Redefined

      Наступил долгожданный вечер. Таканори вернулся к себе в крошечную каюту, одну из множеств для сотрудников лайнера, и присел на кровать, на которой за все это время почти не спал. Блондин наклонился и, заглянув под неё, вытащил брезентовую сумку. Таканори запрятал ее под кровать в страхе, что кто-то найдет. Осмотрев содержимое сумки, киллер убедился, что все вещи, к счастью, были на месте: гора пистолетов, деньги, одежда. Едва его взгляд замер на оружии, киллер задумался о том, взять ли один пистолет с собой на вечер или нет. В конечном счете, Таканори решил, что лучше перестраховаться, и взял один ствол, засунув в задний карман брюк. Он еще пригодится — Юу должен быть в безопасности.       Мацумото сам не понимал почему, но чем дольше он находился на корабле и больше проводил времени с Каем, тем больше сама обстановка казалась крайне подозрительной. Он ни капли не доверял младшему Такашиме и знал, что это было взаимно. Если бы представилась такая возможность, то — Таканори не сомневался — Кай бы уже давно избавился от него. В преступном мире репутация Таканори обгоняла его самого, поэтому присутствие столь известного киллера на борту чьего угодно лайнера стало бы костью поперек горла хозяина судна. Блондин никогда никого не подпускал так близко, чтобы можно было узнать его мотивы. Таканори прекрасно осознавал, что вокруг его личности витала дымка загадочности — эту загадочность киллер излучал, чтобы вселять в людей страх. Кай ведь весьма умен — он бы давным-давно стал избегать встреч с Таканори, дабы не спровоцировать хаос на корабле. Однако из-за миссии по спасению Юу шатен вынужден мириться с присутствием киллера и вежливо улыбаться. Мацумото надеялся, что, несмотря на столь холодное и недружелюбное отношение Кая к нему, ничего плохого не случится — пускай не доверяет сколько душе угодно, главное, чтобы Кай не навредил Юу.       В шесть часов раздался стук в дверь. Таканори с опаской насторожился, хотя ожидал, что там скорее доставили его костюм. Догадка киллера подтвердилась: на пороге стоял один из работников лайнера с его костюмом, бережно запакованном в черный тканевый чехол. — Такашима-сан приказал доставить ваш костюм, — сообщил работник.       Таканори взял костюм и слегка расстегнул молнию на чехле, дабы проверить. Увиденное смутило блондина — вместо классического смокинга, что Таканори примерял вчера, перед глазами предстал темно-пурпурный костюм. Киллер провел кончиками пальцев по ткани — мягкий бархат. В чехле лежал совершенно не тот костюм, который был выбран им в бутике, поэтому Мацумото тут же всучил чехол обратно в руки сотрудника. — Это не то, что я выбрал, — недовольно пояснил киллер. — Приказ Такашимы-сана, — работник, выглядя весьма раздраженно из-за ненужных возмущений Таканори, передал ему назад чехол. — Он ожидает вас в семь. Теперь прошу меня простить, мне пора.       Сотрудник удалился, спеша как можно скорее выполнить другие поручения. Таканори так и остался стоять на пороге, не в силах преодолеть дикое удивление. Блондин скептически смотрел на свежевыглаженный костюм. Спустя мгновение, когда пришло осознание того, что никто к нему не вернется и не заберет костюм, Мацумото решил не заморачиваться и хлопнул дверью.       