«юная любовь»

- У тебя всё хорошо? - в недоумении спросила Энни, ведь Пик, по её сведениям, серьёзно не тренировалась уже около полугода. А в беседах один на один она часто с упоением говорила о том, как красиво округлились её бедра, какой приятный мягкий животик у неё появился. - Вполне. Знаешь, я бы не хотела возвращаться в былую форму, но если бы ты помогла мне усовершенствовать мои навыки ближнего боя... Энни удивилась ещё больше. - Навыки ближнего боя? С кем сражаться собралась? - и только задав вопрос, в голове сам собой возник ответ на него. - А, понятно, - улыбнулась блондинка и хмыкнула, - уже боретесь, значит. Поддаёшься в карточном поединке, но не хочешь честно признать своё поражение в том, в чём действительно не сильна? Девушка практически закрывает дверь перед носом Пик, но та успевает подставить ногу к косяку. После резко хватается за ручку так, что хлипкая металлическая конструкция чуть не разлетается на винтики, издавая неприятный лязгающий звук. - Эй! Я ещё не закончила. - Да, подружка? - произносит чуть раздражённо Энни. - Неужели не поможешь мне? Говорят, что в кадетском корпусе ты тренировала нескольких человек. Значит, была готова помогать чужакам, но не мне? Энни, кажется, совсем забыла об этих достаточно многочисленных эпизодах своей жизни. На её лице появился оттенок задумчивости. Тренировала нескольких человек в кадетском корпусе? Да, она действительно это делала, хоть сейчас и считала свои действия глупыми и даже абсурдными, но тренировать их было легче, чем избегать этого, особенно когда люди могли по достоинству оценить то немногое, что у неё хорошо получалось. Тот же Эрен, к примеру. И ещё несколько наивных мальчишек из Военной полиции, правда с ними было не так интересно. - Я занята. И к тому же твоя цель довольно странная. Думаешь, что победишь Кирштейна? Да и при каких таких обстоятельствах тебе действительно могут понадобиться эти навыки? - Энни скрестила руки у груди. Пик под пристальным взглядом Энни взялась за дверь и шире открыла её. Она вошла в каюту и приземлилась на коврик около кровати, побаиваясь в данный момент садится куда-либо ещё. Ноги брюнетки окрепли, ведь она давно не становилась титаном, однако они всё ещё не стали настолько сильными, чтобы можно было пробегать длинные дистанции или хорошо прыгать в высоту. - Чем же ты занята? Выглядит так, будто ты просто сидишь и наслаждаешься компанией этой вещички, - Пик указала на пиджак и своими словами попала точно в цель. Удивительно, насколько хорошо ей удаётся понимать людей и даже таких закрытых как Леонхарт. - Не твоё дело. И я не хочу переодеваться, - Энни сильнее сжала лацканы пиджака, в знак протеста живо залезая в рукава и застёгивая пуговицы. Блондинка, внешне сильная и непреклонная, едва сдерживалась, чтобы не выгнать соседку силой, так ей нужны были одиночество и покой. С другой стороны, она чувствовала от Пик поддержку, какую не ощущала уже давно и была очень благодарна за это. Дружеская поддержка со стороны девушки, да со стороны кого угодно... Этого со времён кадетского корпуса ей так не хватало. - Я не буду тебя уговаривать, - демонстративно лениво произнесла Пик с едва уловимым растущим азартом в голосе, - но, возможно, смогу предложить кое-что взамен. - Тебе есть, что мне предложить? Не думаю, что это так, - скучающе ответила девушка, зевая, вдруг оказавшись в обволакивающих тепле и уюте пиджака, нещадно клонившие в сон, учитывая, что ночью она спала мало. - Но ведь я могу попробовать? - Пик загадочно улыбнулась и покинула каюту на некоторое время, оставив дверь приоткрытой. Брюнетка быстро вернулась, подкрадываясь, пряча руки за спиной и лукаво улыбаясь, будто скрывая что-то от любопытного ребёнка, а не от безразличной взрослой Энни. - Держи, - Пик вытянула руку перед собой, наконец показывая, что она принесла. Пальцы сжимали невероятно большую ракушку, которая поражала воображение не только своими размером и формой, но и необычной окраской. Не белая или бежевая, а синевато-голубая, словно её покрасили каким-то составом. Местами с белыми прожилками. Немного блестящая и идеально гладкая. Голубые глаза сделались круглыми. Девушка никогда не видела ничего подобного и хоть её и не интересовали ракушки, был кое-кто, кого этот экземпляр действительно мог впечатлить. Чуть позже к ней пришло осознание того, что она слишком явно и бесконтрольно проявляет эмоции, с головой выдавая себя, но было поздно, да и Пик, к слову, не выглядела удивлённой. Энни в какой-то момент показалось, что брюнетка не удержит ракушку, что она выскользнет из рук и разобьётся на тысячи мелких осколков. И от этой мысли её сердце забилось намного быстрее. Нельзя было этого допустить. - Отдай это мне, - потребовала блондинка, насупившись, практически встав в боевую стойку. Казалось, что, если Пик откажет, Энни возьмёт своё силой. Брюнетка рассмеялась и притянула руку к себе, подразнивая. Примерно такой реакции она и ожидала. - Тогда потренируй меня. - Хорошо-хорошо, я согласна, только отдай мне это, - Энни в нетерпении указала пальцем на ладони подруги. - Держи. Пик вложила раковину в холодные чуть трясущиеся руки. Леонхарт завороженно стала глядеть на то, что сама так крепко теперь держала. Да, ей начало казаться, что в море и его обитателях действительно есть что-то манящее. Наверное, живя поблизости от большой воды с рождения, она не могла в полной мере понять удивление тех, кто только несколько лет назад побывал на берегу бескрайнего солёного водоёма впервые. Блондинка залезла во встроенный шкаф каюты и достала оттуда плед, завернула в него ракушку, чтобы с ней наверняка ничего не случилось. В тишине прозвучал облегчённый выдох. Теперь всё в порядке. - Секундочку, я сейчас переоденусь, - начала Энни, ловко стягивая с себя юбку и чулки, собирая волосы в неряшливый, но крепкий пучок. Пик отвернулась, чтобы не смущать подругу, хотя и знала, что смутиться тут может скорее она сама. - Я купила эту ракушку на рынке в одной из последних поездок. Мм, у Армина же скоро День рождения, - тут она не удержалась и всё-таки повернула голову в сторону блондинки, - вот я и подумала, что его коллекции не хватает чего-то такого. Конечно, теперь мне придётся искать другой подарок, но я думаю, что получить ракушку от тебя ему будет намного приятнее. Хотя и не обязательно дарить её на День рождение. Можно сделать сюрприз на годовщину или на какую-нибудь другую круглую дату, ой, - Пик внезапно остановилась, поняв, что болтает много лишнего. Энни с голыми коленями и всё ещё в пиджаке, который полностью прикрывал ягодицы, полезла под кровать за чемоданом с одеждой. Когда она наклонилась, непослушная прядка выбилась из причёски и Леонхарт уже привычно сдула её и заправила за ухо. Слова Пик странным образом