Тихие ночи в стенах города

      Эта была тёмная, как смоль ночь. Небо было затянуто на столько сильно, что свет луны и звёзд не проникал сквозь облака. Он сидел у камина и пил чай, под раскаты грома, доносившиеся в приоткрытое окно. Открыв свежую газету, мужчина откинулся в кресло, раслябляясь от всех невзгод свалившихся на него после тяжелого дня. В доме около озера царили тишина и покой, пренебрегая треском огня и миганием свечей, расставленных поодаль от кресла. Комната внушительных размеров была обставлена огромными потрескавшимися от старости сервантами в которых пачками стояли горы чая. Леви думал о том, как же решить новые, недавно появившиеся проблемы, касательно титанов и уборки, которые никак не укладывались в его ближайшие дни. Дочитав всю интересующую его информацию, он отложил газету на подлокотник. — Чёрт побери, как же это выматывает. Мужчина прошел на кухню за очередной чашкой чая, но не успел подойти к столу, как открывшаяся створка окна опрокинула чайник на пол, от чего все содержимое оказалось на полу, а сам заварник разлетелся в разные стороны. — Да чтоб тебя… — устало, но в то же время с небольшой агрессией произнес Аккерман, судорожно собирая стекло, которым был усыпан почти весь паркет. Протерев и собрав все, что нарушало его идеальную чистоту, мужчина вернулся в комнату. «Твою мать, где эта чертова бумага?» — пронеслось в мыслях капитана, когда он не застал газету в оставленном им месте. Бросив взгляд на камин, мужчина заметил тлеющий заголовок именно той статьи, которую он оставил на потом. — Тц, — замучено цокнул парень, медленно переводя взгляд на абажур люстры, расположенной на потолке. «Как же я устал от этого дерьма… Если бы не эта дрянная погода, можно было бы хоть прибраться в тишине…» — его мысли перебил настырный стук в дверь. —Какого.? — Леви перевёл взгляд на часы, висящие над камином, стрелки которых указывали на полночь. Мужчина специально проигнорировал первые попытки достучаться в его дом. Но спустя несколько минут непрерывных ударов терпение Аккермана иссякло, — Может хватит? — монотонно произнес капитан, открывая дверь. Долбившийся парень, потеряв опору начал падать в сторону Леви, который быстро среагировав, отошел, позволяя шатену упасть на порог. Мужчина оценивающе оглядел эту ситуацию, пронося в мыслях короткую фразу: «Запачкал.». — Кто ты? — брезгливо произнес капитан, помогая парню подняться. — Эрен Йегер, рядовой 104-о отряда, —поднявшись, шатен отдал честь. — Что ты делаешь вне казарм в такое время? — показушно поинтересовался Аккерман. — Извините, сэр, я задержался после вылазки за стены. Мне пришлось заехать к матери друга, она тяжело больна, — на его глазах проступили слезы, — И когда я возвращался, началась гроза, которая сбила меня с пути. Не могли бы вы… Леви не дал договорить, перебивая его: — Слишком много болтаешь, курсант. — Из-звите, — дрожащим голосом произнес шатен, что показывало на его озноб, — Это ближайший дом, на который я наткнулся. — Понятно, — спокойно произнёс Аккерман, хотя в глубине души он готов был убить его на месте, — И что ты предлагаешь? — Не могли бы вы… — парень немного замялся, — Дать мне возможность обсохнуть? — Ладно, но начнем с того, что ты испачкал меня, мой пол и сбил меня с мысли в такой поздний час, — с долей эгоизма произнес Леви, указывая жестом внутрь дома, позволяя парню войти, — И запомни… Если после тебя останется грязь — то от тебя не останется ничего, как и после титанов. Кивнув, Йегер прошел в зал, предворительно разувшись. Леви же прошел на кухню, с целью налить чай себе и незваному гостю, он уже подготовил кружки, но внезапно вспомнил: «Чайника нет». Поэтому иного выхода у мужчины просто не было, кроме того, как вернуться в комнату с пустыми руками. Оказавшись в зале, глаза Леви упали на парня, сидящего на диване и обмотанного в его любимый плед, который был подарен еще давным-давно его покойным другом. — Ты взял не свою вещь, — гневно произнес Аккерман, подходя к шатену, — Спрашивать не учили? — Капитан, извин… — Эрен не успел договорить, ощутив сильное натяжение покрывала, в которое он был замотан. Леви силой выпутывал курсанта, отбивая свою по праву вещь. Вырвав полотно, мужчина посмотрел на парня, который судорожно прикрывал обнаженные участки