Всего один раз...

На похороны пришли все лисы. Даже Аарон, который до пследнего показывал ненависть к Нилу пришёл попрощаться. Не видели только Эндрю, который исчез ещё около недели назад. Это было страшное зрелище, убиственная тоска висела над всей командой чёрным ореолом. Каждый из них по-своему переживал смерть сокомандника, но больно было всем. Последние слова произносились с натяжкой, нередко прерываясь слезами, либо внезапным ступором. Когда все слова были сказаны, деревянный гроб медленно опустили в землю. Жизнерадостная джерси с номером "10" заляпана мокрой грязью, и вот уже гроб покрывается свежим слоем земли, и кажется на этот раз это конец Один за другим лисы уходят так и не дождавшись появления Миньярда. Им кажется странным и немного эгоистичным, что Эндрю не пришёл проститься в последний раз с человеком, котрого он любил (ненавидел). Спустя пять часов к каменной плите подходит человек. Глаза закрыты, в зубах сигарета — поток никотина гудит в его венах. Это Эндрю, и он чувствует, спустя так много времени он снова чувствует дикую боль, пожирающую его изнутри. Воспоминания горят в голове. -Процент ненависти вырос до 94? -До 100 -Уже 320, я ненавижу тебя, ненавижу на все 320 ебанных процента. Ты слышишь меня, наркоман, или нет? СЛЫШИШЬ? Вопль боли мгновенно сменяется смехом, и боже, господи, ему уже никто не ответит. Нил не ответит ему, Нила больше не существует! его НЕТ Вместо него на Эндрю смотрит грозная мраморная плита и чужое имя, выгравированное на ней, кувалдой стучит в голове. Лисы очень старались получить разрешение на захоронение под новым именем Нила, но это оказалось невозможным сделать так быстро. Поэтому под фотографией их лисёнка красовалось забытое прошлое — «Натаниэль Веснинки». Эндрю достает нож, один из любимейших, встает на колено перед надгробьем и проводит лезвием по слегка неровным буквам. Край ножа обламывается и лезвие быстро затупевает, но ему нет до этого никакого дела. Эти ножи его больше не спасут. Его больше не надо спасать. Когда в мёртвой тишине слышится треск, он вытаскивает следущее лезвие и продолжает работу, пока имя Натаниэля Веснински не оказывается полностью стёртым. Третьим ножом он забивает новое имя на мраморном камне. Грубые и неровые буквы ломают еще один нож. Но в конце концов он смотрит на имя «Нил Абрам Джостен». Буквы тонкие и сильно скачут, но это мелочи. Он заслужил иметь собственное имя на надгробие, чёрт возьми. Именно он, тот, кого знают все лисы. Тот, кто останавливался сразу же, стоило Эндрю сказать нет. Тот, кого он ненавидит. Натаниэль умер в Балтиморе. А это Нил. Его Нил . — Я ненавижу тебя, — голос звучит тихо, Миньярд буквально шепчет. На этот раз это правда. Внутри только боль. Это больно, безумно больно. Всё из-за него, из-за того, что рыжий ублюдок обещал остаться, обещал, что это всегда да. — Я думал ты изменился, перестал убегать. Думал, что ты наконец-то решил остаться. Я ошибся. Эндрю кладёт руку на мраморную плиту и закрывает глаза, вдыхая едкий дым сигареты. Колени пропитаны влагой из-за сырой земли, но ему всё равно. Тепло нового надгробья отдалённо напоминает прикосновения к шее Нила. Но стоит открыть глаза, как надежда пропадает так же внезапно, как и появилась. Он больше не почувствует этого тепла, и это до безумия больно. Выкинув окурок на сырую землю, Эндрю просто уходит. Его телефон разрывается от непрочитанных сообщений, но это неважно, уже всё неважно. Он садится в свою (их с Нилом) машину и уезжает один. Пустота соседнего кресла давит. Больше никто его не займет, никто не будет болтать о своем экси не переставая. Каждая вещь напоминала Миньярду о Ниле. Даже его (их) гребаная машина. Оказавшись не в силах бороться, он позволил воспоминаниям поглотить его. -Что заставит тебя остаться? Только скажи, и ты это получишь. Что бы это ни было, я всё устрою, при условии что ты останешься с нами -Почему ты помогаешь мне? -Мне нужно, чтобы ты меня отпустил, пока я прячусь за твоей спиной я по-прежнему в бегах, я хочу твёрдо стать на ноги, дай мне это сделать -Не приходи плакаться, когда тебе разобьют лицо -Так всё-таки тебя совсем нельзя трогать, или есть безопастные зоны? -Расчитываешь, что я сообщу тебе координаты? -Расчитываю определить границы прежде, чем их пересекать. Но если одолжишь маркер, я не против расчертить на тебе карту. Неплохая идея, кстати -Всё, что связано с тобой — плохая идея -Твой фетиш на счёт шеи отвратителен -Тебе нравится, а мне нравится, что тебе нравится -Не думал, что стал для тебя личной проблемой. Ты меня ненавидишь, не забыл? -До смерти ненавижу, но это не значит, что я не хочу тебе отсосать -Я тебе нравлюсь -Я тебя ненавижу Спасибо Из воспоминаний его вывел яркий свет фар и до ужаса жуткий визг колёс. За долю секунды оранжевое джерси с чёртовой надписью на спине "Джостен 10", надетое на Миньярда, покрывается кровью. И сознание Эндрю медленно скатилось в безграничную темноту. Возможно навсегда Ты был потрясающий -