Расслабимся после трудной работы?

*** Тяжёлый рабочий день снова настигнул Хаджимэ. Он работает в фонде будущего и кажется будто покой вновь уже никогда не достигнет его. Однако, всё таки зеленоглазый мог расслабиться. Нет, это не была чашка кофе, не какое-либо нудное занятие, скорее простые беседы с его неким коллегой. В этом здании похоже подобных было кучу, но Комаэда Нагито - был наверное одним из цепляющих. С одной стороны - обычный молодой парень, желающий работать, но с другой... Его хрупкость с нежностью порой заставляла летать в облаках бедного брюнета, которому тут же прилетело замечание от Тогами, но благо Макото не был далеко и вовремя приходил успокаивать его. Нагито наверное единственный из тех, кто казался действительно надёжным и таковым был. Оставь ему подписать десятков контрактов твоим почерком - сероглазый мигом же шёл помогать и никаких проблем у тебя не было. Но теперь, когда Хината теребит ручку в руках, в его мысли приходит это: — А что если я предложу ему больше чем простые отношения коллег ? Стоит тогда пригласить на чашку кофе, да и я распросить обо всём...Хотя, я его даже другом не вижу. Он так похож на девушку, что порой я задумываюсь о наших возможных отношениях, но какая разница то, когда я заполнен это бумажной работой и эта недо-овечка тоже... – Его раздумия прерывает лист бумаги, наклееный судя по всему недавно, на стенке возле выхода. Там было написано четкое расписание работы всех. Зачем оно было Хаджимэ? Да тот был чуть ли не главарём, поэтому ему тоже нужно было знать, дабы не только самому мучиться, а ещё проверять работу остальных, но с Комаэдой... Хотелось куда больше провести времени. Но кто же он ему такой, чтобы предлагать это? Обычный коллега, не более, но один раз попробовать стоит. Никогда не узнаешь что будет - если не попробуешь. *** Первая рабочая смена Хинаты окончена, теперь наконец-таки обед и можно зайти к светловолосому, но обычно случалось наоборот, но сегодня особенный похоже день. Тёмноволосый встал с кресла и сложил всё в стопку и вышел из кабинета, не забыв закрыть дверь на ключ. Шаги были уверенными как и сам зеленоглазый как сейчас. В кабинет Нагито раздался стук и парниша незамедлительно открыл дверь, удивлённо смотря на пришедшего. — Хината-кун, я как раз собирался к вам! Что-то случилось? – Немного обеспокоинным голосом, задал вопрос Комаэда. — Всё в порядке, не переживай ты так. Сегодня пьём кофе как обычно? — Ну, кофеварка в моём кабинете сломалась, простите... – Но вдруг смуглая рука погладила непослушные белоснежные волосы, от чего у так называемого "пострадавшего" появился румянец на щеках. — Всё нормально. В соседнем кабинете Макото - а значит мы можем попросить у него. – Предложил брюнет, не прекращая поглаживать беднягу. — Да, аэ...Мы можем обойтись без кофе, я не очень хочу пить и если вам не сложно, уберите руку... – Ещё немного расчесав кудри беловолосого, Хаджимэ убирает руку. — Ты можешь обращаться на «ты», я всё таки не считаю тебя простым коллегой, да и мой рабочий статус ничего сейчас не значит. Сейчас обед. — Хорошо, Хината-кун, но что ты нам предлагаешь делать? – И тут смуглая рука возращается, но уже на талию Нагито от чего тот вновь удивлённо смотрит. — Что-то не так, Хината-кун? — Всё хорошо, понимаешь ли... – Он приостановился и взял свободной рукой одну из бледных и желаемых ему рук, переплетая пальцы и у седовласый никак не сопротивлялся, а смотрел на «друга». — Я не вижу в тебе ни коллеги, ни друга. Смекаешь? – Голова с белёсыми волосами неуверенно кивает. — Хината-кун, но ведь я мусор и я не могу так много значить для тебя... — Можешь, вполне. Доверься мне. – Эти слова начинают крутиться в голове у партнёра и светловолосый ставит вторую руку на плечо. — Ты правда что-то чувствуешь ко мне, а не шутишь?... – Честно говоря, зеленоглазый уже не знал как убедить, поэтому делает некий первый шаг к скачку вверх их отношений. Да, именно, брюнет целует раскрасневшегося парнишку и оба с охотой сминают губы, до такого состояния что в животе начинают концерт некие бабочки. Похоже, поцелуй очень жданным, до того что никто не собирался отстраняться, а