Мёд и корица

       В доме тихо трещал очаг, булькала вода в чайнике. Детлафф сидел на подушках, любуясь девушкой, разливающей чай. Она с поклоном протянула в двух руках ему чашку, дождалась, пока он возьмёт её и присела напротив, подобрав под себя ноги. Струящаяся чёрная ткань с вышитыми красными розами скрывала её тело, волнистые чёрные волосы собраны в незамысловатую причёску деревянной заколкой, зелёные глаза смотрят на него с интересом и загадочно блестят в неверном свете очага и свечей. —Скажи, откуда ты? —Из Нарока, господин. — голос у девушки тихий, мягкий, он обволакивает мужчину с ног до головы, успокаивая, погружая в полудрёму. —Расскажи о нём. —Это небольшое северное княжество, расположенное у подножия Драконовых гор. На востоке оно граничит с Вельгадом, на юге с Ковиром. Запад упирается в горы, которые также граничат с Повиссом. Там много лесов и полей. Климат довольно холодный, иногда бывает, что даже летом не тает снег…        Девушка продолжала говорить, а вампир млел, слушая неторопливый рассказ, периодически отпивая вкусный чай. И пусть ему пришлось ради такого момента разгромить заброшенную башню и перебить всю банду каких-то отморозков. Раны от кандалов на её нежной коже почти зажили, синяки побледнели, в глазах перестала плескаться ярость вперемешку со страхом, а на мягких губах в его присутствии расцвела тёплая улыбка. Рассказ закончился и девушка отпила чай синхронно с Детлаффом. Подлив ещё, она взглянула на него. —Что вы еще хотите услышать? —Мы так и не познакомились. Как тебя зовут? —Циннамон. А вас? —Детлафф. —Очень красивое имя, господин. —Оставь эти формальности. Просто Детлафф. И давай на «ты». —Как скажешь… Детлафф… — она словно попробовала на вкус его имя и снова улыбнулась. —Что ещё желаешь услышать? —Как вообще оказалась там? —Я не из этого мира. Я сюда сбежала. Потеряла бдительность и позволила заманить себя в ловушку, а когда попыталась убежать — они меня ранили и посадили на цепь. — девушка пожала плечами. —Кто ты? —Можно сказать, оборотень. —В кого превращаешься? —В лису. Таких, как я, называют кицунэ. —Кицунэ… Как красиво звучит. — мужчина склонил голову набок, отставил чашку и перевернул её на блюдце, показывая, что больше не хочет чая. —А ты знаешь, кто я? —Ты тоже не человек. Ты «другой», как говорят у нас. — Циннамон тоже склонила голову набок. —А «другим» надо держаться вместе, чтобы выжить. —Верно сказано. Скажи, твоё имя можно сокращать? —Можно. —Ты не против, если я буду тебя Цин или Цинна называть? —Если тебе нравится — я не против. — девушка допила свой чай и тоже перевернула чашку.

***

       Через несколько дней, а может, недель или месяцев — он не считал, просто наслаждался приятным обществом и вкусными напитками, коих в домике, развернутом при помощи магии, было большое количество.        Она знала, что если быть покорной и повторять за кем-то почти все его движения — быстрее понравишься. Мужчина явно расслаблялся, придвигался к ней ближе и старался ненавязчиво коснуться. Она рассказывала ему о своём мире, где главенствующими были люди, а магия умирала из-за технического прогресса, массовой вырубки лесов и прочего. Люди плодились в невероятных количествах, а магические существа всё больше были под угрозой исчезновения. —В общем, эльфы первые поняли, чем растущее количество людей может обернуться и ушли в другой мир. За ними ушли остальные — гномы, вампиры и прочие. Остались только разные духи и демоны. Призраки как раз процветают. Я здесь вообще случайно оказалась, когда убегала от фанатиков. В Нароке душевные люди живут, они мне помогли — приютили на время. Здесь магии много, поля и леса свободные, много пещер… —Что ты умеешь? —Петь, танцевать, поддерживать беседу. —А сражаться? —Только обороняться. Но бегаю быстро.        Детлафф задумался. Он боялся высказать свои эмоции, боялся дать себе волю и снова попасть под чары кого-то, отличного от вампиров. Решившись, он наконец заговорил: —Тебе нужна защита. Я предлагаю себя в лице твоего покровителя. Как ты говорила: «другим надо держаться вместе». —Как скажешь. — она едва заметно пожала плечами. —Сядь ко мне ближе. Ты вкусно пахнешь. — вампир поманил кицунэ к себе. —Я пахну мылом. — она подсела к нему. —Нет, ты пахнешь как корица. Прям как твоё имя. И мёд.        Мужчина взял руку девушки и присмотрелся к тонким и длинным пальцам с ухоженными ногтями, небольшой, по сравнению к его, ладони, узкому запястью и провёл пальцем по контурам вен, видных через полупрозрачную кожу.        Бархатистая кожа словно требовала от него прикасаться, гладить и ласкать круговыми движениями, глядя на то, как Цинна позволяет отодвинуть край рукава и прижаться прохладными губами к её тёплой руке в нежном поцелуе, как придворной даме. —Станцуй для меня.        Девушка встала, поправила одежду, отошла на открытое место и в её руке с тихим щелчком раскрылся веер. Она прикрыла им половину лица и начала танец. Плавные движения, повороты — гибкое тело повиновалось неслышимой музыке, гипнотизируя вампира. Он шумно выдохнул от удивления и облизнул губы, протянув руку и поманив Цинну к себе. Она красивым поворотом присела к нему на колени и позволила поцеловать себя в шею. —Очень красиво танцуешь. А можешь что-то спеть? Достаточно пары строк.        Кицунэ улыбнулась и на всю комнату разнёсся её хрустальный голос: —Спеши за мной, дыши со мной, Прими мою природу, Иди, не стой, на запах мой, Испей меня, как воду. Танцуй со мной, играй со мной, Узнай мою свободу, По грудь в снегу к тебе бегу, Чтоб пить тебя, как воду. *        Детлафф прикрыл глаза от удовольствия. Ему всё больше нравилась эта девушка. Он начал понимать, что готов даже без обмена на приятную компанию защищать её. Мужчина убрал упавшую на её лицо мягкую прядь, блеснувшую тёмным огнём, и посмотрел в глаза. Льдистый сапфир заинтересованно изучал хитро блестевший изумруд, пока прохладные руки осторожно держали тёплое тело. —А сколько такие, как ты, живут? —Много. Очень много. В тысячу лет мы достигаем пика мощи способностей. —И сколько тебе уже? —Чуть больше сотни. А тебе? —Чуть больше трёхсот пятидесяти. — он с улыбкой перенял стиль сообщения информации. —Ничего себе. Будь ты таким, как я, у тебя было бы около двух-трёх хвостов. —Чего? —У нас примерно каждые сто лет хвост отрастает. К тысяче имеем девять хвостов. Это максимум. —А у тебя сколько? —Один, но скоро должен второй отрасти. —Покажи себя. —В смысле? —Покажи себя в облике лисы.        Кицунэ отошла на открытое место, сбросила ткань с плеч, открывая худощавое тело и начала меняться. Размеры уменьшились, тело покрылось мехом, за спиной вырос пушистый хвост с белым кончиком и меньше, чем через пять секунд перед ним стояла чёрно-белая лиса. Она подошла к нему и начала принюхиваться. Вампир протянул руку к голове лисицы и мягко погладил. Неожиданно она рухнула на спину, позволяя гладить, осторожно чесать ногтями мягкий живот, и начала издавать непонятные тявкающие звуки, похожие на смех. —А ты забавная.        Лисица вскочила на лапы и начала наворачивать круги вокруг Детлаффа, потом замерла и снова превратилась в человека. —Не одевайся. — попросил он. —Иди ко мне.        Циннамон присела на колени вампира и осторожно коснулась его лица, изучая. Закрыв глаза, проводила по морщинам, едва заметному шраму, задевая подрагивающие ресницы. Спустилась ниже, огладила линию челюсти, чувствуя отросшую щетину, провела по тонким губам подушечками пальцев и почувствовала на них лёгкий поцелуй. Открыв глаза, посмотрела на замершего Детлаффа и осторожно коснулась его губ лёгким, невинным поцелуем. Он притянул девушку ближе и углубил поцелуй, усаживая её передом к себе.        Осторожно повалив кицунэ на подушки, вампир огладил выступающие рёбра, мягкий живот и покрыл рваными поцелуями бледноватую кожу плеч.

