Теперь все будет совсем иначе

Апартаменты, которые уже давным-давно стали для Гарри даже не вторым, а первым домом, вдруг показались подростку чужими. Что же на самом деле произошло между ними?! Почему он так обиделся на все происходящее? Имел ли на это право и должен ли? — Ешь, — на столе в кухне появилась тарелка с тыквенным супом, пара свежих булочек, мясное рагу и кусочек пастушьего пирога. Гарри прошел к столу и медленно присел на краешек, вновь ощущая себя не в своей тарелке. Северус садится по своему обыкновению не стал, а ушел в свою лабораторию со словами: — Поговорим только после того, как ты поешь. Гарри также медленно сел ровнее, посмотрев на суп перед собой. «Он злится на меня», — подумал про себя он. Ситуаций, когда зельевар специально уходил и не хотел устанавливать зрительный контакт с ним можно было пересчитать по пальцам. И это был один из таких случаев. Еда показалась какой-то невкусной, и Гарри скривившись отставил тарелку с супом подальше о себя. Через минут семь Снейп вошел обратно в гостиную, смежную с кухней и посмотрел на часы на каминной полке. Гарри все еще сидел за столом очень тихо и угрюмо. Еда на столе до сих пор была почти не тронута. — Почему ты не ешь? — Я не голоден и хочу сначала поговорить, — пожал плечами подросток. — Я разве не сказал, что мы будем разговаривать только после обеда? — сказал он через плечо. Северус хотел дополнить свою репликой про инфантильность Гарри, но сдержался. Снейп откашлялся и подошел к дивану, попутно еще раз взглянув на подростка. — Иди тогда сюда, — он взмахнул палочкой, заставив еду не остывать. На лице Гарри промелькнуло выражение благодарности, он встал и присел на подлокотник кресла спиной к тлеющему камину. — Ну? — Северус приподнял бровь, — ты хотел поговорить. Надеюсь, это будет касаться твоего поведения? — Я не буду извиняться. Мне всё равно, — фыркнул он, сделав легкий вдох. Услышав слова Гарри, Снейп нахмурился. — Ну же, я представил тебе право на первое слово. Гарри повернулся к камину. Пытаясь подобрать слова, которые уже сутки вертелись у него на языке. — Ты обидел меня… просто… то, что я увидел в Омуте памяти сбило меня с толку… Я обижен, что ты не сказал мне за все 5 лет правду о моих родителях и о твоей ссоре с мамой. Ты виноват в этом, — рявкнул он, садясь и глядя на Снейпа быстро моргая. Северус громко вздохнул, а потом его накрыло чувство вины. — Да, я не говорил тебе многое, но я не делал это как и многие в твоем окружении. Блэк и Люпин что-то говорили тебе о родителях? Я не хотел, чтобы ты портил свою память о них чем-то плохим, что расстроит твой идеальный образ. Для тебя это было очень важно, но не бывает идеальных людей, пойми. Я не вижу в тебе Джеймса, каким знал его… Ты сам многое видел. Я виноват перед Лили, но сейчас ничего не изменить уже. Людям свойственно совершать ошибки, — мужчина заставил свой голос звучать намного мягче, чем он изначально хотел. Гарри поднял руку, довольно быстро утирая слезы. — Я думал, что… все не так. — Тебе не стоило тогда убегать. Поговори со мной о том, что тебя беспокоит. Гарри поёрзал на подлокотнике полностью разворачиваясь лицом к зельевару. На его глазах выступили слезы. — Ты помнишь, что я сказал, что все люди могут ошибаться. Кто-то незначительно, а кто-то расплачивается очень долго. Мы с Лили были очень хорошими друзьями с самого детства. Да, я потом совершил ошибку. Она… они хотят, чтобы ты был счастлив. Гарри поднял обе руки, снимая очки и потирая глаза. Северус встал, а подросток вздрогнул. — Я пробовал извиниться, но знаешь, эта ошибка дорогого стоила, — он сел в кресло, позволяя подростку так и остаться сидеть на подлокотнике. Свободная рука Снейпа потянулась, чтобы ухватить Гарри за руку и приободряюще сжать. — Хорошо, — кивнул Гарри, — соглашаясь со всем вышесказанным, — я принимаю твои извинения. Северус громко фыркнул. — А я и не извинялся… ну ладно. Теперь я хочу, чтобы ты послушал меня. Гарри заметно напрягся, сжав руку в кулак. — Ты обижен на меня? — Я разочарован в тебе, — честно сказал Снейп, озвучивая то, что никогда не чувствовал. Глаза подростка округлились. «Он разочарован во МНЕ? Не в моих поступках, а во мне…» — Гарри обнаружил, что снова смотрит на огонь в камине, а не в глаза профессора. Не в силах заставить себя взглянуть на Северуса. Он смотрел в одну точку. Снейп даже не злился на него, хуже, он был разочарован в нем. Было тихо, лишь поленья в камине громко потрескивали. — Мне очень жаль, я сделал это не специально, — наконец прошептал Гарри. — я подумал… неважно… Это было сказано так тихо, что Северус даже не услышал и половину сказанных слов. — Повернись ко мне, — сердито сказал Снейп, слегка дернув его за руку, которую до сих пор не отпустил. Гарри вздрогнул от неожиданности, переведя взгляд на профессора. Но все также сидя вполоборота. Свободная рука Гарри поднялась вытирая слезы. — Я боюсь упустить что-то. Я думал… что ты знаешь, что за той дверью, которая мне снилась. Я ни в коем случае не хотел влезать в твою жизнь. Я не