побежала на него, но парень ударил её в лицо, испачкавшись в красной жидкости. Варра пошатнулась, но у неё в крови всё ещё играл адреналин, что она даже не заметила как лишилась глаза, вновь нападая на Омегу, который резко остановил её, поставив деревяшку поперёк её горла и, наступая ей на носки, толкнул к балкону спиной. Когда она упёрлась в перила, а руки тянулись к лицу парня, последний выкинул её за борт.       Потрогав половину лица, что успела испачкаться, он тяжело вздохнул и продолжил чайную трапезу. Больше в мрачную комнату никто не входил на протяжении последующего получаса, а звуки с улицы постепенно стихали, пока не наступила гробовая тишина. Тогда-то парень и убедился, что в живых никого. Он налил себе чаю и направился к выходу из дворца. По центру всего этого месива из кишков, трупов и конечностей располагался фонтан, запятнанный кровью. Он присел на его бортик и продолжил невозмутимо пить свой напиток, рассуждая о чём-то своём.

***

      — Как мы все можем заметить — на собрание снова не явились некоторые первые лица своих государств, — Куромаку своим привычным строгим взглядом оглядел присутствующих, будто бы удостоверяясь в своих выводах, хотя он и так всё знал. — а именно Бубновые, в принципе как обычно, Вару и Ромео. — Король Треф посмотрел на Червового Валета — Феликс, где твой король?       Тот к кому обращались закатил глаза и явно стал агрессивнее. Его лицо покраснело от злости, а руки он демонстративно скрестил на груди, начиная кричать и возмущаться.       — Да он меня заебал! Феликс, ты же мой Валееет, Феликс, ты же омееега, Феликс, отсосиии, Феееликс, ну ты так классно сосёёёшь, ЗАЕБАЛ! ПОЧЕМУ ЕСЛИ У НЕГО НЕДОТРАХ, СТРАДАЮ Я?! НЕ СПРАШИВАЙТЕ О НЁМ У МЕНЯ! Чуть что с этим розовым бабником, так сразу «Феликс»! — Он обиженно надул губы и отвернулся.       — Ой, только не говори мне… Аргх, не хочу слышать от тебя положительный ответ! — Куромаку ударил себя рукой по лбу, но придя в себя, осмотрелся. — Я так понимаю у него гон. Ясно. — Он перевёл взгляд на единственного присутствующего представителя пиковой масти. — Пик, а где Вару? — На этот вопрос у Восьмого не было ответа и Куро предложил ему позвонить. Рогатый хотел было возразить, но со Вторым это невозможно. Трубку никто не взял, от чего Лидер облегчённо выдохнул «Надеюсь, ты там спишь, а не творишь очередную хуйню. Или уже натворил.»       — Ладно… Кстати, Феликс сейчас сказал о кхэм… И тем самым напомнил мне то, о чём я хотел сказать. Мои лучшие учёные доработали специальный препарат для снижения обоняния Альф и Омег и, по идее, может сработать как противозачаточные, СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ТАКИХ УМСТВЕННО НЕДОРАЗВИТЫХ, КАК ЧЕРВОВЫЕ! — Последние слова он произнёс особенно громко, покосившись на Валета названной масти. Феликс лишь фыркнул и всё оставшееся собрание сидел с обиженным выражением лица.       «Куро, блять, ты не мог раньше это изобрести?!» — Сидела мысль в голове раздражённого Короля Пик.       Далее собрание проходило скучно, а в конце, когда Куромаку отдал Феликсу две пачки препарата, и тот удалился, Второй подошёл к Пику и, необычно для него, нервно спросил:       — Пик, ты передал Вару документы? — В ответ он получил лишь отрицательные движения головы.       — Я забыл и забрал к себе. — Соврал Восьмой. — А почему ты спрашиваешь?       — Ну… — он замялся и кинул взгляд на сидящего за столом своего Валета — Я случайно перепутал препараты и дал тебе усилитель, а не подавитель…       Кажется, если бы Пик сейчас пил чай, он бы точно поперхнулся. Его глаза удивлённо уставились на Куромаку, а потом он задал провокационный вопрос, ухмыльнувшись: — А зачем тебе с собой усилитель?       