Повесив наряд на крючок, киллер полностью расстегнул чехол и с сомнением оглядел костюм. Таканори нахмурился — костюм доставили не по ошибке, поскольку он был пошит идеально по его меркам, которые вчера сняла сотрудница бутика. Кай поступил так специально — именно он выбрал для Таканори костюм. От одной лишь мысли о том, что младший Такашима выбрал что-то за него, киллер злостно стиснул зубы — Кай показывал свою силу, власть перед ним? Вполне ожидаемо с его стороны.       Тем не менее, Таканори, чувствуя раздражение, надел костюм и посмотрел на собственное отражение в зеркале. Злость помалу улетучилась, едва он заметил, насколько… хорошо на нем сидела эта одежда. Костюм явно дорого стоил, а мягкий бархат приятно ласкал кожу — темно-пурпурная ткань выглядела весьма стильно. V-образный вырез оголял грудь немного больше, чем хотелось Таканори, но не казался уж слишком откровенным, поэтому киллер расслабился. Он всегда носил одежду только черного цвета, но оттенок этого костюма, на удивление блондина, нравился глазу. Бархатный пурпур дополнял холодный отблеск выбеленных волос. Изначально Таканори показалось, что он будет выглядеть как клоун в таком костюме, но результат вышел прямо противоположный его ожиданиям.       Хрипло проворчав что-то себе под нос, Мацумото достал из сумки спрятанные украшения и надел несколько металлических серьг кафф, а также серебряных цепочек. Следующие десять минут киллер потратил на макияж глаз. Достав старую палетку теней, блондин, как и всегда, предпочел сделать черные «смоки». Такой макияж придавал более враждебный и незаинтересованный вид, устрашая окружающих. И хотя Таканори делал макияж только чтобы замаскироваться, он действительно наслаждался самим процессом и гордился тем, что превращал свои глаза в произведение искусства. Возможность присесть на десять минут и накраситься весьма воодушевляла и наполняла силами, поскольку Таканори знал, что целый день ему предстояло быть начеку и убивать. В такие моменты кровавого буйства он выглядел куда менее человечным, чем казался на первый взгляд.       В глубине души Мацумото задумался, понравится ли Юу его внешний вид, и неосознанно улыбнулся, понимая, что ему предстоит показаться во всей красе перед возлюбленным. Таканори не хотел признавать, но когда они с Юу делали вместе какие-то обычные вещи — красились или наряжались, — то киллер чувствовал себя счастливым. Впервые за свою жизнь он не стыдился своих увлечений. Самые сладкие и любимые моменты для Таканори наступали тогда, когда Юу укладывал ему волосы или рисовал стрелки. Таканори не мог себе представить кого-то другого на его месте. Юу заполнил своим присутствием всю жизнь киллера, и только рядом с ним киллер чувствовал себя максимально комфортно.       В завершение образа на вечер Таканори достал из сумки черные кожаные перчатки, натянул их на ладони и посмотрелся в зеркало. Он выглядел в точности как киллер, которого пригласили на вечеринку, чтобы убить кого-то. Блондин коснулся рукой поясницы, нащупывая спрятанный за поясом брюк пистолет. Холодный металл четко впивался в кожу и давал о себе знать — Таканори мог воспользоваться им в любое время.       Вот теперь Таканори был точно готов к вечеринке.