подействовали на неё и на некоторое время блондинка забыла, что именно хотела достать из чемодана, и просто сидела на коленях, уставившись в пол. - Годовщину? - слова произнесены почти на автомате. - Ага. Ну знаешь, что-то вроде «месяц отношений» или годовщина первого свидания, первого поцелуя, первого секса. В общем-то, можно придумать любой повод. - На что ты намекаешь? - Энни, которая не собиралась скрывать отношения, поняла, что и открыто говорить о них ей не очень-то хочется. Она приподняла бровь на секунду, а потом вспомнила, что искала тренировочную форму и продолжила копошиться в чемодане. - Сложно не заметить, что между вами что-то произошло. Так... - Так что? - перебила Энни, боясь услышать очевидный вопрос, выигрывая какие-то доли секунды на размышление, внешне стараясь транслировать отстранённость и спокойствие. - Что-то было? Леонхарт прикрывает глаза, отворачивается к кровати, чтобы снять пиджак и аккуратно положить его на простыни. Надевает толстовку и всё ещё молчит. Поворачивается. - Пик... - произносит Энни, словно прося не давить на неё, и натягивает тренировочные брюки. Не то чтобы девушке казалось неправильным обсуждать свои отношения с единственной подругой, нет, но ей было сложно анализировать их даже наедине. Немая просьба прошла мимо брюнетки или та просто не захотела обращать на неё внимание и продолжила. - Тебе крупно повезло, что за завтраком никто не прокомментировал то, что Армин отдал тебе пиджак, а я видела, как ребята сдерживались... Кулаки невольно сжались, а подбородок опустился вниз. - Сейчас я сделаю первую подсечку и ты с грохотом упадёшь на пол, - угрожающе начала Энни. - Впрочем, в чём-то ты права. - И в чём же, подружка? Блондинка сделала глубокий вдох. Всё-таки рассказать будет легче, чем бесконечно уходить от разговора. - Наши отношения, кажется, действительно перешли на новый уровень. Пик коротко кивнула, чуть отворачиваясь, чтобы спрятать внезапно дрогнувшие и поднявшиеся вверх уголки губ. Она давно обо всём догадалась. - Неужели, Энни, и что же именно между вами произошло? Знаешь, за время твоего отсутствия вчера вечером ведь могло случится всё что угодно. Тебя так долго не было. - Мы поговорили. Энни опустила глаза в пол. Ей было неловко говорить о событиях вчерашнего вечера с кем-то. Даже вспоминать наедине без покрасневших ушей было практически невозможно. Это не укрылось от Пик. - Поговорили? Да, это явно новый уровень в ваших отношениях, - брюнетка хмыкнула, в то время как хозяйка каюты сверлила её взглядом. - Так о чём вы разговаривали? - Возможно, тебя это не касается? Пик задавала слишком много вопросов и Энни поняла, что ей самой это не нравится. Фингер приобняла блондинку за плечи со спины, ободряюще похлопывая, а та находилась в ступоре несколько мгновений. Ей нужны были эти объятия. - Ты права. Но чтобы там ни было мы всё равно скоро об этом узнаем. Все узнают и очень скоро? Да, Энни и самой так казалось. Ведь Пик и Жан наверняка уже успели сделать какие-то выводы, а Райнер и Конни заинтересовались ситуацией сегодня утром. Ещё одно неловкое движение выдаст их с головой. - Ну, - начала Леонхарт, изворачиваясь так, чтобы выбраться из объятий. - Армин предложил мне встречаться. Пик ожидала нечто подобное от него. Прошло много времени с выхода Энни из кристалла и он, в отличие от своей девушки, успел разобраться в своих чувствах. Возможно поэтому Арлерт и действовал так быстро и решительно. - О, я очень рада за тебя, Энни. За вас. Ты же согласилась? Конечно, не могло быть иначе... Блондинка подошла к Пик, поправляя её довольно нелепую боевую стойку. - Не задавай глупые вопросы, Фингер. Лучше попробуй... - Энни указательным пальцем ткнула себя в грудь, призывая подругу перейти в наступление. - Ты ведь за этим пришла? Пик замахнулась, однако её рука не встретила препятствия в виде человеческого тела и лишь просвистела в воздухе, заставляя покачнуться и ахнуть от неожиданности. Она еле устояла на ногах. Правое плечо неприятно потянуло и левой рукой девушка аккуратно накрыла его, растирая, чтобы устранить неприятные ощущения. Энни в это время уже стояла в другом конце каюты, ловко и бесшумно отскочив туда во время атаки. - Так что ты собираешься дарить Армину на День рождения? Двадцать один год... Это важное событие. - Сложно сказать. Учитывая, что сейчас наши отношения несколько изменились, - задумчиво произнесла Энни, с лёгкостью избегая все попытки Пик атаковать её. - Есть кое-что, что может понравится любому мужчине, - поддразнила смущённую Леонхарт Пик, всё больше задыхаясь от частоты наносимых ей ударов. - Неужели, Пик, на себе проверяла? - Вроде того. - Ну так что же должно понравиться Армину? - Ты разве сама не понимаешь? Армин ждал тебя целый год, хотя если считать время, проведённое тобой в кристалле... Довольно сложно представить, что в голове у парня в таком возрасте, однако ты можешь попытаться. - Твои мысли заходят слишком далеко. Лучше сосредоточься на тренировке. Давай, попробуй атаковать ещё раз, - Энни пытается незаметно сменить тему разговора. Не хватает сил даже возразить Пик. - Так ничего не было, подружка? Энни коснулась своих губ, вспоминая влажные неумелые поцелуи в темноте обеденного зала и неловкий разговор, чувство облегчения и радости. Под натиском вопросов она сдаётся. - Только поцелуи, если для тебя так важно это знать, - практически шёпотом произнесла Леонхарт, - Фингер! Блондинка начала очередное наступление, заставляя Пик защищаться. Брюнетка продержалась на ногах недолго и оказалась прижатой к полу. Тяжело дыша, она перевела взгляд на сидящую на ней девушку. - Жан... Как поиграли с ним? - теперь вопросы задавала Энни. - Всё прошло довольно неплохо, - Пик закусила нижнюю губу, прежде чем продолжить, - но нас прервали на самом интересном моменте. Наверное, играть в карты днём - не самая лучшая идея. - Прервали? - А всё Конни. - Так вы... Ты... - Энни не могла внятно сформулировать вопрос. - Мы были в его каюте. Мужской блок... Ох, Энни, мы в такой передряге из-за этого посла, но я так благодарна судьбе за этот шанс. Он точно неравнодушен ко мне, - Пик закинула руки за голову, ненадолго забывая, что сейчас она на тренировке. - Рядом с тобой сложно оставаться равнодушным, ты же видела себя в зеркале. Пик пригладила чуть влажные от пота растрёпанные волосы. Кажется, пора вставать. Лежание на полу явно не поможет стать сильнее. Энни протянула руку и помогла подняться. - Слушай, ты же знаешь, что я использую силу противника против него самого. И в этом плане Жан идеально подходит. Он высокий и тяжёлый, ну и, конечно, сильный. Так что, можешь попробовать сделать вот так, - девушка встаёт и медленно перемещает руки и ноги в пространстве для демонстрации движений, чтобы Пик смогла