〒 Бархатный взгляд Волка 〒

«Чёрт, снова разбита губа.. Отличное начало очередного "дня Сурка". Почему обязательно необходимо начинать утро с этого?! Придурок... Угораздило же меня влюбиться в этого придурка...» — думал про себя Акира Имаи, направляясь прямиком к классу. Блондин с гетерохромным цветом глаз, одно око было зелёного цвета, почти изумрудного, а второе — голубого, словно безоблачное небо, никогда бы не сказал о своих мыслях обидчику, даже если бы захотел... Кто он, чтобы перечить Хидео Наоки, лучшему ученику параллели? Хоть он и незаслуженно получил этот титул, но всё же... Брюнет с острыми чертами лица и почти чёрным цветом глаз покорял сердца харизмой, лестью, но это лицо — не его истинное. Он лицемер, готовый пойти на многое, ради достижения своей цели. Юному Акире парень напоминал волка, вечно вьющегося в своей стае, но, в то же время, остающегося.. одиноким. Это читается во взгляде в определённые отрывки времени. «Чёрт... Опять опаздываю! Чёртов Наоки! Из-а него проторчал в уборной, смывая кровь с лица!» — подумал Имаи, услышав душераздирающий звук школьного звонка. Старшая школа не прощает опозданий, как и директриса, которая сейчас должна была вести урок. Семнадцатилетний паренёк ринулся к классу, поправляя по пути свои круглые очки в тонкой железной оправе. Что же до остальных учеников? Они уже давно покинули просторные коридоры, разойдясь по классам. Весна... Из открытых окон трёхэтажного здания доносился лёгкий ветер, изредка внутрь коридоров и классов залетали розовые лепестки уже отцветающей вишни. Несколько деревьев сакуры растут рядом с частной школой с малочисленным количеством учеников. Вернёмся к Акире. Ученик забежал в аудиторию, надеясь не попасться на глаза учителю, но чуть было не врезался в женщину с холодным тяжёлым взглядом. — П-простите, Шидзу-сама! — мальчишка по привычке склонил корпус в полупоклоне, прижимая к себе порванную сумку с учебниками, которая пострадала при последней драке. — Что с твоим лицом, Акимара? — спросила она безразличным тоном, жестом позволяя выпрямиться в спине. — Акира, сенсей... — директриса постоянно коверкала либо имя, либо фамилию парня. Возможно, просто забывала, как правильно, а, может, и специально говорила неправильно. На вопрос о лице тот задумался, но, периферийным зрением заприметив в классе Хидео, спокойно ответил, — Я оступился, когда шёл по лестнице. Упал и разбил губу. — Опять? Ещё раз так "упадёшь" — вызову родителей в школу. — этого Имаи совершенно было не нужно, он не хотел подвести своих родителей, желал, чтобы они гордились им, а не краснели за него в директорском кабинете. — Я понял... — Хорошо. Садись и не срывай занятия. Женщина в длиной тёмной юбке до пола продолжила своё повествование по теме урока. Кажется, это было повторение кандзи... Снова. Такому отличнику, как Акира, вникать в это в очередной раз было через чур скучно. Он устроился на своём месте, в самом углу класса подле окна. Из этой точки пространства лучше всего был виден школьный двор и всё происходящее на нём. Мечтатель устало прикрыл глаза, вспоминая сегодняшнее утро...

