тайное становится явным

После этого, ночь прошла ужасно. Ромка не хотел говорить, он ушел к Бяше в комнату. Уснуть было очень трудно. Антон просто смотрел то в потолок, то в деревянное окно. Мысли просто не давали даже глаза прикрыть. Зачем он сказал ему это? Если бы Тоша промолчал, все было бы хорошо. Они просто легли спать. Ты виноват. Мысли вышли за рамки, Петров слышал эти слова, их кто то говорил! Антон подскочил, начиная искать от куда исходит звук. Изначально он пошел в коридор, подумав что это говорит Пятифан. Но там никого не было, только гробовая тишина. Уродец. Ты виноват. Наконец Тоша понял, что напоминало этот голос. Семен, это голос Бабурина. Голова повернулась в направлении окна. Толстяк стоял, весь в крови, с синяками под глазами чернее ночи, он был истерзан, измотан. - педик ебучий, антошка. - его руки были на стекле, от чего образовались красные следы ладоней. Слова застряли комом в горле, тот попятился и упал на пол. Страх был столь силен, что в ушах пищало. Антон рывком кинулся на кровать, к углу подальше от оконца. Закрывая руками голову, в панике Петров просидел до самого утра, боясь даже повернуться. В комнату открылась дверь. Ромка хотел будить друга, но увидел дрожащего, не спящего, трясущегося Антона. - ты че.. Услышав знакомый голос Тошка ринулся к тому, держа товарища за плечи. Того отодвинули. - что произошло? - Семен... он.. он.. там.. - указав все еще дрожащей рукой, блондин показал на окно. - посмотри... Пятифан подошел к окну. На улице темень, зимнее утро. Лишь на стекле... красный отпечаток рук. - это че.. В комнату зашел Бяша. - бля чуваки, давайте быстрей, мать сейчас придет, на! Ромка окинул неодобрительным взглядом Антона, но ушел из комнаты. Через время трое вышли из дома. - я домой, за портфелем. - холодно сказал Ромка. - я с тобой, на. - Бяша был весел даже с утра. - Тоха, а ты че? - я... до дома дойду. - скорчив кое как улыбку, сказал Тошка. - встретимся в школе.. - ну без б, Тох. - бурят непонимающе посмотрел на блондина, но после сказал - до встречи, на! Дорога будет долгой, тем более под томные мысли. Казалось, они сжирают заживо, прямо изнутри. Это был Семен? Или просто кошмар? Тогда почему на стекле были отпечатки? Что за хуйня... Как общаться с Ромкой после такого? Будут ли они общаться вообще? Или Петрова будут стебать еще больше людей, но теперь среди них будет Пятифан. Зачем Рома поцеловал его, если ему отвратно. Что блять делать дальше? Дома тоже ожидал пиздец. За побег накричат, накажут. Антон схватился руками за голову, хотелось вырвать волосы с головы и кричать пока горло не осипнет. Вот и дом, добро пожаловать. Мать встретила его криками. Тоша не слышал, он поднялся, собрался и вышел на улицу. Как то на автомате дошел до школы. Казалось, лучшее сейчас - упасть замертво. Сегодня в коридоре около раздевалки огромная туча детей, подростков. Расписание резко поменяли что ли? Глянув глазком, Петров не понял, почему людей так много. Знакомое лицо вызвало отвращение, но после прочтения текста, лицо мигом поменяло цвет на бледный. За столько лет, пропал еще ребенок. Бабурин Семен. 16 лет. Я встретился взглядом с не менее ошалевшим Ромкой Пятифаном.