лишь продолжить шоу. Но долго они не могли оставаться в подобном положении, поэтому отстранились одновременно. — Расслабимся после тяжёлого рабочего дня? – В ответ короткий кивок, но как много смысла однако он мог значить. Хината остраняется на некоторое время и закрывает дверь, после собственноручно доводит партнёра до стола, который на удивление был чист, а после усаживая на него Комаэду. Внизу живота приятно тянет и подобная ситуация на работе была довольно смущающей, ведь сейчас могут услышать многие, но... Ощущения брали своё и каштановолосый опустился к бледной кожице на шее, целуя и проводя языком по ней оставляя влажную дорожку. Вздохи вылетают наружу, давя ещё больше на и так возбужденного брюнета, но нельзя начать раньше положенного. Почему бы и не помучать Нагито ( и читателей ) ? — Хината-кун, ты можешь раздеть меня...Я не стесняюсь ничего с тобой. – Пошлая улыбка расплылась по лицу такого невинного на первый взгляд мальчика, который уже во всю желал, дабы запланированное ими началось поскорей. Тёмноволосый и не старается тянуть, поэтому расстёгивает рабочую рубашку и стягивает галстук со своего возлюбленного, любуясь видом смущённого белокурого, но вид такой обманчивый... Интимная атмосфера была и будет в этой комнате. Дрожащие до не хочу бледные руки умело справляются и с рубашкой Хаджимэ, любуясь в ответ торсом, но он был настолько прекрасен для самого сероглазого, что тот не заметил, как с его рта стекала слюна. Но почему же всё так резко? Бог его знает. Брюнет наклонился к бледноватой, будто у какого-то трупа, коже, целуя и иногда прикусывая, оставляя заметные багровые засосы, насчёт которых конечно же будет миллион таких бесполезных вопросов... Острый язык (по крайней мере по ощущениям Комаэды) проходит сверху вниз, от шеи до ключиц, вызывая стоны восхищения, ведь никто не мог так прекрасно проводить по телу Нагито - языком, кроме самого инициатора ситуации. Всего каких-то полчаса назад - они были простыми друзьями... Забавно, не так ли? Смуглые пальцы задевают чувствительную зону парня, а именно как не сложно было догадаться - соски. Снова то ли стон, то ли вскрик от блаженства. Зеленоглазый клянётся, что мог бы кончить сразу, но увы лучше свести с ума любимого снизу, пока тот в мольбах не будет просить отыметь самого себя. — Хината-кун, ты раздражаешь ласками, я правда хочу заняться тут сексом с тобой. Почему же ты медлишь? – Голос звучит так замученно, что не мог вызывать насмешку, но увы и самому мучиться особо не хотелось, но разнообразия безумно хотелось. — Заткнись, грязная шлюха. Я сам вижу, как ты хочешь. Неужели ты готов кончить, если я просто коснусь твоего стояка? – Такими вопросами Хаджимэ добился успеха. Да, самое простое некое шоу. — С чего ты взял, что я шлюха? Тебе стоит следить за собой, солнце. – Обращение было скорее в шутку, однако как на долго сероглазый запомнит следующее. Его руки грубо связывают галстуком, а беловолосому ничего не осталось, кроме как закинуть руки за себя. В то же время его штаны медленно спускались вниз. — Ты не умеешь ждать, как ожидаемо, Хината-кун. – И тут же парня затыкают поцелуем. Безумно страстным. Таких бы светловолосый был бы рад получать за каждые подобные мелочи. Тёплые руки поглаживают слегка прохладную кожу на бёдрах Комаэды, сквозь ткань. Однако её мигом же не стало. Клетчатые боксёрки, рабочие брюки... Все эти вещи Нагито были сброшены на пол. Но какого было удивление, когда везунчик начал осматривать что же открывает парниша сверху. Да, это был обычный тюбик смазки, однако даже это удивило беловолосого. — Так как это наш первый опыт - будет с растяжкой, но увы в последующие разы я буду делать так реже. Будет интересно посмотреть на твоё лицо тогда, но сейчас не об этом. – Грубый и немного хриплый голос Хинаты прерывается, дабы раздвинуть ноги возлюбленного, что было то не очень долго. «В кабинете невыносимо жарко» – как только эта мысль проскользнула в голове у обладателя серых глаз, то немного прохладный палец в массе - уже успел войти в беднягу, однако дабы сгладить боль, Хината наклоняется, начиная посасывать мочку уха светловолосого. Движения