С любовью, Гермиона

Иногда резкие повороты событий пугают.       Казалось бы, день прошёл так спокойно, а вечер должен был быть ещё лучше. Но так только казалось. Убедив миссис Уизли, что вечер прошёл отлично и что Гермиона ни в коем случае не собирается снова отдаляться от семейства рыжих, Снейп, Грейнджер и Поттер незамедлительно покинули Нору.       Трое волшебников, держащие свои палочки наготове, оказались в старой квартире Гермионы. Зельвар схватил девушку за руку и притянул её к себе, пряча за спину, затем кивнул Гарри, чтобы тот продвигался вперёд. Парень кивнул, прошептал «люмос!» и прошёл в гостиную, осматриваясь по сторонам. — Я проверю чулан, — шепнула она. — Осторожно, — также тихо ответил он, подкрадываясь к своей бывшей спальне.       Девушка ухватилась за ручку и распахнула дверь, не опуская палочки. Внутри никого не оказалось. Единственное, что не давало ей покоя, — ощущение чужой энергии. Квартира была защищена именно магией Гермионы, поэтому, когда кто-то взломал защиту, она сразу же это почувствовала.       Закрыв дверь чулана, девушка дождалась Снейпа и схватилась за его руку как за спасательный круг. Профессор зажёг на конце своей палочки слабый огонёк и смог разглядеть лицо своей ведьмы. Она отрешённо уставилась на стену, как будто пыталась что-то учуять. — Северус, ты чувствуешь, как будто в воздухе что-то… — Чужая магия, — догадался он. — Да!       В зале резко загорелся свет, заставляя Грейнджер вздрогнуть от неожиданности. — Профессор, Гермиона, — послышался голос Поттера из соседней комнаты, — здесь никого.       Волшебники переглянулись и прошли в гостиную. Всё лежало на своих местах, предметы не сдвинуты, ящики закрыты. Если бы в квартиру проник вор, дверной замок был бы взломан. Вещи были бы раскиданы по полу. В воздухе не ощущалась бы чужая энергия. — Гарри, ты не чувствуешь ничего необычного? — не зная, как описать свои ощущения, спросила девушка, присаживаясь на край дивана. — Эм, — задумчиво протянул парень. — Нет. О чем ты? — Помнишь, когда-то ты сказал мне, что ощущаешь в квартире магию Северуса? — Помню, — настороженно ответил Поттер, пряча от профессора глаза. — Мне кажется, сейчас я чувствую здесь присутствие чужой магии. — Я не понимаю… — Гарри! — прорычала она, пытаясь правильно сформулировать свою просьбу. — Что ты тогда чувствовал? Опиши мне магию Северуса.       Зельевар хмуро покосился на Гермиону. Он определённо знал, о чем она говорит. Точнее, пытается говорить. Странно было, что он не мог почувствовать магию Гермионы так же, как и она не смогла почувствовать его. — Ну, ваша магия, она властная, — пытаясь описать свои ощущения, заговорил Поттер, — давящая, яркая, не тёмная и не светлая, лёгкая и горячая. Горячая. Кажется, запутанный паззл начал понемногу складываться. — Я чувствую совсем другое, — всплеснув руками, отозвалась девушка. — Сейчас здесь ощущается тёмная энергия, тяжелая, вездесущая и… — Холодная, — закончил вместо неё Снейп. — Возможно, здесь были Кэрроу. — Я всё ещё сомневаюсь в том, что они причастны к вашему делу, — протирая очки, не согласился Гарри. — Сомневаетесь, значит? — фыркнул Северус, скрестив руки на груди. — Не считаете ли вы странным то, что Кэрроу сбежали из Азкабана именно тогда, когда стало известно, что я жив?       