повторить приём. - Теперь попробуй на мне. Я не два метра ростом, но начать с чего-то стоит. Пик, немного покачиваясь, поднялась на ноги. Выдохнула. Встала в стойку. И лишь едва смогла задеть Энни, ведь та мастерски увернулась. - Довольно неплохо, просто я быстрее. Но если ты усыпишь его бдительность, что будет довольно просто, - девушка приподняла бровь, - и потренируешься ещё немного, то победа будет тобой. - Спасибо, Энни. Блондинка хмыкнула вместо ответа. Она ещё не привыкла принимать слова благодарности. - Так, ты хочешь уложить его на лопатки? Разве так обращаются с человеком, который нравится? - поинтересовалась Энни. - Просто хочу, чтобы он не был таким непробиваемым, - задумчиво произнесла Пик. - Боже, подружка, - последнее слово Энни произнесла по слогам, повторяя интонацию Фингер, - что между вами вообще произошло? - Я ударила его со всей силы, а он даже не поморщился. - И теперь ты желаешь это исправить? - Энни засмеялась. - Вроде того. Когда выдастся возможность. Надеюсь, что выдастся. На этом корабле творится чёрт знает что и ни в чём нельзя быть уверенной. Поскорей бы ощутить твёрдую землю под ногами. Девушки думали об общей миссии всех тех, кто сейчас был на корабле. Их обеих тяготила эта тема, но они не поднимали её в разговорах один на один, как и любые другие политические вопросы. В личных каютах, по мнению Энни и Пик, не было места работе. - Возможно, тебе стоит пригласить его к себе. Я не буду возражать, - Энни пожала плечами. Со вчерашнего дня она как будто бы стала лояльней. Да, Леонхарт бы была не против остаться с Армином наедине, чтобы их общению никто не смог помешать. - Пригласить к себе? Мм, это не приходило мне в голову.... Азартная часть личности Пик построила тысячу и один план того, как пробраться в мужской блок без лишних свидетелей. И даже подготовила речь на случай, если её всё же заметят, однако решение лежало на поверхности. Практически пустой женский блок был идеальным местом для такого рода встречи, которую уже вообразила в своей голове брюнетка. - Пик, я собиралась отнести пиджак Армину. Скоро обед, ты знаешь, мне бы хотелось успеть сделать это до него, так что заканчиваем. Для первого раза достаточно, думаю, что завтра у тебя будут болеть мышцы. Нужно грамотно распределять нагрузки. Так что будем тренироваться через день вместе, согласна? - Да, Энни, спасибо за то, что помогаешь мне и за то, что слушаешь. Не знаю даже, с кем бы ещё на корабле я могла быть так откровенна. - Я не прочь поговорить. По крайней мере такое желание появляется в последнее время всё чаще и чаще. - Возможно, ты просто становишься самой собой. Узнаем это через некоторое время, если, конечно, останемся живы. К послам не все относятся благосклонно. - Да уж, а ты оптимистка, - чуть улыбнулась Леонхарт. - И тебе пора, - Энни кивнула на дверь. - Удачи, - Пик подмигнула подруге и, чуть подпрыгивая, покинула каюту. Оставшись одна, девушка вновь надела повседневный наряд, только теперь под жакетом была тёплая персикового цвета водолазка, полностью закрывающая шею. После Энни открыла шкаф и достала плед, развернула его и облегчённо выдохнула. С ракушкой всё было хорошо. Укутала её ещё тщательнее и вернула на полку нелепо свёрнутый отрез шерстяной ткани. Блондинка выходит из своей каюты, проходит по палубе и медленно спускается в мужской блок, с замиранием сердца прислушиваясь к каждому шороху, несколько нервничая. Возможно, ещё никто не знает, что они с Арлертом встречаются, но они действительно встречаются! И этот факт делал Энни смелее в своих действиях. Последняя ступенька осталась позади и перед девушкой распростёрся длинный коридор мужского блока с мигающей лампой. Удивительно мрачно по сравнению с женским блоком. Девушка не знала, какая из многочисленных кают принадлежит Армину. Времени на размышления нет. Да оно, собственно, и ни к чему, потому что одна из дверей в это время как раз открывается и из неё выходят Конни, Райнер и Жан. Доля секунды и Энни догадывается, что Армин внутри. Поникшие лица ребят сразу же бросаются в глаза. Очевидно, что мужская часть Альянса устроила короткое собрание по насущным вопросам. Случилось что-то настолько серьёзное, что они не стали дожидаться обеда для переговоров? Леонхарт была даже рада, что не присутствовала на собрании,ведь сейчас в её жизни было и так достаточно переживаний. Неловкое молчание. Кажется, что парни не ожидали встретить тут кого-либо, а Энни в особенности. - Армин... Это его каюта? - девушка указала на дверь, из которой только что вышли ребята. - Я принесла ему пиджак. - Да, точно - кивает Райнер, подтверждая догадку Леонхарт. Ребята удивлённо смотрели на девушку, попутно переглядываясь между собой. Им казалось, что Армин и Энни пытаются держаться подальше друг от друга, хоть причина такого поведения не всем из них была до конца ясна, но тут она сама, такая несвойственно хрупкая, чуть неуверенная приходит к нему. Когда парни удаляются в свои каюты, Леонхарт легонько стучится в дверь, щадя тонкую кожу на костяшках. Только теперь, начиная осознать свою значимость, она стала больше заботиться о себе. Армин выглядит вымотанным и удивлённым. Вероятно, он не ожидал увидеть Энни, но быстро находиться и начинает улыбаться. Немного натянуто, но искренне. - Привет, - махнула рукой блондинка. - Надеюсь, ты не против, что я пришла. - Я всегда рад видеть тебя. Можешь приходить в любое время дня и ночи... Энни распахнула глаза. Приходить к нему, когда захочется? Это ведь не шутка? Даже теперь, когда они официально состоят в отношениях, действительно ли она может так делать? - Хорошо. Вот, держи, - девушка едва касается ладоней Армина, передавая ему пиджак, что он так любезно одолжил ей сегодня утром. - Такой тёплый, я действительно согрелась. Парень нехотя принял пиджак, чувствуя, как от него исходит тепло. Кажется, она действительно согрелась. А ему понравилось видеть Энни в своей одежде, ему понравилось то, как она утопает в ткани, как прячется от всего мира, как находит что-то тёплое и успокаивающее в такой мелочи. - К нам пришли новые сведения с земли. - Да, я так и подумала, - участливо ответила Энни, склоняя голову на бок и кладя руки на талию. Армин коротко кивнул. - Людей возле здания правительства становится всё больше и больше и они не хотят расходиться. В общем-то, даже есть убитые и раненые... - То, чего мы хотели избежать, - блондинка бессознательно понизила голос. - Ситуация серьёзнее, чем я предполагала. На восстановление относительного мира, наверное, уйдёт несколько дней или даже недель. - Да, у нас есть возможность провести в море несколько дней. Позже, если ситуация не изменится, мы вернёмся в Марли. Там тоже полно дел... В любом случае эта история разлетится по всему миру и очень быстро. Огласка