***

       Быстрые движения тазом, жгучие царапины на бёдрах — Цинна, издав стон наслаждения и задрожав, рухнула на мужскую грудь. Удовольствие растекалось по телу, поглаживание спины прохладной рукой усыпляло, но над ухом раздалось: —Ещё?        Девушка лениво застонала и царапнула ногтями плечо Детлаффа, поднимаясь. Качнула бёдрами, распаляя вампира сильнее и тихо вскрикнула, когда он сжал пальцами её соски. Мужчина крепче схватил её за плечи и опрокинул на подушки, возобновляя толчки.        За час до рассвета вампир, лаская губами нежную шею и загривок, вжался в девичье тело и с полустоном-полурычанием наконец кончил, чувствуя извивающуюся под ним на очередной волне наслаждения кицунэ.        Циннамон не двигалась, глаза сами закрывались, сонливость накатывала мощными волнами, увлекая в царство Морфея. Детлафф притянул её к себе и осторожно огладил свежие царапины на бедре. —Богиня… Люди так не могут… — и девушка, закрыв глаза, провалилась в сон.

***

—Здравствуй, Детлафф. — Регис подошёл к сидящему на камне другу. —Как ты? —Очень неплохо. — тот даже не обернулся, следя взглядом за танцующей в высокой траве девушкой. —Видишь? —Твоя? —Да. — он продолжал смотреть. —Ей нравится танцевать, но не могу отпускать её одну.        Регис присмотрелся к девушке и невольно залюбовался. Бледная кожа словно бы светилась в лунном свете, чёрные волосы длиной до пояса распущены, глаза едва заметно мерцают зелёным, одежды на ней нет, и она совершенно этого не смущается. —Либо уходи, либо спрячься. Она не должна тебя увидеть. — Детлафф смотрел на приближающуюся в танце девушку.        Регис молча растворился туманом. Детлафф тем временем протянул руки к подошедшей девушке, что накинула на плечи свободную одежду. Она наклонилась к нему, поцеловала и взяла за руку, потянув на себя. Вампир встал и позволил увлечь себя в танец, глядя влюблёнными глазами на тихо смеющуюся и танцующую в его руках девушку. Вскоре он поймал ритм танца и перехватил инициативу, держа гибкое тело стальной хваткой. Регис любовался ими, стоя в густом кустарнике, скрывающим его. Девушка громко вскрикнула, когда Детлафф подхватил её на руки и закружил, смеясь. Его бархатистый смех смешался с звонким хохотом и та крепче вцепилась в широкие плечи, прижимаясь. Эта девушка однозначно подходила его другу. Детлафф наклонился и что-то зашептал той на ухо. Она внимательно слушала, а потом кивнула и спрыгнула на землю. Детлафф подвёл её к кустарнику и негромко позвал: —Регис, выходи.       Тот сразу материализовался, галантно поклонился и взял руку девушки, невесомо поцеловав её пальцы. —Приятно познакомиться с вами. —Взаимно. —Я так и не узнал вашего имени. Позволите? —Меня зовут Циннамон. —Красиво. И я хотел бы поблагодарить вас. —За что? —Я вижу, как мой друг счастлив с вами. Надеюсь, вы с ним будете как можно дольше.        Девушка лукаво прищурилась и хохотнула. —Он не сказал, кто я? —Нет. — Регис растерянно моргнул. —Но я вижу, что вы не вампир и не ведьмак… —Я, так сказать, оборотень. И в теории, могу жить вечно. — она неожиданно высунула из-под одежды чёрный хвост с белым кончиком. —Такие дела.        Внезапно из кустов выскочил небольшой пёс и оглушительно гавкнул от неожиданности. Девушка подскочила почти на высоту собственного роста и тут же превратилась в лисицу, запрыгивая на руки Детлаффа. Он сразу прижал мелко подрагивающее пушистое тело.        Регис взглянул на пса, а тот, принюхавшись, поджал хвост и, заскулив, удрал обратно в кусты. Детлафф поглаживал лисицу по вставшей дыбом шерсти, и шептал что-то успокаивающее, нежно целуя прижатые уши и вытянутую мордочку. —Тише, моя хорошая. Он ушёл.        Лисица медленно успокоилась, лизнула Детлаффа в нос и попросилась на землю. Он опустил её и она практически сразу приняла человеческий вид, подтянув к себе одежду. Быстро оделась и поднялась, отряхнув руки от земли. —Там охотники с собаками, давайте уйдём. —Без проблем. — кивнул Детлафф. —Идёте с нами? — Цинна повернулась к Регису. —Да. — он склонил голову.        В небольшом уютном домике девушка взмахнула рукой и тут же по всей комнате зажглись свечи, разжёгся очаг и над ним забурлил чайник. —Присаживайтесь. — она показала на несколько подушек. —Сейчас будет чай.        Детлафф сел и жестом пригласил Региса последовать его примеру. Тот опустился на подушки и заинтересованно оглядел помещение. —Где же ты такую девушку нашёл? —Сам добыл. —Расскажешь? —Я шёл мимо одной башни и она меня из-за решётки позвала. В общем, пробился к ней, сломал замок на клетке, снял кандалы и вынес оттуда. Даже не заметил, как влюбился.        Девушка тем временем разлила чай и тенью присела недалеко, готовясь сразу услужить. Ей не в новинку было прислуживать, а потому она навострила уши, желая слышать весь разговор. —Интересно. —Цинна сказала, что я «другой», как и она. А «другим» надо держаться вместе. —Вот как… —Она не отсюда. Из другого мира. Там нет ни эльфов, ни гномов, никого кроме духов, демонов и людей. Людей там действительно много. Даже слишком. Сколько, ты говорила, там их уже? — он обратился к девушке. —Чуть больше, чем семь с половиной миллиардов. —Сколько?! — Регис вытаращил на неё антрацитовые глаза. —Если точнее — семь целых, шесть десятых миллиардов. — пожала плечами Циннамон. —Слишком много, знаю. И число растёт. Поэтому магия умирает. Магов рождается всё меньше, нас вытесняют с мест обитания. А здесь магия буквально везде, что мне очень нравится.        Регис озадаченно обхватил подбородок пальцами. Эта девушка сбежала из умирающего мира, и теперь сидит рядом с ними, явно довольная своей судьбой. —Иди ко мне. — Детлафф поманил её к себе.        Девушка села на колени вампира и прильнула ближе, уткнувшись носом в его плечо. —Кто же вы? Чародейка? —Нет, кицунэ. Демон, если быть точным. Как суккуб. —Как суккуб? —Ну да, в моём мире суккубы являются демонами. Мы с ними, конечно, похожи, но не близки. —У вас есть суккубы? —Да, но их мало. Как и инкубов. — девушка мурлыкнула, потеревшись носом о мужскую шею. —Но я Детлаффа уже не брошу. Мы часто выбираем пару на всю жизнь, и я свой выбор сделала. —Вот как. — хмыкнул Детлафф. —А почему я об этом не знал? —Я тебе говорила. Своеобразно. — она сделала неопределённый жест рукой. —И ты заметил, что тебе чаще везти стало? Что ведьмаки и вообще люди обходят пещеру, где твоя стая живёт? Что члены твоей стаи перестали умирать от ведьмачьей руки? —Цин… — он поражённо выдохнул, смотря в зелёные глаза, смотрящие с некоторой обидой. —Пойдёшь ко мне в стаю? —А почему нет? — кицунэ прикрыла глаза, расслабленно вытянув ноги. —Я не против. —Ничего себе. Детлафф, тебе действительно повезло. — Регис допил чай. —И вы чай очень вкусный завариваете. —Так больше пятидесяти лет опыта, это нормально. —Простите за нескромный вопрос, но сколько вам лет? —Чуть больше сотни. —Оставь нас. — попросил Детлафф. —Без проблем. Тогда я спать. — девушка встала и направилась к двери в углу. Шмыгнула туда и зашуршала тканью, явно укладываясь на постель.        Братья по крови долго говорили. Разговор шёл о Циннамон, о том, что было с Детлаффом после того, как он ушёл из Туссента и о вхождении кицунэ в стаю вампиров. Лишь с восходом Регис покинул гостеприимный дом, понимая, что Детлафф готов сутками не выпускать из своих объятий любимую девушку.

