А на дороге — кости мертвецов

      Параноик — первое впечатление Джисона о Момо. Он больше не мог терпеть такое отношение к себе. Глядя на Юну, загорался слабый, но такой нужный огонёк поддержки, и уверенность отражалась в голосе. — Прости, что? — Джисон притворился, будто ничего не расслышал, свёл брови, расставил руки от края до края парты и взглянул исподлобья, но уже более смело. — Уши мой, — Момо скопировала его позу, — я спросила, не заражён ли ты. Сынмин попытался вставить слово, но Юна, не имея привычки молчать, перебила его. — Момо, почему ты так недружелюбна с Джисоном? Мы учились в одном классе, он хороший парень… — Да неужели?! — Момо округлила глаза, Хёнджин — не любитель встревать в чужих перепалках, принял сторону блондинки. Момо осторожная, она боится не только за себя, но и за других. Один неверный шаг, одно неверное действие могли привести к большой ошибке. Хёнджин пытался коснуться Момо, чтобы хоть немного успокоить, выразить поддержку, но та сосредоточила своё внимание на Юне и Джисоне. — Дурья твоя бошка, — обращение к Юне, — а что если он превратится в зомби и убьёт нас? — Н-но он не заражён, — растерялась Юна. — Напомнить, как ты здесь оказалась, — Момо схватила подругу за волосы и потащила к окну, — всем напомнить? — выкрикнула она. — Момо, это уже чересчур! — повысил голос Сынмин. Джисон дёрнулся, хотел вызволить Юну из рук той стервы, защитить и спрятать за спиной. Феликс схватил его за запястье и отрицательно помотал головой. — Джисон, это «норма» для нас. Не создавай себе проблем, не наживай ещё больше врагов, — шептал Феликс, — к Момо нельзя прикасаться, будут последствия. Белокурый вводил в курс дела на ходу. Хан Джисон ему понравился, по крайней мере, он видел в нём свою родственную душу. Момо отпустила Юну и начала приводить себя в порядок: заправила пряди за уши и подтянула штаны. Стервозный взгляд выжег в Джисоне дыру, Момо смотрела на него внимательно, обращаясь ко всем. — Теперь каждую потерянную душу будем сюда приводить? — с упрёком сказала она, — кого следующего ожидать, дети мои, кошечку или собачку, — последнее она выкрикнула, словно отчаявшаяся аниме-героиня. — Момо, — Сынмин мягко взглянул на подругу, — я понимаю твой страх и не исключаю любые меры предосторожности. Сейчас мы проведём осмотр у отряда, покидавшего периметр, там уж будет ясно, кто заражён, а кто здоров. Если бы кто-то осмелился заткнуть грозную Момо, то не случилось бы этой потасовки. Джисон сжал кулаки, превращая активную агрессию в пассивную, и пообещал себе не молчать, не терпеть унижения. Плевать на то, что Момо у них по каким-то причинам сама неприкосновенность, я дам ей отпор. Мы все здесь на равных условиях. — Мы должны помогать другим, пожалуйста, помните об этом, — сказал Сынмин. Чанбин кивнул. Феликс выглядел расслабленно. Либо для них такие выкидоны Момо в порядке вещей, либо Феликсу эти потасовки доставляют какое-то ненормальное удовольствие. — Плевать, — фыркнула Момо и скрестила руки на груди. Обстановка возвращалась к былому спокойствию, Йеджи украдкой поглядывала то на Джисона, то на брата: Хёнджин скалился в сторону новенького и всё никак не мог подступиться к блондинке. — И когда ты собираешься сваливать? — Момо нарушила тишину первая. — Ну… — протянул Джисон удивлённо. Он был уверен, что может остаться, Сынмин был не против. — Тебе помогли? Помогли. Что ты ещё от нас хочешь? Еда заканчивается, — Момо пнула пустой рюкзак, валявшийся под ногами, — каждый раз, когда мы выбираемся в город, рискуем своей жизнью. Думал, что наша благотворительность безгранична, — она сделала вид, что любуется облезлым маникюром, хотя на самом деле незаметно наблюдала за реакцией Джисона, — Джинни, разве я не права? Хёнджин заметно оживился и активно закивал головой. — Твои слова имеют смысл. Лично я против того, чтобы приводить сюда людей и тратить на них еду. Думаю, тебе пора, — сказал он Джисону, указав подбородком на дверь. Нескрываемая враждебность заставила Джисона хорошенько попотеть. Он решил относиться к окружающим так, как относились к нему. Джисон корил свою наивность, ведь глупо было полагать, что в мире ещё остались добрые люди. — Вы сошли с ума! Снаружи зомби, а вы хотите сделать из Джисона вкусный ужин для них?! — пищала Юна. Йеджи долго молчала и наконец-то заговорила: — Сынмин, я не думаю, что это такая плохая идея — оставить Джисона с нами. Мнения разделились. Если здесь появятся Минхо и Чонин, то шанс ночевать за периметром возрастёт. Сынмин, поразмыслив