***

Только прозвенел будильник, на часах шесть часов утра, ещё только алеет рассвет. Блондин привык просыпаться вместе с солнцем, встающим из-за горизонта. Парень поднялся с постели, потягиваясь и зевая. На несколько секунд он замер, смотря в высокое зеркало своего гардероба. Следы от бычков потушенных сигарет на плечах и груди, синяки на боку и торсе от пинков, заметные отметины чужих рук, оставшиеся синими пятнами на руках... А мама ещё спрашивает: «Почему ты постоянно ходишь в водолазках и кофтах? Жарко же». — Да, мамочка, жарко.. Но так будет лучше. — сорвалось с уст Акиры, когда тот вновь вспоминал слова матери. Даже удивительно, что родители до сих пор не заметили всего этого. Имаи умел хорошо скрывать свои эмоции: боль, агрессию, злобу, грусть... Он скрывал всё это либо за неуместной улыбкой, либо за полнейшим безразличием. Чаще всего, ложь от правды отличить не удавалось. За умыванием и завтраком последовало одевание: обыденная водолазка кремового цвета, чёрные брюки, слегка растрёпанные волосы, чем-то схожие на солому, и грязно-зелёная сумка через плечо. Родители школьника, обычно, выходили с рассветом. Оба работают в больнице, мама — медсестра в приёмном покое, а отец — хирург. До работы им добираться долго, потому выходят крайне рано, с сыном, обычно, видятся только вечером, если, конечно, им не выпадет выходной день. Пожалуй, к школе всё готово. Ой, точно, ещё ведь очки, которые парень взял с тумбочки перед самым выходом. Сам путь занимал около пятнадцати минут и не сулил особых приключений. Всё шло как нельзя лучше, хоть подросток и ожидал, что вскоре всё изменится далеко не в лучшую для него самого сторону. Особый взор падал на деревья, на тянувшуюся дорогу к учебному заведению, на котов, пробегающих мимо. Сын медработников легко улыбался, от него так и веяло доброжелательностью, но вот только в глубине души мальчишка гадал, куда его ударят сегодня... Это уже стало обыденностью. Он сам не понимал, что так повлияло. Может, то, что он в этой школе первый год? Или, может, он слишком быстро стал отличником и расположил к себе некоторых учителей? Заучка... Так его окликивали, не пытались скрыть, называли в лицо. В лицо парня прилетало немало оскорблений, с которыми он уже смирился. Имаи терпел все высказывания в свой адрес, никогда не отвечал агрессией на агрессию, хоть иногда это бы и не помешало. Пребывая в своих мыслях, Акира и не заметил, как добрался до школьного двора. Округа была осыпана лепестками опадающей вишни. «Как жаль, что она цветёт так мало... Почему она цветёт лишь неделю?» — подумал блондин, приближаясь ко входу в частное учреждение. Но вот только дойти до цели ему не удалось без остановки. Он почувствовал чужую ладонь на своём плече и уловил знакомый запах табака и одеколона, который узнал бы из сотни. «Хидео...» — лишь успело пронестись в его мыслях. — Торопишься, Кира? — брюнет снял очки с одноклассника, ловко нацепив их на свою переносицу. — Наоки, отдай.. это моё. — протараторил ослеплённый парнишка, стараясь сделать интонацию жёстче, но безуспешно, — Что тебе от меня надо? — Какие мы смелые сегодня. — усмехнулся тот, ухмыляясь, — Мне нужен ты. Весь полностью, а не что-то от тебя. Эти слова задели Имаи, на щеках его тут же вспыхнул неконтролируемый румянец, который скрыть он не мог. Парень надеялся, что кареглазый этого не заметит. — Что ты раскраснелся, гадёныш? — вновь усмехаясь, спросил Наоки, прекрасно знавший о чувствах парня и умело манипулирующий этим, — Выбью я из тебя когда-нибудь эту дурь. Не успел светловолосый ничего ответить, как ладонь парня сжалась, сдавливая плечо одноклассника. Брюнет поволок его за школу, где уже поджидали дружки Хидео. Бесчестно и подло нападать втроём на одного, но кого это волнует? Сейчас паренька спасло лишь время, пунктуальный брюнет никогда не опаздывал, и сейчас не собирался. Со всего маху он ударил одноклассника, разбив тому губу. Акира в этот момент случайно выронил свою сумку, над которой постарались другие подростки, пинками порвав её. С этим одноклассники гетероглазого устремились к аудитории. Можно сказать, что отличник легко отделался.

***

Из воспоминаний блондина вытянул звонок с урока. Благо, не нужно переходить в другой кабинет, все занятия проводятся в одном классе, за исключением физкультуры и, изредка, изобразительного искусства. К слову, о физкультуре. Кажется, она сегодня последним уроком... Имаи не посещает эти занятия, не хочет, чтобы следы на его теле увидели посторонние, что не удивительно. С липовой справкой уважительной причины отсутствия добиться не сложно. Но, всё же, сегодня придётся сходить, показаться, убедить учителя в том, что ученик ещё жив, чтобы получить аттестацию по предмету. Акира мечтательно представил себе уставшего Наоки в влажной и просвечивающей от пота футболке. Представил, как, сквозь ткань, проглядывается его тело — торс и грудь. Представил волчий взгляд тёмных глаз... Из-за этих фантазий на лице парнишки снова появился румянец. Ладно бы, только он... Школьник как можно быстрее постарался отогнать от себя эти мысли, пока это ещё возможно.

Послышался очередной школьный звонок...