Утро

      Утро. Солнечные лучи пробираются сквозь плотную ткань штор, намереваясь разбудить юношей. Но всё-таки луч света смог упасть на лицо рыжика, от чего тот сонно приоткрыл свои веки. Ещё не сфокусированный взгляд бегал по комнате, а когда рядом с Чуей что-то зашевелилось тот быстро опустил взгляд рядом с собой и невольно улыбнулся данной картине: Осаму, мирно посапывая в подушку, пытался прижаться к Накахаре, чтобы тот его согрел, Дазай никогда не любил холод и всегда, при любой температуре мерз, а Чуя служил ему неким обогревателем. Накахара всегда просыпался раньше шатена, он мог это делать сам или по будильнику, его организм не привык много спать, ведь работа не позволяет. Обладатель голубых глаз продвинулся немного ближе к Осаму и заключил в свои тёплые объятия, чтобы тот мигом перестал ерзать. Сейчас, в умиротворенном состоянии, Осаму казался почти ангелом, пока не вспомнишь какая он на самом деле сучка, но это не мешало Накахаре любить его. Немного приподнявшись, Чуя немного отодвинул одеяло в сторону и на его глаза попались милые боксеры с маленькими крабиками, по словам Осаму, они были его любимые, а так же его взору показались охуннные стройные ножки шатена. Ноги Дазая — отдельный фетиш у Накахары, он целыми днями мог сидеть у ног своего парня и целовать его бедра, оставлять засосы на ляжках и поглаживать ступни.