***

       Очнувшись от полудрёмы, Детлафф не ощутил присутствия Циннамон рядом и тут же подскочил, одеваясь. Знакомый аромат мёда и корицы вывел его к реке, где у воды ходила уже знакомая ему лисица. Он подошёл ближе и та замерла, повернув любопытную мордочку к нему. —Я ведь просил разбудить меня.        Лисица виновато взглянула, подошла ближе, села и открыла пасть. —Есть хочешь?        Она кивнула и снова подошла к воде, присматриваясь, а затем неожиданно подскочила и ткнулась мордой в воду, вытащив маленькую рыбку и тут же проглотив её. —Жди на берегу. — вампир нырнул в воду.        Вскоре он вынырнул и принёс ей крупную щуку. Мокрый, холодный, пропахший рекой. Будь девушка в человеческом виде — она бы его только из вежливости подпустила к себе. Лисица благодарно лизнула его руку и принялась за еду. Съев половину, взяла остатки в зубы и рысью направилась к домику.        Когда же домик показался на горизонте — замерла, навострив уши. Аккуратно положила рыбу в траву и подкралась к небольшой норе. Села, вглядываясь в её мрак и неожиданно кинулась туда, вытащив истошно заоравшего зайца. Тот отчаянно брыкался, но сопротивление быстро стихало из-за плотно сомкнутых на его горле зубов. Задушив ушастого, лисица взяла его и поднесла Детлаффу. Положила и подтолкнула лапой. Вампир растерянно посмотрел на дар, но взял зайца и кивнул кицунэ. Она облизнулась и снова взяла рыбу в зубы, потрусив дальше к домику. Его удивило такое поведение Цин, но вскоре мужчина понял, что она просто решила позаботиться о нём, поймав ему зайца, которого он теперь нёс в руке.        В домике кицунэ приняла человеческий вид и поспешила на миниатюрную кухню, принявшись готовить. Высунувшись из-за ширмы, она отыскала взглядом всё ещё стоявшего у двери вампира. —Тебе приготовить? —Мне не нужна еда. —Ладушки, тогда завялю. — она подошла и мягко забрала зайца, попутно чмокнув Детлаффа в щёку.        Он замер, не зная, как отреагировать на такую спонтанную нежность. Девушка тихо рассмеялась и упорхнула обратно на кухню.        Через несколько часов она вышла и положила у огня выделанную явно магией шкуру. Отыскала швейный набор и принялась что-то мастерить. Вампир издалека любовался ею, и в его голове возникла идея. Он взял уголёк и отыскал холст, начиная зарисовывать шьющую девушку. Вскоре она подняла голову. —Зачем меня рисовать? Я могу принять любой вид. После девятого хвоста смогу даже парнем прикинуться. —А сейчас? —Сейчас у меня родной вид, который я приняла после пятидесяти лет. Но повторюсь — я могу принять любой. —Даже… — он не договорил. —Даже её. — кицунэ поняла, о ком говорит мужчина. —Достаточно покопаться в твоих мыслях и вытащить оттуда нужный образ.        Она умолкла, смотря на внутреннюю борьбу Детлаффа. Он же мысленно сравнивал Сианну и Циннамон. Две разных женщины. Тоска, скрутившая его сердце, отразилась на лице, что не укрылось от Цин. —Ты о ней думаешь, да? — голос девушки стал тише, она явно осторожничала. —Мне кажется, что ты всё знаешь. — он вздохнул и отложил холст. —Да. Всё я знаю. — кицунэ встала, направляясь к нему. —И то, как тебе до сих пор больно, и как ты страдаешь. — она села напротив на пятки. —И даже то, что никогда её не забудешь… —Замолчи. — зашипел вампир, словно зверь, зажмурившись.        Ласковый поцелуй в местечко чуть выше переносицы стал для него неожиданностью. Злость пропала так же резко, как и возникла, и он распахнул глаза. Цинна сидела напротив, её пальцы, обхватившие его лицо, подрагивали от страха, но она ласково улыбнулась. Даря покой, утешение. —Ты можешь думать всё, что угодно, но это ничего не вернёт, понимаешь?        Детлафф в ответ молчал. Внезапно он сгрёб девушку в охапку и обнял её, пытаясь успокоиться. Провёл носом по нежной шее и нечаянно царапнул обнажённые плечи. Циннамон замерла, положив ладони на широкие мужские плечи и негромко заметила: —Свет причиняет страдание больным глазам, счастье приносит боль раненому сердцу.        