***
-"Мицуки-тян!" Зеленоволосая молодая женщина окликнула свою давнюю подругу, которая по всей видимости занималась воспитанием сына. -"Ох, Мидория-сан, а мы вот с Кацуки уже собрались идти домой. Не хотите заглянуть на ужин?" Блондинка тепло улыбнулась и на ворчание младшего Бакуго, отвесила ему подзатыльник. -"Прости, но как-то неловко...Мне просто был нужен твой совет" Из-за спины Инко выглянул мальчик пяти лет с кудрявыми зелеными волосами и смешными веснушками. Кацуки молча стоял и рассматривал своего сверстника, но потом фыркнул и резко ушел в сторону дома. -"Не волнуйся, сколько раз ты была у меня в гостях, но тебе было всегда немного стыдно" Мицуки приобняла Мидорию за плечи и повела осторожно в их уютное домишко. Светловолосая неожиданно повернула голову и рукой приглашала мальчишку последовать за ними. Смущенный Изуку пошел за остальными и когда увидел знакомую человеческую фигуру, то ухватился своей маленькой ручонкой за светло-розовый сарафан матери, приложив указательный палец второй руки ко рту рассматривая помещение. На самом деле он никогда здесь не был, потому что Инко перед походом в гости всегда оставляла его дома с кем-нибудь из близких. Повсюду, в аккуратных стопочках лежали толстые книги с темными обложками. На полках располагались зелья различных цветов, причем в самых причудливых колбочках. Для младшего Мидории дом был просто огромен. Массивные деревянные стены будто бы и ветерок не пропустят, а потолок казался слишком высоким. Вот что значит дом вожака и его семьи. От его увлекательного занятия оторвала красноглазая женщина обращаясь к нему. -"Изуку-кун, ты не голоден?" В растерянности мальчик отрицательно помотал головой и отошел немного назад. На что та усмехнулась и потрепала его волосы. -"Ладно, можешь идти в комнату к Кацуки пока я поговорю с твоей мамой" -"Мицуки, откуда ты взяла новые травы? Я таких никогда не видела" Взгляд зеленоглазой девушки был направлен на подоконник. Альфа повернулась и пошла на кухню к Инко. -"Ты не поверишь, вчера с Масару были на рынке и там столько всего..." Мидория в то время аккуратно перебирал ногами к комнате нового друга и дрожащими руками постучался в дверь. Тишина. -"Изуку, не бойся, заходи" И продолжила разговор с человеком напротив. Мальчик неуверенно потянулся к дверной ручке, но тут дверь сама открылась и его затащили внутрь. Она сильно отличалась от комнаты Мидории, но чем-то ему очень нравилась эта атмосфера. В комнате начался создаваться полумрак из-за уже садившегося солнца. Можно было разглядеть застеленную кровать, письменный стол, одежду висящую на стуле и совсем немного книжек. -"Эй, на что ты уставился?" Изуку промолчал смотря в эти алые завораживающие глаза. -"Дурень, я к тебе обращаюсь!" -"Н-никуда я не уставился..." С дрожью в голосе произнес веснушчатый. На его ответ только цыкнули и сложили руки на груди. -"Я - Кацуки Бакуго, будущий вождь" -"А я...Изуку Мидория" Блондин сел на край кровати, но после лег убрав руки за голову. Походу он был не очень рад новому знакомству. Его напрягало лишь то, что тот пугливый мальчишка, который стоит сейчас у самой двери, не был таким как остальные. То ли слишком стеснительный или может слишком молчаливый. Кацуки рассматривал потолок своими уставшими очами. Ему было все равно на других, он есть у самого себя, так что о большем желать и не нужно. В комнате стало уже совсем темно, послышалось посапывание где-то сзади Бакуго младшего. Он привстал с кровати и подошел к зеленоволосому чуду, который немного съежился от холода. Оттащив его от двери, светловолосый укрыл Изуку своим красным небольшим плащом и вышел из своей "конуры" не обращая внимания на открытое окно.***
Раннее утро. Лучи солнца освещали комнату и они же попадали прямо на лицо зеленоглазого, тот поморщился и невольно приоткрыл глаза. Ему было очень тепло, словно его обнимает перед сном собственная мать не желая того отпускать. Посмотрев на себя, он увидел на себе плащ, который выступал в роли одеяла. Неохотно приподнявшись и сложив вещь на кровать, тот вышел из комнаты. На кухне стояла старшая Бакуго что-то изучая в травнике изредка поправляя свои блондинистые волосы. Краем уха она услышала топот чьих-то ножек. -"Изуку-кун, доброе утро" Мицуки сложила руки перед собой тепло улыбаясь, совсем не зная о том, что гость спал на полу с открытым окном. -"И вам доброе утро" Мидория поклонился и продолжил. -"А где мама?" -"Она ушла по неотложным делам, пойдем я тебя провожу до дома" Женщина взяла за руку маленького ребенка и вышла из дома.***