***

      Таканори долго стучал в дверь каюты Юу, параллельно зовя его по имени. По пути сюда киллер, по какой-то причине, не мог унять бешеного стука в груди, чувствуя, как каждая клеточка тела переполнялась предвосхищением. Блондин взволнованно дождался короткого «Иду!» и понял, что начал испытывать несвойственное ему жуткое волнение, едва за дверью послышались быстрые шаги. — Ты как раз вовремя, я только закончил с укладкой, — открыв дверь, шумно выдохнул старший. Таканори изумленно вскинул брови — от вида Юу у него затрепетало сердце. Широяма выглядел красивее, чем киллер мог себе когда-либо представить. Однако фантазии всегда проигрывают реальности, верно? — Нравится?

«Нравится»? Ты выглядишь бесподобно».

      Таканори впервые видел Юу с таким макияжем и в такой одежде. Его внешний вид… был неземным, умопомрачительным. Тогда Юу выглядел примерно как на тех фотографиях, что Койю дал ему перед началом миссии, и киллер тогда еще задумался: неужели Юу так ходил дома каждый день? Взгляд темно-карих глаз замер на лице брюнета, и Мацумото тяжело сглотнул.

«Ничего себе…»

      Угольно-черные тени дымкой лежали на веках парня, однако Юу, в отличие от Таканори, не хотел внушать своим взглядом страх. От его лунных глаз веяло исключительной мягкостью и нежностью. Юу весьма элегантно подвел веки таким образом, что один макияж демонстрировал статус и богатство. Четко очерченные брови изгибались плавной дугой, в то время как брови киллера постоянно либо растягивались в прямую линию, либо агрессивно вздергивались на лбу. Юу особо не нуждался в плотном слое тональной основы или консилере, чтобы подчеркнуть молочную белизну кожи; брюнет лишь слегка выделил пухлые щечки, но это не бросалось в глаза, поскольку полные губы в красном блеске придавали ему более юный и очаровательный вид. Черные пряди волос изящно спадали на плечи и спину волнами, обрамляя часть лица. С макияжем, прической, нарядом и шубой цвета воронова крыла из страуса Широяма Юу выглядел по-королевски. — Почему молчишь?! — Юу надул губы. Он смотрел на Таканори — длинные, с естественным изгибом ресницы трепетно порхали. Таканори показалось, будто его околдовали, и не смог оторвать от брюнета глаз. — У меня нет слов, — тут же отозвался киллер. Юу засветился от счастья. То, как он открыто выражал свои эмоции, казалось невероятно милым. — Да ты и сам неплохо выглядишь, — украдкой протянул брюнет, заметно краснея от слов киллера. Таканори негромко рассмеялся. — Фиолетовый здорово на тебе смотрится! — Изначально я не этот костюм выбирал, но уже не важно, — ухмыляясь, начал Мацумото. И ведь действительно: для него уже ничего не имело значения кроме Юу, который стоял напротив и требовал всецелого внимания киллера. — Ты… невероятно красивый. На все вечера так одеваешься?       Широяма застеснялся — Таканори сегодня был особо щедр на комплименты. — Да, примерно. — Не сомневаюсь, на вечеринках все смотрят только на тебя, — подметил младший. — Ты мне льстишь, — снова надулся Широяма, но в душе ему нравилось то, как Таканори осыпал его приятными словами. — Ты недооцениваешь себя, — усмехнулся киллер. — Ладно, — улыбаясь, брюнет закатил глаза, после чего закрыл дверь и запер на замок. — Мы на вечер идем или как?       «А нужно ли?» — подумал Таканори и решительно шагнул вперед, сокращая между ними расстояние. В следующую секунду он прижал Юу к двери, на что брюнет хихикнул, натягивая ворот пальто на подбородок, дабы скрыть смущение. Мацумото похотливо ухмыльнулся. — У меня есть предложение, — вскинув бровь, проговорил киллер низким хриплым голосом, полным страсти и вожделения. У Юу чуть не подкосились колени лишь из-за одного этого голоса. — Давай лучше устроим вечер на двоих в твоей каюте.       Юу, смеясь, слегка толкнул киллера в грудь. — Кай ждет нас. — У него есть дела поважнее, он даже не заметит нашего отсутствия, — прошептал блондин, касаясь губами мочки уха Юу. Старший невольно прикусил губу, едва киллер облизнул, а затем легонько прикусил нежную кожу, дразнясь и сильно возбуждая. Простонав, Юу закрыл глаза — он наслаждался ласками больше, чем должен был. — Ты ужасен, — осуждающе простонал брюнет, на что Таканори гортанно засмеялся. — Успокой свой пыл, нам нужно идти на вечер.       Едва Широяме удалось отойти в сторону и освободиться из хватки киллера, тот вновь вжал его в стену, грубее обычного нажимая ладонью на грудь. Юу свирепо посмотрел на Таканори. — Кое-кто слишком напористый сегодня. — Я просто веселюсь, — блондин виновато потупил взгляд. — Поверить не могу, жестокий и беспощадный киллер наконец-то понял, что такое «веселье», — Юу показал ему язык. — Мне весело только с тобой, — смущенно пробормотал Мацумото в ответ.

«Ах, ну какой же он…»

      Юу казалось, будто мир останавливался всякий раз, когда Таканори говорил нечто честное и душевное, а также когда разделял с ним горькие и полные эмоций моменты, с которыми было трудно делиться. Каждый раз сердце Юу наполнялось бесконечным теплом — Юу был потрясен тем, как далеко их отношения зашли с момента первой встречи. Таканори не переставал удивлять Юу изо дня в день. — Ты такой милый. — Не пойми неправильно, но… — сурово начал киллер, — но ты все еще не можешь называть меня «милым». — Я могу называть тебя как захочу, потому что я Широяма Юу, — самодовольно хмыкнул брюнет и игриво ткнул киллера в кончик носа.       Они оба знали, что Юу был прав. Широяма Юу уже долгое время занимал все мысли и чувства Таканори.