Поттер растерянно взглянул на свою подругу. Гермиона тоже сложила руки на груди и приподняла бровь, выжидающе глядя на него в ответ. — Понятия не имею! — отозвался он.       Зельевар устало сжал переносицу пальцами. Незнакомая им магия постепенно выветрилась, не оставив после себя и следа. Гермиона выдохнула и встала с дивана. Она обошла каждый угол квартиры, водя по воздуху палочкой и вырисовывая сложные руны на стенах, шепча под нос заклинания. Когда защита была восстановлена, девушка дотронулась кончиком палочки до пола, и тут же на всех стенах показались светящиеся руны, которые она рисовала ранее.       Северус с восторгом наблюдал за волшебницей. Когда-то давно таким же образом он сам защищал свой дом. Конечно, его магия куда сильнее её, но восхищал сам факт того, что она знает столь мощные заклинания.       Придирчиво оглядев комнату, девушка поджала губы, надеясь, что в этот раз её защиту не сломают. — Всё как раньше, только мы трое можем спокойно аппарировать сюда, — напомнила она. — Мне пора возвращаться в Нору. Уверены, что хотите остаться здесь?       Грейнджер и Снейп переглянувшись, кивнули. Гарри, незаметно ухмыляясь, быстро накинул на себя куртку и покинул старую квартиру. — Завари нам чай, пожалуйста, — услышав хлопок аппарации, попросила девушка перед тем, как удалиться в спальню.       Выполняя её просьбу, он задумался. Она всегда заваривала чай сама. Никогда не просила об этом его. Но не в этот раз.       В этот раз он разлил горячий напиток по кружкам в одиночестве. Снейп взял две белые кружки и направился в спальню, по дороге вспоминая, как несколько месяцев назад он остерегался пить предложенный ему чай.       Как много всего изменилось с тех времён.       Войдя в комнату, он застал Гермиону сидящей на краешке кровати. Она загадочно улыбалась, следя за ним глазами. Зельевар поставил обе кружки на стол и уставился на ведьму, ожидая объяснений. Девушка молча подвинулась в сторону, явно прося его сесть рядом. Снейп подозрительно сощурился, перед тем как устроиться рядом с ней. — Я так понимаю, чай был отвлекающим манёвром? — Да, — кивнула она, вытаскивая из-за спины маленькую коробочку. — С Рождеством.       Северус на секунду замер, перед тем как принять из её рук бархатную коробочку с красным бантом. Девушка наблюдала за его действиями с блаженной улыбкой. Он аккуратно потянул за ленту банта, развязывая его, затем отложил в сторону и открыл крышку.       Внутри оказалась серебряная подвеска на чёрной веревочке. Профессор осторожно вытащил кулон и провёл по нему пальцем. На глянцевой поверхности, буква за буквой, появились слова, написанные почерком Гермионы: «Всегда рядом»       Подвеска не выглядела дорогой, но и не была дешёвой. Дело было не в этом. Никто и никогда не дарил ему подарков. Северус не знал, как правильно реагировать на это. Не знал, как описать ей свои чувства. Всего лишь чёрная верёвочка с серебряным кулоном, размером меньше монеты, а так много эмоций. Так много тёплых чувств. — Я… ничего тебе не приготовил, — тихо проговорил он. — Подарки дарят не для того, чтобы получить что-то взамен, — подсаживаясь ближе к нему, ответила она — Я специально оставила его дома, чтобы не дарить при всех, потому что знала, тебе было бы неловко.       