Булочка и Пшеница

Всё, что она ощущала, когда видела, что её любимый человек так страстно целуется с красавицей и главной стервой школы, это обиду, злость и желание отомстить. И выпить. С подругами. Да, так она и сделает. Как раз у дяди Мэйсона ночная смена. У Петры и Льюиса отношения были как в сопливых девчачьих сериалах. Даже ссоры ни одной не было. Они уже даже думали съехаться после университета, что могло случится уже через год. Встречаются они аж со старшей школы. Признания были таким романтическим клише, что блевануть можно. Закат, крыша и колотящиеся в разном ритме два сердца. Весь университет уже ставил ставки, когда они расстанутся, потому что говорили, что Аллен ходит налево, а Петра яро в это не верила. Дура. Что же, кто поставил на середину третьего курса выиграли. Петра отошла от подсобки, где уже начали раздеваться Аллен и Томпсон, и написала в общий чат.

Алкоголички

Паутинка (12:34) Девочки, сегодня собираемся у меня Вино прихватите Ответ пришёл незамедлительно ото всех участниц чата. Девчонка в кресле (12:34) Ок Что-то случилось? Квинн (12:34) Будет сделано Если вино, значит что-то случилось, так что я и мороженное принесу Папина биологичка (12:34) Я тоже приеду, у меня эксперимент взорвался, вместе поплачем Паутинка (12:35) Спасибо Приходите к 5-ти вечера

***

Паркер приготовила всё уже полчаса назад, а до пяти оставалось около часа, так что она просто лежала и листала ленту в Тик Токе. Раз за разом, когда она натыкалась на видео счастливой парочки, где парень покупал девушке айфон в шоколадке, или неожиданно садил её к себе на спину, а та только смеялась, наворачивались слёзы обиды скорее на себя, чем на Льюиса. За все эти годы отношений они ни разу не зашли дальше поцелуев и обнимашек. Хотя, и Петру понять можно было. Ей было страшно. Был риск забеременеть, что ей нельзя делать, ведь она же супергерой. Плюсом, тот паук, что даровал ей способности, своим укусом увеличил вероятность беременности. Да и она читала, что терять девственность часто неприятно. За раздумьями, Паркер не заметила, как уснула. Проснулась она только от того, что в её дверь от квартиры настойчиво стучали и звонили. Петра сразу же подскочила и побежала открывать пришедшим подругам. — Привет, проходите, извиняйте за ожидание, мой организм отыгрывается за вчерашний патруль, — неловко почесала шею Паркер. — Ага, и, опережая твой вопрос, да, я взяла Паучье Вино, — ухмыльнувшись, и, достав алкоголь из пакета, как подтверждение, сказала Габри. «Паучьим Вином» они называют вино, которое Озборн, специально для Петры, приготовила в своей лаборатории, с учётом её метаболизма, который не давал ей даже чуточку напиться с обычным алкоголем. Просто, как-то раз подругам надоело то, что Паркер не веселится, когда они сами уже в «зюзю». Да и саму паучиху обижало и бесило название их чата «Алкоголички + Петра». — Итак, красотуля, сейчас мы разместимся, выпьем и ты нам расскажешь, что случилось, — сказала Кинер. Николь утвердительно и согласно кивнула. Прозвища от Харли, по типу «Красотуля», «Малыш», «Милашка» и тому подобное, получала только Петра. Она всегда думала, что это по-дружески шутливо, а Николь и Габри смотрели на неё, как на тупую. Паркер никогда не понимала, почему. Перед тем, как пройти, каждая девушка обняла Петру в знак приветствия, к чему уже все привыкли. Это как привычка. Милая и приятная привычка. Когда одной из них уже давно не видели, они даже целуют в щёки. Чаще всего целуют Петру из-за того, что она раз-два в четверть года уезжает на миссии, как Мститель. Девушки начали всё расставлять. Габри расставляла бутылки с алкоголем, Николь — с обычными напитками, Харли и Петра отправились на кухню за посудой, чтобы рассыпать чипсы, сухарики и остальную всякую разную вкусность в миски.

***

— Николь, слабо позвонить бывшему? — заплетающимся языком от градуса, что она выпила, сказала Габри. — Хах! Ещё чего? Сейчас позвоним, — таким же пьяным говором ответила Лидс. Она вытащила телефон из-под стола, который попал туда, Один знает как, и начала названивать Брайану (прим.автора: Бетти, просто я не добавила её в комментарии над частью). Когда гудки наконец прекратились, а в телефоне послышалось сонное «Алло?», Николь сказала ему пьяно: — Ты — козёл! — и рассмеялась, отключив звонок. Николь уместилась на диване. — Харли, слабо поцеловать Петру? — Габри и Николь пьяно хихикнули. Харли пошло ухмыльнулась, посмотрев на подругу, которая уже лежала в зюзю на полу. — Не слабо, — хмыкнула Кинер и, поднявшись с кресла, подошла к Паркер и впилась в её желанные и тёплые губы с привкусом вина, предварительно положив Петру на диван. Озборн и Лидс заулюлюкали. Ожидаемо недождавшись ответа от Петры, Харли хотела было уже отстранится, но её шею неожиданно обвили обманчиво тонкие руки Петры и притянули к себе, а её рот начал призывно открываться для продолжения. Кинер слегка удивилась, но продолжила и углубила поцелуй, поставив руки по обе стороны от головы Петры. Николь и Габри понятливо переглянулись и ушли в другую комнату, убрав бутылки от алкоголя. Тем временем, комната, для Харли и Петры начала как будто загораться. Руки Харли гуляли по талии, бёдрам девушки, а руки Петры путали блондинке волосы на затылке. Раздевшись и не оставив пустого места на теле Петры, Харли опустилась на колени между этими восхитительными бёдрами Паркер и начала дарить крышесносные ощущения Петре, что последняя уже кричала имя Кинер.

***

— Чего довольные такие сидите? — спросил подошедший Льюис с улыбкой на губах, но, заметив засос на шее Петры, что остался после вчерашнего дивичника, улыбка быстро сползла, заменившись на злое выражение лица, — это что такое, Петра?! — воскликнул Аллен. Паркер спокойно дожевала свой сендвич, который купила на обед и открыла рот, чтобы ответить, но Харли, что сидела рядом с ней, ответила за неё: — Мы с твоей девушкой играли в раздевание у неё дома, я сделала твоей девушке куни на её диване, она такая милая, а её грудь? Она же просто прекрасна. Поэтому я аккуратно у тебя спрошу, можно я заберу её себе? — показательно приобняв Петру за талию, ухмыльнулась Харли. — Конечно нет! Ты вообще спрашивала об этом саму Паркер? — возмущённо сказал Льюис. — Я совершенно не против быть девушкой Харли, а ты иди дальше сосись со своей Томпсон, — прижавшись к Харли, сказала Паркер. Аллен округлил глаза и стоял, открывая и закрывая рот, словно рыбка, смотря как целуются Харли и Петра под улюлюканье Лидс и Озборн.