Вампир разлепил наконец тонкие губы и прохрипел: —Прими её облик… —Как скажешь. — кицунэ коснулась его висков и мужчина почти физически ощутил, как она копается в его голове.        Через минуту она стала меняться. Волосы стали короче, глаза посветлели — и вот в его руках сидит Сианна. —Похоже? — она даже голос её скопировала. —Да… — Детлафф коснулся такого знакомого лица. —Только смотришь иначе. Какой же я был слепой…        Он уткнулся в её плечо и вздохнул. Почему он не видел, как Сианна на него смотрела? В её взгляде не было нежности, любви. В отличие от этой девушки. —Спасибо тебе. — он почувствовал, как она меняется обратно и тут же целует в волосы. —Мой дядя самых честных правил, Когда не в шутку занемог, Он крылья чёрные расправил, А тело сжал в тугой комок. Ворвавшись в город, всех в охапку Хватал когтями и волок, И плоть людскую рвал как тряпку. И лучше выдумать не мог.        Вампир коротко хохотнул. —А ты действительно забавная. — он разжал объятия, отпуская кицунэ.        Она коснулась губами его губ и тут же ушла на прежнее место у очага, продолжая шить. Детлафф продолжил рисовать, поглядывая на Циннамон. Когда он закончил рисунок, девушка уже дошивала. Через десять минут она отложила изделие и убрала швейный набор. Потянулась, сбросила одежду и приняла вид лисицы. Подошла к вампиру и забралась к нему на колени, упёрлась передними лапами в плечи и лизнула в губы, устраиваясь удобнее. —Спать собралась? Ну-ка иди в постель.        Лисица лишь лениво прикрыла глаза. Он встал, положил её у огня и начал медленно и аккуратно гладить, от чего та потянулась и перевернулась на спину. Детлафф покачал головой, поднял лисицу на руки и понёс в небольшую спальню, примыкающую к главной комнате. Очаг потух синхронно со свечами, стоило ему вынести лисицу в спальню. Едва он положил её на постель, как она приняла человеческий вид и широко улыбнулась. —Благодарю.        Детлафф вытаращился на неё. —Так ты… —Ага.        Он молча сбросил с себя одежду и навалился на расслабленную кицунэ, заглядывая ей в глаза. Она обхватила его ногами и ловко перевернула, усаживаясь на мускулистом животе и перехватила его запястья неожиданно сильными руками, придавливая к матрасу. Уловив удивление в его обычно беспристрастном взгляде, она широко улыбнулась. —Я же демон. Могу практически что угодно. — и поцеловала, прижимаясь всем телом. —Хочу тебя.        Детлафф понял это по-своему. Дёрнулся, пытаясь вырвать руки, и тихо вздохнул от неудачи. —Я хочу кое-что попробовать. Давай без этих твоих вампирских штучек. —А то что? —А то, если ты опять вырвешься от меня туманом — будешь трахать деревья.        Кицунэ поцеловала его в шею и спросила: —Можно тебя укусить? —Да.        Циннамон запустила два острых небольших клыка в его шею и сделала пару глотков. Отстранившись, подставила шею и снова спросила: —Хочешь? —Хочу… — он сглотнул, смотря на быстро бьющуюся венку.        Девушка прижалась ближе и отпустила его руки, позволяя вампиру запустить одну в мягкие волосы, оттянуть их, и сжать второй её плечо. Не удержавшись, он провёл языком по полупрозрачной коже, буркнул что-то неразборчивое и осторожно укусил. Внезапно Цинна тихо застонала, прогибаясь. —Богиня… Как же приятно…        Мужчина отпустил её плечо и спустил руку к лону, тут же ощутив на пальцах влагу. Сделав несколько глотков, отстранился и прикрыл глаза, облизываясь. Он уже давно не пил крови и потому чувствовал, что сейчас его развезёт так, будто он вылакал целую бочку. —Не боишься находиться рядом с пьяным от твоей крови вампиром? —Нет, я сама не очень-то трезвая. — кицунэ прижалась к нему и двинула бёдрами. —Просто я знаю, что сейчас у тебя тестостерон подскочит. —Чего? —Тестостерон — мужской гормон, если коротко — он отвечает за твою сексуальную активность. Обычно печень занята его переработкой и удержанием уровня в норме. А сейчас печень будет занята переработкой алкоголя, потому тестостерон подскочит. Понятно? —Ничего себе познания. Но я буду неадекватен. Заранее прости.