Снейп сжал кулон в руке и посмотрел на Грейнджер. — Спасибо, — отозвался он, вкладывая подвеску ей в руку. — Поможешь?       Гермиона улыбнулась, и, забравшись на кровать с ногами, приподнялась на колени позади него. Она надела кулон ему на шею и оставила лёгкий поцелуй на его плече. Зельевар обернулся, хватая её за талию и притягивая к себе. Уже через мгновение девушка оказалась сидящей на его коленях.       Снейп обнял её, утыкаясь носом в шею, которая всё ещё пахла духами, затем припал губами к её губам. Волшебница обхватила руками его щёки и наклонила голову, углубляя поцелуй. Каждый чувствовал неописуемое тепло от этой близости. Никаких пошлостей. Никаких заигрываний. Ничего из этого им не требовалось. Ей хватало его горячих рук на своём теле. Ему хватало её отзывчивости.       Поцелуи становились настойчивее. Грейнджер запустила пальцы в его волосы и почти заскулила, когда он прикусил нежную кожу её шеи. Снейп рывком перевернул девушку на спину, нависая над ней. Он нетерпеливо сорвал с неё свитер и на секунду замер, встречаясь с ней взглядом.       Чистое возбуждение, перемешанное с искрами восхищения, читалось в её глазах. Гермиона накрыла его щеку ладонью и провела ею вниз, спускаясь на губы. Дотронувшись кончиками пальцев до его подбородка, она немного сжала его и потянула на себя, касаясь губами его губ. Северус, отвечая на её ласки, нащупал молнию на её брюках и, расстегнув их, рывком потянул вниз.       Всё происходило словно в тумане. Девушка стянула с него свитер, отбросила куда-то в сторону и провела руками по его обнаженным плечам. Куда исчезли остальные предметы одежды? Неважно.       Грейнджер ощущала исходящий от него жар. Проводя руками по его спине, чувствовала бугристые рубцы. Спустя мгновение Снейп поймал её запястья и прижал их к кровати, сжимая их над её головой одной рукой, пока вторая медленно очерчивала её выпирающие ребра. Девушка шире открыла рот, пытаясь вогнать воздух в свои легкие.       Проведя рукой по её бёдрам, он не спеша спустился вниз и накрыл её колено ладонью, перед тем как раздвинуть её ноги. Ему далось это легко. Она сама льнула к нему, отвечала на любое прикосновение. Это нравилось ему. Никогда, он никогда бы не притронулся к ней, если бы она этого не захотела. Но она горела, горела, — благодаря ему. Двигалась и изгибалась под ним, молча прося о большем. А он всегда выполнял её просьбы.       Оба обнаженные и разгоряченные. Лишь кулон на его шее качался, подстраиваясь под их движения. Её руки начали затекать. В глазах заблестели звёзды. Рваный выдох сорвался с её губ, и тело содрогнулось в сладкой судороге. Стало так легко и спокойно. Она лежала с довольной улыбкой, всё ещё чувствуя его движение в себе. Он отпустил её кисти и оперся локтями на кровать, пытаясь не упасть на неё. Последнее, что ей удалось ощутить, — тепло, которое разлилось где-то внутри.       Северус лёг на спину, потянув за собой Гермиону. Девушка подвинулась ближе к нему и устроилась головой на его плече. Он блаженно прикрыл глаза, слушая рядом с собой её спокойное дыхание, ощущая мягкие прикосновения к своему торсу, чувствуя её неповторимый запах. Она пахла солнцем и любовью.

