You are my home

Они были похожи внешне, однако имели совершенно разные характеры. Одна постоянно улыбалась, обнималась со своими бесчисленными друзьями, другой же был несколько жестоким, улыбался редко, часто хамил и дерзил, еще чаще дрался. И все же они были парой со второго класса старшей школы, ну или, другими словами, четыре года. В институте все спрашивали солнечную девушку, что же она нашла в таком жутком и жестоком парне. Конечно, он был красив и мужественен, но вселял в других ужас. Розоволосая скромно улыбалась и говорила, что просто любит его. Однокурсники смотрели с недоумением на каждую встречу этой пары. Девушка бежала к нему с объятиями, а тот лишь уклонялся, резко и грубо говоря, что пора домой. И никто не знал, что именно там все и менялось. Дома, в их квартире, не успевала Юджи снять обувь, как Сукуна прижимал ее к своей груди, обнимая и извиняясь за грубость, а затем втягивал в поцелуй. — Сукуна, дай хоть обувь снять. — смеясь говорила Юджи. Но Ремен не давал. Вместо этого он подхватывал девушку за бедра, заставляя обвить его торс, а после снимал кроссовки с чужих ступней, впиваясь в губы очередным поцелуем. Завтра выходной, а значит можно было и развлечься. Утром Юджи проснулась от сладкого запаха, с кухни доносились тихие шипящие звуки. Надев белую футболку Сукуны, девушка вышла из спальни. Она старалась идти тихо, дабы не спугнуть того, кто сейчас что-то жарил на кухне. Кареглазая прислонилась боком к кухонному косяку и ее губы растянулись в нежной улыбке от картины перед ней. Сукуна тоже был в футболке и боксерках, а поверх был натянут красный фартук. Блины. Он готовил их, зная, как Итадори любила блины, приготовленные им. Да, Сукуна часто дрался, как в школьные годы, так и сейчас. Да, он грубил и хамил всем подряд, а она продолжала идти за ним, словно хвостик, зная, что стоит переступить порог квартиры, как все изменится. Да, знакомые и друзья не понимали, как девушка могла быть с таким грубияном. Но все они не знали одной важной вещи: Ремен никогда и ни за что не покажет своих истинных чувств на публике. Конечно, если кто-то обидит Итадори, он без всяких раздумий врежет этому человеку, но Сукуна никогда не возьмет ее за руку и не поцелует на улице. Он жил по понятию, что личная жизнь должна оставаться личной, а потому настоящая его сущность открывалась только дома, только Юджи. Итадори медленно подошла к Ремену, кончиками пальцев оглаживая рельефную спину, накаченную в спортзале, она коснулась губами его лопатки. — Доброе утро. — сказала розоволосая негромко. — Доброе, садись за стол. Я почти закончил. Кареглазая чмокнула еще раз чужую лопатку и села за стол. На светлой деревянной столешнице стоял чай в ее любимой кружке. Черный, с сахаром, что уже был заботливо размешан, небольшая долька лимона. Как она любит. Сукуна поцеловал ее в висок, прежде чем поставить перед Итадори тарелку с блинами. На самом верхнем шоколадом было нарисовано сердечко. Редкое зрелище даже для Юджи. — Это очень мило. Спасибо. — сказала она и сделала первый укус. — Вкусно. После их несколько тихого завтрака Ремен собрал тарелки с чашками и положив все в раковину, начал мыть их. — Я могла бы сама помыть посуду. — нарушила тишину Итадори, взглядом снова упираясь в могучую спину. — Мы же договаривались, что, когда я готовлю, то посуду и все остальное мою и убираю я. — начал Сукуна, не поворачиваясь. — А, когда готовишь ты, то вместе. Помнишь? — Да, я помню. Но никто их них так и не понял, когда этот договор превратился в правило, а затем и в привычку. Сукуна всегда придерживался правил их совместной жизни, прерывая на корню попытки Юджи их нарушить. — Пойдем фильм смотреть? — спросил Ремен, вытирая руки полотенцем и поворачиваясь к розоволосой лицом. Итадори кивнула и встав со стула, разведя руки в стороны. Парень понял все без слов. Подойдя к кареглазой, он поднял ее, вынуждая скрестить икры за его спиной, а руками обвить шею. — Сама будто не дойдешь. — притворно угрюмо сказал парень. — Нет, не дойду. — ответила Итадори, касаясь губами чужого уха. Фильм в объятиях, прогулка по парку, поедание вкусняшек, совместное приготовление ужина и наконец, сон в обнимку. Что может быть лучше?