***

      Вечер проводился в главном банкетном зале — в том самом, где Таканори пару дней назад наткнулся на накачанных наркотиками гостей корабля. С того момента здесь стало намного лучше — в воздухе больше не витал удушающе сладкий запах «розмари», а розово-фиолетовые неоновые огни сменились на яркие флуоресцентные. Куча диванов, на которые ранее в полубессознательном состоянии лежали опьяненные веществами гости, было убрано. Зал заполнялся пассажирами в шикарных вечерних нарядах, и на наркоманов они совсем не походили. Состоятельные гости всех возрастов вели беседы — судя по всему, все друг друга знали.       Юу явно не стал исключением. В тот самый момент когда брюнет вошел в зал, держа Таканори под руку, до ушей киллера отчетливо доносились перешептывания окружающих. Юу узнали все — он же Широяма Юу, единственный сын в семье Широяма, а эта фамилия была на слуху у всех богачей. Эта семья известна и без связей с семейством Такашима. Таканори беспокоило то, как много глаз наблюдали за каждым шагом брюнета, однако самого Юу это нисколько не тревожило. Он словно вообще не замечал цепкие взгляды гостей на себе, будь-то из-за социального положения или привлекательности. — Выглядит так, будто они хотят побеседовать с тобой, — начал киллер, с недоверием осматриваясь вокруг и изучая каждого гостя. В зале находилось слишком много людей, и Таканори оставалось надеяться, что они просто пришли повеселиться, а не навредить Юу любым возможным способом. — Кто? — невозмутимо переспросил старший. — Да все, — хмурясь, пробормотал блондин.       Юу пожал плечами — на гостей ему было совершенно все равно. — Ой… Давай просто повеселимся вдвоем. Я сегодня не в настроении обмениваться с ними любезностями.       Таканори искоса посмотрел на Широяму. — Я же сказал, в твоей каюте нам было бы куда веселее.       Юу прикусил губу, надувшись. — Перестань. Я всего лишь хотел принарядиться и потанцевать, давненько не бывал на подобных вечерах. Кроме того, ты же никогда не ходил на такие мероприятия. Будет тебе опыт. — Поправочка: я уже ходил на вечеринки, и не раз, если уж на то пошло, — проворчал киллер. — Но больше чем на пять минут я там не задерживался. — Что, хочешь сказать, на вечерах ты убивал столько людей? — Юу в изумлении посмотрел на него.       Таканори обыденно пожал плечами. — Это же очень легко. На больших вечеринках все теряют бдительность, так что есть неплохая возможность устранить цель.       Юу тихо засмеялся, качая головой от нелепости разговора. — Вы просто нечто, господин беспощадный и жестокий киллер.       Таканори был самым странным человеком, которого Юу когда-либо встречал в своей жизни, но эта же странность… пленяла брюнета. Юу всегда будет заинтересован в любых словах и действиях Таканори — этот светловолосый киллер украл его сердце.       Мимо прошел официант с подносом напитков, и Юу быстро потянулся к бокалу вина. — Рад вам услужить, Широяма-сан, — поспешил отозваться работник, поклонившись брюнету. Юу махнул ему рукой и улыбнулся в ответ на первоклассное обслуживание.       В ту же секунду официант откланялся и ушел, и Таканори сразу же вырвал из рук Юу бокал с вином. Широяма, непонимающе открыв рот, оскорбился столь грубым жестом. — Ты ничего не будешь пить на этом вечере, — отчеканил киллер строгим тоном, прожигая старшего суровым взглядом. В нескольких метрах прошел еще один официант, и блондин поставил напиток назад на поднос. — Разве я не ясно выразился?       Юу злобно посмотрел на младшего, фыркая: — Это всего лишь вино, мистер надзиратель. — Я пытаюсь защитить тебя и извиняться за это не собираюсь, — буркнул киллер. — Я пытаюсь защитить тебя и извиняться за это не собираюсь, — перекривлял его Юу осуждающим тоном. Мацумото в непонимании сощурился. — Боже, как будто что-то от этого изменится. Ты все равно никогда не извиняешься. — Я не извиняюсь потому, что всегда оказываюсь прав, — прояснил блондин. — Ты, должно быть, «душа компании» на всех вечеринках, — с издевкой протянул Юу. — Нет, не совсем, уж точно нет, — пробормотал Таканори. — Я скорее убиваю людей на вечеринках, забыл?       Может, у Юу до абсурда ужасное чувство юмора, или все дело в Таканори, который всегда слишком прямолинейный, но ответ киллера вызвал у Широямы смех. Таканори едва заметно улыбнулся, хотя мысленно не понимал, чем же так рассмешил старшего. — Ладно, прощаю. Только ты можешь заставить меня так сильно смеяться, — в бесконечном хохоте протянул брюнет. — Все еще не пойму, что такого смешного в моей профессии, — Мацумото вскинул бровь. Однако родной смех Юу лился в его уши будто сладкая песня, которую киллер хотел слушать вечно. — Да ничего. Знаешь, не пить и вот так стоять у стенки жутко скучно, — лукаво усмехнулся Юу с огоньком в глазах. — А еще я заметил, как центр зала начал освобождаться. Ты же понимаешь, что это значит… Таканори, сочту за честь, если ты окажешь мне милость и…       Таканори в ужасе побледнел, осознав его намек.