будет невероятная. Возможно, это пойдёт нам на руку, да звучит жестоко... Энни, которая ходила туда-сюда во время разговора, буквально врезается в Армина. Неожиданность и испуг сменяются чувством спокойствия и она обхватывает его со спины. Крепко. Как только может. В какой-то момент Арлерту даже становится трудно дышать, что, впрочем, он никак не демонстрирует. Близость Энни и проявление ей инициативы дурманят разум и тело. Она, как будто чувствуя это, отдаляется, чуть смутившись, однако, парень притягивает её к себе и прижимает к груди. Девушка слышит стук и не понимает, то ли её сердце так быстро бьётся, то ли его. - Этого и следовало ожидать. Но, знаешь, мне начинает казаться, что всё действительно не зря. - Энни, - начинает Армин, нежно, как только может, поглаживая волосы Леонхарт, - никто не знает, чем всё закончится. И я думаю, что тебе не нравится то, что ты не можешь повлиять на эту ситуацию. Девушка с плохо скрываемым удивлением посмотрела на него. - Ты прав. Армин слабо улыбнулся. Они думали об одном и том же, но оба не хотели говорить об этом. Воспоминания Бертольда, которые Армин смог изучить от и до, а ещё и проанализировать. Энни не раз размышляла о том, как много Арлерт узнал о ней из памяти Гувера. Неужели он и вправду получил воспоминания о её детстве и всех самых тяжёлых моментах жизни? И даже видел смерть Марко? Армин был бы рад обнадёжить Леонхарт и сказать, что он видел мало, а то что видел, не представляет никакого интереса - пустяки, но это было не так. И он мог только прервать бесконечный поток мыслей по этому поводу, что проносился у Энни в голове. - Кажется, пора идти наверх. - Ага. Леонхарт направилась к двери, пока Армин стоял на месте, думая о том, уместно ли будет предложить вернуться к нему после обеда. Уместно ли пригласить к себе свою же девушку? - Может быть посмотрим мой фотоальбом после? Давно хотел тебе его показать. - А? - Энни обернулась и приложила руку к горячей щеке. - Ну да, можно. Я как раз не знала, чем занять себя. Слова Энни были наглой ложью. Она собиралась провести вечер в кровати, касаясь своих губ, шеи, вспоминая поцелуи Армина, что он дарил ей вчера. Вчера? Девушке сложно было в это поверить, казалось, прошло уже много-много времени. По меньшей мере неделя, а то и больше. Она понимала, что теперь имеет на него некоторое права, что может позволить себе намного больше. И у неё даже не было конкурентов за сердце Армина. Это она тоже понимала. На борту помимо неё из девушек была только Пик, но подружка была увлечена Жаном и вряд ли воспринимала Армина как мужчину вообще. Все права на Арлерта? Как так получилось, что он достался именно ей? Что он любит её, а не кого-то другого? - Вот и хорошо. За обедом атмосфера стала ещё мрачнее. О последних новостях рассказали Пик. По её лицу, впрочем, было сложно сказать, что она почувствовала в момент, когда поняла, что придётся провести в море ещё какое-то время. Неужели она сдерживает улыбку? Или дело в плохом освещении? Ребята отметили, что это выглядит довольно жутко в данной ситуации. - Я не улыбаюсь, - строго сказала Пик. - Наверное, это на нервной почве. Энни так и осталась сидеть возле Армина. И пока парень не держал столовые приборы, всегда крепко сжимал её руку. Пик то и дело смотрела на Жана, практически не скрывая этого. Он тоже всматривался в её лицо, но не так часто. Забавно, но их взгляды пересеклись лишь однажды, а именно под конец трапезы. Жан кивнул ей, словно говоря, что понимает её и то, что она не стала дожидаться его возвращения. Парень улыбнулся и опустил взгляд на шею брюнетки, которую всего несколько часов назад так сладко и нежно целовал. От нахлынувших воспоминаний пришлось сглотнуть. Пик заметила это и покрылась лёгким румянцем, кивнула в ответ и чуть толкнула его ногой под столом, снимая таким образом напряжение. После обеда ребята разошлись по делам, а Армин и Энни остались на палубе, чтобы позже незаметно пройти в каюту мужского блока. Опираясь на ограждение, вглядываясь в неспокойное море, они некоторое время молчат, пока Арлерт не накрывает руку девушки своей ладонью, отмечая, что кожа у неё снова холодная как лёд. Очевидно, даже водолазка и жакет не спасают от продуваемого насквозь ветра. - Пойдём? - спросил Армин, беря Энни за руку, бросая последний взгляд на хмурое небо и пенящиеся волны. Девушка сжала ладонь крепко, пытаясь впитать в себя жар его тела, тепло, которым он безвозмездно и щедро делился. Не так часто ещё они касались друг друга и она то и дело забывала, какая у него нежная кожа. Разве такое бывает с теми, кто пролил так много крови? Задаваясь этим вопросом не в первый раз, Энни думала о том, что, конечно, такое бывает. У неё самой же кожа мягкая и приятная на ощупь, вот только почти всегда холодная. Они бесшумно спускаются по лестнице и подходят ко входу в каюту. Ключ не пригождается. Как и в женском блоке, тут не боятся воров или незваных гостей, ведь на корабле все свои. Уже оказавшись внутри, Армин, недолго думая, запирает дверь и проверяет действительно ли она закрыта, дёргая её несколько раз на себя. Энни пытается не обращать на это внимание, не анализировать происходящее, однако только об этом и может думать. Она одна в каюте с Арлертом, в этом достаточно маленьком закрытом помещении. И он не хочет, чтобы им мешали, раз воспользовался замками. Леонхарт садится за массивный рабочий стол. Из небольшого деревянного ящика парень достаёт альбом и кладёт его перед девушкой. Он отделан изумрудным бархатом и приятен на ощупь. Армин из-за спины нависает над Энни и указывает пальцем на одну из фотографий. - Вот это я... А вот ты. Видишь? - Боже, как ты только разглядел тут что-то? Мы же тут все на заднем фоне и в толпе людей, просто капли в море. - Сначала я тоже не заметил нас на фотографии. Но решил оставить снимок, а позже, пересматривая альбом, разглядел... Энни взялась за край страницы, а Армин аккуратно накрыл её пальцы, чтобы они перевернули страницу вместе. - А вот и моя любимая, - парень указал на снимок, который в отличие остальных занимал целую страницу, хотя тут могло поместиться ещё как минимум две фотографии. На пареднем плане была запечатлена улыбающаяся Энни. Возможно, это была не самая искренняя улыбка, возможно, она заставила себя улыбаться, чтобы жители других государств не сочли её грубой и бесчувственной, чтобы не назвали монстром. В любом случае улыбка на лице Энни появлялась нечасто и Армин был действительно поражён, когда снимок только попал ему в руки. - У тебя такая красивая улыбка. - А? - Энни коснулась своей шеи, разминая её. - Ты должна знать это. Посмотри внимательнее. Девушка взглянула на снимок ещё раз. Спорить с Армином было бесполезно. Да она и не могла отрицать, что действительно хорошо