О вениках, бумажках и неразборчивом почерке

Спустя долгое путешествие по просторам Ли Юэ и Инадзумы, где Путешественник встретил много новых знакомых и стал героем обоих регионов, Итэр наконец решил, что ему с Паймон пора бы ненадолго вернуться к истокам и навестить Мондштадт, город свободы. Он расстался с Анемо Архонтом на хорошей ноте, да и Ордо Фавониус едва ли не со слезами провожали его из города, потому Итэр считал своим долгом завернуть в Монд, даже если ему не по пути. Даже Паймон не так давно призналась, что была бы рада встретить Дилюка или Кэйю, поспорить с Венти на какую-нибудь пустяковую тему или послушать несколько лекций об алхимии от Альбедо. С чувством ностальгии и яркого тепла в груди, Итэр смело ступил на мост и гордо пошел вперед… — Хэй, это снова ты! — детский крик заставил Итэра вздрогнуть и пригнуться от неожиданности: он совершенно отвык от того, что главным привратником города Свободы являются не рыцари Ордо Фавониус, а… — Почему каждый раз, когда ты приходишь, голуби разлетаются?! Как ты можешь быть таким противным? — Тимми! — С неловким и растерянным смехом Паймон всплеснула руками, пока Путешественник тихо думал, что бы ему ответить: изъявить желание перестрелять все пернатое поголовье или отправить маленького мальчика к мозгоправу. Конечно, ярко показывать свое недовольство Итэр не стал, лишь сверкнул солнечной улыбкой, извинился и продолжил путь в город. Паймон что-то возбужденно наговорила мальчику, отчего тот перестал проклинать проходимца на чем свет стоит, и тоже присоединилась к спутнику. — В следующий раз нам стоит найти другой путь в город, — недовольно выговорила фея, а потом хихикнула. — Как насчет того, чтобы с помощью ветряного потока залетать в город через кладбище? Вот будет умора: знаменитый Путешественник воспользовался черным ходом, потому что испугался повелителя голубей. — Я скорее попрошу Дилюка выпустить Рассвет по мосту ночью, когда Тимми будет спать или достану отца этого мальчика из могилы и кину ему в ноги, — мрачно ответил ей Итэр и вздохнул. Не сказать, что у него было хорошее настроение раньше, но сейчас оно определенно ухудшилось. Играть роль доброжелательного и мирного дурачка ему порядком надоело. На входе парочка пузатых рыцарей отдала ему честь и хором поприветствовала, на что Итэр так же ответил формальным приветствием и пожеланием хорошего дня. За стенами Мондштадта время как будто застыло. Флора рассказывала своим цветам сказки, Донна вздыхала, как припадочная, а кузнец нескончаемо бил молотком по железу. Легкий ветерок встрепенул челку Путешественника и ласково подтолкнул в сторону Доли Ангелов. Похоже, там уже собралась если не вся компания алкоголиков, то ее меньшая половина. Паттон, танцующий около входа, приветливо помахал старому знакомому. — А, почетный рыцарь! — воскликнул он, — Заходи на чашечку сока, хозяин сегодня у прилавка! Итэр вежливо поздоровался в ответ и толкнул дубовую дверь. Его сразу обдало горячим алкогольным воздухом, гул голосов и чей-то смех резко навалились. С непривычки Путешественник слегка покачнулся и отступил назад. Впрочем, тут же приободрился и подошел к барной стойке. Дилюк, протирающий очередной стакан, приветливо кивнул ему и потянулся налить путникам сладкого виноградного сока. Со второго этажа послышалось треньканье лиры и голос Венти. Итэр решил подняться к нему чуть позже, когда тот закончит балладу. — Давненько тебя не было. — Заговорил Рагнвиндр, передавая в маленькие ручки Паймон пузатый стакан. — Держи, мелочь. Как проходят поиски твоей сестры? — Я напал на ее след, но не думаю, что стал ближе к цели, — грустно подложив под подбородок руку, Итэр вздохнул. — Наоборот, вопросов стало только больше, как и проблем. Даже архонты не могут мне помочь. — Архонты выступают лишь поддержкой для тех, кто слаб духом, — мудро отозвался красноволосый. — Тебе просто нужно время и чуть больше информации, не стоит отчаиваться раньше времени. — Спасибо за добрые