***
Обойдя половину замка и так и не найдя Малфоя, Гермиона решила отправиться на выпускной одна. Неужели ему так не понравилась авантюра танцевать с ней, что он просто сбежал? Хотя вряд-ли. Скорее всего он просто пошел туда раньше неё, чтобы не возникало лишних вопросов. Дойдя до дверей, ведущих в большой зал, Гермиона остановилась. Было какое-то непривычное чувство волнения в груди. «Давай, это просто выпускной. Нет ничего страшного» — подбадривала она себя. В последний раз поправив причёску и глубоко вздохнув, девушка вошла в зал.***
Как только Гермиона переступила порог зала, все взгляды присутствующих устремились на неё. Некоторые сидели с открытыми ртами, другие просто пытались понять: Гермиона ли это вообще? Она медленно шла между рядов со столами, уставленными всевозможными вкусностями. Пышное платье блестело, переливаясь тысячами оттенков голубого и синего цветов, становясь ещё более эффектным под ярким светом серебряных ламп. Пояс идеально подчеркивал узкую талию девушки, а уложенные мягкие волосы красивыми локонами спадали на плечи. В дальнем углу зала Гермиона заметила Крэбба и Малфоя. Первый стоял, приоткрыв рот от удивления и вытаращив глаза, а Драко с неподдельным интересом разглядывал её. Пройдя мимо этой парочки, девушка двинулась к своим друзьям, которые тоже смотрели на неё с восхищением. Первым к ней подбежал Рон. — Гермиона! Ты ли это? Никогда не видел тебя настолько очаровательной! Это платье идеально на тебе сидит! Она слегка улыбнулась и взяла бокал с соком. — Спасибо, Рон. В выборе мне помогала твоя прекрасная сестра, — она жестом указала на Джинни. К ним присоеденился Гарри. — Привет, Гермиона! Шикарно выглядишь. Это платье и макияж тебе очень к лицу, — он обнял её. Поболтав ещё некоторое время, Гарри и Рон ненадолго отлучились. Гермиона прошлась мимо столов и остановилась у одного, взяв оттуда маленькое пирожное. Недалеко стояли Малфой и Крэбб. Заметив девушку, Винсент подтолкнул друга и, хмыкнув, указал на неё другу. — С этой грязнокровкой ты собираешься танцевать сегодня? Смотри, руки не замарай, а то потом не ототрешь. Внезапно Гермиону прорвало. Много лет она терпела подобное, каждый раз проглатывая едкие подколы в свою сторону. Она повернулась к паре слизеринцев и медленно, но спокойно отчеканила. — Да, я грязнокровка. Я родилась в семье магглов волшебницей. Другими словами: я избрана. А ты… Ты родился в чистокровной семье. Обычный волшебник. Который и должен был родиться волшебником. А я родилась волшебницей среди тысячи магглов. Среди тысячи обычных людей. Разницу чувствуешь? Крэбб хотел было что-то сказать, но запнулся, удивленный таким напором. Малфой только бровью повёл, показывая, что, конечно, не ожидал такого от Гермионы, но его стальную душу таким не удивить. Слегка ухмыльнувшись, девушка отошла к другому столу, где стояла Джинни, держа в руках очередной прохладительный напиток.***
Через некоторое время пришло время танца Гермионы и Драко, открывающего выпускной. Они вышли в центр зала, приготовившись. Заиграла, переливаясь, музыка, и пара медленно двинулась по большому залу. Движения уводили Гермиону прочь от своих размышлений, оставляя наедине с собой и музыкой. Её тело уже само знало, что делать, будто следуемое неведомым порывом. Музыка взывала к ней, придавая лёгкости, плавности в движениях и некой свободы. Она живёт сегодня. Она живет сейчас. Она сама себе кажется звездой, сверкающей и зажигающей всё вокруг. Тряхнув головой, девушка откинула с лица прядь непослушных волос и изгибалась, кружилась, прыгала, шагала, жила, забываясь в быстром ритме музыки. Она танцевала. Танец пролетел за несколько мгновений, и вот они уже они стоят, пытаясь отдышаться, а вокруг них зал гудит аплодисментами и одобряющими вскриками. Гермиона подняла глаза на Малфоя. Он тоже смотрел на неё, разглядывая, словно видел первый раз. Было что-то в его глазах такое… завораживающее. Серая радужка казалось практически прозрачной, освещаямая тысячами огнями. Драко медленно отошёл от неё, направляясь к одному из столов, неподалеку от её друзей. Гермиона подошла к Гарри, Рону и Джинни. Те стояли с открытыми ртами, не в состоянии произнести ни слова. Первым заговорил Рон. — Гермиона, что это было? Почему ты танцевала с ним?, И почему мы об этом узнаем только сейчас? Девушка поспешила всех успокоить. — Не переживайте. Так как мы с Малфоем старосты, нас назначили открывать выпускной танцем. Я не говорила вам, потому что не хотела вас беспокоить. Плюс вы бы переживали, а это было бы неудобно ни вам, ни мне. Но Рон никак не хотел успокаиваться. — Почему с ним? Ты что, не могла отказаться? Это же абсурд. — Абсурд здесь только ты, — из-за его спины вырос слизеринец, медленно подходя к их компании. — Что ты тут делаешь?! — лицо Рона было похоже на помидор. Он прямо-таки пылал от злости. — Если ты завидуешь, Уизли, то советую выражать это не так ярко. То, что она выбрала танцевать со мной, тебя никак не касается. Думаю, под твой статус прекрасно подойдёт Лаванда Браун. Так что успокойся, пока не лопнул от злости. Драко развернулся и направился к противоположному столу. — Ну и что это было? — теперь Гарри вмешался в разговор, обращаясь к Гермионе. Она стояла, не понимая, что только что произошло. — Ты меня слышишь? — он тряхнул ее за плечо. — А? Да, да. Я не знаю, что на него нашло. Простите. Просто не обращайте внимания. Рон аж побагровел. — Не обращать?! Ты слышала как этот хорек разговаривал? Нужно на место таких выскочек ставить! Гермиона отвернулась. — Не нужно, Рон. Своими разборками ты только хуже сделаешь, — она подхватила сумочку. — Я отлучусь ненадолго, скоро приду. И не дав ребятам, опомниться, она выбежала из большого зала.***
