Появление брата близнеца

Катя Пушкарева       Как я и предполагала, у нас начались серьёзные проблемы. После того как мы узнали об ошибке в бизнес-плане, срочно нужно было сократить расходы. На что? Никто не знал. Андрей хватался за голову, пропадал в офисе чуть ли не сутками, скандалил с Кирой, объяснялся с матерью, которая звонила сыну исключительно для того, чтобы высказать своё фи. Он, видите ли, игнорирует Кирочку. Бедная, несчастная, маленькая девочка Кирочка, всеми брошенная, покинутая. И некому ей, бедняжке, сопельки вытереть да подгузник сменить. Нянька-то, сволочь безответственная, всё работает, да работает.       «Нянька» действительно работал. Я тоже забыла уже, когда в последний раз детей видела. Как сдала их несколько дней назад на попечение няни, так и не виделась ни разу. Нет, я-то их вижу, а вот они меня, увы нет. Ухожу — они ещё спят, прихожу — они уже спят. А делать нечего, один Андрей здесь совсем загнётся. Нам ведь, помимо вопроса с тканями, нужно разгребать то, что Ветров наворотил. Выяснилось, что он воровал. Понемногу, но в итоге получилась солидная сумма. Я, когда подбила итоги своей работы, выяснила, что компания одной ногой в могиле стоит. И для того, чтобы её развалить нужно совсем чуть-чуть. Пара ошибок, невыгодных сделок или проваленной коллекции и всё, можно заказывать панихиду. Эта информация Жданова просто убила. Он как-то разом погас, словно его от электропитания отключили, даже на злость сил не осталось.       Андрей сидел за столом и уже минут тридцать гипнотизировал взглядом прайсы на ткани. Можно подумать, что от этого цены там станут ниже. Но всё же я его понимаю, денег на эти ткани у нас НЕТ! Хоть плачь, хоть смейся. — Андрей Павлович, можно попробовать выбить у них скидки… — Ещё скидки, Катенька? Вы верите в фантастику? — он посмотрел на меня так, будто у меня вместо волос появились змеи или уши стали антеннами. — Ну, конечно, сидеть и причитать всяко лучше… — не скрывая издёвки, прошипела я.       Меня бесит бездействие. Надо пробовать, искать. Что-то делать, а не сидеть на месте ровно. Блин, я сейчас взорвусь нафиг! Так, вдох-выдох, успокоилась! — Андрей Павлович, нам в любом случае придётся брать кредит. У нас нет выбора. И здесь главное не прос… простите, не пропустить свою выгоду. Нам нужны хотя бы приличные ткани, а не китайское барахло. Иначе мы можем сесть в лужу по самоё небалуйся. — Катенька, Вы меня поражаете! Где Вы нахватались этих словечек? — спросил меня шеф. — Я, Андрей Павлович, не в монастыре росла, да и сейчас живу в обществе. Общаюсь… Не отвлекайтесь. Давайте ещё раз посмотрим, что у нас есть… — сказала я. — Катюша, я вот эти бумажки — он потряс листами в воздухе — уже наизусть выучил. И поверьте мне, ничего нового там нет. — сказал Андрей слегка раздраженно. — И всё же… Смотрите, вот, например, «Шёлковая симфония». Насколько мне известно, у них ткани хорошего качества… — начала говорить я. — Угу, и цены тоже… — проворчал Жданов. -… или вот. «Макро текстиль»… — я не обратила внимание на его ворчание и продолжила.       Тогда Андрей выдрал у меня из рук прайсы, смял и бросил точным броском в мусорку. Молодец! — Что Вы творите, Андрей Павлович?! — возмутилась я.        И именно в этот момент распахнулась дверь и в кабинет ввалился Малиновский. Возбуждённый, слегка взъерошенный, глаза горят каким-то безумным огнём. Жуть, короче. Бррр… Какая тварь покусала нашего Роман Дмитрича? — Андрюха! О, Катенька, доброго здравия, Вам! — расплылся в немного безумной улыбке Роман. — Угу, и Вам не хворать, Роман Дмитриевич. — Ответила я, но он не обратил внимания.       Роман танцующей походкой провальсировал к столу президента и покрутил в руках увесистую папку. — Андрюха, я нашёл нам ткани! Ты будешь в восторге, Милко будет в восторге… — начал говорить Роман. — Я понял, в восторге будут все, если нам денег на них хватит… — сказал Андрей со скепсисом. — Денег хватит и ещё останутся, поверь мне на слово. — заверил Андрея Роман. — На слово не могу, должностные обязанности не позволяют. — ответил шеф. — Тебе понравится! — твёрдо заверил нас Роман и стал рассказывать, как нам всем несказанно повезло и что вообще за чудесную фабрику он нам нашёл.        