слова, мастер Дилюк, — чуть более весело улыбнулся Итэр и пригляделся к магнату. Не зря пригляделся: Дилюк выглядел напряженнее обычного. Он будто был чем-то взволнован, а потому со все большим старанием натирал попадавшую в руки посуду. Подняв глаза выше, Путешественник заметил, как пару раз дернулось нижнее веко Дилюка. — Никогда не видел вас таким взбудораженным, — осторожно начал он, надеясь не спровоцировать приступ самоуверенной злости. — Что-то случилось? Обычно Дилюк нервно реагировал на беспокойство о нем, будто воспринимая это как сомнение в его силе. Итэр лично видел, как судорожно тушил свою накидку Кэйя после подобного вопроса. Мужчина за стойкой только тяжело вздохнул и перевел взгляд на стол около стены, по правую сторону от двери. Там никто уже не сидел, остались лишь пустой бокал из-под вина и потухшая светяшка, стебелек которой был завернут в измятую бумажку. — В моем баре есть только один ублюдок, который из раза в раз выводит меня из равновесия. Носит цветы, а мне думай, что делать с этим веником. Итэр про себя отметил, что Дилюк говорил не про один цветок, а про целый букет, который либо не так давно притащил Альберих, либо сам Рагнвиндр собрал на протяжении всех тех дней, что рыцарь приходил сюда. Заинтригованный, он поднялся и подошел к столу, нежно подхватывая диковинку. На внутренней стороне бумаги было что-то написано, но почерк был настолько небрежным, что ни слова не разобрать. Паймон заинтересованно висела над его плечом несколько секунд, а потом вдруг вскрикнула. — Хэй, а ты хоть раз читал его записки? — Феечка выдернула из рук друга бумажку и принесла Дилюку. Тот отставил стакан в сторону, но и читать, что написано на бумаге, не стал: сразу сжег, едва взглянув. Пепел, кружась, полетел к его ногам. — Его ужасный почерк только архонты могут разобрать, — фыркнул он. — Уверен, там нет ничего, кроме безобразного флирта. Путешественник кивнул: он был согласен с Дилюком на все сто процентов. Даже его почерк, не привычный к тейватской письменности, не был настолько неразборчив. Цветок, в который была завернута бумажка, ясно указывал на смысл послания. Паймон же не была согласна с мужчинами. Она недовольно нахмурилась, подняла светяшку и попыталась кинуть ее в Дилюка, но в последний момент передумала и кинула ее в Итэра. Цветок угодил в лоб и упал на пол. — Как жаль, что Паймон маленькая и не может побить вас обоих, — возмутилась феечка, пока Путешественник поднимал светяшку. Дилюк требовательно протянул руку и забрал растение, проверив его сохранность и вид. Недовольно нахмурившись, он сорвал треснувший листочек со стебелька и аккуратно положил цветок под стойку. — В письме Кэйя просил помочь ему с зачисткой лагеря похитителей сокровищ. Дилюк хмыкнул. — Это что, какой-то тупой способ пригласить меня на свидание? — Одним только выражением лица Рагнвиндр выразил весь скепсис. — Там было написано, где находится этот лагерь? — Кажется, в Вольфендоме. — Ответила Паймон. — В ущелье, к западу от логова Андриуса. Но зачем Кэйе писать тебе настолько неразборчивую просьбу, еще и передавать ее таким образом? Сколько таких записок он тебе принес? Дилюк побледнел, когда услышал о Вольфендоме. Итэру невольно тоже передалось его волнение, а в душе зрело плохое предчувствие. Кэйя куда-то влип, верно? Глубоко вдохнув, Рагнвиндр начал суетиться. — Черт, мне же и на замену поставить некого, — ругнулся он и громогласно обьявил, что таверна закрывается по личным причинам. Сверху раздался пьяный гул, недовольно высказал свои мысли Венти. — Вы двое — Рагнвиндр посмотрел на Итэра и Паймон. — Идете со мной. Остальные на выход! — прикрикнул он. Пьяницы, предпочитающие пить до начала сумерек, недовольно расходились кто куда, недовольно бурча на самоуправство хозяина таверны. Со второго этажа, ловко перепрыгнув перила, приземлился Венти и заинтересованно оглядел небольшую команду. — Ах, навевает воспоминания, не правда ли? — Подмигнул архонт и упер руки