***

       На весь домик раздался звонкий хохот. Детлафф смотрел на Циннамон пьяным влюблённым взглядом и, едва заметно покачиваясь, держал в руках букет алых, словно кровь, роз. —В общем, это тебе. — он сел рядом.        Девушка приняла розы и смахнула выступившие слёзы. Вампир на четвереньках подполз к ней и взял босую ногу, покрыв её поцелуями прохладных губ. —Я весь твой.        Новый взрыв смеха — и кицунэ отложила цветы в сторону, поманив мужчину к себе. —Ну и рыцарь. — она хихикнула. —Иди ко мне.        Обвив руки вокруг его шеи, Цинна поцеловала его, увлекая на подушки. Вампир навалился сверху и углубил поцелуй, чувствуя разжигающийся огонь желания.

***

       Очнувшись уже после обеда, Детлафф оглядел потолок и перевёл взгляд на мирно спящую рядом кицунэ. Двуспальная кровать была усыпана лепестками белых роз вперемешку с перьями, вокруг был полный разгром — распоротый явно его когтями матрас, треснувшее изголовье кровати и чудом уцелевшее окно, на полу было несколько брызгов явно крови рядом с глубокими царапинами и в самой комнате витал аромат страсти. Медленно отстранившись от девушки, он встал, распахнул окно и выглянул наружу. Память тут же начала подсказывать, что он вчера сделал и вампир тихо вздохнул. За его спиной зашевелилась девушка и со стоном потянулась. —Прости. —Не извиняйся, мне понравилось. — она встала и танцующей походкой подошла к нему, обняв со спины и перешла на шёпот. —Ты был как дикий зверь…        Цинна мурлыкнула и потёрлась щекой о прохладную спину. Она ещё никогда не чувствовала себя такой удовлетворённой и спокойной. —Тебе понравилось, что я вёл себя как зверь? — мужчина повернулся к ней лицом и вопросительно заглянул в зелёные глаза, положив руки на обнажённые девичьи плечи, чуть сжав. —Серьёзно? —Ага. В такие моменты я чувствую, что ты не человек. И мне это дико нравится. — девушка улыбнулась, прижавшись ближе. —Меня привлекает в тебе всё. Неестественная прохлада твоей кожи, острые зубы, длинные когти и твоё поведение. Мне всё это… Не знаю, как сказать. Вкусно. —Поэтому ты предложила мне свою кровь? Чтобы я озверел? —Не совсем. Я же обменялась с тобой кровью. Да и тебе легче, верно? Хорошо же периодически спускать себя с цепи? По глазам вижу, что это так. Оба выпустили пар и теперь спокойно разговариваем. Вот и всё.        Детлафф приподнял лицо Циннамон за подбородок и поцеловал. Он действительно чувствовал, что выпустил, наконец, всё то, что скопилось внутри за многие годы. —Спасибо тебе. —Это тебе спасибо за великолепную ночь. — она чмокнула его в щёку и попыталась отстраниться.        Мужчина обхватил её крепче и посадил на подоконник, смотря в глаза. Сперва лицо девушки выражало удивление, но вскоре сменилось лукавой улыбкой. Она притянула его за шею к себе и запустила пальцы в уже отросшие волосы, пахнущие красками для рисования. Он крепко обнял её, потёрся носом о полупрозрачную кожу шеи и оставил лёгкий поцелуй. —Детлафф… О большем я и мечтать не могла…        Мужчина осторожно перенёс девушку в большую комнату к очагу. —Прости за царапины этой ночью. —Ничего, это небольшая плата за такое удовольствие. — и тише добавила: —Люблю тебя… —Почему ты вообще выбрала меня? —Мне твой запах понравился. —И только? — вампир недоумённо и с лёгкой обидой взглянул на сидящую у него на коленях кицунэ. —Я по запаху могу понять общую характеристику кого-либо. Да и покопавшись у тебя в голове, я поняла, что ты хороший человек. —Человек? —Ой, вампир. Ну, ты понял? — она вытянула ноги. —Да, у тебя проблемы с выражением эмоций, ты весьма вспыльчив, но ты хороший, это факт. А за хороших надо держаться руками, ногами и зубами. Поэтому я с самого начала стала к тебе присматриваться. —А когда это самое «начало» было? Когда я выскочил в окно с тобой на спине? —Ага. Мне, кстати, понравилось. Ветер в ушах свистит, мы несёмся к земле, сердце колотится где-то в горле, а ты так осторожно держишь мои руки…        Девушка не договорила — Детлафф подхватил её на руки и понёс в спальню. —Одевайся.        Циннамон уже перестала удивляться. Молча оделась и мимоходом пустила заклинание на уборку комнаты. Мужчина оделся быстрее её и подхватил на спину, на огромной скорости направляясь куда-то в находящиеся неподалёку горы. Девушка закрыла глаза, цепляясь за скачущего по скалам вампира. Вскоре он зашагал по снегу и остановился. —Открой глаза.        Кицунэ послушно разомкнула веки и охнула, увидев потрясающий вид. Солнце освещало снежные вершины, а вампир с ней стоял на обрыве, обдуваемый холодным ветром. —Готова?        Девушка взглянула вниз и крепче обхватила ногами талию Детлаффа, вцепившись пальцами в его плащ. Он аккуратно сжал рукой в перчатке девичьи запястья и повернул голову в её сторону, нежно глядя на чуть побледневшее лицо. —Теперь да.        Он взял короткий разбег и спрыгнул вниз, услышав негромкий вскрик. Вампир спиной чувствовал, как начало колотиться сердце кицунэ, как она вцепилась в него, широко распахнув глаза. Земля стремительно приближалась, Цин жалась к крепкой спине, ветер свистел в ушах, и вот Детлафф мягко, по-кошачьи приземлился и крепко сжал побелевшие от напряжения пальцы. Над его ухом раздался шумный выдох и девушка чмокнула его в щёку. —У меня возникла идея. —Какая?        Она поднесла запястье к его губам. —Попробуй.        Вампир нерешительно укусил её и почувствовал необычайный вкус крови. —Вкусно?        Он не ответил — присел на колено и взял обеими руками прокушенное запястье, глотая ставшую такой невероятной кровь, с щиплющей язык магией. Девушка села рядом и закрыла глаза, поглаживая второй рукой урчащего от удовольствия Детлаффа по голове. —Я… Я сейчас потеряю сознание… — она сглотнула, почувствовав, как он оторвался. —Вот это вкус… — мужчина облизнулся, поднимая Циннамон на руки. —Спасибо, что остановила. —Это адреналин. Вместе с дофамином и серотонином. —Идём ко мне? Ближе будет. Отдохнёшь… —Через полчаса буду в порядке. Но идём. —Не боишься идти в пещеру, полную вампиров? —Если там не будет собак — нет.        Детлафф тихо рассмеялся. Эта девушка неисправима. Она не боится ничего и никого, кроме собак. —Не смейся. Я же с тобой буду.