***

Чуе постепенно становится скучно и тот устраивается между ног Осаму, закидывая их себе на плечи и поглаживая икры. Немного наклоняясь вперёд мафиози оставляет нежный поцелуй на животе шатена, от этого его парень под ним вздрагивает, но не просыпается, Осаму всегда отличался, что слишком крепко спит, его даже атомная бомба не разбудит, если рядом случится взрыв. Живот забавно втягивается и Накахара оставляет ещё один поцелуй, немного ниже, скорее на тазовой косточке и слышит судорожный вздох сверху, он изучал своего парня за долгие годы отношений, не только морально, но и физически, знал, где находится каждая эрогенная зона, чтобы Дазаю сносило крышу от возбуждения и удовольствия, каждый сантиметр его тела принадлежал только Накахаре. Аккуратно стянув с бёдер боксеры Чуя откинул ненужную ткань в сторону и посмотрел на член Осаму. В голове промелькнуло воспоминание, как прошлой ночью шатен стонал под ним и называл «папочкой», а на этом самом члене, у основания красовался милый, маленький ремешок, чтобы тот не смог кончить. Чуе нравилось называть Осаму малышом, наблюдать, как от этого прозвища у детектива краснеют щеки, а следом слышать слишком возбуждающую и слишком любимую фразу: «да, папочка». Опускаясь поцелуями ниже Чуя слегка прикусил кожу на внутренней стороне бедра и заурчал, словно голодный зверь. Осаму с утра всегда такой мягкий и тёплый, слишком податливый, что хотелось съесть его целиком, но Чуя держал себя в руках и лишь нежно покусывал кожу. Осаму постепенно начал просыпаться, вздрагивая от нового укуса и когда всё-таки спящая красавица смогла прикрыть свои глаза, взгляд устремился между своих ног.  — Чуя? — тихо, чтобы не нарушать тишину, прошептал Дазай и застонал от ещё одного укуса, от вида Чуи между своих ног член забинтованного предательски дёрнулся, что означало, что ему нравится действия Накахары. — доброе утро, детка. — так же тихо прошептал Чуя и поднял голову, хитро смотря на шатена. Сильная рука мафиози медленно поползла с колена к бёдрам парня и пальцами Чуя обхватил член Осаму, от чего шатен тихо простонал. — как спалось? — задал вопрос Накахара и поцеловал в розовую головку, довольно облизывая губы, кончиками пальцев Чуя чувствовал, как начинает подрагивать Осаму от возбуждения и это не могло не радовать. Его мальчик получал удовольствие от любимого парня. — всё хорошо, но что ты дела.ах.ешь? — новая волна возбуждения пробежалась по телу Осаму и тот прикрыл лицо руками. Такая нежность с самого утра плавила шатена, словно тот являлся мороженым и его оставили на солнце. От Чуи не утаилась эта реакция и быстро перевернув шатена на живот оставил нежный поцелуй у него на правом плече. — доставляю тебе удовольствие, ты вроде вчера жаловался, что тебе было больно, я посмотрю, не порвал ли тебя, хорошо? — прошептал Чуя тому на ушко, с удовольствием отмечая, как Дазай мило краснеет от смущения. Накахаре безумно нравилось смущать своего парня, поэтому он делает это при любом возможном случае. Дожидаясь кивка в знак согласия Чуя поцелуями стал опускаться по спине вниз, ладонями сжимая мягкие булочки. Опускаясь на ягодицы губами Чуя нежно огладил их, давая понять, что больно не сделает и развдинул их. Черт Мафиози задержал дыхание от возбуждения, смотря на розовую дырочку, она видимо ещё полностью не затянулась после секса и возможно готова принять в себя Накахару. От этих мыслей член в штанах сразу потяжелен. Сглатывая вязкую слюну Накахара провел по проходу большим пальцем и с удовольствием заметил, как Осаму вздрогнул от этого прикосновения, а дырочка сжалась. — Осаму, если ты будешь так сжиматься я не смогу тебя осмотреть — это чертовски смущает! — взвыл парень под Накахарой и уткнулся носом в подушку, от стыда смущаясь, хоть он далеко не девственник, но подобные действия всё равно заставляли бедного шатена краснеть. Над головой шатена послышался смешок, от чего парень вцепился пальцами в подушку. Чуя с Дазаем знакомы с риммингом и несколько раз знакомились с ним, но каждый раз Осаму краснел, а Чуя довольствовался картиной. Мафиози ещё раз провел пальцем по анусу шатена и резко приподнял его за бедра, поближе к лицу и коснулся губами прохода, а следом и провел по нему языком. Ох блять, стоны Осаму всегда действовали на Накахару, получше всякого возбудителя и чтобы ещё раз услышать эту мелодию для его ушей Чуя снова провел языком между ягодицами, словно пиявка, присасываясь к дырочке. Осаму стонал, задыхаясь, и пытался уйти от прикосновений, нет, ему не было неприятно, наоборот, слишком приятно, что смущала и хотелось укрыться от этих пронзительных голубых очей. Но хватка у Накахары сильная, и Чуя не давал Дазаю и с места сдвинуться, не то что там отползти. Мафиози напряг язык и попытался толкнуться в желанное тело, но Осаму не давал этого сделать, каждый раз слишком сильно сжимаясь, Накахаре это надоело и одной рукой тот коснулся уже стоящим колом членом своего мальчика и слегка погладил, пока не почувствовал, что шатен медленно стал расслабляться. Накахара вошёл в Осаму языком и насколько позволяет длина, вылизал нутро шатена, постанывая от удовольствия вместе с Дазаем. Тот в свою очередь уже ничего не соображал, а лишь стонал в подушку и подставлялся под умелый язык своего парня. От пару движений на своём члене и Осаму излился на протынь, сильно сжимая в себе язык Чуи, от чего мафиози замычал и нежно стал поглаживать того по бедрам. Когда проход немного расслабился с характерным хлюпом обладатель Арахабаки вытащил язык и с тихим смешком лёг рядом с шатеном, приобнимая его за талию. — так понравилось? И пяти минут не прошло. — Чуя! — пискнул смущающе Дазай и уткнулся носом тому в грудь, а рыжик лишь посильнее прижал к себе шатена и оставил поцелуй на макушке. Вот бы так было каждое утро.