в бока. — Куда это мы собрались, если не секрет? Надеюсь, вы не собираетесь устроить злостное нападение на моего домашнего дракона или типа того. — Умерь свое любопытство, бард, — отмахнулся от него Дилюк. — Если интересно, можешь пойти с нами, твоя помощь пригодится. Анемо архонт улыбнулся и незамедлительно согласился на предложение присоединиться. — Таким взволнованным вы не выглядели даже после нападения Двалина на Мондштадт, мастер Дилюк, — подколол он, заинтригованный. — Тогда некоторые неразумные идиоты не кидались на вражеские базы сломя голову, — раздраженно ответил тот, выводя команду из таверны и закрывая дверь на ключ. По пути к точке телепортации, которую мог использовать путешественник, Дилюк с мрачным видом рассказывал Венти историю, параллельно добавляя детали для Путешественника и его компаньона. Выходило, что вот уже десять дней, включая этот, Кэйя предположительно в одиночку, устраивал рейды на лагеря монстров, похитителей сокровищ и, не исключая, фатуи. — Я никогда не замечал в нем склонности к суициду, но в этот раз он перегнул палку, — добавил Дилюк. — Если верить нашим информаторам, западный лагерь один из самых защищенных и крупных в регионе, даже я не решился бы сунуться туда в одиночку. Черт, будет чудом, если он еще жив! Венти забеспокоился, как и Итэр. — Побежали скорее, как же я буду пить без своего любимого собутыльника! — Я передам твои слова сестре Розарии, — сказал Дилюк, косо взглянув на барда. — О нет, только не это! — бедный Венти был готов схватиться за волосы. Кратко препираясь, они быстро достигли точки телепортации. Итэр активировал ее и они появились в низине, на берегу Сидрового озера. Бежать до нужного места было далековато, но все же лучше, чем от самого Монда. Ветерок Венти бодро подталкивал их в спины, помогая. Звуки битвы и крики разбойников они услышали еще на подходе. Спасатели безрассудных капитанов кавалерии вырулили из-за скалы и увидели ужасающее по своему масштабу побоище. Не меньше трех десятков похитителей сокровищ медленно загоняли в угол совсем маленький отряд: Беннет, Фишль и Рэйзор, раненые, кое-как защищали собой лежащего без сознания Кэйю. Очевидно, что из-за него они не могли сбежать просто так: стоит замешкаться на мгновение и их зажмут окончательно без надежды на освобождение. Итэр, быстрым и опытным взглядом осмотрев место сражения, не стал медлить и вклинился вперед, под счастливые крики Беннета и Фишль. Венти на ветряном потоке подлетел вверх и упал в середину круга, сразу же используя взрыв стихий. Но это не могло спасти его и всю команду от тех, кто не попал в безумный ветряной смерч и издалека кидал бомбами и ножами. — Мастер Дилюк! — счастливо закричал Беннет. Глаз бога на его поясе радостно потрескивал, будто бы чувствуя еще одного носителя пиро элемента. Совсем скоро, благодаря Рагнвиндру, Беннет сможет активировать взрыв стихий и помочь своему маленькому отряду и сэру Кэйе. Дилюк, не особо приветливый по жизни, сейчас выглядел так, будто сможет в одиночку завалить целого дракона. Он также не замедлил помочь, раскидав толпу с помощью Рассвета. Итэр едва успел увернуться от огненной птицы, с испуганным выражением подхватывая свою косу и перекидывая ее через плечо. Он хотел было прыгнуть к Дилюку поближе и помочь ему, но получил в ответ ругань и просьбу не мешаться. Вняв, Итэр дернулся в другую сторону, где Оз и Рэйзор из последних сил раскидывали трех бугаев с молотками. С задорным смехом Венти подкинул всех трех вверх, а Итэр подтянул их, лежащих, анемо потоком поближе. Едва справившись с ними, они услышали громкий призыв Беннета. Фишль и Рэйзор мигом оказались около него, охраняя Кэйю с двух сторон и отдыхая в полыхающем алом кругу. Лечебная сила Беннета не могла исцелить их так же хорошо, как Барбара, зато давала дополнительные силы для боя на краткое время своего действия. Фишль вызвала Оза, призвав его поближе к Итэру, и начала отстреливать самых дальних, на пару с Венти. Рэйзор