Выстрел

Коммунист лежал на траве и разглядывал небо, было где то 6-7 утра. Настроение было более менее, ну это пока он не сходил к немцу конечно, а возможно он и поднимет его настрой. Состояние союза было мягко говоря не очень, все эти нервы, ну ясно дело не приносили ничего хорошего. Совету надо было решать, что делать с фрицем в Москве, отдать в зоопарк может? Или выставить народу эту гниду? Ладно, там уж поглядим, так просто немец не отделается. Вставая с травы, коммунист зацепился о что то и наебнулся лицом в траву. Послышался такой ор, что птиц в округе разогнало. Взявшись за свое лицо, он почувствовал теплую субстанцию, неужели таким образом разбил себе нос? Кровь как из ведра текла в руку совета, он зажал нос, дабы не терять красную жидкость. Ничего не сделав кроме как зажать нос, союз направился к немцу, надо же было снова сходить к этому еблану, конечно. По дороге кровь уже не так хлыстала, так что совет разжал нос и стряхнул красную жидкость, после вытер о форму остатки с руки. Конечно еще была небольшая дорожка крови ко рту с носа, но коммунист не обращал на нее внимания. Дошедши примерно через 15 минут к сараю, тот застал немца спящим, он вскрикнул дабы "отомстить" за утро 22 июня. Фриц разомкнул глаза и направил свой взор на союза. Н:--Bist du ein Idiot?(Ты идиот?). Совет :--Ой, не умер же. Вставай, нацист. Н:--Was für ein nazi ich bin, haha. (Какой я нацист, хаха.). Совет:--Ну да, уже никакой. Заткнувшись, немец уселся удобнее, шипя от боли в ноге, которую так и не перевязали. Н:--Können Sie binden?(Вы можете перевязать?). Совет:--Можем, дабы от гнили не подох. Н:--Аlso?(Итак?). Коммунист взял бинт и включив лампу, подошел к фрицу, тот зарычал но подпустил. Завернув штанину немца, совет промыл рану водой с фляги и стал перевязывать, второй же только рычал и шипел. Через 20 минут перевязка была окончена. Совет:--Все. Н:--Gm.. Danke.. (Гм.. Спасибо..). Совет:--Ого, ты знаешь такие слова? Усмехнувшись, спросил совет пока убирал остатки бинта. Немец поджал ногу к себе и тихо закряхтел, он был голоден, да и замерз. Сжалившись, союз притащил ему паек да и сухую одежду, конечно немцу это показалось странным, но паек и одежду взял. Одевшись, тот принялся есть, рыча как псина, он думал что его лишь хотят подразнить "добротой", а потом отберут еду и все, но союз не собирался этого делать. Совет :--Интересно как твой сын? Н:--Mein Sohn?(Мой сын?). Совет:--Да. Н:--Wie, wie geht es ihm? (Как, как он поживает?). Совет :--В Москве увидишь своего сынка, он хорошо, только веди себя как нормальный отец, а не как ублюдок. Н:--Danke.. (Спасибо..). Союз лишь кивнув ушёл с сарая, неужели в нем проснулась жалость? Не думаю, просто если бы ему не показывали его детей, он бы сошел с ума. Видеть отца в плохом состоянии, маленькому мальчику будет страшно, так что придётся немного париться по состоянию фрица, да и по виду. Оперевшись о сарай, коммунист закурил, крутя в руке сигарету, он услышал ор немца, которого всегда раздражало курение. Совет :--Ой, да не ори ты. Отходя произнес союз, через 5 минут он уже был на пол пути к лагерю. Разглядывая деревья, совет вспоминал обычные деньки, до 22 июня. Парк, мороженое, дети, бочка с лимонадом, сейчас это все разрушено его бывшим другом. Дошедши до лагеря, тот направился к главнокомандующему, надо было обсудить несколько вопросов о поездке в москву, да и просто поговорить.