С любовью, Гермиона

      Каково это, — не существовать? Не слышать и не чувствовать? Не осязать? Не ощущать человеческое тепло рядом с собой? Тебя просто нет.       Где-то вдалеке слышались голоса. Неразборчивые слова эхом отражались в голове. Хотелось ещё немного не существовать. Хотелось побыть в небытии. Нет смысла возвращаться, если тебя никто не ждёт. Но голоса не стихали.       Голова болела. Веки не хотели подниматься, они были тяжелыми, словно свинцовыми. Почти провалившись обратно в сон, мужчина распахнул глаза, услышав знакомый голос.       Всё тело болело. Отодвинув в сторону одеяло, мужчина оглядел себя. Больничная рубашка. Не лучший наряд, но выбирать не из чего. Да, если честно, ему было плевать.       Каждое движение приносило боль, каждый вдох отдавался неприятными ощущениями в груди. Его движения были скованными. Медленно сев на край койки, мужчина осмотрелся вокруг.       Белые стены, белый потолок. Несколько ширм вокруг его кровати не позволяют любопытным глазам проникнуть внутрь. Посмотрев вниз, он увидел белые тапочки.       Держась рукой за кровать, зельевар смог подняться на ноги. Но резкая, острая боль в колене заставила его пошатнуться. Обратив внимание на тумбу возле койки, он заметил деревянную трость возле неё. Как предусмотрительно.       Опираясь левой рукой на трость, Снейп тихо отодвинул ширму в сторону. С каждым шагом голоса становились громче, а слова чётче и разборчивее. Постепенно к нему вернулось обоняние, вокруг пахло бинтами и медикаментами. — Смотри! — прозвучал хриплый, встревоженный голос. — У неё веки подрагивают. — Врач же сказал, они проснутся примерно в одно время, — прозвучал второй, уставший и сонливый, голос.       Снейп нахмурился, ускоряя шаг. Подойдя к соседней палате, мужчина тихо отдернул ширму в сторону. На койке, под белым одеялом, лежала Гермиона. Её волосы растрепались по подушке, на щеках не было привычного румянца. Она также была одета в больничную рубашку. Губы её были приоткрыты, а веки действительно подрагивали.       Обратив внимание на гостей в её палате, Северус скривил губы, уставившись на затылок рыжего парня. Зельевар специально ударил тростью по полу, обращая их внимание на себя. — Профессор, — с явным облегчением в голосе, произнёс напугавшийся Гарри, — если вы здесь, значит она…       Но Снейп даже не посмотрел на Поттера. Его глаза были прикованы к руке Гермионы, которую Рон так нагло сжимал в своей. После огромного количества обидных слов, после огромного количества неправильных поступков, он сидел рядом с ней, он держал её за руку. — Пошёл вон, — не пряча неприязни в голосе, произнёс профессор.       Рон тут же отпустил руку девушки и, не проронив ни слова, вышел за ширмы, отходя подальше от койки Грейнджер.       Девушка едва заметно поморщилась, она приходила в себя. Снейп бросил, уже спокойный, взгляд на Поттера. Парень всё сразу же понял, кивнул и вышел, последовав за своим приятелем.       Зельевар остался наедине с ней. Все плохие и пугающие мысли сразу покинули его голову. Она жива. Он подошёл ближе, садясь на край койки. В глаза бросились фиолетово-желтые пятна на её запястьях. Приглядевшись, он заметил небольшой след от ожога на предплечье. Северус аккуратно взял её за руку, дотрагиваясь кончиками пальцев до синяка. Он осторожно поглаживал её кожу, стараясь не сделать ей больно. Чувство вины встало у него поперёк горла. — Северус, — послышался её хриплый голос — Мы… мы что, живы?       Волшебник резко поднял на неё взгляд, сталкиваясь с её, невероятной красоты, глазами. На его губах появилась улыбка, он несколько раз кивнул головой.       