Кошмар тюремного мира

—Ты тоже это видела, Бонни? — произнесла её подруга. —Видела что, Елена? — девушка обернулась, но никого не было рядом с ней. И Елены тоже. —Что за чертовщина? — раздался громкий, леденящий душу, смех. —Бонни. Ты здесь одна, в тюремном мире. Без друзей, без сил, — произнёс голос, похожий на Кэролайн. —Без любви, без семьи, — перед ней начали появляться её друзья, её семья. Но выражения их лиц были далеко не дружелюбны. —Одна! Одна! Одна! — девушку окружили, выкрикивая эти ужасные слова. —Ты думала, что мы будем дружить с тобой? — произнесла надменно Форбс. —Если бы не твоя магия, мы бы прекратили все общение с тобой, ведь ты не нужна нам, — вторила ей Елена. —Ты думаешь, что кто-то мог полюбить тебя? Что кто-то мог влюбится в такое ничтожество как ты? — слова Джереми больно ранили девушку. —Ты всегда будешь одна! — раздался громкий, оглушаюший холодный смех тех, кого она любит.

***

—Бонни, очнись! — Беннет резко открыла глаза, из которых сразу же полились слезы. Она просто рыдала навзрыд. Деймон, разбудивший девушку, нахмурился. —Эй, ведьмочка, это всего лишь сон. Чтобы тебе не снилось, это всего лишь сон, — произнёс вампир, уговариваяя то ли себя, то ли плачущую девушку. —Что? Это был просто сон… — ведьма посмотрела на Деймона заплаканными глазами. Она впервые видела, что этот вампир тревожится не только за свою шкуру и за Елену, но и за других людей. —Да, это просто сон. Тебе часто снятся кошмары? — девушка отвернулась от Сальваторе. С их появления здесь, она видит их каждую ночь. —Бонни, — голос мужчины был слишком ласковым, он даже так с Еленой не разговаривал, — посмотри на меня скажи честно, я не буду тебе внушать. Тебе снятся кошмары? —Да. Они мне снятся. С самого первого дня, как мы сюда попали. —Бонни, но почему ты мне не сказала об этом? — девушка пожала плечами. —Может быть потому что ты вёл и ведёшь как самовлюбленный засранец, которому чужие проблемы до лампочки? — она хмыкнула на свои же слова. —Окей Беннет. Значит с этого дня, ты спишь со мной, — и реакция Бонни не заставила его ждать. —Что?! —Спать с тобой? Да ни в жизни! Нет. Нет. Фу, фу, фу, я этого не слышала, — с отвращением произнесла Бонни. —Беннет, ты выдаешь желаемое за действительное, — улыбнулся Сальваторе, — ведь если я сказал, что ты будешь спать со мной, то это не всегда означает то, о чем думает твоя прелестная ведьминская головушка. Ты просто с сегодняшнего дня ночуешь в моей комнате. Обещаю, что приставать не буду. Бонни фыркнула на это, а Деймон шёпотом произнёс, так чтобы девушка услышала его ложь: —Там и приставать-то к нечему. Вечер наступил очень скоро. Для Бонни в особенности. —Я не буду спать, я не буду спать, я не усну, кошмаров не будет, — как попугай повторяла девушка. —Господи, ведьма, угомонись. Я не съем тебя, мне такие костлявые не нравятся, — произнёс пренебрежительно вампир, мысленно опровергая эти слова. За пару месяцев здесь, он явно привык к Бонни. И не только, пусть и не хотел в этом признаваться. —Я! Не хочу! Спать! С тобой! Понятно?! — с раздражением отозвалась ведьма. Хотя раздражение было напускным, как и безразличие Деймона. Но девушка явно волновалась. —Ты не со мной спать будешь, как бы ты не надеялась. А рядом. Постелю тебе где нибудь на коврике, а там сама как нибудь дальше. Глядишь, а там и силы появятся, — пара секунд и в него летит бутылка. И все же, спала ночью девушка на кровати Сальваторе. —Машины не появляются из ниоткуда, Деймон! Тут есть кто-то. Есть. Я верю в это, — доказывала девушка, ни на что не надеясь. Прошло ещё две недели, но силы так и не появились. Зато появился чертов Кай Паркер. —Что, ведьмочка, сил не хватает? Так и погибнет твой возлюбленный. Хоть признаться, мне его жалко. Такой смешной чудак. Все ещё отрицает свои чувства. Ну, зато будешь оплакивать там его, если выберешься, — девушка настолько рассердилась, что по её вине погибнет вампир, что на автомате появился огонь. Яркое пламя начало пожирать Кая, когда он заверещал не своим голосом. И вместе с ним закричал Деймон, оказавшись мистическим образом, связанным с Малакаем. Бонни попыталась потушить огонь, но ничего не происходило. —Я люблю тебя, Бонни, пусть и не признался раньше— произнёс хрипло Деймон, пожираемый пламенем, проваливаясь в спасительную темноту. Очнулся он на диване, а над рядом с ним сидел Стефан, с тревогой смотря на брата, Кэролайн, которая прижимала руки ко рту в испуге, что он не очнется, и очень взволнованная Бонни Беннет. Увидев, что он очнулся, Стефан не сдержал радостного крика, Кэролайн улыбнулась, а Бонни прижала его к себе. —Я тоже, Деймон, я тоже, — размазывая слезы по щекам, ответила ему Бонни, тоже признавшись в чувствах парню, а главное себе.