Убийство можно сбросить, но не простить. Даже себе.

Фриск в панике смотрит перед собой, где только что стоял Фроггит, потом на пол Руин, где вместо монстра-лягушки теперь прах и чувствует, как по спине пробегает табун мурашек. «Вы только что убили монстра. Вы чувствуете себя отвратительно.» Девочка в панике отшатывается от кучки праха. Она не знала, что так будет, она даже не предполагала, что её удар обладает такой силой. Она просто испугалась, когда на неё из ниоткуда выпрыгнул монстр-лягушка, она только хотела защитить себя и на автомате стукнула его. Она честно собиралась извиниться за это, но монстр издал странный звук и рассыпался. Фриск опускается на корточки и пытается руками сгрести в одну кучку прах, который уже начал медленно расползаться по полу с помощью ветра (откуда он тут вообще?). Чтоделатьчтоделатьчтоделатьчтоделать ч т о д е л а т ь ? Взрослые кладут труп в гроб, а потом опускают его в глубокую яму, но тут нет трупа, нет гроба, нет ямы или хотя бы земли, чтобы эту яму вырыть. Может, смести всё в кучку и написать письмо с извинениями? Мол, так и так, случайно убила, пожалуйста, примите мои искренние извинения, больше не буду. Стоп. Убила. Убила. У б и л а . О н а   у б и й ц а . Фриск бледнеет, руки начинают дрожать, глаза слезятся, паника накатывает еще сильнее, чем раньше. А если у него есть семья? А если они ждут его дома? В голове тут же пролетает картинка с мамой-Фроггитом и детьми-Фроггитами, которые ждут своего папу-Фроггита с работы, и не понимают, почему он все ещё не пришёл. «Вы чувствуете себя последней сволочью.» Что ей делать? Как поступить? Взрослые, когда видят, как кто-то убил человека, звонят в полицию. А что делать ей? Тоже позвонить? А у монстров есть полиция? Может, сказать Ториэль? А если она расстроится? «Конечно, она расстроится, что за дурацкий вопрос.» Фриск паникует еще больше. Звенящий в воздухе голос её анонимного комментатора не успокаивает, но девочка все равно оглядывается в попытке найти источник звука. «Вы оглядываетесь, но никого не находите.» Фриск хочет кричать от резкой ненависти к себе и плакать от страха и непонимания, что ей делать, но она боится, что привлечет внимание других монстров, и тогда все точно узнают, что она сделала. Ей страшно, ей тошно, ей хочется, чтоб Ториэль обняла её и сказала, что всё будет хорошо. Девочка обхватывает себя руками и медленно покачивается взад-вперед, чувствуя, что слёзы готовы вот-вот политься из глаз, а к горлу подкатывает густой ком. «Вы думаете, что вам делать. Вы вспоминаете предыдущую точку сохранения. Вы решаете, что вам следует вернуться туда.» Фриск непонимающе смотрит по сторонам. «Вы действительно хотите вернуться на предыдущую точку сохранения.» Фриск смаргивает слёзы и активно кивает, продолжая сгребать прах в кучу, и ей кажется, что комментатор тяжело вздыхает. «Вы готовы внимательно слушать и делать, что вам говорят.» Фриск кивает ещё активнее и смотрит на прах. «Вы уверены, что, если сделаете все правильно, то Фроггит будет жив.» «Будет жив.» — сейчас он мёртв и всё из-за неё, Фриск всхлипывает, жалея, что на месте несчастного Фроггита сейчас не она и пытается сосредоточиться на голосе. Фриск вслушивается, что ей говорит голос, через дрожь в руках и пелену слёз старается выполнить всё верно. («Стереть?») Фриск судорожно жмет «да» и закрывает глаза. И ей точно кажется, что комментатор тихо выдыхает воздух через нос, стараясь сдержать смех. «Вам страшно. Вы слышите отсчёт. 3.» «2.» «1.» «Вы понимаете, что можете перестать бояться.» Фриск открывает глаза и медленно идёт вперед, стараясь найти монстра-лягушку. «Фроггит атакует вас. Вы узнаете Фроггита.» Фриск всё ещё чувствует вину перед монстром, но тот факт, что он в порядке, немного успокаивает. Совсем немного. Фриск вряд ли простит себе убийство. Пусть и от страха. * «Вы победили! Вы получили 0 ОП и 2 М.» Чара усмехается, глядя на Фриск, аккуратно гладящую монстра-лягушку по голове и тихонько извиняясь перед ним. — Как дитё малое, честное слово. — Чара улыбается. Он не может сердиться на неё. Такие испуганные глаза, такая паника, такое желание всё исправить просто не получается расценить как желание убить всё вокруг. Остаётся только помогать, иначе этот ребенок скорее убъётся сам, чем навредит другому. Главное, не давать слишком сильно себя винить, а то ведь и шагу не ступит, боясь раздавить ногой какую-нибудь бактерию на полу.