Девушка улыбнулась ему в ответ, пытаясь принять сидячее положение на кровати. Резкая боль пронзила всё её тело, замедляя движения. Мужчина подвинулся ближе, помогая ей удобно устроиться на койке. Но она сразу же прижалась к нему, крепко обнимая и цепляясь за его рубашку руками.       Северус почувствовал невероятное облегчение, когда ответно прижал её к себе. Сейчас она казалась ему особенно хрупкой, поэтому он обнимал её аккуратно, как будто боялся навредить. Боялся еще раз ощутить безысходность, боялся потерять её. — Прости меня,  — произнёс он, утыкаясь носом в её волосы. — Всё хорошо, — всхлипнула она, отстраняясь от него, но не отпуская его рук. — Теперь всё будет хорошо.       На её губах красовалась улыбка, как всегда тёплая и искренняя, а в глазах стояли слёзы, слёзы счастья. В его голове вспыхнули её последние слова, которые она так торопилась произнести. Я тебя больше жизни люблю. Сколько же всего ему нужно было ей сказать. Но голос не слушался его, он просто не мог оторвать от неё глаз. Она жива. Северус накрыл её щеки руками, с нежностью поглаживая мягкую кожу. — Я тоже люблю тебя, Гермиона, — собравшись с мыслями, произнёс он тихо, чтобы слышала только она. — Мне жаль, что я не сказал тебе этого раньше. Ты заслужила это, ты заслуживаешь быть любимой и я люблю тебя, Гермиона. Больше всего на свете люблю.       Грейнджер тихо засмеялась, позволяя слезам скатываться по щекам. Она приблизилась к нему, накрывая его губы своими. Он ответил ей на поцелуй, зарываясь пальцами в её волосы. Теперь всё будет хорошо. Оба отстранились друг от друга, тихо посмеиваясь. Девушка провела по его лицу пальцами, словно пыталась понять, настоящий ли Северус рядом с ней? Так они и просидели, пока за ширмой не показалась медиковедьма. Женщина принесла поднос с мазью и двумя стаканами воды, незаметно ухмыльнулась, глядя на двух волшебников. — Мисс Грейнджер, это для ваших рук и колен, — протягивая баночку с мазью, сказала медиковедьма, переводя взгляд на зельевара.  — Вас мне придётся огорчить. Ваша левая нога оказалась сильно повреждена, поэтому теперь вам придётся ходить с тростью, так будет легче.       Снейп кивнул, метнув быстрый взгляд на деревянную палку. Сейчас он чувствовал лишь необычную эйфорию, ему не верилось, что всё кончено.       Целитель покинула палату. За ширмой сразу же прозвучало деликатное покашливание Поттера. Подождав несколько секунд, уставший парень отодвинул штору, заходя внутрь. — Где Люциус? — без лишних слов спросил Северус, нежно сжимая руку Гермионы. — Устраивайтесь поудобнее, буду рассказывать, — хмыкнул парень, садясь на стул возле стены. — Амикус, Алекто Кэрроу и Малфой-старший мертвы. Два дня назад в Министерство поступило сообщение о сильном магическом всплеске в лесу. Мы сразу же поняли, что произошло. Трое Авроров отправились на обозначенное место. Найти вас было не сложно, весь лес пропитался вашей магией, мы просто шли вперёд, с каждым шагом всё больше чувствуя вашу энергию. Выйдя на поляну, мы увидели огромное количество упавших деревьев, их вырвало практически с корнем. В некоторых местах горела трава и листва, а посередине поляны лежали вы…       Грейнджер сжала руку Снейпа, пытаясь напомнить себе, что сейчас всё хорошо. Рана была ещё слишком свежей. Она всё ещё помнила ту безысходность, которую ей пришлось испытать совсем недавно. Наверное, этот случай оставит на её сердце ещё один шрам. — …Двое Авроров сразу же доставили вас в больницу Святого Мунго, — продолжал рассказывать Поттер.  — Мне всё ещё трудно понять, на что надеялся Малфой-старший, но я постараюсь объяснить. У него на шее были обнаружены амулеты, а точнее, редчайшие магические артефакты. Выяснилось, что эти камни были зачарованы именно с помощью вашей магии, профессор, он сделал их для того, чтобы убрать именно вас и не оставить после себя следов, — с истерическим смешком выдал парень.  — Амулеты постепенно высасывали из вас энергию, они наполнялись ею. Когда магические артефакты были готовы к использованию, Малфой по очереди поймал вас. Он думал, что камни, заряженные вашей магией, убьют вас, просто разотрут в пыль. Но он не учёл того, что рядом с вами всегда находилась Гермиона. Камни смешали в себе вашу магию и энергию Гермионы. Я не знаю, как так получилось, но именно это спасло обе ваши жизни. Ваша энергия объединилась, отразилась от вас и уничтожила всё, что находилось вокруг.       Грейнджер медленно дотронулась до своей ладони, вспоминая, как однажды она обожглась ею об магию Снейпа. Кажется, всё постепенно вставало на свои места.       Она вспомнила тот жар, что исходил от него в тот вечер, когда они узнали о смерти Беторфордов. Вспомнила опасно нагревшийся воздух и мебель, парившую над землей. В тот вечер Гермиона испытала на себе, насколько сильна может быть его магия. Она дотронулась до его души. Но не учла того, что он может навредить ей. В тот вечер их магия смешалась. Именно поэтому Гермиона не ощущала его энергии. Именно поэтому Северус не мог почувствовать её магию. Они стали одним целым. — А камни уцелели? — настороженно спросила девушка, выйдя из оцепенения. — Нет, они потрескались и теперь бесполезны, — ответил Гарри. — Где вы нашли информацию об этих артефактах? — нахмурился зельевар. — Откуда о них узнал Люциус?       Поттер устало провёл пятерней по волосам. Синяки под его глазами и сонный вид давали понять, что Аврор не спал ночами, пытаясь найти как можно больше информации о волшебных камнях. — Нарцисса и Драко не знали о планах Люциуса, его жена участвовала только в корректировке ваших воспоминаний. Узнав, что Малфой мёртв, мы поспешили в их поместье. Именно там мы нашли кучу книг о темной магии и расписку о том, что продавец не несёт ответственности за то, как используют его товар. По расписке нам удалось найти бывшего хозяина артефактов. Им оказался миловидный старик, который продал Люциусу камни за большую сумму денег. От продавца мы и узнали, как использовать артефакты. — А Кэрроу? — спросила девушка, переглядываясь с волшебниками. — Из Азкабана они сбежали благодаря Малфою? — Да, — кивнул Гарри — Сторожи, охранявшие камеру Алекто и Амикуса, ничего не помнят. Мы думаем, что Люциус либо заплатил за их свободу, либо собственноручно устроил побег, просто вернув им палочки. Северус незаметно взглянул на Гермиону. Его не покидала мысль о том, что план Малфоя мог свершиться. Тогда, если бы он выжил, никогда бы не простил себя. Теперь, когда всё действительно закончилось, перед ними открылись много новых возможностей. Может быть, теперь всё наладится? Теперь всё будет по другому?       Молодой Аврор тепло улыбнулся, глядя на свою подругу. Издав тихий смешок, парень дал пять Гермионе и пожал руку Снейпу, затем удалился из палаты, оставляя их наедине друг с другом.       Девушка проводила Поттера взглядом, кладя голову на плечо своего любимого мужчины. Северус позволил себе улыбнуться, прижимая Гермиону ближе. Наконец-то оба волшебника могли полноценно расслабиться. Теперь, когда всё кончено, их ждёт новая жизнь. Жизнь, наполненная счастьем, любовью, поддержкой и заботой.