А у меня засосало под ложечкой. Не к добру это, ох не к добру. — Роман Дмитриевич, только не говорите мне, что Вы забыли известную русскую пословицу. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. — сказала я.       Малиновский фыркнул и отмахнулся. — Катюша, не стоит нагнетать. — сказал Роман. — Ром, Катя права. Ты хоть проверил, что за фирма такая? Откуда? И где ты её откопал? — спросил Андрей.       Роман обиженно буркнул что-то под нос. — Фирма эта находится в Узбекистане. Называется «Узбекистонтекс». Они работают напрямую с заводом изготовителем, поэтому и цены такие. А узнал от проверенных лиц. Всё чисто. НО!.. ты, разумеется, документы будешь подписывать сам. Без тебя никак. Вот на месте всё и проверишь ещё раз.       Для заключения сделки, нужно было ехать в Узбекистан. И, как я не старалась переубедить Жданова, как ни просила отказаться от этой сомнительной сделки, всё зря. Андрей уехал. А вот мне пришлось прикрывать тылы. Ведь Андрей ничего не сказал Кире. Он её обманул, сказал, что едет в Прагу. А когда Кира не смогла ему туда дозвониться, устроила допрос мне. Деваться было некуда, Андрея надо было прикрыть, чтобы Александр ничего не узнал, и я стояла на версии — Жданов в Праге, он уехал за тканями. — Разве Вы этого не знаете, Кира Юрьевна? — наигранно удивилась я. Надеюсь, не очень фальшиво получилось. Она была зла и не верила ни одному моему слову. А вот мне не было её жаль. От слова совсем. Если бы не уверенность в том, что она непременно доложит брату, Андрей и скрывать не стал бы.       Олегу я всё-таки позвонила. Попросила покопаться в «автобиографии» Воропаева и заодно рассказала о своих сомнениях в отношении Узбекистана. В груди до сих пор что-то вибрировало и сжималось. Интуиция просто вопила, что ничем хорошим это не закончится.       Увы, я оказалась права. Андрей с Романом к тому времени уже вернулись, сделка была заключена, деньги уплачены. Мы ждали груз. Звонок телефона на моём рабочем месте раздался чуть раньше появления Малиновского в приемной. И вид его на этот раз был ещё более безумный, чем в прошлый. Мы практически одновременно ввалились в кабинет Жданова. Я ещё не знала, с какими новостями пришёл Роман, но догадывалась. Мне же позвонил Олег и сказал, что ткани наши арестовали на таможне, возбуждено уголовное дело по факту контрабанды. У меня опустилось всё… — Андрей! Наши ткани арестовали, поставщикам я дозвониться не могу, но я звоню. Звоню. Я всё выясняю… — Что??? Как?! Ты же мне говорил! — заорал Андрей. На него было жалко смотреть. Он словно постарел лет на 20-30. — Звони! Выясняй! Из-под земли мне их достань!.. но чтобы ткани! Наши ткани были здесь! Ты меня понял!!! — завопил Андрей. — Андрей Павлович! Андрей… Это бесполезная трата времени. Фирма-поставщик оказались мошенниками, ткани конфискованы. Им бесполезно звонить. Я сейчас позвоню на таможню и выясню всё, что смогу. — сказала я. — Звоните, Катя, — безжизненным голосом произнёс Андрей. Роман, непривычно тихий, опустился на кресло и застыл в неудобной позе. Я вышла, тихо прикрыв за собой дверь.       Звонок в таможенную службу ничего не дал. Нас не оказалось в получателях, деньги ушли в карман мошенников, ткани… испарились, как и наша надежда на нормальную коллекцию. Андрей сидел в кресле для посетителей и раскачивался из стороны в сторону. Я подошла и присела на корточки около него, сжала ладонь. — Всё наладится, Андрей Павлович. Всё будет хорошо! Я знаю… — сказала я. — Катя, Вы же не хуже меня понимаете, что это практически конец. Мы в полной ж… — сказал Андрей, а я усмехнулась. — Андрей Павлович, Вы же меня видите? — он недоуменно посмотрел на меня, кивнул. — Ну, вот… значит не всё так страшно и мы вовсе не там, где Вы считаете. Там наверняка темно, мы бы не видели друг друга. — сказала я.       Андрей уставился на меня уже ошарашенно, моргнул пару раз и вдруг захохотал так, что выступили слёзы. — Катенька… Ох… Ну и юмор у Вас. Но я, пожалуй, соглашусь. Там наверняка темно… — и вдруг обнял крепко так, что весь воздух выдавил из лёгких.