склонился над Кэйей и начал что-то делать. Когда оставалось всего двое или трое разбойников, те, наконец, поняли, на кого напоролись и с большим трудом отказались от добычи в лице капитана кавалерии. Сделав знак, один из них попытался сбежать, но был пойман Итэром. Остальных вырубил Дилюк, чтобы позже допросить — он не упускал возможности раздобыть информацию, раз уж они смогли разгромить такой большой лагерь. Венти взял на себя обязанности по связыванию врагов, а Рагнвиндр побежал к брату. Рэйзор уже перевернул его с бока на спину и задумчиво осматривал нож, врезавшийся ровнехонько под сердцем. Еще бы чуть-чуть, и не стало бы в Мондштадте одного беззаботного капитана кавалерии. Дилюк скрипнул зубами при виде раны и грязно выругался сквозь зубы, чем получил восхищенный взгляд волчонка. Лоб Кэйи горел так, что на нем можно было жарить яичницу, а сам он выглядел измученным и неестественно бледным. Для обладателя крио элемента такая температура была запредельной, если не смертельной. Рагнвиндр задергался еще сильнее. — Венти, — позвал он, примериваясь к тому, как лучше взять тело Кэйи на руки, не задевая нож. — Ты можешь быстро перенести нас на винокурню? Тот подумал некоторое время, а потом быстро подошел к пылающему кругу, который уже готовился пропасть. — Раньше я бы без проблем доставил вас прямо в особняк, но сейчас моих сил хватит только чтобы перекинуть вас к статуе Анемо архонта. — Сойдет. Не медли. — Приказал Дилюк, а потом кивнул на тяжело дышащих детей и связанных разбойников. — Этих тоже прихвати. Бард только тяжело вздохнул, но спорить не стал. Взмахом руки он проявил лиру и поток анемо стихии закружился вокруг них, стремительно подхватывая в мягкие ладони. Дилюк крепче прижал к себе Кэйю, вслушиваясь в его хриплое дыхание. Около входа в здание их встретила взволнованная Аделинда, которая сразу же сказала Дилюку, куда нести Кэйю, а других пригласила в гостиную. Связанных разбойников тащили Итэр, Рэйзор и Беннет. Их удалось сбросить еще на входе в особняк, передав слугам, снующим вокруг. В доме служанки обработали раны младших, а старшим, то есть Итэру и Венти, принесли по кружке горячего глинтвейна, восстанавливающего силы. Вскоре и дети получили по своей чашке горячего напитка. Итэр взволнованно косился в сторону лестницы, где скрылись Дилюк и Кэйя, но не решался пойти туда самостоятельно, удерживаемый на месте Паймон и Венти. Помимо переживаний о Кэйе, он с тоской вспоминал постоялый двор Ваншу, где не так давно счастливо обнимался с неким Якшей. Где он там бродит? Ранен ли или цел? — О чем бы ты ни думал, — Венти ударил его по спине в дружеском жесте, — Не беспокойся, дорогой друг. Рана Кэйи не смертельна, уж я-то знаю. Итэр только кивнул в ответ. Слегка оправившиеся от шока дети наконец оттаяли и снова обрели способность говорить. Беннет отпил из кружки — пролил немного на себя — и тут же начал рассказывать. — Мы как обычно гуляли втроем по Вольфендому, — начал Беннет. — Рэйзор позвал нас на пикник и мы отдыхали неподалеку от логова Андриуса. Он же и позвал нас, едва узнал о нападении на лагерь разбойников. — Небесный Волк проявил свою преданность Нирване Ночи и выказал свое уважение принцессе, — вставила свое слово Фишль. — Он передал, что сэр Кэйя отважно сражается за свой народ. Беннет кивнул, его руки напряженно искали, за что бы схватиться. Рэйзор подсунул ему кончики своих волос, и, рассказывая, мальчишка начал плести из них косички. — Мы сразу же побежали на помощь, но и представить не могли, что сэр Кэйя был там один-одинешенек. Он свалился почти сразу после того как мы пришли. Простите, это из-за того, что мы вмешались в операцию! — Вдруг закричал Беннет. Его спутники были с ним вполне согласны и повинно сложили головы вниз. — Из-за нас сэр Кэйя отвлекся и пропустил удар! — Ничего страшного, — фыркнул Венти. — Извиняться будете перед Кэйей лично, если он выживет после ругани Дилюка. — Да, — поддакнул Итэр, — Он сам безрассудно