Попала в Бездомный бог

Боль пришла резко. Сначала будто что-то сдавило грудную клетку изнутри, не давая нормально вдохнуть. Воздуха стало катастрофически мало. Я попыталась ухватиться за край футoна, но пальцы дрожали так сильно, что едва слушались. В ушах появился неприятный звон. — Айко! — голос Бисамон прозвучал будто издалека. Тело выгнуло от новой волны боли. Такое чувство, словно под кожей что-то двигалось, разрывая её изнутри. Горло обожгло, дыхание стало рваным. Я слышала собственный хрип и ненавидела то, насколько жалко он звучал. — Она разваливается быстрее, чем я думал, — напряжённо произнёс Казума. Разваливается?.. Я попыталась открыть глаза шире, но зрение уже плыло. Комната расплывалась тёмными пятнами. Только силуэт Бисамон оставался чётким — светлые волосы, напряжённый взгляд и рука, сжавшая моё плечо так сильно, будто она пыталась удержать меня здесь силой. — Слушай меня внимательно, — её голос стал жёстче. — Если сейчас не согласишься — умрёшь. Смешно. Я хотела ответить что-нибудь колкое, но вместо слов изо рта вырвался болезненный кашель. Меня начало трясти. Нет… не просто трясти. Всё тело дёргалось так, будто я теряла над ним контроль. Пальцы судорожно впились в ткань, спина выгнулась, а перед глазами вспыхивали странные образы. Чьи-то руки в крови. Снег. Запах дыма. Крики. Я резко зажмурилась. — Айко! — уже громче сказал Казума и ударил меня по щеке, пытаясь привести в чувство. — Не отключайся сейчас! Его голос впервые звучал не спокойно. В нём слышалось настоящее беспокойство. Бисамон быстро что-то говорила, но слова путались. Я только чувствовала, как воздух вокруг стал тяжелее. От неё исходила странная энергия — мощная, давящая, почти пугающая. А потом я увидела свет. Яркий золотистый свет вспыхнул прямо перед глазами, обжигая. Боль стала невыносимой. Казалось, будто кожу прожигают раскалённым металлом, а в кости вбивают что-то чужое. Я закричала. Или мне только показалось, что закричала. Свет расползался по телу тонкими линиями, словно что-то переписывалось внутри меня. Вместе с этим начали появляться чужие чувства. Страх. Одиночество. Гнев. И почему-то… тоска. — Держись, — услышала я голос Бисамон уже совсем рядом. На этот раз тихий. — Ещё немного. Сознание ускользало. Последнее, что я почувствовала — как кто-то крепко удерживает меня за руку, не позволяя окончательно провалиться в пустоту. А потом всё исчезло.