получилась. Так значит, что у него на целой странице альбома одна единственная фотография, на которой запечатлена она сама. И эта фотография его любимая. - Спасибо. Энни произнесла это и поняла, что благодарит не только за комплимент. Армин, чуть подавшись вперёд, обнял Энни со спины за плечи, касаясь щекой её щеки, как делают кошки, когда дают понять, что человек им нравится. Практически инстинктивное действие. Энни приложила ладонь к его лицу. - Армин... Девушка чуть развернулась на стуле, чтобы посмотреть на него. Его заботливые с блеском глаза излучали тепло. Этот взгляд передался и Энни. - У тебя холодные щёки. Ты замёрз? - Нет, не волнуйся. Энни закрывает глаза и не открывает их чуть дольше обычного. Сможет ли она сделать первый шаг? Может ли она проявить инициативу? Ругает сама себя за нерешительность и слабость в убеждениях. Наконец целует Армина в щеку, а после чуть ниже, совсем возле губ. Её же губы на удивление очень горячие, практически обжигающие и не такие бледные как обычно. - Моя девушка... - начал Армин с некоторым придыханием. - Это звучит довольно странно, прекращай - быстро произнесла блондинка. - Но, что правда, то правда. Ведь ты моя? - Твоя девушка, - Энни чуть улыбнулась. - Ты моя. - Господи, да-да. Энни становится коленями на стул, оказываясь несколько ниже Арлерта. Она внимательно на него смотрит и протягивает руки к его плечам. Обхватывает, проходясь кончиками пальцев постукивающими движениями по спине, и немного прогибается. - Возможно, нам стоит продолжить то, что мы вчера начали? - сбивчиво спрашивает Энни. Она целует Армина прежде, чем тот успевает что-либо понять. Теперь у неё есть какой-никакой опыт и её движения более уверенные. Армин притягивает девушку к себе, чтобы она оказалась максимально близко. Грудные клетки и часть торса плавно слились в одно целое, а дальше между ними возник деревянный массивный стул. Оба разочарованно выдохнули, отрываясь друг от друга. Кажется, Энни растеряна и недовольна. Но это длится недолго, ведь за спиной блондинки Армин замечает свою идеально застеленную постель. Он подхватывает Энни под коленями и берёт её на руки. Такая лёгкая. Леонхарт не вскрикивает, не просит отпустить, а лишь улыбается и крепко держится за шею, хоть в этом и нет необходимости. Она доверяет ему и знает, что Арлерт не даст упасть. Невероятно, Энни действительно доверяет другому человеку. Безоговорочно и полностью. То, чего она всегда боялась, потому что знала: рано или поздно её предадут, бросят, оставят ни с чем. Армин был совсем другим. - Возможно, тебе стоит просить у Никколо двойную порцию... Почему ты такая лёгкая? - Не забывай, Арлерт, что ты на шестнадцать сантиметров выше меня. - Об этом сложно забыть, - Армин засмеялся своим же мыслям и выдержал паузу. - Ты совсем малышка, - произнёс и вновь залился смехом, таким звонким смехом. И Энни даже не было обидно, ведь её вообще сложно обидеть. А слышать смех Арлерта так приятно, да и неловкая попытка флирта ей очень понравилась. - Пытаешься флиртовать со мной? - Вроде того. Армин аккуратно кладёт Энни на кровать, но та быстро принимает сидячее положение. Ей вдруг кажется, что события развиваются слишком быстро. Только вчера вечером они открылись друг другу и впервые поцеловались, а уже сегодня она лежит на простынях в его комнате. Армин тоже садится на край кровати, беря Энни за руку. - Эй, о чём ты думаешь? - поинтересовался Армин. Он очень боялся, что мог напугать Энни своими действиями, боялся, что она подумает: он торопит события, ведь не может сдерживать свои желания. - У тебя скоро день рождения, так? - Да, точно. Совсем вылетело из головы. - Хочешь встречать его в море? - Хочу или не хочу, а выбора может и не быть. Возможно, что нам дадут разрешение на высадку, а, возможно, скажут возвращаться в Марли. Правда тогда мы всё равно будем в море. Наверное, оно осточертело тебе, но я всё ещё нахожу его невероятно удивительным. Оно такое разное, но всегда величественное и сильное, словно человек со своим неповторимым характером. Чем-то похоже на тебя. - Такое же холодное? - машинально отозвалась Энни. - Ты не холодная, а очень сильная. Жизнь закалила тебя, это правда. Я сам видел, - он приобнял девушку, чуть встряхивая её, как обычно делают лучшие друзья. Армин, получив доступ к воспоминаниям Бертольда, часто находил в них Энни. Иногда казалось, что в памяти Гувера и нет моментов, не связанных с Леонхарт. Она то и дело появлялась в поле зрения и его мыслях. Таким образом в голове Арлерта день за днём складывалась всё более цельная картинка личности Энни. Он ещё в кадетском корпусе думал, что в некоторой степени смог понять её, однако когда разведчики узнали, что девушка является шифтером женской особи, уверенности поубавилось. Воспоминания же Бертольда, которые Армин тщательнейшим образом проанализировал, расставили всё по своим местам. Энни предпочитала не думать о Гувере. Но, конечно, к ней в голову не раз приходила мысль, что Армин знает о ней из-за полученных воспоминаний намного больше, чем он говорит, чем она бы хотела и чем могла представить. - Ты очаровательна. Веришь мне? Армин положил руки на плечи Энни, заставляя её наклониться и спиной лечь на кровать. Она легко поддаётся, хотя, конечно, с её способностями могла легко оказать сопротивление. Армин лёг на живот возле неё так, что их лица оказались на одном уровне. Девушка остановилась на несвойственно тёмных глазах парня. - Что ты делаешь, Арлерт? - Провожу время со своей девушкой. - Боже, может ты перестанешь повторять это? - Если только... - Просто помолчи немного, - Энни накрыла рот Армина рукой. Парень покорно изобразил сопротивление, делая вид, что пытается что-то сказать. Получалось одно мычание, а вскоре он и вовсе затих. - Молодец, - Энни чуть улыбнулась и убрала влажную от слюней руку, целуя Армина в лоб. - Что ты делаешь? - Разве не видишь? Я целую своего парня. Энни касается губ Армина, а он завороженно на неё смотрит, сначала подушечками пальцев, заставляя открыться, а позже накрывает их своими губами. Уверенно, уже не чрезмерно влажно, а ровно так, как надо. Пропускает пальцы в его светлые мягкие волосы, чуть оттягивает их, проверяя реакцию. Инстинктивно ей кажется, что это должно быть приятно, и она оказывается права. Армин чуть замедляет поцелуй, быстро выдыхая на первой её хватке, а после возвращается к поцелую, будто открыв второе дыхание. Они принимают сидячее положение. Руки наметили воротник его свитера. Энни захотелось поцеловать его шею, притянуть Арлерта ближе. Она провела губами по подбородку. Парень кладёт руки на поясницу девушки, отчего та вздрагивает. Однако, вместо того, чтобы убрать их, она чуть прогибает спину. - Энни, не торопись, - тяжело дыша начинает Армин. - Наверное, у тебя