Это любовь

— Вот так, значит? — уточняет Идзаки и смотрит с крыши вниз, будто раздумывает, не прыгнуть ли «с тарзанкой» без тарзанки. — И никаких проблем? — А какие могут быть проблемы? — реально не понимает Серидзава. Все ведь уже выяснили. — И будем, как вот эти два придурка? — опять спрашивает Идзаки. — Блядь, они хоть бы дверь прикрывали, это же пиздец какой-то… Там, куда он смотрит, на лестничной площадке один судзурановец явно отсасывает другому. Для разнообразия оба в черной школьной форме, и с такого расстояния различить, кто есть кто, невозможно. — По-моему, там обоим неплохо, — роняет Серидзава. Оказывается, разговаривать с Идзаки еще сложнее, чем драться. И за что ему не Тацукава? — Угу. Главное, хрен поймешь, кто из этих ебанатов лидер школы, а кто его генерал. Ах вот оно что. — Завтра постригусь и высветлю волосы. Устроит? Идзаки думает. Долго думает. Всерьез. — Нет, — говорит наконец. — Не нужно. Двух блондинок Судзуран не переживет. — Насрать мне на Судзуран, — выдает Серидзава — и тоже серьезно. — Школа почти закончилась. — А мы почти начались, хочешь сказать? — Идзаки типа шутит. Только нихрена он не шутит. — Если ты не против. Судя по отчаянно-решительному взгляду, Идзаки действительно не против. Вот и хорошо, думает Серидзава, осталось не облажаться при первом тесном контакте. Любовь — это вам не морды бить. Любовь — это… Додумать он не успевает. Когда решение уже принято, Идзаки не затягивает с реализацией.