На это Трефовому Королю было нечего ответить, точнее было что, но он не хотел. Его застали врасплох. Восьмой, махнув рукой, со словами: «Совет вам, да любовь», удалился, оставив двух смущённых ситуацией трефовых наедине.       Пик направился прямиком в государство своего Валета. «Почему он не ответил на звонок?», «Всё ли в порядке?» — такие вопросы крутились у него в голове. Наконец зелёная страна была совсем близко и, уже подходя, Король почувствовал запах металла, вперемешку с небольшим запашком гнили. Это ему сразу не понравилось и он поспешил к воротам.       Как ни странно, те были приоткрыты и парень уже видел трупы на полу, которые будто бы пытались выбраться, тянули руки за пределы королевства, но они не успели. Ногой брезгливо отодвинув голову, которая лежала в проходе без глаз, с очками, чьи осколки впились в кожу лица, не оставив на нём ни одного нетронутого места, парень прошёл внутрь и с ужасом оглядел место, в котором оказался. Везде лежали трупы с зелёными волосами, многие без каких-то конечностей, со свёрнутыми шеями, с ненормально-выгнутыми в разные стороны руками и ногами. Кого-то явно вскрыли ножом, кому-то выкололи глаза осколками от очков.       Всматриваясь в каждое тело, либо то, что от него осталось, Пик всё больше боялся увидеть в нём Вару. Пройдя к замку, он проник внутрь и там было всё то же самое, что и на улице. Парень кинулся к комнате хозяина дворца, но внутри увидел лишь множество кровавых следов и ни единой живой души. Восьмой поторопился осмотреть другие комнаты, но везде лишь трупы прислуги и оторванные конечности. Он ринулся к выходу и оббежал замок вокруг, но ничего не нашёл, лишь какой-то скрытый сад, в котором уже через минуту разглядывал фиолетовые розы, заполняющие собой весь двор. Это были единственные вещи не зелёного цвета во всём Варуленде.       Наконец он услышал журчание воды вместе со стуком фарфора и побежал к звуку. Там он увидел фонтан, жидкость в котором смешалась с цветом крови. Тяжело и устало выдохнув, он решил обойти строение, дабы понять откуда исходил звук. Перед ним предстала удивительная картина: Вару, подняв очки на голову, наполовину испачканный в ещё свежей крови, восседает на бортике фонтана с абсолютно невозмутимым лицом и пьёт чай, не замечая незваного гостя. Пик чуть дрогнул и быстро спросил на выдохе полном облегчения:       — Чё за херня тут происходит?! — А затем отвёл глаза в сторону, заприметив вдребезги разбитый карточный телефон неподалёку.       — Из-за тебя это всё, из-за тебя. — С раздражением и какой-то дрожью в голосе ответил он, не поднимая взгляда. Пик ошарашено глянул на парня, когда эти слова отразились у него в голове эхом.       — Ты можешь нормально объяснить?! — Рассердился Король через пару секунд.       Он поднял глаза, и Лидер только сейчас заметил, что они полны слёз. Сразу стало стыдно за своё поведение. По щекам Омеги покатились слезинки, которые тот срочно вытер рукой. А до Пика вдруг дошло.       — Скажи честно, ты беременен? — С ходу задал он вопрос, затаив дыхание. Пятый на это лишь громко заплакал. Всё стало ясно. — А… С чего ты взял? — Зелёный закрыл лицо руками и продолжил рыдать от бессилия. — Перепады настроения? — Сквозь всхлипы он услышал тихое «угу» — Токсикоз?       Тот вытер слёзы и дрожащим голосом с небольшим смущением на лице пробубнил: — Ещё течки не было два месяца уже.       — Ага… — Задумчиво протянул Пиковый, опуская взгляд. — Я считаю, смысла оставаться тут нет.       Пик аккуратно забрал у Вару чашку, поставил на бортик под удивлённый взгляд Пятого, поднял его на руки и сказав: «Поживёшь у меня, будешь наблюдаться у врачей. У тебя всё равно выбора нет.», направился к выходу из этого ада. Омега не сопротивлялся, понимая, что ему ничего не остаётся, кроме как подчиниться, и попытался успокоиться уже на руках у крепкого Короля.