начинаются не сразу, дабы всё было по-нежнее и плюс ко всему - это работа, а не дом, чтобы без всяких проблем заниматься таким. Стоны выходят моментально, однако их навряд ли отчётливо услышишь. Палец ускоряется и входит глубже в колечко мышц, однако вскрики и стоны боли прекращаются, ведь Нагито наконец привык, из-за чего звуки становятся лишь развратней, как и наверное само лицо бледнолицего. Со лба начинают скатываться капельки пота от такой атмосферы, но ничего не поделаешь. Средний пальчик входит не так уж и медленно,но никого это попросту не волновало, ведь их волновало уже поскорее закончить с растяжкой, но и слушать стоны было довольно возбуждающе, что не могло не радовать. И наконец, Комаэда привыкает уже ко всем движениям и пальцы разводятся как ножницы. Непривычно, но не больно. В голове только и крутится: « Поскорее заканчивайся процесс, поскорей... », увы терпение было на пределе, поэтому после пары таких толчков, раздаётся звяканье змейки. — Ты наконец-то сделаешь это, Хината-кун? – Вопрос был таким предсказуемым, однако в голосе снова читалась радость и облегчение, что терпеть больше не надо. — Честно говоря, мне и самому наскучило, однако всё для твоего же блага. – Выдавил из себя тёмноволосый, стягивая последний элемент одежды, и со звонким хлюпом Хаджимэ входит в парня снизу, слушая долгожданный, но ожидаемый стон. Жаль, что сейчас у каштановолосого нет телефона с собой - иначе бы он попросту записывал все стоны и слушал их в наушниках. Дрочить на работе - ну уж очень проблемно, а дома ты можешь расслабиться. Привыкание у Нагито происходит довольно быстро, что не могло не радовать. Темп был пока-что плавным, что дарило спокойствие, и удостоверение, что зад точно не будет сильно болеть. Однако, Хината непредсказуем, но хотелось верить, что все будет хорошо. — Хината-кун...нгх...а как ты...мм...отрастил так...ах..ой... большой? Содой? – Смех был коротким и быстро превратился в стоны удовольствия, а брюнет же серьёзно посмеялся с такого глупого, но шуточного вопроса. М-да, нашёл же время шутить... — Увы, это...не сода. – Коротко ответил Хаджимэ, делая паузы от тяжёлого дыхания. Толчки стают быстрее и глубже, и сердце начинает будто выпрыгивать. Так отлично себя сероглазый никогда не чувствовал. Наконец, он осознал, что это не сон, а чистая реальность. Долго конечно осознавал, но у каждого свои тараканы в голове, не так ли? Развратные звуки так легко было "добыть", что казалось легче ничего не будет, однако мальчишка начал закусывать, а иногда прикусывать вовсе губу, что не могло не злить. — Не нравится...быть хорошим мальчиком? – Задаёт довольно странный вопрос зеленоглазый, однако как во время полового акта можно вообще здраво мыслить? Бред несвязный, однако они оба понимают лучше чем кто-либо. Комаэда перестаёт кусать губу, а в подарок получает ускоренные движения и поцелуй на ключицах. — Мало. – Это было довольно нагло с его стороны, но теперь кажется дразнить хотел сам "пострадавший". Отказать было сложно, из-за чего толчки стали резкими и довольно глубокими, однако он добивался именно этого, из-за чего слюна стекала по подбородку, а из рта так и вылетало "Хината-кун" в самых пошлых озвучках. Странновато, но однако такое заходит партнёру и входит каштановолосый не так уж и нежно, а на ключицах со временем появляется больше засосов. — Ты...агх... довольно...мф... близок к концу...угх... однако,я не против...мх.. повторить ещё раз. – Это было неожиданно даже слишком неожиданно для Хаджимэ, однако брюнет усмехнулся лишь шире и начал вдалбливаться в простату, из-за чего излился светловолосый, а спустя минуту-две и сам организатор. Спустя некоторое время, тёмноволосый уже закончил вытирать влажными салфетками себя и Нагито, после выкидывая запачканные в мусорку. — Чёрт, у тебя же смена начинается через 5 минут, успеешь? – Задаёт вопрос седовласый, на что получает кивок. Пока каштановолосый завязывал галстук, везунчик крутит картонку с номером любимого. Парни быстро оделись и дабы успеть, зелёноглазый целует в щеку Комаэду. — Встретимся у меня дома. – Именно так прощается Хината, оставляя в неком смущении мальчишку.