хочу, чтобы еще кто-то умер… как Седрик. — Похвально… — Гарри мгновенно вскинул брови. — Похвально, что ты думал… но думал не так и не тем местом… — продолжил Северус, сильнее сжимая руку подростка. Сколько раз я говорил тебе, что помогать в столь опасном деле — не твоя обязанность! Голова Гарри пошла кругом, он покачал головой чувствуя что его очки сползают с носа. Снейп ослабил хватку на руке подростка и встал со своего места, вынуждая Гарри тоже подняться с подлокотника кресла. Он крепко схватил своего ребенка за плечи, чувствительно сжав их. — Ты должен подчиняться правилам. Если я храню воспоминания, значит эти знания могут быть опасны, тем более для тебя Гарри, — подросток медленно кивнул головой в ответ на слова Снейпа. — Прости меня, пожалуйста, — руки Снейпа немного ослабли, но все равно продолжили сжимать худые плечи. Гарри громко втянул носом воздух, а его лицо стало стремительно краснеть от слез, смущения и обиды. Он не хотел ничего, кроме как обнять профессора. Ему нужно было это утешение и именно сейчас. Воспользовавшись тем, что хватка ослабла он потянулся вперед хватая профессора за мантию. Гарри был уверен, как бы профессор на него не злился, он всё равно ответит на его порыв нежности, но этого не произошло. Северус стоял с опущенными руками, в то время как Гарри что-то лепетал ему в мантию про то, что он никогда-никогда так больше не поступит. — Я разочаровал тебя, — его хватка вокруг мантии сжалась. — Мы не закончили наш разговор, — протянул зельевар, настойчиво игнорируя желание прижать расстроенного Гарри к себе. — Но ты и правда разочарован? — Гарри отстранился от Северуса так, чтобы подняв голову он увидел его лицо. Снейп заставил себя не обращать внимания на расстроенного мальчика. Ну правда, сколько можно это терпеть? Зельевар знал, что если начнет его сейчас успокаивать и проигнорирует плохое поведение, то в конечном итоге все снова повториться. — Я все-таки надеюсь, что мы с тобой поговорим, — кивнул Северус, — когда ты высказывал мне свою точку зрения, ты был смелее. Я что, не говорил тебя про самое важное правило? — глаза Снейпа сузились, он ухватил Гарри за подбородок заставив тем самым поднять голову. — Я все понимаю… — Это ложь, — Северус заглянул ему в глаза, поймав зрительный контакт, не советую врать мне. Ты сейчас в такой ситуации… — Я знаю в какой я… — Когда Министерство Магии, а в особенности Амбридж готовы на всё, чтобы твоя безопасность была на нуле. Если Темный Лорд узнает, что-то… — В Министерстве все идиоты, — дерзко ответил он не отводя взгляд. — Гарри Джеймс Поттер… — Северус подавил желание встряхнуть его как следует, — Ты влез в мою личную жизнь. Я всегда предоставляю тебе возможность делиться информацией, которой ты хочешь, требуя информацию только о том, что предоставляет потенциальную опасность для жизни. Гарри взглянул на профессора, его губы сжались. В голове против его воли стали появляться воспоминания о его походе с Джинни в самое романтичное кафе Хогсмида, как они целовались в пустом коридоре школы, каким он счастливым возвращался в апартаменты… — Личное, на то и личное, — подытожил Северус, прерывая зрительный контакт. Гарри обхватил голову руками. Снейп залез в его воспоминания, он сделал то, что по сути он сделал с ним. Он стоял тихо не шевелясь, а на его щеках разгорался румянец. — Приятно? — поинтересовался Снейп. Отпуская плечи Гарри, — когда лезут в личное пространство. А теперь поговорим исключительно об этом. Гарри почувствовал, как его кровь похолодела от слов Снейпа. — Прости, прости, прости… Никогда больше я не буду делать так, я знаю что это было ужасно некрасиво с моей стороны. — То, как ты вёл себя — совершенно неприемлемо, — отчитал Снейп, — ты ушёл хлопнув дверью, пропал из поля моего зрения… — Мне надо было успокоиться… — Гарри издал громкий всхлип, заставив сердце профессора сжаться. Он был расстроен и хотел, чтобы Гарри видел, как его обидели эти действия. Снейп все-таки сжалился над расстроенным подростком, поднял руки и обвил ими сына, крепко прижимая к себе. Эти действия заставили Гарри сначала напрячься, а затем постепенно расслабиться. — Ты простишь меня? — пробормотал подросток. — У меня есть выбор? — ухмыльнулся Северус, слегка похлопав его по спине, которая то и дело вздрагивала от рыданий. — пообещай, что… — Никогда-никогда…  — Хорошо, — сказал Снейп почувствовал, как Гарри ослабил хватку на его мантии. — Ты слишком важен для меня, Гарри. Ты не должен рисковать собой. — Я всегда надеюсь, что ты сдержишь свое обещание… может всё-таки поедим? Ты же не мог это сделать раньше. — Меня тошнило, — пожаловался Гарри, — когда я нервничаю, я не могу есть. — Ладно, садись, — он махнул в сторону кухни, где под действием зелья еда оставался теплой. — Не сердишься? — Гарри обернулся через плечо, когда садился за стол, вытирая рукавом слезы. — Нет, но с тебя эссе о личных границах, — кивнул Северус, садясь напротив и с удовлетворением наблюдая, как Гарри берет ложку и начинает есть, — четыре фута. Срок сдачи — понедельник.