Так проходили недели, месяца, года. Изуку очень сильно любил своего друга, а белобрысый постоянно подкалывал его, еще и издеваясь над ним в плане рукоприкладства. В итог он теперь не Изуку, а Деку, что в переводе звучит "ничтожество". А все потому что у зеленоглазого почти ничего не получалось. Ему было легче заниматься изучением трав для поддержания маминого здоровья. Кацуки почти постоянно был рядом с Деку. То в озеро столкнет, то подобие тетради порвет, возможно ударит или того хуже. Однажды Бакуго разошелся порвав одежду Изуку и оставив его в сильный мороз на улице. Мидория присмерти лежал дома, а Кацуки так нехило отхватил от своих родителей, в особенности от мамы. А им всего на тот момент было по 12 лет... К слову опекуны "будущего вождя" не знали о его остальных проделках, а Мидория сам рассказать не решался. Самое удивительное, что веснушчатый никогда не обвинял Каччана, ему нравился этот его оскал, алые глаза наполненные лишь ненавистью, его голос который стал чуточку ниже. Самому Бакуго казалось, что его "друг" стал мазохистом, хотя ему это только на руку. Это продолжалось еще совсем недолго, до того как им исполнилось 13 лет. В этом возрасте все должны были посетить врача, чтобы узнать свой второй половой признак. По Кацуки и так понятно, он определенно альфа, абсолютно все признаки указывали на это. Если начинать от Ривенделла (самого крупного города) заканчивая небольшими деревнями, то статистика показала: На всей этой большой территории преобладают беты (70%), альф намного меньше (20%), а омег дефицит какой-то (10%). Поэтому омеги ценились в больших городах, но в других случаях над ними измывались из-за слабости, это происходило в глухой местности. Во многих поселениях вступил закон о патрулировании, чтобы ненароком какой-либо альфа не напал на "более слабое и хрупкое создание". Данная работа стала все более востребованной, что даже подростки пытались на ней подзаработать. Но чтобы устроиться туда, все проходили жесткую проверку в течение месяца.***
Блондин с колючими волосами на вид вошел в дом, громко хлопнув дверью. Он был явно в приподнятом настроении. За деревянным, немного потрепанным со временем столом, сидели Деку и Мицуки что-то бурно обсуждая. Но кашель позади заставил их прекратить на некоторое время свое общение. -"Как все прошло?" Заинтересованная мать разглядывала своего сына. -"Тц...Естественно нормально! Я альфа, в принципе ничего нового" Буркнув последние слова, тот поморщился. Потому что своим надменным взглядом он уставился на зеленую макушку не желая отводить от него глаза. -"Что он здесь забыл?" С ноткой злости проговорил Бакуго. Женщина выдохнула все это время молча, как и сам Мидория. -"Во-первых.." Женщина встала и подошла к Кацуки. -"Не поднимай голос на мать" Сказала она грозным голосом. -"А во-вторых Изуку-кун переезжает сегодня вечером, обсуждали будешь ли ты навещать его с мамой или нет" В красных глазах парня загорелся огонек, никто не смеет принимать без него решения касающиеся его самого. -"П-прости Каччан! Я пожалуй пойду, всего хорошего вам" После своих слов Мидория выскочил из дома, как бы ему не влетело от своего друга, который явно хотел того убить на месте. -"Кацуки, уймись наконец! Почему ты всех так ненавидишь, в особенности Изуку, он же омега, ты и сам это прекрасно знаешь." -"Иди к черту, старуха" Последнее, что процедил блондин прежде, чем уйти в свою комнату и попутно запереться. Настала неловкая тишина. В дом зашел Масару поправляя свои волосы, чтобы те не лезли ему в глаза. -"Что за шум был, милая?" -"Да вот...снова" Нынешний вождь обнял свою жену успокаивающе поглаживая по голове. -"Все наладится, я обязательно найду способ, чтобы это исправить." Шепотом добавляя. -"Это наша ошибка в его воспитании..."