Погасшие звëзды

      Чайльд тяжело дышит, крепко сжав в дрожащих руках гидро клинки. Не проходит и мгновения, как его тело заваливается спиной на прохладную землю, покрытую инеем.       Именно в этот момент на его лицо упала первая снежинка, за которой с пасмурного неба посыпались сотни, тысячи… Окровавленные уголки губ Аякса дëрнулись и расплылись в весëлой улыбке. Из груди вырвались сначала сдавленные смешки, а после пространство вокруг разразилось немного безумным, болезненным хохотом.       Моракс смотрел на предвестника, думая, что тот, наверное, сошёл с ума. Чем больше Тарталья смеялся, тем больше давился кровью, подкатывающей к горлу с каждым, всё более замедляющимся стуком сердца. Он умирал.       Архонт с самого начала знал, что рано или поздно это произойдёт. Либо Чайльд, либо он сам… Так отчего же так тяжело на душе?       Потрëпанный Гео склонился перед Аяксом, придерживаясь за раненное плечо. Его мечи рассыпались водными брызгами, треснувший Глаз Бога испустил последние искры жизни, но сам парень ещё дышал, почти невидящим взором глядя на Чжун Ли.       Его губы тронула ещё одна улыбка. Из последних сил Тарталья невесомо дотронулся кончиками пальцев и нежно погладил скулу Архонта. — После столького, что достиг… Я проиграл, Моракс. Но ты был действительно достойным противником. Я восхищëн твоей силой…       Последнее предложение он произнёс практически шëпотом. А после парень вновь хрипло рассмеялся, не отводя глаз от омутов цвета расплавленного золота.       Ничего не ответив, Чжун Ли подхватил соскользнувшую ладонь и прижался к ней щекой, оставляя на своём лице кровавые разводы. — Прощай.       В голубых глазах погасли звëзды, и медленно прервалось чужое дыхание на последнем вдохе.       Сердце Чайльда утратило своё биение.