Ошибочные суждения.

Вдохнув прохладный после дождя свежий воздух, он сделал очередной толчок ногой. Каминари никогда так долго не оставлял свой скейт, но сейчас он постоянно пропадал в гараже у Серо, куда выучил дорогу и ходил пешком, а обратно его на байке довозил Киришима, и это уже вошло в привычку. Денки соврет себе, если скажет, что, идя на очередную репетицию, он не предвкушает возращения с нее, потому что в последнее время он очень сблизился с Эйджиро, они переписываются в групповом чате и в компании, но бывают наедине только в эти моменты, когда он прижимается к его широкой и теплой спине, а чтобы что-то сказать приходиться пододвигаться к самому уху, иначе ветер унесет все слова, так и не донеся их до красноволосого. Ему правда нравился такой ритм жизни, ребята были очень хорошими, и ему нравилось быть вовлеченным во что-то такое масштабное, как собственная группа. Но что ему правда не хватало эти две недели так это Шинсо. С экзаменами по окончании семестра и репетициями ему хватало времени только на телефонные разговоры, и хотя все свободное время он проводил, написывая фиолетоволосому, личных встреч было катострофически мало, и он чувствовал, как желание что-либо делать постепенно пропадало, с каждым днем, проведенным без Хитоши. В нем как будто была батарея с жизненной энергией, а Шинсо был его единственным зарядником. Он знал, что Шинсо испытывает примерно тоже самое, но не может ему об этом сказать, так как не привык говорить прямо. Поэтому он решил отложить все дела на потом, и сразу после школы, сбросил портфель, прихватил свой скейт и отправился по родной дороге до дома друга. В один прыжок он преодолевает три ступеньки крыльца и три раза стучит в дверь, через пару минут дверь открывается, за ней стоит сонный Айзава. - Оу, неужели мой любимый ребенок соизволил навестить меня. Каминари заключает его в объятья, а Шота гладит его по голове. - А я думал, что это я твой любимый ребенок, - разносятся слова, еще до того, как блондин видит, кем они сказаны, секундой позже он видит Шинсо, только что спустившегося с лестницы, он смотрит на них с Айзавой и тепло улыбается. Каминари показывает ему язык и смеется. - Надо было предупредить меняя, я бы тебя встретил, - зактывает на его поведение глаза Хитоши. - Неужели ты думаешь, что я бы смог заблудиться,- морщит носик Ками, размыкая руки и подходя к другу. Нет, я просто очень давно не видел тебя и хотел бы провести с тобой как можно больше времени. - Идем уже в комнату, Денки. - Вам нужно что-нибудь принести. - Не надо я сейчас сделаю чай. Каминари стоял у окна с горячим чаем в руках, и говорил просто бесконечно, потому что у него рождалось в день просто куча бредовых идей, которыми он делился только с Хитоши, ведь он знал, что тот его никогда не осудит и всегда выслушает - И понимаешь девушки реально такие безумные! Неужели правда кому-то нравится, когда их шлепают. Мне кажется, что это реально больно… Шинсо молча подходит и шлепает блондина по заднице, Каминари прерывает свой монолог и задумывается. - Знаешь, а это многое объясняет. Парни разражаются громким смехом. Весь день они проводят вместе на кровати, Каминари лежит на ноге Шинсо, положив руку себе на живот, а рука фиолетоволосового лежит сверху, фильм, который они выбрали уже давно, так и остается не включенным, они просто наслаждаются друг другом, слушая дыхание и периодически переговариваясь о чем-то. Каминари давно не чувствовал себя таким живым и спокойным. Вернувшись домой, он еще долго не может уснуть, вспоминая этот день. Горячие руки обнимают его, медленно заползая под футболку, он что-то скулит в чужой рот. - Хитоши, отшлепай меня пожалуйста… Фраза под конец переходит во всхлип, потому что Шинсо реагирует моментально, меняя их положения, теперь он возвышается над блондином, что стоит в колено-локтевой. Рука скользит по спине к ягодицам, обтянутым джинсами, легко оглаживает, а потом легонько ударяет. Он сходит с ума уже от этого. - Значит, котенок любит пожестче, - раздается шепот в самое ухо, после чего фиолетововолосый прикусывает его мочку и шлепает еще раз. Член упирается в ширинку, но Хитоши не спешит раздевать его, растягивая пытку, потирая соски через тонкую рубашку. Каминари на каждое действие отзывается несдержанными стонами. Не выдержав, он резким движением освобождает его от штанов, сразу загребая его задницу двумя ладонями. - Господи, какой же ты прекрасный, не прячься от меня. Ты же будешь послушным для папочки? Каминари просыпается с вспотевшим красным лицом и каменным стояком. - Ебать, ну за что мне это все. Воспоминания от сна слишком свежие, слишком реальные, он все еще чувствует прикосновения фантомных рук на себе. В душ не хочется от слова совсем, но игнорировать это он тоже не может, мысли возвращаются к Шинсо, он думает, о том чтобы тот успел сделать, проснувшись он на десять минут позже, а лучше на полчаса. Шинсо наверняка продолжил бы шлепать его, пока ягодицы не стали бы красными, а потом бы провел языком, по следам от своих же ладоней, создавая нереальный контраст, после чего приблизился к напряженному колечку ануса, быстро мазнув по нему. Рука сама тянется к крему для рук, что стоит около кровати, он смазывает два пальца и проталкивает их внутрь, массируя себе, представляя на ее месте, явно не свою. Давит на простату. - Да, Хитоши, здесь хмм… Он думает о том, как вслепую тянулся бы к нему за очередным поцелуем, сжал бы в своей руке чужой член, провоцируя, потому что знает, что Шинсо поведется, не станет медлить зайдет плавным движением, заставит открыть глаза, будет смотреть ему в лицо, следить за каждой его реакцией. Каминари ускоряет движения, прибавляя третий палец. - Кажется, котенку нравится толстый член в его заднице, - говорит раскрасневшийся Шинсо, с похабной улыбкой. Он кончает, до боли закусывая другую свою руку, чтобы сдержать вскрик, и пару минут бьется в конвульсиях. Это Каминари Денки, и он только что получил самый сильный в своей жизни оргазм, представляя лицо своего друга, пока он будет его трахать.