Вместе и навсегда.

Сережа бедный раскраснелся, от того от Ильи отвернулся. Понимал он, что омерзительно то, что в Царевича он...Влюбился. Вопрос Сына Государева из мыслей буйной головушки вывел. - Серёжа. - Царевич совершенно не смущаясь смотрел на паренька, чувствовуя, что взгляда от того он не в силах отвести, коли он сын Владыки Земли Русской, может на такую красоту любоваться. - Скажи мне пожалуйста, а не сын ли ты случайно Федора Басманова? Серёжу дрожь мелкая проблала. Коли правду Царевич узнает, что же сделает? А ежели ненавистью проникнется?...Но не гоже лживою собакою быть. - Да простит меня Твое Величество Царское. Да, я Басманов сын. Сложилось уж так. Внезапный ужас Царевича накрыл. Голос тот громкий, о пощаде моливший вспомнился. Сергей Фёдорович взял, да ближе подсел. Тихо ожидая, что Илья сказать изволит. С минуту Царевич со взлядом очей будто стекольным в никуда смотрел, а за тем вымолвил. - Федя меня, пока я мальцом был, няньчил. Помню я его. Не знамо до сих пор, за что батюшка... - смотрел он на Серёжу, в очах которого слёзы навернулись. - Знаю Аз лишь то - Сказал Басманов, пряча очи блестящия - по матушкиным словам, очень батюшка мой Государем дорожил. - Не будем мы больше о грустном с тобой, красный молодец. - улыбнулся тепло Илюша. - Батюшка мой ни единой души, акромя себя не ценит, да вот Аз не в него пошёл. - Я на пиру своём тебя завтрась ожидаю, придёшь? Сережа в ответ улыбнулся. - Неужто на пиру, где бояр да дворян море будет, ты меня неприметного видеть желаешь? - Вельми желаю. - Царевич ближе подсел, да к лику Серёжиному наклонился. - Больше, чем кого-либо другого. Серёжа отдёрнулся слегка, раскраснелся. - Коли душа твоя желает того, буду. Обязательно буду. - Аз вельми рад. Не бойся ты меня. - думал Илья, всеми силами прогоняя прямо сейчас поцеловать эти алые уста. Нельзя, нельзя, нельзя. Что за мысли? Не должно быть такого. Не должно! Но всё нутро царевичево огнём сладострастным загоралось. Серёжа тоже смущался новых чувств своих и от лика Царевичева не мог очей отвести. Улыбка его ярче солнышка майского сияла. - Свидимся, Илюша. - встал Серёжа быстро, да одежды свои надевать отправился, прекраснейшую стать Сыну Государеву демонстрируя. Царевич мысли неприличные еле скрывал. Сам, чтоб от красавца-Серёженьки отвлечься, одеваться принялся. - Жду-недождусь. - ответил нежно Царевич, думая, а что же будет дальше. Серёжа, дланью ему помахав, до дому отправился.