кинулся в бой, пусть скажет вам спасибо за то, что не был убит. — Паймон тоже так считает. Вы молодцы! — похвалила троицу малышка и приободряюще похлопала Рэйзора по плечу. Тот радостно оскалился, слегка склонив голову к плечу. Дилюк спустился вниз почти сразу, и, увидев их всех в сборе, довольно кивнул. Беннет быстро пересказал ему историю их появления на поле боя, на что Рагнвиндр разозлился и выругался в сторону Кэйи. Он до последнего надеялся, что Альберих не кинулся туда в одиночку. — Больше нет серьезно раненых? — Спросил и, получив отрицательный ответ, выдохнул. — Что ж, Кэйя в порядке, но проснется не скоро. Я извлек нож и перебинтовал его. К счастью, внутренние органы задеты не были. Паймон недоумевающе подлетела к Дилюку, ткнув пальцем в напряженную складку между бровей. — Слушай, ты же в ссоре с капитаном. Почему так заботишься о нем? Дилюк поморщился. — Если бы я не заботился о нем, он уже давно сдох бы где-нибудь в канаве, Паймон. Та могла бы поспорить с этим утверждением, но не стала лезть в душу и вернулась к Путешественнику. Итэр приободряюще сжал ее ступню и слегка дернул, под тихий возмущенный визг. — Сегодня отдыхаете на винокурне, — скомандовал мастер Дилюк. — Места хватит на всех. А завтра можете спокойно идти куда вам нужно. — А вино на ужин будет? — с надеждой спросил Венти, но был безжалостно послан. — Как жаль, мастер Дилюк, так вам никогда не завоевать любви Кэйи! — Иди к черту, маленький пьяница, — отмахнулся от него Дилюк и удалился, не оставаясь с ними на чай. Предположительно, он ушел сторожить сон Кэйи. Уже сидя на краю кровати, на которой лежал полуголый и перевязанный Кэйя, Дилюк прихватил его за кончики пальцев, чувствуя легкую прохладу: лихорадка от раны спала довольно быстро и, может быть, Кэйя пораньше придет в себя, на что Рагнвиндр, признаться честно, надеялся. Спустя несколько часов терпеливого ожидания, Дилюк и правда получил свое вознаграждение: веки Кэйи задрожали и он с трудом открыл глаза и мутным взглядом осмотрел пространство. Остановившись на брате, он задержал взгляд на красных кудрях и попытался улыбнуться. — Ах, ты впервые пришел по моему зову, а я пропустил все веселье, — задорно, но хрипло сказал он. — Придурок, — проворчал Дилюк. — Чтоб тебя, если бы ты писал нормальным почерком я бы пришел еще в первый раз. Кэйя надул губы. — Мастер Дилюк, разве вас хоть когда-нибудь останавливали такие трудности, как непонятные буквы? Раз остановили, значит, вы просто не хотели приходить. Да и, ты знаешь, я бы справился с ними. — Самодовольно провозгласил Альберих. — Ты лежал на земле без сознания, — напомнил ему тот. — Это издержки, — отмахнулся Кэйя. Дилюк совсем раздраженно задышал, борясь с желанием снова пронзить Кэйю ножиком. Его останавливало только то, что раненых и лежащих бить как-то не красиво. — В любом случае, — подытожил он. — Если ты хочешь вместе со мной почистить территорию Монда, тебе стоит просто позвать, а не таскать мне веники светяшек и странные листочки. — А как же конспирация и романтика, мастер Дилю-юк, — захныкал Кэйя, окончательно проснувшийся и готовый флиртовать всласть. Но потом он серьезно добавил, — Я не был уверен, что ты хоть раз согласишься. Лучше было оставлять неразборчивые просьбы, чем надеяться на то, что ты придешь. — Какой же ты дурень, — Дилюк устал вздыхать, но не переставал этого делать. — Мне нужно помнить, что твой лживый рот не может честно разговаривать с людьми. — Ха-ха, а ты хорошо меня знаешь, братик, — рассмеялся Альберих. — Хорошо. В следующий раз я позову тебя прямо, без бумажек.

***

Спустя пару недель полностью восстановившийся Кэйя пришел в Долю Ангелов и облокотился на барную стойку, заманчиво глядя на Дилюка. — Как насчет свидания на Утесе Звездолова? — Предложил он, держа в руках корзинку с едой, пледом и алкоголем. Дилюк кратко приподнял уголки губ и радостно согласился. Когда он просил говорить с ним честно, он никогда не имел в виду только рейды.