Теперь все будет совсем иначе

Утром рука все ещё неприятно саднила, остались покраснения, но порезов уже не было отчётливо видно. Гарри раскатал рукава свитера так, чтобы они доходили до середины кисти, благо новая школьная форма была куплена на вырост. В прикроватной тумбочке он нашёл зелье от синяков. Гарри не был уверен, что срок годности у него не вышел, но по внешнему состоянию зелье было вполне пригодное — чистое с насыщенным ярко-зеленым цветом. Писать на первых занятиях было довольно проблематично — кожу на руках как-будто стянуло и малейшее воздействие давало о себе знать. Гарри был благодарен небесам, что урок зельеварения был только после обеда, надеюсь, что боль все-таки немного отпустит. Из соображений безопасности на зельеварении рукава всегда приходилось закатывать до локтя, дабы не поджечь их. Также Северус в начале года всегда ругался на студенток старших курсов, которые приходили на его уроки с длинными ногтями. Сегодня он так на это разозлился, что снял со Слизерина двадцать очков за «прекрасный маникюр» Пэнси и все сорок с Гриффиндора за Лаванду Браун и Парвати Патил. В целом день прошел хорошо если не считать того, что профессор Макгонагалл немного пожурила его за несделанное домашнее задание. В среду Гарри проснулся в отличном настроении когда вспомнил, что сегодня будет первая тренировка по квиддичу, но потом он взглянул в расписание. Вторым уроком была Защита от Тёмных искусств. Гарри был тихим, как никогда. Он не хотел давать Амбридж ни малейшего шанса его в чём-то уличить. — Сегодня мы читаем параграф четыре главы пятой, — раздался над его ухом голос профессора, — «Основания для неагрессивного ответа на магическое нападение»… страница 34… Гарри опять впал в забытьё. Это было ужасно скучно и невозможно. Заклинания защиты ему давались хорошо, а он даже не мог попрактиковаться в них. Гарри рискнул достать волшебную палочку. — Мистер Поттер, я кажется ясно дала понять, чтобы на моих уроках не доставали… — Вы хоть понимаете, как это глупо? — спросил подросток, — мы должны практиковаться… Амбридж зло взглянула на него. — Не хамите мне, мистер Поттер… — жестким тоном осадила она. — Я не хамлю, — сдержанно ответил Гарри. — Дружище, заткнись, — услышал он голос Рона. — Если бы я захотел нахамить вам, то я сказал бы что у вас нет таланта к преподаванию… — Довольно! — Амбридж пылала яростью, — Подойдите сюда, мой милый мистер Поттер. Пришлось пережить пару неприятных моментов, переминаясь с ноги на ногу у учительского стола, пока Амбридж что-то яростно строчила на пергаменте розового цвета. — Отнесите профессору Дамблдору, — сказала Амбридж, протягивая ему свиток, — я думаю директору интересно знать, что делает его любимый ученик на занятиях. Не проронив больше ни слова Гарри вышел из класса и направился к кабинету директора. — Старая… мерзкая… противная…су… — Мистер Поттер, я надеюсь, что вы не планировали сказать то, о чем я подумала… и почему вы не на уроке? — он обернулся и увидел профессор Макгонагалл. Гарри залился пунцовой краской, все еще искренне надеясь, что профессор ничего не услышала. — Меня направили к директору, — ответил он помахав пергаментом в руке. — Профессор Дамблдор в отъезде. Давайте сюда, — нахмурившись сказала профессор трансфигурации. Гарри робко протянул ей записку. — Задержание? — она вскинула брови, — на первой неделе учебы? Гарри кивнул. — Такие вопросы решаются через собственного декана, — рассуждала она, — а в данном случае и родителя… — Она слышать про Северуса не хочет, — перебил Минерву Макгонагалл Гарри. — Пройдемте в учительскую, — позвала его профессор трансфигурации. Гарри пнул носком ботинка небольшой камушек под ногами и покорно пошёл за преподавателем Трансфигурации. *** — Ты нарвался на отработку? — строго спросил Снейп буравя подростка взглядом. Гарри просто молился чтобы тот не узнал, что это будет его не первое за этот год оставление после уроков. — Она сама виновата, — возразил он. — Возможно, но ты должен быть покорнее… — Но, — Гарри чувствовал себя неловко находясь в учительской, где помимо Снейпа теперь сидела и профессор Макгонагалл, — Она говорит ужасные вещи… и про тебя тоже! — Никаких «но». И если. Тебе интересно знать мое мнение, то мне все равно, — отмахнулся Снейп, — я многое про себя слышал в этой жизни. Поверь, я уверен, что это ещё не самое страшное. — Я не хочу, чтобы тебя называли Пожирателем Смерти! — Успокойся, Гарри, — осадил его зельевар, — кладя пергамент на стол. Гарри от злости тяжело дышал и раздувал ноздри. — Завтра извинишься перед профессором Амбридж, — нравится она тебе или нет. — Она отвратительная! Старая, мстительная… — Хммм… — Снейп приподнял бровь. — Да, — замялся