Товарищ

Товарищ, вы непробиваемый гранит.

Вам не дано понять моих метаний.

Нам говорили вдовье сердце не болит

Но не спасет оно от горечи рыданий.

Наташа старалась не думать о новом учителей, но его образ , весь состоящий то-ли из ледяного мрамора, то-ли из колких замечаний, граничащих с издевками, упрямо всплывал в памяти, вырвался в мысли. Рядом с руководителями, Солдат неукоснительно придерживался устава, но наедине с учениками он, казалось, терял все человеческие качества. Никто не гонял так, как Яков Иванович. На его занятия шли как на плаху, а возвращались, как с поля боя. -Да ты у него любимца. - Маринка разогревалась, не спуская взгляда с гематомы растянувшейся на все ее левое предплечье. - У Вересковой - перелом берцовой кости, у Ларионовой - два вывиха и трещины. А ты синяком отделалась. Наташа громко фыркнула, следов от последнего занятия было куда больше, чем хотелось бы. Марина будто считала, что имеет право попрекать Наташу. Она же была, явно, лучшей в их группе, что, впрочем, не спасло её от ударов Солдата, настигающих любого. Колкие слова уже почти слетели с губ Романовой, когда дверь в балетный зал распахнулась. В комнату вместе с прямым, как палка, балетмейстером, зашел майор. Он окинул, выстроившихся в ряд девушек, оценивающим взглядом. -Ковалева. Миронова. Новикова. - девушки мгновенно шагнули вперед. Наташа проводила Марину взглядом. Её назвали первой. Кивком головы, майор приказал следовать за ним и девушки повиновались без промедления. Марина не вернулась не вечером, не на следующий день. Никто из тройки не вернулся. Пустая кровать, будто обещала, что и оставшиеся две скоро опустеют. Наташа и Лена сколько могли игнорировали её существование, как и пропажу соседки. Но более угрожающе выглядела комната без вещей Марины. Они просто пропали в один момент. Наташа перевернула всю что могла. Не в одном ящике, не под кроватью, не под отходящей дощечкой - нигде не осталось ни следа соседки. Лена застывшая в дверях, сжимала листок. -Тут написано, - её голос дрогнул, - написано, что у нас некоторое время не будет соседки. Когда они найдут другую, то подселят ее. -И все? Это все что там написано? - Белова кивнула. - Ладно. Мне нужно идти на английский. - Подхватив сумку с учебниками, Наташа скрылась в коридоре. Руки Романовой мелко подрагивали, а взгляд метался по людному коридору. Она свернула на первую попавшуюся лестницу, спускаясь к кабинету английского, самым длинным путем. Стараясь совладать с непослушными руками, Наташа не заметила, как спустилась слишком глубоко. Ученицам академии не запрещали спускаться на цокольный этаж, но сейчас Наташе быть здесь явно незачем. А в Красной Комнате запрещено все, что не разрешено . Поэтому услышав приближающиеся шаги, отскакивающие от стен, Наташа проскользнула в ближайшую комнату. Холод мгновенно окружил ее, ледяной воздух царапал лёгкие и колол руки иголками. Изо рта вырвалось небольшое облако пара. Гул шагов нарастал. Наташа крепче сжала лямку рюкзака, пытаясь придумать оправдание на случай если её заметят, а заодно и объяснение своему опоздание на урок. Недалеко хлопнул дверь и шаги приумножились. Шло несколько людей и они остановились прямо у двери, за которой скрылась Наташа. Поддавшись секундному порыву, Романова отшатнулась от двери и налетел на огромный стол посреди комнаты. Обернувшись чтобы проверить не испортила ли она что-то, Наташа замерла. Температура комнаты резко снизилась, ладони Романовой будто сковала заиндевелая корочка. На высоком столе лежало тело, прикрытие белой тканью, как в глупом фильме. Вся ситуация была какой-то глупой и нереальной. Все это было правдой, как и Маринино лицо, проглядывающие через слетевшую ткань. -Боже. Шумный вдох-всхлип, все что могла позволить себе Наташа, все на что хватало сил. Зажмурив глаза, она сделала шаг назад и врезалась во что-то крепкое и определенно живое. -Молишься, Рыжая? - что-то живое с голосом Солдата подняло наташин локон. Романова дернулась, пересекаемая железной рукой. Корочка инея поползла по предплечьям на спину и грудь, замораживая все тело и появлении Зимнего Солдата явно усилил эффект. - У твоей группы урок. Если пропустишь будут проблемы. - не дава ответить Солдат потащил Романову к выходу. Она запнулась на первом шаге. - Сломана нога, Рыжая? Нет. Ребра? Нет. - не давая ответить рассуждал Яков Иванович. - Тогда что? -Она там. - лишь смогла выдавить из себя Наташа. Солдат пробежался взглядом по лицу Романовой и перевёл взгляд ей за спину. -Ковалева? Да. Она прогуливала и поэтому завалила задание. Будешь также себя вести, окажешься на её месте. - Наташа дернулась выпутываются из железной хватки. В глазах преподавателя промелькнула искра осознания. - Она была твоей соседкой. Жалеешь её? -Нет - шепнула Наташа, стараясь держать голос ровным - Я не окажусь на её месте. - вышло слишком неуверенно и жалко, но Яков Иванович кивнул, подталкивая Романову к выходу. А сам направился в сторону стола. Наташа обернулась через плечо, Солдат бережно поправил ткань. -Идём, Рыжая. Я тебя прикрою. Последний раз.

Ведь девочек, с кем танцевала я вчера,

Сегодня вижу бездыханными телами.

Солдат, я не молилась никогда

И не спасти нас никакими уж богами.