believe in love

сокджин любил поезда. женщина на полке напротив, которая расскажет историю всей своей жизни - от смерти внука до коррупции в стране и огурцах с помидорами, маленькие постоянно плачущие дети, парочки, вместе смотрящие фильм, девушка, что едет на учебу в другой город и обязательно одинокий мужчина, читающий газету. белье с запахом стирального порошка, помятые матрасы и подушки со скомкавшимся пухом внутри. поезд - место, в котором на один вечер пересекаются судьбы. последний раз он ездил на поезде в детстве - ему с мамой часто надо было в другой город к бабушке, и они всегда ездили в плацкарте. но теперь, разбогатев и поселившись в америке, сокджин был один. спокойно разложил вещи по всему купе, потому что проводница сказала, что пока места рядом с ним не заняты, если кто-нибудь, конечно, не купит билет, когда они будут уже в дороге. он закинул ноги на другую полку и читал книгу. какой-то детектив про подростков, собирающихся найти преступника, который что-то там у них украл. за окном проносились леса, реки, поля - он не замечал, что вокруг на самом деле так красиво. единение с природой, от которой его отделяло лишь толстое стекло, пробуждало внутри какое-то своеобразное одиночество. он всегда глушил его в общении с другими людьми, но сейчас здесь было пусто. интернет появляется только на межгородных станциях, поэтому сокджин даже не может написать друзьям. резко возникает мысль - а есть ли они вообще? на полпути дверь распахивается, и входит мужчина, на вид - ровесник сокджину, по одежде очевидно американец. но вот как только тот поворачивается - их взгляды пересекаются, и он понимает - азиат. вот это совпадение. тот, тоже заметив, что они одной расы, ухмыльнулся. - по корейски говорить можешь? - на чистом английском произносит он, даже без акцента - чем сокджин похвастаться не мог. и увидев, что он кивнул, продолжает, уже на их родном языке, - ким намджун. приятно встретить земляка. - взаимно, - бормочет сокджин, рассматривая нового соседа. на нём чёрные обтягивающие джинсы, футболка с каким-то принтом змеи и светлая джинсовка. если проще, сокджин его чувству стиля не завидует. намджун ещё и пялится на него с улыбкой во все зубы - честно, как идиот какой-то. он надеется, что тот хотя бы будет молча... - куда едешь? - спрашивает он, пока сокджин перекладывает своё кремовое пальто с полки намджуна на свою. тот зачем то тянется ладонью к белоснежному воротнику новой рубашки и стряхивает какую-то мусоринку, пальцами случайно задевая открытую ключицу. а кожа у намджуна - холодная до жути, что неудивительно - на улице осень, а он только зашёл в вагон, в отличие от уже как пяти часов сидевшего в тёплом поезде сокджина. поэтому последний вздрагивает от маленького соприкосновения, быстро смотрит на соседа сверху вниз, затем снизу вверх и всё же садится на своё место. - по работе. повысили, вот и еду в вашингтон. теперь буду в главном офисе, - равнодушно отвечает сокджин, пытаясь быть максимально кратким, чтобы поскорее закончить разговор и вернуться к чтению. - вау, а ты крутой! - восклицает намджун, безотрывно смотря на собеседника, и, кажется, даже не моргая, - а я вот так устал от всего, что происходит в жизни, - вздыхает он, отводя взгляд к окну, - и решил уехать в нью-йорк на недельку. отдохнуть, погулять. собрал вещи за пять минут, - говорит с лёгкой улыбкой, указывая на небольшую спортивную сумку, - и сел на поезд. после маленького кивка сокджина наступает десять минут тишины. - что читаешь? - спрашивает намджун, заметив у того электронную книгу. на оглашённое название начинает хихикать, из-за чего у сокджина лицо становится таким непонимающим, что тот уже ржёт во весь голос, - ты серьёзно читаешь детективы о подростках и для подростков? я когда маленьким был, всю серию с этими ребятами перечитывал раза два. боже, как будто это всё вчера было. как же время летит, - намджун откинул голову назад и продолжал тихонько смеяться, - блин, а можно с тобой почитать? вспомню детство, - у того глаза будто горят изнутри, и сокджин отказать не может. пододвигается, освобождая место для соседа, а тот подсаживается совсем рядом и кладёт левую руку на электронную книгу, как бы поддерживая её с другой стороны. у сокджина по телу - мурашки, потому что тот пальцами задевает и его пальцы. они знакомы меньше часа, но он всё равно чувствует какую-то химию меж ними. как будто пустили ток по всему телу, и этот ток настолько приятный, что хочется испытывать его всё больше и больше, сильнее и сильнее. сокджин делает вид, что просто садится удобнее, на самом же деле - двигается ещё ближе, потому что разум улетает куда-то далеко и всё, чего сейчас желает его тело - чувствовать каждую клетку намджунова тела. от того пахнет табаком вперемешку с мятной жвачкой, и концентрироваться на чтении теперь нереально. намджун двигает рукой в сторону, и его ладонь теперь лежит на ладони сокджина. они оба вздрагивают и поворачиваются к друг другу. только сейчас он замечает, что тот чуть выше его и у него есть ямочки - намджун улыбается, как будто ничего не произошло. - ты дочитал? - интересуется последний, - а то я хочу перелистнуть. - д..