***

       Когда же Детлафф внёс Циннамон на руках в пещеру — все присутствующие там вампиры мгновенно повернули в их сторону головы. Он поставил девушку на пол, застелил лежащий посередине камень заранее заготовленным одеялом и обернулся, увидев, как кицунэ обнюхивает один катакан. Она же осторожно протянула руку и дотронулась до огромного уха, изучающе разглядывая низшего. —Иди-ка ко мне. — он присел на одеяло, сбрасывая плащ и камзол.        Девушка послушно подошла к нему и села рядом. Вампир прижал её к себе и поцеловал, осторожно лаская руками. —Что же… Ах! — едва прохладные губы коснулись нежной кожи на шее, найдя чувствительную зону, она ахнула, подавшись навстречу. —Ты делаешь? —Не стесняйся, сладкая. —На нас же смотрят… —Пусть смотрят и видят, кому ты принадлежишь. — мужчина посадил Цинну на колени лицом к себе и стал настойчиво раздевать.        Кицунэ прикрыла глаза, отдавая себя во власть высшего вампира и тихо застонала, кожей чувствуя, как на неё смотрят. И до неё внезапно дошло. Здесь как в волчьей стае — вожак привёл новую самку и сразу решил показать, чья она. Обжигающие поцелуи, крепкие объятия вынудили её отвечать на настойчивые ласки. Медленные, чувственные поцелуи сильнее распалили вампира и он крепко схватил округлые бёдра, придвигая кицунэ ближе к себе. —Искушаешь меня раз за разом… — он лизнул её шею. —А я и рад этому…        Цинна улыбнулась, притягивая ногами мужчину.        Как и всегда — Детлафф старался иметь её нежно, но инстинкты вместе с эмоциями всегда брали верх и он поддавался им — вбивался в начинающую кричать от невероятно приятных ощущений девушку, царапал её выпущенными когтями и рычал, прижимаясь как можно ближе, словно старался раствориться в ней.        Кицунэ замерла меньше, чем на секунду, и начала всхлипывать, повторяя имя вампира, содрогаясь в оргазме. Он вжался в её тело и кончил, крепко прижимая вновь оцарапанное им тело к себе.        В пещере звенела тишина — все смотрели, как их вожак обнимает пахнущую им девушку и садит её к себе на колени, оглядывая светящимися льдом глазами окружающих их низших вампиров. До их чувствительных носов донёсся аромат крови, но они не приближались. Вскоре раны на белоснежной коже затянулись и к ним осторожно приблизилась миловидная рыжая девушка. —Здравствуй, как тебя зовут? —Циннамон. — кицунэ стала рассматривать новую знакомую. —А вы…        Та поморщилась. —Давай на «ты». Я альп. Знаешь о нас? —Да, читала как-то. —У меня сперва не было возможности познакомиться с тобой. Но пахнешь ты не как человек и не как вампир. Кто же ты? —Кицунэ. Демон, если проще.        По пещере прошёлся какой-то странный звук. Рыжеволосая девушка улыбнулась и отступила обратно в тень. —Ты их заинтересовала. Думаю, из-за того, что первая встреча была весьма скомканной. —Научишь меня как-нибудь вашему языку? —Это будет долго.        Цинна тихо рассмеялась. —У нас с тобой целая вечность впереди. А я тебя научу кое-каким хитростям. —Это каким же? —Как можно, ни разу не солгав, перевернуть ситуацию так, что белое станет чёрным? —Никак. —Не верно. Можно так перефразировать, что убедишь кого угодно в чём угодно. —Например? —Гм. Самый простой пример: когда я опоздала куда-то — я говорю «спасибо за ваше терпение» и улыбаюсь. Людям приятно? Приятно. Они практически сразу прощают мне это опоздание. А если я скажу «извините, я всегда опаздываю»? Людям уже становится неприятно. —Вот как… —Или представь себе следующую ситуацию. Муж, придя домой, застаёт жену за написанием письма, замечает, что она смущена его неожиданным появлением и быстро бросает письмо в камин. «Кому ты сейчас писала?» — спрашивает он. «Что за женское любопытство? — слышит муж в ответ с насмешливой интонацией. — Писала любовнику!» Муж, чувствуя себя сконфуженным, умолкает или пытается пошутить в ответ, не принимая слов жены всерьез. У него не возникает и тени подозрений, хотя жена на самом деле переписывается со своим любовником. Как квалифицировать в этой ситуации ответ жены? Формально она говорила чистую правду. С другой стороны, у нее не было никакого желания, чтобы муж поверил этим словам. Можно отнести подобное поведение жены к одной из разновидностей лжи, а именно «сообщение правды в виде обмана», хотя это и выглядит парадоксально. —Ничего себе. —Психология. — пожала плечами кицунэ. —У меня, например, интуиция распознаёт крупные неприятности и ложь. Но во многих случаях жертва обмана не замечает просчётов лжеца, предпочитая трактовать неясности поведения в выгодном для себя свете, тайно попустительствуя лжи, желая избежать неприятной ситуации разоблачения обмана. Игнорируя совершенно очевидные признаки того, что у жены есть любовник, обманутый муж, по крайней мере, может избежать унизительной клички «рогоносец» и перспективы возможного развода. Даже если муж узнал о неверности жены, он может потворствовать ее лжи, избегая возможности удостовериться в супружеской измене. Пока всё не высказано, у него остается надежда, неважно, насколько она мала, что он ошибся в своих подозрениях и жена вовсе не изменяла ему.        