настоящая каша в голове из-за последних событий. - Да, ты прав. Я плохо спала сегодня. - И я. Может быть отдохнём немного? - Было бы неплохо. Энни засыпает довольно быстро. Её волосы разлетаются по кровати, немного путаясь на концах. И Армин ещё долго разглядывает девушку, аккуратно пытаясь распутать волосы, чтобы ненароком не разбудить. Чуть позже парень и сам засыпает. Он гладит Леонхарт в полусне и та крепко неосознанно его обнимает. Поддаётся. Время ужина наступает очень быстро, а они всё ещё спят, а, возможно, просто притворяются. В какой-то момент начинают сдавленно дышать, практически одновременно выдавая себя. - Кажется, мы кое-что пропустили, - шепчет Армин, глядя на часы, понимая, что они опоздали на ужин и вечернее обсуждение дальнейших действий. Странно, что никто не искал их. Или же они спали так крепко, что не заметили стук в дверь? - Тебе кажется, - Энни ещё сонная придвигается к Армину и берёт его ладонь в свои руки. Молчит. Через некоторое время невесомо целует костяшки пальцев. Свободной рукой Армин гладит Энни по волосам, иногда останавливаясь своё внимание на отдельных локонах и наматывая их на палец. - Такие мягкие... - А? - Энни приоткрывает веки, чуть затуманено смотря на парня. - Твои волосы. - А, ну да, - бормочет Энни, будто бы и не понимая, с чем соглашается. - А сколько времени? Армин снова глядит на часы и переводит взгляд на свою девушку. - Половина девятого. Блондинка вдруг приходит в себя, побеждая то странное состояние, когда ты уснул днём, а проснулся уже глубоким вечером. - Неужели мы так долго спали? Теперь ночью заснуть не получится, только к утру, вероятно... - Правда? - каким-то странным, несвойственным ему голосом, произносит Армин. - Ты что-то задумал? - интересуется Энни, замечая во взгляде Армина озорные огоньки. - Всё зависит от тебя. - Боже, - смущённо шепчет Энни, отворачиваясь. - Энни, - позвал парень, поглаживая плечи и спину девушки. - Твои мышцы так напряжены. Ляг на живот. Девушка послушно переворачивается и убирает волосы с шеи. Армин помогает освободиться от жакета, и она остаётся в тёплой, повторяющей все изгибы тела водолазке. - Я не так хорош в этом, но всё же попробую. Я читал про различные техники массажа в одной из книг. И как-то даже опробовал одну из них на Конни, когда у него болела спина. Парень расположил руки на плечах, начиная с нежных поглаживаний. Водолазка несколько мешала ему и сковывала движения, но он не хотел нарушать личные границы Энни, заставлять её делать то, чего не хочет. Его руки поднялись чуть выше, нащупывая шейные позвонки, массируя достаточно тонкую кожу над ними. Мышцы постепенно расслаблялись в тех местах, где их касались настойчивые мужские пальцы. - Тебе не больно? - спросил Армин, когда ему показалось, что он надавил слишком сильно. - Очень хорошо, - честно призналась Энни, практически утопая в заботе. Сейчас как никогда казалось правильным пойти навстречу и предложить кое-что. - А тебе не мешает... А, ну ладно. Почти получилось. Смелее, Леонхарт! - Не мешает что? - удивлённо спросил Армин. Осознание пришло сразу же, как он произнёс последнее слово. - Ох. - Я хотела сказать, что, возможно, тебе мешает водолазка. - Ах, это. Не волнуйся, Энни. Она вдруг чётко поняла, что его вежливость и желание сделать всё правильно и вовремя не дают ему ответить иначе. - Но всё же? - Ты хочешь её снять? - задумчиво произносит Армин, продолжая делать массаж, натыкаясь на застёжку бюстгальтера. Ненадолго он останавливается. - Я могу. Энни приподнимается и принимает сидячее положение, подгибая под себя ноги. Она находится спиной к Армину и может только догадываться, что происходит у него в голове. Как-то медленно, что удивительно даже для неё самой, она стягивает водолазку, оставаясь в тонком кружевном лифе. Некоторое время девушка смотрит перед собой, размышляя о том, стоит ли снять бюстгальтер или это будет уже слишком. Всё же решается сделать это и кладёт вещичку слева от себя туда, где оставила водолазку. Энни снова ложиться на живот, показывая, что можно продолжать. - Армин, эй, - почти шёпотом с произнесла Леонхарт, когда парень долго для такого момента молчал и не думал продолжать массаж. Слова Энни, кажется, вывели его из ступора и он, дав себе немного времени, для того чтобы рассмотреть спину и чуть виднеющуюся из-под неё грудь, вернул руки на плечи, теперь чувствуя девушку совсем по-другому. От первого прикосновения она жмуриться, его пальцы оказываются неожиданно обжигающе горячими, хотя обычно они просто тёплые. Лёгкими движениями пальцев он очертил покрасневшую кожу там, где остались следы от носки белья. Ему хотелось разгладить их. Хотелось, чтобы они от его невесомых и нежных прикосновений тут же исчезли, словно их и вовсе не было. Энни так доверяла ему. Об этом он только и мог сейчас думать. Обнажить не только тело, но и душу, так искренне и честно. - У тебя много маленьких родинок на спине. Они как звёзды в ночном небе. Так красиво. - Я и не знала... Спасибо, - Энни зарылась головой в подушку, боясь пошевелиться. Руки Армина снова начали с шеи и плавно переходили к лопаткам, а потом спускались всё ниже и ниже, в какой-то момент достигнув поясницы. Движения стали более неторопливыми, ему не хотелось, чтобы этот волшебный момент заканчивался. Энни давно ничего не говорила и Армин даже подумал, что она снова заснула. Но только его руки чуть затронули талию девушки, она сильно дёрнулась, почти поднявшись с кровати, но вовремя вспомнив про свою наготу, прикрывая грудь руками, засмеялась и легла обратно. - Эй, я боюсь щекотки. Не делай так! - Извини. Так значит, ты боишься щекотки. Неожиданно. - А ты разве не боишься? - Нет. - Но ведь я могу проверить, Арлерт. - О, я очень этого хочу, - Армин повеселев, хмыкнул. - Да? Ну это всегда можно устроить. Только закончи с массажем. - Осталось ещё немного, - задумчиво произнёс Армин, почти затрагивая край чуть спущенной юбки. - Эй... - Уже закончил? - Нет. Я хотел сказать тебе о том, какая ты прекрасная. - Армин... Ещё несколько минут после того, как руки добрались до окончания спины, он поглаживал покрасневшую и разгорячённую кожу, пытаясь немного успокоить её. - Теперь точно всё. Хотя... - Армин наклонился и поцеловал Энни между лопаток. - Спасибо. Это было так приятно. Обо мне так никто ещё не заботился. Армин лёг на подушку так, чтобы видеть лицо девушки. Он знал, что подобные признания даются ей непросто, поэтому ценил их ещё больше. - Но ведь ты этого заслуживаешь. Тем более, что ты для меня очень близкий человек, - произнёс Армин. Он хотел бы сказать, что любит её, он обязательно ей это скажет, но сейчас ещё рано. - Кстати, уже поздно. Можешь остаться у меня, если хочешь, хотя наверное тебе будет комфортнее у себя. Я имею ввиду, что