«Что, серьезно? А я-то думал, тот вечер в клубе станет первым и последним… Но медленный танец, в этом огромном зале, на глазах у кучки богачей, которые учились танцам чуть ли не с пеленок?»

      Таканори не получил должного образования: он не окончил среднюю школу, не то что старшую или институт, поэтому никогда не сталкивался с торжественными мероприятиями, и ему не нужно было ни с кем танцевать вальс. Могло сложиться впечатление, что он будет стараться избежать танцев во взрослом возрасте, но, как оказалось, все совсем не так — ведь Юу в корне изменил его жизнь, став её неотъемлемой частью. — Я не танцую.       Юу захныкал, энергично подначивая его согласиться, и Таканори понимал зачем. — Ты и в прошлый раз в клубе это говорил, но нам было так весело! — Ну, если честно, я тогда и не танцевал особо, — сухо ответил Мацумото. — Танцевал только ты, а я… Я просто стоял и наслаждался моментом. Чисто физически я не шевелился… — Така-а-а-а! Ну пожалуйста?! Ну же, пойдем, сейчас заиграет моя любимая песня, — взмолился Широяма, сильно кивая головой в сторону танцпола. В центре зала уже несколько пар слились в грациозном танце. Таканори почувствовал, как нервно взмокли ладони. На заднем фоне разлился чистый баритон, который невозможно было ни с чем спутать — голос Элвиса Пресли, напевавший первые строки легендарной песни шестидесятых годов.

Мудрецы говорят, что спешат лишь глупцы

— Элвис? Серьезно? — вздохнул Таканори, понимая, что рано или поздно он бы все равно сдался из-за умоляющего выражения лица старшего. Юу мог быть очень убедительным, когда хотел. Ну вот как ему можно отказать? — Can’t Help Falling In Love — это классика, — оживленно кивнул Юу и опустил ладони на руки киллера, притягивая к себе. Брюнет медленно потянул его к танцполу. — Хочу, чтобы эта песня играла у меня на свадьбе. Родители обвенчались под нее, теперь и я хочу. — Значит, тебе нравится ретро, — в осознании нахмурился киллер. Он даже и не знал. Впав в ступор от подобного открытия, киллер и не заметил, как очутился в центре зала среди других парочек, круживших в танце, и что Юу притянул его к себе для медленного танца, положив ладони блондина себе на талию и сцепив свои в замок на его затылке. — Чш-ш-ш, ты испортишь песню, — игриво шикнул брюнет, ярко улыбаясь тому, как легко Таканори поддался его воле, снова. Таканори всегда сдавался перед ним. Этот парень не прекращал удивлять Юу.