немного, коснулся джисонова плеча. — Кажется, тебе есть что сказать. — Мы все готовы тебя выслушать, — поддержала Дахён. По ней было видно, что она не совсем заинтересована в спорах и ругани. Дахён то и дело снимала и протирала подолом юбки очки с большой оправой, а в перерывах между воплями Момо поглядывала в окно. — Да, с удовольствием, — улыбка Феликса, словно дефицитный лучик света, озарила тёмный класс. Электричества не было по всему городу, поэтому приходилось использовать восковые свечи. — Это шутка какая-то? Он что, вам всем так понравился, — скривилась Момо. — Не говори глупостей, — возразил Хёнджин, — я всё ещё держу нож наготове в случае его превращения в зомби. Держись рядом со мной. На лице Момо появилось ещё пущее отвращение. — Джинни, не путай меня со своей сестрой. Я могу постоять не только за себя, но и за каждого из вас. Момо приняла хёнджинову заботу за оскорбление. — Хватит, — Дахён её перебила, — я хочу послушать, что нам скажет новенький. — Я расскажу вам всё, что знаю. Когда ты заразился, то симптомы проявляются в течение часа, — Джисон пытается объясниться, Чанбин кивает в своей молчаливой манере, — я провёл с парнями достаточное количество времени и, как вы могли заметить, на зомби мало похож. — Не думаю, что Джисон один из инфицированных, — подтвердил Чанбин. Иногда Джисон забывал о его существовании, а сейчас даже зауважал. Ещё Ницше говорил: «Чем больше человек молчит, тем больше он начинает говорить разумно». Это про Чанбина. А ещё он показался мне надёжным парнем. — А вдруг он исключение? — не унималась Момо. Джисон всплеснул руками. — Давай просто выслушаем его, — сказала Дахён. — Народ, я знаю, что следует во всём быть осторожными. Знаю, что вы против того, чтобы я оставался, но я тоже могу быть полезен! Лица остальных стали более заинтересованными, одна лишь Момо саркастично ухмыльнулась. — Момо, ты говорила, что вам нужна еда, — Джисон быстро стянул рюкзак и распахнул его перед всеми, — у меня есть немного, берите. Я не буду для вас обузой. К тому же я очень благодарен вам за спасение, впредь постараюсь не подвергать вас опасности, — его снова настиг приступ нервной чесотки, он спрятал руки в карманы толстовки и огляделся по сторонам, взгляд остановился на Феликсе и его красивой улыбке, что придала сил и спокойствие. — А ещё эта квокка быстро бегает, — в кабинете появился Минхо, вид его был заспанным, а лицо слегка опухшим, — и будет очень полезна в дозоре, — он посмотрел на Джисона и широко зевнул, — если перестанешь чесаться, то я не против, чтобы ты остался, — тот не вытерпел и почесался, — чёрт, — выругался Минхо, — квокка блохастая! — Сегодня ты поспал подольше, — удивился Сынмин. Подольше? Его от силы минут десять не было. Минхо дал пять Чанбину, вытащил стул ногой, сел и пафосно откинулся на деревянную спинку. — Тишину надо было ловить пока я спал, продолжайте-продолжайте. Момо при виде Минхо тут же стала какой-то послушной. Она забралась к нему на коленки и прошептала что-то на ухо. — Можно я останусь? — Джисону собственные слова казались сверхбессмысленными, особенно после презрительных взглядов и перешёптываний Минхо и Момо, — я не буду чесаться, — произносит он отчаянно. Момо кривит губы в неестественной улыбке, и у Джисона проскальзывают мысли о хорошем исходе. — Думал, что я поверю в театр одного актёра? — Ты меня не слышишь, Момо, — бесится Джисон и начинает активно жестикулировать, — я не пытаюсь понравиться тебе, не пытаюсь получить твоего одобрения, покуда ты здесь не одна. Мне точно так же страшно, но вы справляетесь со страхом вместе, а мне придётся снова противостоять зомби в одиночку. — Значит, — Момо потёрла ладошки, — всё решено, так? Ты уходишь. — Мерзкая псина, — сплюнул Минхо, глядя на Джисона. — Именно, — Момо закинула руку на шею Хо и самодовольно ухмыльнулась. Сынмин задумался. Юна, готовая защищать одноклассника до последнего, мотала головой и пыталась заслонить собой Джисона, защищая от нападков хищных взглядов. Джисон ошибся, подумав, что этот коллектив сплочённый. Нет! Здесь был разлад. Лидер Сынмин, командует Момо, а последнее слово зачастую за Минхо, большая часть занимается конформизмом и молчит, боясь огласить своё мнение, Дахён выглядит незаинтересованной, физически развитый Чанбин постоянно молчит, хотя пользуется уважением, Йеджи сейчас упадёт в обморок, а Хёнджин наведёт на меня мысленную порчу. — Мерзкая псина — обращение к тебе, Мо, — Минхо скинул блондинку со своих колен и закинул ногу на ногу, — разве я только что