да, - отвечает сокджин, залипая на ямочки, не в силах оторваться, - я быстро читаю, так что перелистывай как только сам закончишь. и намджун действительно просто продолжает дальше погружаться в книгу. будто его ладонь на ладони сокджина - выдумка, которую ощущает только он один. будто соприкасающиеся подушечки пальцев на электронке - глупые грёзы. будто весь намджун - просто его сладкий сон, его оазис в глубокой пустыне. сокджин недооценил его - читает намджун с невероятно быстрой скоростью, что первый еле поспевает. вернее - он уже и не читает, потому что пытается вдохнуть в себя как можно больше того, что происходит сейчас и совершенно теряет концентрацию. - кхх, - намджун прыскает от смеха, потому что, вероятно, в книге был какой-то забавный момент, - почему ты не смеёшься? - они снова сталкиваются взглядами, и намджун вопросительно смотрит на него, - я слишком быстро перехожу на другие страницы? у сокджина в глазах будто какой-то туман. тёмного цвета губы, которые находятся прямо перед его носом, что-то тихо говорят, и из-за шума сапсана, проезжающего рядом, он не может расслышать что. от звуковых волн сам поезд начинает качать, и дальше всё как в глупой сказке, которую сокджин помнит по миллисекундам. раз. он чувствует, что не может удержать равновесие и падает прямо на колени соседа. два. тот откладывает электронную книгу в сторону и свободной рукой берёт его ладонь в свою. другие их ладони по прежнему лежат вместе. три. намджун хватает его за плечо и помогает приподняться, но при этом не отодвигает от себя. четыре. пять. шесть. семь. они не могут оторвать от друг друга взгляд. восемь. девять. десять. намджун слишком близко. - как тебя зовут? - неожиданно спрашивает намджун, - серьёзно, ты не сказал мне своё имя. - сокджин. ким сокджин, - дыхание его становится всё тяжелее, и он смотрит то на губы, то в глаза собеседнику. - сколько тебе? - продолжает допрос намджун. - тридцать два, - в темпе отвечает сокджин, стараясь как можно скорее закончить все прелюдии. ему было очевидно то, что не только он чувствует эту химию, и не только он грезит об немедленном поцелуе. - о, хён. сокджин-хён, - как бы смакуя, пробуя на языке его имя, говорит намджун, - мне тридцать, - проводит пальцем по нижней губе хёна, заглядывает прямо в карие глаза и спрашивает: - можно? - конечно, блять, да, - буквально выдыхает сокджин и сам бросается вперёд. дальше - полный хаос и неразбериха. чужие грубые губы на его губах, его мягкие и удобные колени, его руки под сокджиновой рубашкой и то, как он перебирает всё ещё холодными пальцами по рёбрам - старший не понимает, что ему нравится больше. они же никто друг другу, соседи на семь часов, просто случайное пересечение судеб. почему же так хорошо, почему этот момент хочется заморозить навечно? закат давно закончился, в дверь уже несколько секунд стучит проводница, чтобы узнать, комфортная ли температура поезда. сокджин подскакивает, как будто вылезая из сладкой пелены и понимая, что сейчас произошло - он невесть сколько времени целовался с человеком, о котором он знает... ничего не знает. он быстро говорит проводнице о том, что температура потрясающая и их всё устраивает. затем неловко потирает тыльной стороной ладони щёку. - мне завтра рано на работу. пора спать, - слегка дрожащим голосом намекает сокджин, чтобы тот встал с его места. намджун лишь очень по доброму улыбается и просто пересаживается на своё. всё ведь идёт так, как должно быть? через десять минут в поезде выключается свет. то ли сокджину снится самый лучший сон в его жизни, то ли это действительно происходит - он сам не понимает. он сбежал от работы с намджуном в нью-йорк. ночью, проверяя всех, проводница увидит их случайно сцепленные руки. возможно, они искали друг друга в своих снах? на утро сокджин осознает, что это нью-йорк с намджуном сбежали от сокджина. хочется плакать, хочется рвать всё вокруг и убить всех - только бы найти его в этом проклятом поезде. почему он не догадался попросить хотя бы номер? у его ног лежит намджунова джинсовка. он хватает её обеими руками и чувствует тот самый запах табака. чувствует запах кожи намджуна, будто сейчас закроешь глаза, досчитаешь до трёх, и намджун, как волшебное существо, появится рядом. но он не появляется. до сокджина доходит, что он может найти в карманах документы. «как только я проснулся, увидел, как ты дрожал от холода. не мёрзни больше» - в одном кармане лишь грёбаная записка. неаккуратный подчерк вдруг становится чем-то невероятно родным. в другом кармане - ещё одна записка. «каждый сантиметр твоих губ, лица, ног, рук, спины, тела - станет между нами километрами. наверно, прощай» слёзы уже не сдержать. что значит прощай? что значит наверно? сокджин ненавидит неопределённость. он ненавидит его за то, что так просто ушёл. ненавидит себя за то, что сам отстранился и ничего не предпринял. почему поезд - пересечение судеб на вечер? сокджин хотел, чтобы на всю жизнь.

***

через месяц намджун поднимает телефон с тумбочки и лениво отвечает на звонок. - я пол америки и кореи на уши поднял, чтобы тебя найти, падла, - вещает такой знакомый и почему-то невероятно родной голос, - я должен отдать тебе твою джинсовку. - ты должен мне моё сердце.