Прими меня.

Как извелся ночами я Сколько лет мне осталось жить? Так расскажи на прощание Впрочем, нет, не говори — молчи… © Порнофилимы — «Звездочка.»

Сергей испуганно вжимается в кровать, еле дыша, смотрит на нависшее над ним чудовище. — Н-нет… Нет… Отойди… Не хочу… Тебя нет… — Парень дрожит, чуть ли не плача, смотрит на «копию». — Не сопротивляйся, я всегда с тобой. — Птица наклоняется к лицу Разумовского ближе, наблюдая как тот жмурится и сжимает губы. — Я не сделаю тебе больно. — Уйди… Я тебя придумал, значит и могу заставить исчезнуть… — Тихим и дрожащим голосом шепчет паренек, все еще жмурясь. Давление ослабевает и юноша распахивает глаза, судорожно выдыхая, приподнимается на локтях. И вдруг, в голове шум. Оглушающий, скрежещущий и, кажется, сотрясающий помещение. Сережа сворачивается в комок, бессильно рыдая и мотая головой, в надежде отогнать наваждение. — Прими меня. Тебе станет легче. Впусти в себя. — Монстр снова сидит рядом, будто бы скучающе рассматривая когти. — Отстань, отстань, отстань… Пожалуйста. Уйди… Уйди… — В бреду шепчет Разумовский, всхлипывая и затыкая уши руками. Птица загребает страдающего в свои объятия, укрывая крыльями, начиная гладить по голове , пропуская волосы через когтистые пятерни. — Чего ты упрямишься? Нам будет легче вместе. Мы будем вершить правосудие. Ты же хочешь помогать людям? — Вкрадчиво говорит тульпа, все также играя с волосами дрожащего Сережи. — Я же знаю , что хочешь. Я — это ты. Ты — это я. — Нет, я не ты. Тебя не нет! Ты не нужен мне… Уйди… Уйди!.. — А парень не слушает монстра, только подрагивает и плачет , не в силах выбраться из чужих лап. — Меня нет? Тогда почему я могу касаться тебя? — С ухмылкой спрашивает Птица и наклоняется к губам юноши, осторожно касаясь их своими. — Ну же, ты чувствуешь. Ты меня чувствуешь… Сергей вздрагивает , смотря в его глаза, широко распахнув свои. Он чувствует. Он чувствует его  дыхание, чувствует его когтистые руки на своей голове, чувствует его губы на своих. Но Разумовский не хочет признавать этого. «Нет же… Нет… Тебя нет…» — Не упрямься, не будь глупцом. — Птица хмурится и целует его податливые губы, осторожно стирает слезы с щек паренька. — Закончи истерику и просто прими меня. Прими себя. Юноша замирает, чувствуя и видя что вытворяет кошмар. — Пожалуйста, отстань… Отстань… — С мольбой шепчет Сережа, прикрывая глаза. — Нет. — Коротко и просто отвечает видение, сверкая глазами. И тут парень срывается, распахивает глаза и вырывается, вскакивая на ноги. — Ты убил этих людей! Ты… — Его затыкают, возникая перед самым лицом, грубо хватают за ворот рубашки. — Мы убили. Это сделал ты. — Тульпа широко улыбается, глаза безумно блестят. — Как же… Н-нет… — Сергей отшатывается от Птицы, пытаясь унять трясущиеся руки, он берет пустую бутылку, запуская в свою «копию». Бутылка летит мимо, разбивая витрину. — Хватит сопротивляться! — Чудовище толкает его на пол, нависая сверху и стирает кровь с губ Разумовского. — Ты все равно поддашься. И мы будем вместе. Всегда. Одним целым. Шепчет тульпа и прикусывает мочку уха , заставляя дергающегося юношу тихо вскрикнуть и застыть. — Отвянь… Нет… Уйди… — С испугом хрипит Сережа, начиная тяжело дышать. — А несколько лет назад, ты был не очень-то против. — Хмыкает Птица, прикусывая кожу на шее. Разумовский барахтается , пытаясь отпихнуть тульпу и протестующе мычит , когда ему затыкают рот. И вот одежда летит на пол. Сережа все еще пытается отпихнуть свою копию, обливаясь слезами и тяжело дыша. — Да что же ты… Ты правда думаешь, что я причиню тебе хоть какой-то вред? — Птица хмурится, оглаживая тело парня. — Помнишь, как в детстве играли? Помнишь, я не дал тебя в обиду тем детям? Ты все помнишь. Так расслабься и прими меня. Прими себя. И Сергей отвлекается на воспоминания, страх куда-то пропадает и он млеет от когтистых лап, скользящих по нему.

***

Сергей Разумовский спускается на лифте. Но что-то не то в его взгляде. Он другой. И будто это совсем и не Сережа. Взгляд обжигающий, пронизывающий и даже слегка безумный. Он принял Птицу. Теперь они одно целое.