Повисла тишина, нарушаемая лишь копошением низших в ответвлениях пещеры. —Научи меня. —Чему? —Распознавать ложь. —О, тут достаточно просто. Видишь ли, тело человека подсознательно сопротивляется лжи. И замечая почти невидимые движения тела, головы, выражения лица, можно понять, что тебе врут. Да и часто бывает, что обманщик «завирается», то есть, путается в версиях.        Следующие два часа Детлафф слушал про различные невербальные признаки обмана, позволив кицунэ слезть с коленей, подойти к гладкой стене, достать кусок мела и начать что-то чертить, зарисовывать, попутно объясняя и демонстрируя на себе многие признаки. —…ложь может не иметь оправдания, а может и иметь его. Лжец может и не лгать. Обман — действие умышленное; лжец всегда обманывает намеренно. И он может иметь оправдание только в своих глазах, а может также и во мнении общества лжец может быть хорошим — и плохим человеком, приятным — и неприятным. Но человек всегда выбирает сам — солгать или сказать правду. И вполне различает ложь и правду. Патологические обманщики, которые знают, что лгут, но не могут контролировать своё поведение, не рассматриваются мной. Также не говорю я и о людях, которые сами не знают, что лгут, и которых называют жертвами самообмана…        По мере прослушивания монолога девушки вампир почти что чувствовал, как изголодавшийся по информации мозг спешно переваривает новые факты. Он дождался, пока Цин умолкнет, чтобы отдышаться, и заговорил: —В твоём мире столько информации о людях… Как ты за сто лет это всё запомнила? —О, я много раз сталкивалась с обманом. Поэтому решила разобрать его и понять, как выявить. Здесь у вас примерно наш четырнадцатый век, а я сбежала из двадцать первого. —Значит, разница в развитии примерно шесть сотен лет? —Верно. Я планирую скоро отправиться в ближайший город и посеять там семена сомнения. Начну борьбу за умы людей, иначе все эти культы их погубят, как больше половины населения у нас на одной части света. —Из-за чего? —Кошек признали порождениями зла и стали убивать. Один глава тогдашней главенствующей религии призвал начать охоту. Мои предки тогда всячески старались кошек спасать, но это не помогало. В итоге — пришли крысы, а с ними и чума. Страшная болезнь. И проблема в том, что примерно до пяти столетий мы, кицунэ, существа из плоти и крови, а потом медленно превращаемся в, как бы сказать… сгусток магии. Я знаю, что тут есть нечто похожее. И я могу… —Заболеть и умереть? —Почти. Я просто впаду в анабиоз, и магия начнёт меня лечить. Это медленно, стану похожа на труп, и потому меня запросто могут похоронить заживо и я задохнусь в гробу. —Как ты так спокойно говоришь о смерти?        Девушка задумчиво посмотрела куда-то в сторону. Когда она заговорила, её голос был тихий, словно она вспомнила что-то грустное. —Я её часто вижу. И не испытываю перед ней ничего. Для меня смерть — один из вариантов развития событий, и не всегда самый плохой. —У тебя недавно кто-то умер? —Да. Моя названная сестра. Иви. Мы с ней были не разлей вода. Но она влюбилась в человека. А он, когда узнал, кто она — убил её из-за страха. Он не понимал её природу, поэтому боялся. —И что с ним потом стало? Ты его убила? —Нет. Я сделала так, что он стал молить о смерти. Неприятности сыпались на него как из рога изобилия. И он не смог покончить с собой. Пытался повеситься — верёвка оборвалась. Вены вскрыть — лезвие тупое. Наточил — воду отключили. Спрыгнул с крыши — приземлился на дерево и куст, сломал обе ноги, но выжил. Изящно, не так ли? —Очень. — Детлафф с восхищением оглядел Цинну. —А потом, когда он нашёл меня — начал скулить, что сожалеет о смерти моей сестры. Сказал, что любил её и не хотел убивать. А я ему за это язык отрезала и рот солью набила. Потому что знала, что он её не любил. Никогда. И убийство он готовил не один день и не один месяц. Он улыбался ей в лицо, говорил, что его не смущает её природа, а сам точил нож.        