***

      Как оказалось, молча танцевать с Юу — не так уж плохо. Да и сама песня неплохая. Таканори особо не слушал музыку, поскольку вырос без доступа к современным технологиям и необходимым приборам, которые были в доме у каждой семьи. А теперь, из-за характера работы, у него просто не было времени сидеть в Интернете и узнавать свои музыкальные предпочтения.       Но Элвис Пресли… Что же, эту композицию знали все. Таканори не имел возможности вдумчиво ее послушать и понять смысл, но сейчас он понимал, почему она так нравилась Юу. Песня очень романтичная, и… глядя на Широяму в тот момент, киллер невольно осознал, что суть каждой строчки ему близка.

Мне остаться? Не будет ли грехом Что я не могу не любить тебя?

      Тогда Таканори по-настоящему танцевал с Юу, не обращая внимание на других гостей, которые неотрывно наблюдали, как пара медленно кружилась в танце. Таканори не замечал никого, сосредоточившись исключительно на красивом лице Юу: на дрожащих ресницах полуприкрытых глаз, на изящные повороты головы в такт музыки, на блаженное выражение лица. Юу просто наслаждался моментом.       А что касается Таканори… Таканори не прекращал на него смотреть. Киллер лишь покрепче сжал чужие бедра, не отпуская Широяму от себя ни на сантиметр, и вместе с ним отдался мелодии. Таканори танцевал с самым прекрасным на свете парнем, и только теплые ладони брюнета на шее занимали все мысли Мацумото.       Таканори теперь понимал смысл песни. Композиция действительно потрясающая, прямо как и темноволосый Юу, стоявший напротив. В ту секунду Юу принадлежал Таканори, и только Таканори.

Подобно реке, впадающей в море Любовь моя Некоторым вещам непременно суждено случиться

— Ты когда-нибудь думал о том, какой будет твоя свадьба в будущем? — внезапно поинтересовался Широяма, медленно открывая лунно-карие глаза и поднимая их на киллера. Его вопрос выбил младшего из рассуждений, однако Таканори не прекращал на него смотреть. — Зачем? Мне не с кем заключить узы брака, — улыбнувшись, Таканори помотал головой.       Юу почувствовал, как всё сжалось внутри.

«Я бы вышел за тебя».

— Что ж, никогда не знаешь, что может случиться. Но чисто гипотетически? Ты говорил, что хочешь купить дом у моря. Как насчет свадьбы на пляже?       Таканори горько усмехнулся. — Не знаю, Юу. Наверное, я был бы уже рад тому, что могу связать свою жизнь с человеком, которого безумно люблю, а свадьба — дело второстепенное.       У Широямы всё перевернулось внутри. Он догадался, что киллер говорил о нём. Сожаление в глазах киллера разбивало брюнету сердце. Юу даже пожалел, что не предвидел такое развитие разговора. — Ну а ты? — как можно искренне спросил блондин. — Вы же с Койю помолвлены. Свадебные приготовления, должно быть, в процессе. — Думаю да, — пробормотал Юу. Он сдержался изо всех сил, чтобы не прильнуть к Таканори и не унести его печаль вместе с поцелуем. Но коснуться родных губ брюнет не мог: за ними наблюдали, и вести себя так, как хотелось, Юу и Таканори не могли. Теперь Юу понял, почему Таканори хотел остаться в каюте и не идти на вечер. — Мне нравится эта песня, — хмыкнул киллер. — Сейчас я понял, почему ты хочешь слышать ее на своей свадебной церемонии. — Она прекрасна, не правда ли? — Юу заставил себя улыбнуться.       «Эта песня могла бы быть нашей», — подумал старший, но не осмелился сказать вслух, потому что знал, что так будет еще больнее. — Интересно, а меня пригласишь, — криво усмехнулся Мацумото. — Куда? — На свадьбу, — киллер вопросительно наклонил голову набок. — На свою свадьбу. — Ну, зависит от ситуации, — шумно вздохнул брюнет, чувствуя, как гулко билось сердце. — А ты придешь?       Таканори задумался. — Может да, а может и нет. — Ты не обязан.

«Тебе правда не стоит приходить».

— Да мне и не стоит, — Таканори словно прочитал его мысли.

