24 часа

***

Оглушающая тишина заполнила мой слух. Легла на спину с распахнутыми глазницами, временно теряя зрение. Думаю, на секунду, я даже отключилась. Пыталась урегулировать дыхание, но все попытки были тщетны. Грудь раздирало болью, ведь я сейчас убила многих. Даже если все они- нечисть. Потихоньку я возвращалась, потому что начала различать очертания моих любимых глаз, склонившихся надо мной. Они были настолько встревоженными, я так отчётливо видела в них боль и внутренние метания, что попыталась нащупать его руку. И мне это удалось. Лёгким касанием я дотронулась до внешней стороны ладони и погладила. Тогда его пальцы крепко сжали мою ладонь. Губы мужчины быстро зашевелились, но я не смогла услышать ни слова. Его долгий, пробирающий до глубины сознания взгляд. И тогда я совершенно не понимая насколько громко или тихо говорю, вымолвила: -Свет мой, я правда благодарна тебе за эти слова. Скажи мне их ещё, пожалуйста, когда я буду их слышать. Его губы чуть дрогнули и сомкнулись, словно пытаясь подавить вздох от моих слов. Он оглянулся с сторону и ответил что-то с затуманенными, неживыми глазами. Потом посмотрел на меня долгим взглядом. Этот мощный взрыв забрал много моих сил. Конечно, я раньше всегда мечтала стать частью чего-то чудесного и волшебного. Видимо это намерение так и осталось сидеть в глубине моего сознания. Ведь если магия помогла мне спасти друзей, то она точно мне не навредит, если я буду правильно её использовать. "Магия поможет, магия поможет. Просто верь в это." - и я вновь почувствовала жжение внутри. Это было и вправду болезненно, но я чувствовала что постепенно наваждение сходит. Я поднимаюсь из этого оцепенения и замечаю, что всё моё окружение пристально смотрит на меня. Первой не выдерживает Сандра и взахлёб, с рыданиями, кидается на меня. Я глажу её по голове, мысленно представляя её состояние. Затем присоединяется Лео и Илинка. Все радостно шепчут мне, а я никого не слушаю, потому что в сотый раз попала в плен. Плен горящих огнём омутов. Он стоит чуть поодаль, а в этих самых омутах плещется, необузданная страсть, облегчение с недавно поутихшей болью, а ещё снова эта многовековая грусть. Я прекрасно знаю, чем она вызвана и поэтому думаю про себя, зная наверняка, что он услышит: "Я обнимаю тебя сейчас до хруста в костях. Целую в щёку, а затем в губы. Погружаясь в твои ответные, такие же крепкие объятья." - вновь мой чересчур уверенный, открытый взгляд приобретает толику игривости. Мы знаем, что это наш парадокс. И нам вместе искать решение. А пока мы можем ограничиться парой сотен томных взглядов, так хорошо выражающих наши эмоции.