Девушка мотнула головой, отгоняя негативные мысли и сдула упавшую на глаза прядь. —Единственный, о ком я скучаю здесь — мой брат Арчи. У нас похожий окрас, и потому все думали, что мы станем парой, но после того, как мы обменялись кровью — перестали. —Мы с тобой тоже обменивались. — заметил мужчина. —Там другая составляющая. Ты именно проглотил мою кровь, а мы сделали надрезы на руках и соединили их. Потом специальный ритуал. И всё это при свидетелях. У нас же иначе всё было. —Не то слово. — хмыкнул вампир, вспомнив, что они с кицунэ вытворяли той ночью. —Вдобавок было полнолуние. Я была на пике магических способностей. Это колебание почти незаметно, но всё же… Если бы я выбрала путь огня — пришлось бы ждать летнего солнцестояния. Именно летнего.        Мужчина задумался. Он помнил, как пил кровь Цин, потом у него был словно провал в памяти, и дальше шли воспоминания излишне бурной ночи. —Скажи мне только, что было сразу после того, как я опьянел от твоей крови тогда? —Уверен? — девушка прыснула. —Я как-то глупо себя вёл? —Ты сказал, что тебе нужно кое-что достать и смылся из дома туманом. Минут через десять вернулся, смотришь на меня пьяными глазами и вручаешь букет роз. Потом опускаешься на четвереньки, подползаешь ближе и целуешь мне стопу, говоря, что ты весь мой. — девушка едва сдерживала смех, смотря на деланно задумчивого Детлаффа. —Потом я пытаюсь тебя соблазнить прямо у очага, чтобы завершить ритуал, но ты меня тащишь в спальню, где вся постель усыпана белыми лепестками и говоришь, что ради меня чуток ободрал сад какой-то графини. В общем, пьяный в сопли рыцарь, не иначе.        Не удержавшись, она расхохоталась, вспоминая подробности. —Тебе только коня не хватало и доспехов для полного вида. Хотя меня твой внешний вид тогда волновал в последнюю очередь. Зато ты меня повеселил и удивил. —Удивил? —Да, у меня до тебя ж только демоны были. Они вообще бесцеремонно вламывались в дом и начинали приставать. А тут розы, целование ног… —А я лучше их? —Спрашиваешь… Конечно лучше во много раз! — кицунэ села к нему на колени и поцеловала, запуская пальцы в его жестковатые волосы. Прервав поцелуй, задумчиво взяла одну из прядей и принялась рассматривать. —Да, надо бы подстричься. —Зачем? Тебе пойдут длинные волосы. —А какие демоны у тебя были? —Инкубы. Но я смогла впечатлить даже пару суккубов. —Слишком мало их? —Да. До сих пор веселятся, но в основном во снах. От них я и научилась в воспоминания проникать. —А кто был первым? —Человек, к сожалению. Никого половозрелого тогда в округе из моих собратьев не было, демонов тоже. Возраст подходил, нам необходимо лишиться девственности до двадцати годов, потому что у нас в этом возрасте подскакивает регенерация. Психологически я была готова, а вот физически… Человек, к сожалению, сильным эгоистом оказался. Я после вообще закрылась в доме и не подпускала к себе никого мужского пола, кроме кота. И вот одна миловидная женщина, оказавшаяся суккубом, затащила меня в постель и познакомила со многими своими сородичами. В пятьдесят лет наконец приняла свой нынешний вид и всё — чуть ли не каждую каждую ночь скребли по стеклу когтями. Хоть отстреливай. Но есть одно хорошее средство от нас всех. —Какое? —Отборный многоэтажный мат от души. Многие демоны разбегаются. —Почему? —Энергетическая составляющая мата имеет ярко выраженный негативный оттенок — настолько мерзостный, что даже мы не желаем терпеть подобный диссонанс рядом с собой. Молитва действует по сходному признаку: призывает силы противоположного действия и, будучи подкрепленной истовой верой произнесшего, насыщает ближайшее пространство тем, что нам приходится не по нраву. Плюс мы, кицунэ, по природе довольно стеснительны. —Потому ты так не любишь ведьмаков? —Да вообще всех, кто вставляет мат через слово. А ты просто прелесть. — девушка чмокнула его в лоб. —Самый лучший, кого я вообще знала. Даже когда имеешь меня так, что кровать разлетается на щепки, что-то приятное говоришь.        Детлафф опустил голову и коротко улыбнулся. Он смущался подобного проявления чувств и не знал, как отреагировать на такой откровенный комплимент. —Ого, я не знала, что ты так смущаешься на комплименты. Значит, буду почаще их говорить. — она наклонилась к его левому уху и прикусила мочку, переходя на шёпот. —Мне очень приятно проводить с тобой время. Когда я с тобой — не замечаю, как оно пролетает, того гляди — третий хвост вырастет, а я и не замечу. —Цин… Ты невероятна.        Лёгкий поцелуй в губы — и кицунэ с готовностью запрокинула голову, открывая шею. Вампир судорожно выдохнул и прижался губами, оставляя засос. Начал было снимать накидку с плеч девушки, как услышал её насмешливый голос: —Не торопись, у нас с тобой целая вечность впереди. —Тут не поспоришь… — и припал в сладком поцелуе к её губам.