«Если я приду, то будет слишком больно».

Возьми меня за руку, забери мою жизнь Ведь я не могу не любить тебя…

      Как только песня кончилась, Юу и Таканори неохотно разжали ладони друг друга. Юу невольно приоткрыл рот — он хотел сказать возлюбленному, что ему было плевать на свадьбу, и что он безумно хотел стоять с Таканори у алтаря, но в ту секунду ему помешал сотрудник лайнера и сообщил, что Юу хотел кто-то видеть. Таканори удивился не меньше самого брюнета, однако новость расстроила его гораздо больше, чем самого Широяму. — Такашима-сан желает вас видеть в своей каюте, Широяма-сан, — сообщил работник. — Я пойду с ним, — тут же вмешался киллер, оборонительно хватая брюнета за руку. — Такашима-сан сказал, что хочет увидеться с Широямой-саном наедине, — подчеркнул сотрудник.       Юу горел желанием видеться с Каем, особенно после того, что произошло между ними вчера, однако спорить с работником на глазах у других пассажиров не стал — в конце концов, человек просто выполнял приказ. — Ты знаешь, где находится его каюта. Позже увидимся, — прошептал Юу на ухо киллера и, скрепя сердце, отпрянул. — Хорошо? — Разумеется, — пообещал блондин, и на этот раз сдержался он, чтобы не поцеловать возлюбленного. Мацумото с тоской посмотрел на старшего, чувствуя пожар в груди. — Скоро увидимся, обещаю.       Как только Юу удалился вместе с сопровождающим, Таканори покинул зал. В который раз — с того самого момента, как они попали на корабль — его преследовало ужасающее и неспокойное ощущение того, что он мог больше не увидеться с Юу.

