Да благословит тебя колбаса

      На следующий день после встречи в офисе командира, за исключением нескольких живых. Во-первых, нет ничего, согласно приказу жребия слева, поспешившего в лагерь Микасы. По пути она выглянула в окно соседского дома и глубоко заглянула в себя. Как обычно, на ней была свободная одежда и красная цепочка. Она, как всегда, немного устала и истощена, но, по крайней мере, она та, кто делает все с гуманитарной логикой, чтобы защитить титанов. Она немного остановилась перед зеркалом, поэтому продолжала ускоряться в пути. Через мгновение в стойке двери здания у ног Микасы рухнул губернатор того места, в котором оно находится. Все вдруг случилось, чтобы понять, который час, кроме серьезного штурма. Микаса сделала глубокий вдох, она хотела, чтобы внезапно разбилось лицо человека. «Эрен?», - Микаса, похоже, шум не подходил для этого. Девушка стерла с дома пыль и покрыла его грязью. «Эрен, ты знаешь, кто я?», - она подумала. «Что это?», - смущенно спросил Эрен, - «Что ты здесь делаешь?». «Я губернатор», - терпеливо ответила Микаса. Эрен медленно встал, но задрожал и впал в кому. «М-Микаса! У меня сегодня выходной ...». Микаса приподняла брови. «Какой песок?». «Сегодня понедельник?», - спросил он. Девушка спросила, действительно ли она начала верить, что Эрен пьян. «Что случилось вчера? Вчера ...», - Микаса покачала головой, а Эрен в свою очередь покачал головой. Он ничего не помнит. «Ну как добраться до такого лидера?». Эрен заколебался и протянул руку. Он сказал: «Я ухожу. Что мне делать? Я все равно с этим покончил». Микаса немного подумала и пришла к выводу, что она ничего не будет делать, потому что штаб будет задавать вопросы, не посещая собрание Эрена. Основная проблема в том, что Эрен подошел и встретил ее у двери. Сначала он хотел сбежать, когда понял, что Микаса отказывается что-либо делать. Он в ужасе огляделся, как выделились страхи. А теперь посмотрим, что произошло, и опорочим репутацию.       На стене Эрвин сидел за столом, окруженный бумагами. Слева от кресла капитан Леви смотрит на нового солдата. Ханджи сидит справа от Эрвина и радостно протирает очки. Никаких проблем не предвиделось, пока Микаса, которая поскользнулась на собравшихся, не ушла в январе. Его волосы были взлохмачены, большой красный бант украшал его шею, а правая рука была заброшена. Затем сзади Микасы: «Жан, мой друг! Я очень рад познакомиться с тобой. Боящийся автора Жан». Микаса была удивлена, что Эрен никогда не делал этого с ним, но другие были удивлены, когда узнали, о чем идет речь. Леви сначала сказал: «Эрен, что ты себе простил? Ну, я сажусь немедленно, или я тебя побью!». Он сразу начал вставать, когда Эрвин взял его за руку. Командир сказал: «Так что лучше начать с последней аварии. Как христианин, можете ли вы объяснить, почему сегодня вечером упали с моста?». «Он мог бы», - ответил Жан, указывая на капитана. Эрвин сказал «да». «Я был пьян под мостом, почему?», - «У них было время открыться мне, и они хотели петь в тишине в будущем». В комнате было тихо. 10 секунд. Жан робко поправил лук на шее. Он был активен, как огурец, который много пил вчера. В комнате было тихо десять секунд. Она молчала. Снова. Жан сказал: «Да, я хотел принять участие в церемонии, кампании, и казалось, что ничего не пело». Снова тишина. Затем он защищал Армина на своем компаньоне: «Армин, тебе неудобно? Армин, ты боишься? Армин, почему ты в прошлый раз отказался петь перед строем?», - он сказал себе, что выбежал. Армин сел в постели и схватил правую руку за грудь. Это была сама гитара, которую он забыл на столе в суматохе. Он задрожал, когда увидел гитару. Посмотрев в пол, он сказал: «Да, Армин, здесь Армин тоже вчера сказал, что ты испугался». Ханджи внезапно вскочила, повернулась к Эрвину и спросила: «Что у него в руке?». Эрвин взял гитару и подул в нее. Раздался резкий звук. Как все чувствовали, это было похоже на звук взлетающего самолета. Этот голос напомнил Эрену о его детстве в Боге Времени, и он запел. Он пел на самом древнем тибетском наречии, способном выразить невыразимую словами муку: «Очень ты хороший, дорогой товарищ Брежнев». Переодетый капитаном Леви, он пошел и пнул Эрена - беспорядок больше не мог продолжаться, и им также пришлось обсудить оперативные планы по восстановлению стены Марии. Последнее, что увидел Эрен, была бритая черная голова пропеллера, летевшая на него со скоростью небольшого танка. Крик Ханджи, падающий шкаф и крик Эрвина слились во вспышку, которая ассоциировалась с последним огнем в его глазах.       Теперь, спустя 3 часа после окончания игры, игра закончилась без него и прошла очень успешно. Эрен лежал, думая, что даже ангелы плохо играют в космосе, и напевал песню вслух. Он запомнил эту идею надолго. Кажется, его песня начиналась словами: «Да, он существует и существует вечно» и заканчивалась: «Да благословит тебя колбаса».