тут у тебя нет ночной рубашки и... Неожиданно прозвучавшее предложение удивило не только девушку, но и самого парня. - Рядом с тобой мне так хорошо спалось, - призналась Энни. - Мм, возможно, я действительно могу остаться. У тебя же есть что-нибудь, что я могла бы накинуть? - Да, конечно. Подожди немного. Армин полез в шкаф, в поисках одежды для Энни. Наверное, он был единственным, кто разложил свои вещи. Арлерт либо слишком любил, когда вещи лежат по своим местам, либо он был пессимистом настолько, что уже вчера предвидел, что может произойти нечто подобное и в море им придётся провести намного больше времени, чем изначально планировалось. - Вот, - Армин вытащил из шкафа огромную рубашку, которая на вид была великовата даже для него самого. - Думаю, что это подойдёт. Армин положил рубашку рядом с Леонхарт и удалился к письменному столу, чтобы не смущать её. Чуть позже в голову пришла мысль о том, что он бы мог оставить девушку одну в каюте на некоторое время. - Я могу выйти, если так тебе будет комфортнее. - Э, нет, всё хорошо. Пока Армин всячески пытался избегать смотреть в сторону Энни, девушка села на кровать и надела принесённую парнем рубашку. Она была намного ниже бедра и Леонхарт сразу поняла, что Арлерт дал действительно хорошую вещь, в ней она будет чувствовать себя спокойно. Ей удалось ловко снять юбку и чулки, положив их вместе с жакетом, водолазкой и бюстгальтером. - Ну как я выгляжу? - спросила Энни, намекая Армину на то, что на неё снова можно смотреть. - Потрясающе, - Арлерт улыбнулся, осторожно рассматривая Энни, пытаясь скрыть насколько сильно её внешний вид сейчас воздействует на него, практически парализуя. - И снова в моей одежде. Хорошая тенденция. - Неужели? - складывая свои вещи на свободный стул, произносит Леонхарт. Она залезает на кровать, становясь на четвереньки, чтобы добраться от края к изголовью и лечь на мягкую подушку. Армин пристально следит за ней. Ещё несколько сантиметров и ткань бы перестала прикрывать её бедра достаточно, но она как-то смогла избежать этого и быстро залезла под одеяло. Уставилась на парня. Улыбнулась. - Эй, ты долго будешь там стоять? Может быть переоденешься и присоединишься? - Энни похлопала по одеялу слева от себя. - Да. Армин стянул с себя свитер и майку, а следом и брюки и надел тонкие хлопковые штаны для сна. - Где твоя рубашка от пижамы, Арлерт? Или ты хочешь меня соблазнить? А ведь я и так еле сдерживаюсь. Не в первый раз парень перед ней без рубашки, но впервые она почувствовала, что он принадлежит ей, что они могут быть сколь угодно близки. Только попроси, Энни. Она усмехнулась собственным мыслям и прикрыла глаза. Армин залез под одеяло и нашёл её руку, обхватив её двумя своими. - Возможно, я надел эти штаны только ради тебя. А обычно я обхожусь и без них. Думаю, тебе стоит поразмыслить над этим. - Зная тебя, Арлерт, могу сказать, что ты бы вряд ли стал так рисковать. А вдруг произойдёт что-то экстренное и ты не успеешь одеться... Так что... - А ты права, Энни. - То-то и оно. Девушка откинулась на подушку так, что её волосы стали забавно торчать из-под головы. - Это не кажется мне странным, Армин. Нет, всё правильно. - О чём это ты? - О нас. - Энни, - шепчет Армин, располагая руки по сторонам от головы девушки. Глаза в глаза. А в них ни страха, ни боли, ни сожаления. Лишь теплота, забота и искорка чего-то слегка уловимого, что может вскоре разгореться настолько сильно, что начнётся пожар. Он заправляет прядку волос, что липла к её лицу, за ухо, сгибая локти и опускаясь ниже, в ожидании того, что она закроет глаза. И когда это всё же происходит, губы Армина касаются губ Энни, не тратя много времени на невесомые касания, быстро переходя к требовательным, более уверенным движениям. Её руки нашли его и она переплела их пальцы, образуя замок. Опыта была всё так же немного, но ребята достаточно быстро наладили проблемы с дыханием и теперь не приходилось отрываться друг от друга слишком часто. Им было мало друг друга. Практически физический неконтролируемый голод. Годы разлуки и ожидания, чувство потери и предательства, смятения, непонимания. Долгожданная встреча, признание и почти что прежняя потерянность. Слишком много времени потрачено зря и сейчас оба чувствовали это как никогда остро. - Армин, - оторвалась Энни, растягивая тонкую нить слюны между ними, задевая пальцами свои покрасневшие губы. - Армин, постой, - продолжила Энни, когда оторвавшись от губ девушки, парень начал невесомо целовать её шею. - Извини, что заставила тебя ждать. Армин ненадолго замер и вернулся к шее, жарче опаляя её. Он вовсе не обижался. И сейчас ему просто хотелось понять, нравится ли ей подобные прикосновения, но девушка не издавала ни звука, а острый локоть закрывал глаза. И только то и дело приоткрывающийся рот, который смалчивал всё, что таилось внутри, выдавал её. - Энни, - позвал Армин, особенно растягивая «э». - Разве ты не для сна осталась? - спрашивает и улыбается, всего лишь дразнится. И когда он только этому научился? - Как посмотреть, - лукавит девушка. - Днём с тобой было так спокойно, но сейчас я далека от спокойствия. - Что же тебя волнует? Она прикрывает глаза и пожимает плечами, чуть склоняя голову набок, чтобы спрятать улыбку. - Что-то в тебе. Возможно, твои волосы или отсутствие рубашки. Ах, а ещё, знаешь... Мне нравится, как ты целуешься. - Даже так, удивительно как много вещей одновременно волнуют тебя, дорогая. Могу ли я чем-то помочь? - говорит парень полусерьёзно. - Ты такой замечательный, Армин. И я пока не понимаю, чем заслужила счастье вроде тебя. - Эй, не говори так, - Армин крепко обнял её, прижал к своей широкой груди так, что их разделяла только тонкая ткань ночной рубашки. Рубашка, что раньше хорошо прикрывала бёдра, не выдержав напряжения, поднялась непозволительно высоко, почти до самой талии. Правда под одеялом это было незаметно. Однако, случайно он задевает мягкое оголённое бедро, когда хочет найти её руку. И Энни, к своему удивлению, не дёргается, нет, она полностью расслаблена. Ей это даже... понравилось? - Извини, - произносит в некотором страхе Армин. Ему не хочется, чтобы ей пришла в голову мысль о том, что ему от неё ничего не нужно кроме близости. Конечно, ему бы хотелось сделать это, но комфорт Энни был в приоритете и у него не было никакого морального права торопить её. - Повтори. - Извини, Энни. - Нет, не это, - Энни берёт руку Армина и кладёт её на своё бедро. - Это. Зрачки Армина расширяются. Невероятно, какая она сейчас открытая, уверенная. Только его. - Энни... - А? - Что ты делаешь? - Армин... Я хочу, - на этих словах брови парня приподнялись, - хочу, чтобы ты был рядом. Будь со мной, пожалуйста. Энни чуть перевернулась, оказавшись практически на Армине. Одеяло