не сказал, что чесоточный быстро бегает, у вас картофельное пюре в ушах? Он пригодится нам в дозоре. О каком дозоре постоянно твердит Минхо? — Но, Хо… — голос Момо стал тоньше и жалостливей. — Вспомни, как сама умоляла остаться в этой школе. Эти унижения, — сквозь сжатую челюсть процедил Минхо, — не заставляй меня ловить флешбэки, Мо. Он схватил её за волосы и приподнял с пола. — Минхо! — воскликнул Феликс, — мы все находимся в непростых условиях, но давайте оставаться людьми хотя бы в пределах школы, пожалуйста, — он выглядел взволнованным, глаза его блестели, — Бог милостив, и он обязательно пощадит нас. Этим мягким бархатным голосом проникся даже Чанбин. Он сделал неуверенный шаг навстречу Феликсу, но тут же опешил и остановился. Джисон пусть и находился в этой компании не так давно, но успел заметить, как меняется Чанбин, стоит Феликсу хоть как-то себя проявить. Кажется, Чанбин очень волнуется за Феликса, ведь тот младшенький. — Милостив? — Минхо нервно расхохотался, — так пусть переманит мертвечину к себе в Рай, пусть поебётся с ними сам, а не надрачивает на наших схватках насмерть. Минхо увидел раскрытый рюкзак Джисона, подошёл и в открытую начал шарить в нём. Он стянул пачку сухариков, открыл и принялся жадно уничтожать. — Хо, нам следует быть осторожными, — тихо сказал Хёнджин. — Вот и осторожничай, Джинни. Если блохастая квокка заражена, то я с удовольствием прикончу её в четырёх стенах, вы же меня знаете, — чавкал Минхо, — Сынмо, окончательное решение за тобой, моё мнение ты услышал. — Кто-нибудь ещё хочет высказаться? — спросил лидер. — Все мы в одинаково опасном положении, — сказала Дахён, — если потеряем кого-то сейчас, то в будущем нам придётся очень непросто. Давайте доверять друг другу. — Юна права, — добавил Феликс, — Джисон хороший парень. — Йеджи? — поинтересовался Сынмин, заметив движение тонких женских губ, — ты что-то хотела сказать? Хёнджин шикнул на сестру, мол, не встревай, а лучше помалкивай, но та не обратила внимания. — Джисон, твоя обувь… — она указала на оторванную подошву левого ботинка, — может поищем для него что-нибудь на складе? Отряд выживших создал себе достаточно комфортные условия для обитания в этих стенах: бутыли с водой, склад с одеждой, свечи вместо электричества. — Опять драма? — дверь распахнулась, в кабинет вошёл Чонин, — фу, выйди в окно. От Джисона и впрямь жутко воняло. Девочки постеснялись на это указать, а парни уже настолько привыкли к трупному запаху, что не акцентировали на нём внимание. Прямолинейный Чонин, которого ничего не устраивало, мог в лицо сказать всё, о чём думает. — Что происходит? — спросил он. — Решаем, должны ли мы оставить новенького с нами, — ответил Хёнджин. — И что нарешали? — Пока не знаем, — пожал плечами тот, — вдруг он инфицированный. — И? — цокнул Чонин, — один хуй умрём скоро. Вот это оптимизм! Джисон был уверен, что Чонин одним из первых вышвырнет его за периметр. Было неожиданно услышать что-то не столь негативное в мою сторону. Сынмин похлопал в ладоши, привлекая внимания остальных. — Что думаете по поводу голосования? Мысленно Джисон раз за разом садился в грязную лужу. Не было никакой гарантии, что его оставят. Он вспотел, зуд усилился. — В этом есть какая-то необходимость? — Чонин лениво потёр лицо и вытащил пачку печенья из джисонова рюкзака. — Мне нравится, — глаза Минхо сверкнули адским пламенем, он доел последние крошки, посмотрел на Джисона и хитро улыбнулся, — ну что, квокка, готов пополнить список перебитой мною мертвечины? — Голосуем, — присоединилась Момо. — Я подозреваю, что вы все со мной согласны, разве что боитесь сказать это вслух. Феликс выглядел мрачным. — Ребята, я не думаю, что такие вещи нужно решать посредством голосования. Давайте просто оставим Джисона в другом кабинете и понаблюдаем за ним? — Феликс, большинство хотят голосовать, — сказал Сынмин. Голос его стал холодным, терпение тоже было на пределе. Джисон столкнулся с ним взглядом, и Сынмин посмотрел на него с теплотой. Мне показалось, или Сынмин уверен, что всё пройдёт хорошо? — Обдумайте всё хорошенько, чтобы в последствии не жалеть о своём решении. — По сути мы делимся на людей с остатками человечности и бездушных тварей? — Дахён специально выразилась именно так, помогая Джисону. — Ты манипулируешь! — вскипела Момо. — Ш-ш-ш, — шикнул Сынмин. — Не волнуйся, — практически в унисон сказали Феликс с Юной, но Джисон не слышал ничего кроме своего бешено колотившегося сердца. Я без многого смогу обойтись, но только не без человека…