Сидя в гостиной старост, девушка чуть ли не рыдала. Этот придурок Малфой всё испортил! Вот нужно было ему лезть в их разговор? Да и Рон тоже хорош. Поднял панику непонятно из-за чего. Возвращаться на выпускной у нее не было никакого желания. Она плюхнулась на диван, прикрыв лицо руками. Через несколько минут, Гермиона услышала, как в помещение кто-то зашёл. Подняв голову, она увидела Малфоя, медленно вышаиваюшего к камину, на котором стоял стакан с водой. Он выглядел так, словно ничего не произошло. Гермиону это взбесило. — Ну и что это было? Драко повернулся к ней с совершенно спокойным лицом. — Что именно? — Ты прекрасно знаешь о чем я. Твоя выходка перед моими друзьями! Он пожал плечами. — Я просто показал твоему дружку, как не стоит разговаривать. Он слишком разбушевался из-за какой-то мелочи. Гермиона фыркнула. — Спасибо, но я думаю, мы прекрасно разберемся сами! Не надо лезть в наши разговоры. — Я просто защитил тебя. Этот недоносок решил, что в праве решать всё за тебя. — Хах! И с каких это пор ты стал защищать меня? Малфой изменился в лице. — В следующий раз будешь сама разбираться со своим придурком! — Как ты его назвал?! — она вскочила. — И вообще, с чего ты решил, что мне нужна какая-то защита? Я прекрасно разберусь сама! — Я уже сказал, что больше ты этой защиты от меня не получишь! — он отвернулся и уставился в окно. — И вообще, я тебя не понимаю! Ты ведёшь себя странно! То обзываешь меня при любой возможности, то вдруг кидаешься защищать, — Гермиона действительно злилась на него. Что за игры он устроил? — Да! Ничего ты не понимаешь! — он в гневе скинул открытую книгу со стола. — Я просто хочу наладить с тобой отношения, но не умею это делать! Я первый раз хочу действительно подружиться с человеком по-настоящему! Думаешь мне не хватило всех тех фальшивых людей, окружавших меня? Я с ними общался только из-за влияния отца! У меня никогда не было настоящих друзей и отношений! Всё было навязано обществом и стандартами! Я первый раз так сильно хочу общаться с каким-либо человеком! Защищать его, рассказывать о проблемах! У меня такого никогда не было! Я просто хочу общаться с тобой по-настоящему! Я просто тебя люб… Он запнулся на середине предложения. Сердце бешено колотилось в груди. А мозг отчаянно пытался переварить сказанную им информацию. Гермиона стояла, ошарашенная. Она не понимала, правду ли говорит Малфой, или это очередная выдумка. Ей очень хотелось верить, что он говорил абсолютно искренне. Дрожащим голосом он несмело начала. — Малф… Но он ее прервал. — Я сегодня переезжаю в гостиную Слизерина. Срок совместного житья закончился. Теперь тебе никто не будет мешать. Он развернулся и вошёл в свою спальню, громко хлопнув дверью.***
Через некоторое время Драко уже собрал вещи и выехал из спальни старост. Гермиона осталась одна. Теперь она может спокойно спать, так как проклятье было снято. Он ей признался. Хоть и не договорив, но всё было понятно. Но это нисколько не радовало ее. Когда он переехал, комната стала непривычно пустой. Гриффиндорка привыкла к нему, и теперь для неё проживание тут будет лишь мучением. Хоть и оставалоь учиться дня три, она была подавлена. Девушка не ожидала, что у него будут какие-то чувства к ней, и не знала, что постоянно ссорясь с ним, заденет его за живое. Но теперь ничего не исправить.***
Через пару дней ничего не изменилось. Малфоя с этого момента Гермиона не встречала. Скорее всего, он очень старательно избегал ее. Ещё и друзьям пришлось врать насчёт выпускного и её странного состояния. Спала девушка плохо, не смотря на то, проклятье больше не действовало. Возможно, сказывались нервы. В одну из бессонных ночей Гермиона услышала стук в дверь. Он эхом разнёсся по пустому помещению. Кого могло принести в такое время? Она села, прислушиваясь. Возможно, ей показалось? Но стук повторился вновь более настойчиво. Такое точно не могло показаться. Пересилив себя, она встала с кровати и, прихватив на всякий случай палочку, двинулась к двери. Подойдя, она приложила ухо. Тишина. Гермиона медленно отворила дверь. На пороге стоял Малфой. Одет он был во что-то, явно не напоминающее официальный костюм. На нем был зелёный свитер, крупной вязки, явно натянутый в попыхах. Волосы были растрепаны, под глазами залегли круги, как в их первую ночь, проведенную в туалете. Гермиона замерла, не зная что и сказать. Кого-кого, а его она точно не ожидала увидеть. Драко стоял на пороге, явно не решаясь заговорить. Он поднял голову и посмотрел на Гермиону. В его глазах не было прежнего холода и отстранённости. Взгляд как-будто стал более живым. Он снова опустил глаза. Резкий выдох. — Сука, я не могу без тебя спать. В эти семь слов было вложено всё, что он не смог сказать в те несколько ночей в туалете.