тела. — Тц, — Аккерман окинул шатена полным безразличия взглядом, броском возвращая ему плед, — Прикройся. Леви присел рядом с парнем, но его взор отвлекли мокрые вещи, которые были разложены вблизи камина. — Я вроде понятно выразился, — с показушным спокойствием произнес капитан, что придавало его виду еще больше строгости, — Чтобы никакой грязи. — Но это мои вещи. — Я и говорю — грязь, — брезгливо произнес мужчина, заставляя Йегера испытать гору смущения. Аккерман перевел взгляд на парня, плечо которого было оголено. «Наверное, именно это мне сейчас и нужно» — подумал капитан, подойдя к шатену и схватив того за горло, лишая возможности говорить. Одним движением руки Леви скинул с гостя плед, раскрывая уже обнажённое тело. «Неплохо…». Мужчина сжал один сосок, заставляя Эрена непроизвольно издать приглушенный стон. Он полностью обнажил парня, силой укладывая его на живот.       — Не дергайся — хуже будет, — произнес Аккерман, попутно расправляясь с ширинкой на своих штанах, а затем спуская их вниз. Из-под боксеров показался стоящий колом член, по головке которого стекали скупые капли предэякулята. Действия капитана не заставили долго ждать, через пару минут мужчина уже проводил, смоченными слюной, пальцами по ореолу ануса Йегера, постепенно вводя сначала один, затем второй палец, доставляя тем самым невероятную волну удовольствия.       — Капитан, что вы... — Эрен не успел договорить, как ощутил в себе что-то большое, что причиняло много боли. Мужчина ввел в анус шатена что-то на подобие рукоятки, растягивая таким образом парня до необходимых размеров.       «Как же сухо...» — пронеслось в мыслях капитала. Понимая, что ситуация безвыходная, Леви примкнул губами к аналу кадета, вылизывая столь сладкое очко, вводя язык до возможной длины. Из губ шатена вырвался стон. Достаточно разработав дырочку, Аккерман еще немного потянул так называемые прелюдии все же вошел в парня, сначала нежно на половину всей длины, а затем до конца.       Как же давно он не чувствовал сдавливающих стенок на своем пенисе. Мужчина рывками принялся двигаться внутри Эрена, схватывая его за волосы, затем оттягивая их на себя, от чего парню пришлось прогнуться в спине, приподнявшись на четвереньки. Леви без остановки трахал рядового, ударяя его по ягодицам заставляя их тут же краснеть в виде ладони.       Из губ парня вырывались стоны, которые эхом разносились по скромно обставленному дому. Капитан протянул руку, сжимая в ладони истекающий соками член Йегера, дабы принести удовольствие ни только себе, но и свому на тот момент «партнёру».       Тело шатена тихонько потряхивало, а ноги дрожали, показывая на скорое завершение удовольствий с его стороны.       Ноющий узел внутри живота потихоньку развязался, разнося по телу волну приятных ощущений, заставляя парня вскоре излиться в руку капитана с а затем обмякнуть. Аккерман тоже был довольно близок, поэтому притянул к себе гостя, усаживая перед собой, и с грубостью просовывая палец той в рот, намекая на то, чтобы парень также обхватил пульсирующий член губами.       Через пару мгновений Эрен уже во всю насасывал детородный орган капитана, стараясь брать на всю длину, что у него плохо получалось. Поэтому, Леви руководил этим процессом, надавливая на голову шатена, просовывая головку члена в глотку. Еще пару толчков вперемешку с причмокиваниями со стороны парня и капитан эякулировал в рот кадета. Отойдя от солдата, мужчина медленно натянул штаны, которые ранее висели на голенях, усаживаясь в кресло, и тихо засыпая. Обычно сон Леви длился не дольше 3-х часов, но сейчас он проспал достаточно большой промежуток времени.       На утро, когда в небе птицы уже во всю пели свои серенады, мужчина распинал кадета, побуждая того вставать.       — Капитан, что дальше? — уже собравшись, на выходе спросил Йегер.       — За твой проступок я донесу до командора весть о том, что ты разгуливал в позднее время, — произнёс Леви, выходя из дома, запирая дверь ключом. —       А вот, что мы будем с тобой делать — решим на месте.       После этих слов, Аккерман оставил парня в одиночестве, уходя в сторону разведотряда. Эрен еще пару минут стоял в ступоре, но вскоре тоже направился в ту же степь, что и капитан, обдумывая, что же с теперь он с ним сделает.