Гарри, — ты понял. Рон говорит, что у неё возраст такой, поэтому она такая… Профессор Макгонагалл подавила смешок спрятав улыбку за чашкой чая. — Я понял, — кивнул Северус, — успокойся… Но ты сделаешь завтра все, чтобы это не повторялось. -Она меня совершенно не слушала… — Помолчи, — оборвал его Северус. — Ну-ну, Северус, — Макгонагалл цокнула языком. — Ребёнок хамит на уроках, — выдохнул он прищурив глаза. — Это правда? — Я сказал, что она лжёт, — ответил Гарри, ища поддержку у профессора трансфигурации. — Написание строчек… — Ты можешь отказаться от этой формы задержания, Северус, — подала голос профессор Макгонагалл, — всё-таки ты декан… «Скажи «да», Мерлин» — Гарри надеялся на то, что Снейп откажется от этого и ему не придётся снова раз за разом выводить у себя на руке надписи. Он был готов на нравоучения Северуса, но только не на строчки с Амбридж. — Нет, — отозвался зельевар, сердце Гарри ушло в пятки, — строчки ещё никому не вредили. Но я недоволен, потому что такие вопросы решаются через меня! Гарри обреченно опустил голову. *** Наказание у Амбридж закончилось около одиннадцати вечера. За это время Гарри не проронил ни слова едва сдерживаясь чтобы не схватиться за руку, которая была вся в крови. Он шёл по коридору обратно в спальню обернув кисть в рукав мантии. Он не скажет Снейпу. Он не ябеда и не доставит Амбридж такого удовольствия. Если Амбридж взъесться на Северуса, то он не простит себе этого. Нельзя создавать проблемы Снейпу На уровне Министерства Магии. В спальне Слизерина все уже спали, и Гарри тихо пробрался в ванную. Рукав мантии И рубашки был в крови, который ему предстояло застирать. Зелье не очень-то спасало руку, да и Гарри не знал можно ли наносить его на такую открытую рану. С белой рубашки кровь отмывалась очень плохо, оставляя бледно-розовые разводы, а вот на рукаве чёрной мантии ее не было особо видно. Взяв из тумбочки носовой платок, он обмотал кисть руки и лёг спать. На следующий день пришлось вместо завтрака сесть за домашнее задание по зельям, потому что уж кто-кто, а Снейп не будет рад не сделанной работе. — «Свойства… лунного камня… и его использование… в зельеварении…» — бормотал он выводя коряво слова сидя в библиотеке. — Ну, и какие же свойства у лунного камня, и как он используется в зельеварении? — спросил он у самого себя. День не задался совсем. Профессор Флитвик и профессор Макгонагалл опять решили напомнить о важности СОВ. — На занятиях и вне класса придется работать больше обычного, чтобы все смогли показать себя с лучшей стороны! — говорила профессор Макгонагалл, — каждый из Вас — способный ученик, и я это знаю, но без серьезной практики добиться успеха на экзамене по трансфигурации невозможно… Гарри от всего этого хотелось убежать и забыться. Так ещё и в конце урока профессор Макгонагалл позвала его к себе. — Мистер Поттер, — начала она, — профессор Снейп попросил меня помочь с трансфигурацией, если у вас возникнут трудности. Знайте, я всегда готова поддержать ученика, который собрался пробовать себя в столь трудной профессии… «Снейп уже все рассказал» — вяло подумал Гарри. — Спасибо, профессор, — ответил он. — Обращайтесь, — кивнула она, — а сегодня я настоятельно рекомендую потренироваться в чарах исчезновения. Вечером ещё намечалась первая тренировка по квиддичу, поэтому оставлять домашнее задание на вечер было не самым лучшим вариантом. Гарри снова провел время приема пищи на большой перемене в библиотеке. Голова ужасно разболелась вероятно потому, что за весь день ему удалось запихнуть в себя только шоколадный батончик. Вечером Гарри направился к квиддичному полю, где заканчивала свою тренировку Гриффиндорская команда. — Гарри! — закричал с другого конца поля Рон, — Гарри, я вратарь! Он показал ему два больших пальца и направился в раздевалку, где постарался аккуратно натянуть перчатку на повреждённую руку предварительно положив туда салфетку. А потом пришлось со страхом ждать вечера, так как сегодня они со Снейпом начинают подготовку к экзаменам, а это значит, что он опять не выспится и не отдохнёт. Тренировка прошла неплохо, если не считать того, что через час руку неприятно обожгло изнутри — видимо рана от трения кожаной перчатки всё-таки опять начала кровоточить. Поймав снитч четыре из пяти раз Гарри не в силах был продолжать тренировку, но первый матч сезона должен был состояться через пару недель и отступать было некуда. Через полтора часа, вся грязная от промозглой сентябрьской погоды команда Слизерина покинула поле. Гарри ужасно хотел есть, но он потащился в подземелье, а не в Большой зал в надежде что Снейп всё-таки решит сначала поужинать, ведь он никогда не отказывал ему в здоровой еде.