***

      Утро наступило слишком быстро. Грейнджер сладко потянулась, чувствуя в теле приятную усталость. Оба волшебника были накрыты белоснежным одеялом. Видимо, Северус укрыл их ночью, когда стало совсем холодно. Девушка немного поерзала на кровати и перевернулась на живот, стараясь не разбудить сладко спящего мужчину.       Его лицо выглядело расслабленным. На губах застыла почти незаметная улыбка. Ресницы немного подрагивали. Иссиня-чёрные пряди волос разметались по подушке. На груди красовался подаренный ею кулон. Девушка провела по серебряной поверхности подвески кончиком пальца, наблюдая за появляющимися буквами. Через несколько секунд надпись исчезла, внимание волшебницы привлёк небольшой шрам на его ключице. Затем она заметила ещё один, и ещё, и ещё…       Россыпь маленьких рубцов, которые когда-то были ранами, изрисовала его грудь. Они были почти незаметны на фоне больших шрамов. Гермиона принялась проводить по каждой отметине кончиком пальца. Маленькие рубцы почти не ощущались, а вот большие сильно выпирали. Каждая рана хранила в себе ужасающее воспоминание. Каждая рана говорила о том, какой он смелый человек. Говорила о том, какой он сильный. Его пытали, и не раз.       На глаза попался один из самых больших рубцов. Длинный, неровный и рваный шрам змеился у него на рёбрах под правой рукой. Девушка провела по нему большим пальцем и, не до конца понимая, что делает, оставила на нем почти невесомый поцелуй. Видя рубец, она оставляла на нем свой поцелуй. Таким образом она поднялась до его шеи и поцеловала два небольших шрама от клыков змеи. Отстранившись, она узрела перед собой два чёрных глаза, наблюдающих за ней.       Его взгляд не был хмурым. Он просто молча наблюдал за ней. Почему же от её невинных ласк стало так тепло на душе? Всю свою жизнь, даже будучи ребёнком, он скрывал свои раны. Не позволял никому видеть свои шрамы. Но позволил ей. Позволил, потому что она приняла его. Недолго думая, Северус принял сидячее положение и потянул Гермиону за собой. Он аккуратно взял её за ладонь и развернул внутренней стороной предплечья наружу, затем медленно наклонился и накрыл губами вырезанные буквы лживого слова на её руке.       Его горячие губы поднимались всё выше, пока не достигли плеча. Он немного отстранился, ловя её взгляд. Девушка улыбнулась уголками губ и легонько поцеловала его в кончик крючковатого носа. Не прошло и секунды, как Снейп притянул её к себе, сливаясь в сладком поцелуе.       Казалось, его ласки настолько удивительны, что звенело в ушах. Но это был не звон, и слышала эти звуки не только она. Волшебники отстранились друг от друга, прислушиваясь к раздражающему стуку. Поняв, что звук доносится от окна, девушка вылезла из тёплой постели, абсолютно голая, открыла окно и увидела довольную сову с письмом в клюве. — Лети! — раздраженно бросила она, забрав письмо. — Надеюсь, это что-то поистине важное, — негодуя, проговорил зельевар, хватая девушку за талию и роняя её на кровать.       Гермиона сдалась и снова улеглась рядом с ним. Она устроилась поудобнее и раскрыла конверт, доставая оттуда сложенный в несколько раз пергамент.        «Привет, Гермиона!       Вчера Гарри сказал нам, что в квартире никого не оказалась, очень жаль, что вам пришлось так рано уйти. Но пишу я по другой причине.       Как ты? Рон снова наговорил тебе всяких глупостей, мне очень стыдно за него. После вашего ухода мама хотела проклясть его, хорошо, что папа успел спрятать её палочку… Я не прошу простить его, он никогда не исправится и все эти слова будут излишни, я просто не хочу снова делать тебе больно.       Ах, да! Спасибо за подарки! Ты все ещё помнишь марку моих любимых конфет, это очень мило!       С Рождеством ещё раз. Буду ждать ответ!

Джиневра Поттер.»

      Волшебница ухмыльнулась, читая последние строки письма, затем отложила лист пергамента в сторону, ложась головой на плечо своего любовника. Северус насторожился. Он приобнял Гермиону, накрывая её одеялом. — Хочешь, я отравлю его? — поглаживая её рукой,усмехнулся он. — Не хочу, — хмыкнула она. — Он же мой друг. — Гермиона, тебя задели его слова? — Нет, — честно ответила она, поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я сильно разочаровалась в этом человеке, поэтому я больше не зависима от его мнения.       Снейп улыбнулся ей, горделиво глядя на свою ведьму. Девушка снова опустила голову на его плечо, прижимаясь ближе . — Вообще-то, твоя подруга ждёт ответа, — невзначай напомнил он. — Подождёт ещё немного, — лениво ответила она, водя кончиками пальцев по его груди, — тем более, у меня есть дела поважнее.