смялось где-то в ногах, демонстрируя оголившиеся бёдра девушки вместе с бельём. Парень протянул руки к талии Леонхарт и вернул их сначала на одно бедро, а потом и на другое. То ли от резкой смены температуры, то ли из-за будоражащих прикосновений, девушка покрылась мурашками. Армин почувствовал это и начал чуть растирать кожу. - Замёрзла? - Вовсе нет. Энни наклонилась к лицу Армина, щекоча его кончиками волос, начиная дышать тяжелее, практически незаметно раскачиваясь вперёд-назад. Наклонилась ещё ниже. Теперь Армин при желании мог увидеть её грудь, едва прикрытую не по размеру рубашкой. Однако, он неотрывно смотрел ей в глаза, пытаясь понять, что она задумала. Его взгляд был проницательным, необычайно ясным и не выдавал нарастающее с каждой секундой волнение и возбуждение. Его сознание было затуманено близостью девушки. Сколько раз он представлял её в своей кровати... Такую соблазнительную, податливую, нежную и красивую. С распущенными волосами и лёгким румянцем на щеках. Со сбившимся от желания дыханием. Он знал, что Энни тоже чувствует это. Руки Армина плавно двигались по внушительного размера бёдрам девушки, очерчивая то место, где начиналось кружево белья. - Энни? Ты знаешь, что я мечтал об этом? - О чём? - О том, что ты будешь моей. В моей одежде, в моей кровати. Армин был откровенен и Энни поверила. Так значит, он мечтал об этом моменте. Поверить в это ей было сложно, хотя Пик что-то говорила про потребности молодого мужчины. Наверное, это оно. Так или иначе, она тоже ждала того момента, когда они смогут стать ближе, хоть и не признавала этого. - Арлерт, где твоя невинность? - Сложно сдерживаться, когда перед тобой Энни Леонхарт. - Прекрати. - Не могу, - сказал Армин и опустил взгляд, наконец замечая, что его рубашка плохо прикрывает грудь Энни, особенно сейчас, когда она склонилась над ним. Картина неожиданная, но приятная и волнующая. - Что-то случилось? - искренне интересуется Энни, становясь ещё ближе, заметив перемену в настроении парня. - Не то чтобы, - начинает парень, а после указывает пальцем на вырез рубашки. Энни не сразу понимает, что имеет ввиду Армин, но когда всё же это происходит, не двигается с места. Она совсем забылась и теперь чувствует себя неловко, но не более. Так и должно быть. - Тебе нравится? - выдаёт девушка. - А? - вопрос ставит в тупик, хотя, конечно, у него уже давно есть ответ на него. - В таком положении трудно что-либо рассмотреть. - Но тебе бы хотелось? Армин не торопился с ответом, не до конца понимая, что сейчас будет правильным, а что нет. В голову пришла мысль, что она предлагает двигаться дальше сама. Если её остановить, то не будет ли она обижена или расстроена? - Я бы хотел. Если ты позволишь... Энни удовлетворил ответ и она расстегнула две верхние пуговицы, а после приспустила плечи рубашки так, чтобы они оголили ключицы и грудь. Ей действительно хотелось сделать это. Обнажиться перед любимым человеком, стать к нему ещё ближе. Что ещё она могла сделать для него сейчас? Ткань легко спустилась к бёдрам девушки, прикрывая их. Поток мыслей превратился из родника в широкую реку, однако один вопрос тревожил особенно. Возможно ли, что Армин сочтёт её недостаточно привлекательной? Её самооценка, впрочем, не была на самом дне и себя она считала довольно красивой девушкой, если, конечно, не брать в расчёт многочисленные едва заметные шрамы, что появились на теле с того момента, как сила девяти титанов исчезла. - Ох, Энни, - вырвалось у Армина и он прикрыл веки, мучительно долго, как показалось Энни, не поднимая их. Арлерт заглянул в её глаза, мягко кивнул, снова перевёл взгляд на грудь. Белая, как и остальная кожа, с розовыми ареолами и чуть красноватыми затвердевшими сосками, размером достаточным, чтобы девушка могла не комплексовать по этому поводу и при этом вести активный образ жизни без сильной нагрузки для спины. - Армин, - начала Энни, приводя парня в чувство. Сейчас ей как никогда требовались слова, чёткие и по делу. - Да? Парень же наоборот не хотел торопиться. Он чувствовал необходимость максимально насладиться моментом. - Ты в порядке? - продолжила Энни и поняла насколько абсурдный вопрос задала в нынешней ситуации. Она легко рассмеялась, раскрепощаясь. - Я уже говорил об этом... Ты очень красивая, Энни. - Да, но мне вряд ли надоест это слышать. - Можно? - Армин протянул руки к груди. Энии улыбнулась и немного наклонилась к нему. - Армин, сегодня проходит акция невиданных масштабов... Можно не только смотреть, но и трогать. Парень принял такой ответ, продолжив движение руками, подпирая груди своими ладонями. Энни пыталась наблюдать за его лицом, но её веки становились всё тяжелее и тяжелее. Большими пальцами Арлерт начал скользить по коже. Его более опытные друзья успели рассказать Армину многое и он точно знал, что различные манипуляции с грудью могут доставить девушке удовольствие. Кажется, они были правы, ведь Энни от этих движений изменилась в лице, кажется, сама она не понимала, что с ней происходит или же понимала, но ещё очень плохо. - Сегодня? - спросила на выдохе она. Армин не стал притворяться, будто бы не понял вопроса. - У нас впереди так много времени. И всё это время принадлежит только нам. Стоит ли торопиться? - непринужденно пожимает плечами. - И, знаешь, Энни, для меня это будет впервые. - И для меня, - призналась девушка, накрывая руку Армина своей и переплетая пальцы. - Знаю. И парень не лукавил, говоря это. Одно слово, но они оба знали, что за ним кроется много больше, а именно воспоминания Бертольда. Они в совокупностью с высоким интеллектом Арлерта иногда помогали ему делать интересные умозаключения. - Удивительно, что ты так хорошо меня знаешь. Мне каждый раз не по себе. В лице Арлерт появилась тень тревоги. Он предполагал, что эта ситуация рано или поздно даст о себе знать. - Не думай об этом, пожалуйста. В любом случае его воспоминания теперь мои, даже после того, как титаны исчезли... Энни, ты понимаешь? - Да, так странно... - Не то слово, - произносит Армин и возвращает руки на грудь Энни. Девушка понемногу успокаивалась, выходя из возбужденного состояния. Арлерт не хотел её дразнить, распалять, ведь в итоге сегодня это точно ни к чему не приведёт. Он притянул Леонхарт к себе так, что она легла на его грудь головой. Парень не знал, смущается ли Энни своей наготы или нет, но всё же решил укрыть их обоих одеялом. Это пришлось весьма кстати, учитывая, что в комнате было прохладно. Она очень долго не двигалась и ничего не говорила. И Армин, думая, что Леонхарт спит, начал накручивать её белокурые пряди на палец, легко отпуская их и снова накручивая. Нежный поцелуй в лоб. Чуть ниже губами он легко касается переносицы. - Я слышу, как бьётся твоё сердце, Арлерт. Так быстро. - Это из-за тебя.