***

      Каюта Кая оказалась похожей по размеру на апартаменты Юу, однако здешний интерьер скорее напоминал офис. В центре зала даже стояли стол для бильярда и барная стойка, за которой в любую секунду бармен мог приготовить для тебя напиток. Пока Юу шел в кабинет Кая в сопровождении сотрудника лайнера, то заметил не менее десяти накачанных телохранителей, стоявших по периметру всей каюты. Тем не менее, Широяма задумался, зачем младшему Такашиме такая сильная охрана в собственной каюте. Но опять же — Кай ведь наркобарон. Юу подумал, что пора бы перестать удивляться его поступкам. Доведя брюнета до кабинета, сопровождавший работник тут же удалился, плотно закрывая за собой дверь. Весьма безобидное действие, — но Юу уже чувствовал себя неспокойно, хотя не должен. На душе на самом деле стало очень тревожно. Юу хотел, чтобы Таканори был рядом.       В помещении царил приглушенный свет, за исключением угла, в котором находился Кай. Шатен отдыхал на дорогом кожаном диване черного цвета, вальяжно раздвинув ноги и потягивая вино из бокала. Диван, на котором он сидел, стоял прямо напротив огромного окна в пол, из которого открывался вид на океан как на ладони. Зрелище поистине захватывающее, особенно, когда воцарилась ночь, и луна бросала холодный свет на водную гладь. Юу хотел насладиться видом с Таканори. — Юу, присядь, — велел Кай. Он сидел спиной к Широяме, глядя на океан. — Ты не пришел на вечер, — заметил старший. Он не желал как-то сближаться с Каем или интересоваться его жизнью, но, похоже, иного выбора не было. — У меня и другие дела есть, — ответил шатен. Наконец повернувшись к Юу лицом, он похлопал ладонью по свободному месту на диване. — Посиди со мной, Юу.       Широяма нехотя сел. — Зачем ты меня позвал?       Кай хрипло рассмеялся. — А что, мне нужна причина, чтобы увидеться с тобой? Мы же практически семья. Не надо… — мужчина искоса посмотрел на расстояние, которое Юу оставил между ними, — так меня бояться, Юу. Обычно ты более дружелюбен. — Если бы мы правда были семьей, то ты бы никогда не сказал то, что я услышал вчера, — с укором начал брюнет. — Вышло совершенно не «по-семейному» с твоей стороны.       Глаза Кая ехидно засверкали под светом ламп. — Ты действительно неверно воспринимаешь мои намерения, мой дорогой Юу. — Не забыл, что я помолвлен с твоим братом? — скривился старший. — Ах, так, значит, теперь помолвка для тебя что-то стала значить? — парировал младший Такашима. — А когда ты наедине с Руки, то закрываешь на помолвку глаза.       Юу помрачнел от шока, слегка приоткрыв рот. «Как он узнал? Черт, черт, черт… Чтоб его…», — брюнет мысленно проклинал Кая. Ситуация хуже некуда. Если Кай узнал, значит узнает и Койю, и Юу не представлял, что после такого будет с Таканори. У Койю много денег и безграничная власть, он мог уничтожить что угодно или кого угодно, если только пожелает. Койю мог вдоволь поиздеваться над киллером, пока не утолит жажду мести, и виноват во всем будет именно Юу. Широяме наплевать, что Койю с ним сделает — может, в глубине души брюнет знал, что это не важно. Ничего не имеет значения, пока Юу мог вытерпеть, выдержать. Он не боялся Койю — тот всегда слишком тепло относился к Юу. Но Таканори… Таканори будет в опасности. — Я не… Да как ты… К чему ты вообще клонишь? — Ты любишь этого киллера, ведь так? — младший Такашима поднес бокал с вином к губам. Еще никогда прежде он не выглядел таким довольным собой. Юу ужасно сильно хотелось стереть самодовольную ухмылку с чужого лица. Наверное, вот почему Койю всегда его прятал от Кая: Койю не хотел, чтобы Юу познал их темную сторону, которая проявлялась во время работы. — Повторяю еще раз: я помолвлен с твоим братом, — настоял брюнет, вскипая от злости. — Значит, ты прекрасно понимаешь последствия этой интрижки. Знаешь же, что Койю с ним сделает, знаешь? Он разорвет его на куски, каким бы умелым киллером Руки ни был. У Койю есть деньги и люди. А твой дорогой Руки — крохотный человечек, один-одинешенек. К тому же, теперь мы знаем, как он на самом деле выглядит, да и сейчас он еще на моем корабле. Тебе не кажется, что у меня преимущество?       Жизнь Таканори оказалась в руках Юу. Широяма предвидел это еще давно, а сейчас всё стало предельно очевидно. Ему действительно стоило вести себя осторожнее, прямо как Таканори до этого твердил. Киллер не должен быть наказан из-за ошибок Юу — он этого не заслуживал. Широяма просто не мог так с ним поступить.       Но что более важно — Каю было что-то нужно от Юу. Широяма ведь не глупый: если бы Кай на самом деле ценил их отношения с Койю, то давным-давно уже бы рассказал ему правду. Однако, как оказалось, Кай отнюдь не обожал старшего брата. Кай — бизнесмен, а в мире бизнеса всё вращается вокруг контроля: все стремятся заполучить как можно больше власти. А прямо сейчас Кай был готов уничтожить Койю, лишь бы получить желаемое, и не испытывал никаких угрызений совести. — Тебе что-то нужно, — умозаключил брюнет. По крайней мере, такой поступок со стороны Кая лучше, чем если бы он сразу же рассказал Койю об измене его жениха с киллером. Тем не менее, Юу понимал, что с Каем всё не так-то просто. Особенно после того, как он начал помалу показывать свое истинное лицо с каждой секундой пребывания Широямы на корабле. — Всё очень просто, — усмехнулся мужчина, поставив бокал на журнальный столик перед собой, после чего резко сократил между ними расстояние и придвинулся ближе, приобнимая Юу одной рукой. Кай сжал брюнета в своих объятиях, с неким намеком перебирая пальцами на чужом предплечье. Широяма еле сдержался, чтобы не отпихнуть его. — Выходи за меня.       А вот теперь Юу на самом деле захотелось ударить Кая — он совершенно слетел с катушек. — Можешь делать с Руки что хочешь, пока находишься на моем корабле, мне плевать. Я даже дам ему кругленькую сумму по возвращении в Японию. Но потом он навсегда исчезнет из нашей жизни. Ты вернешься домой к Койю, скажешь ему, что бросаешь его ради меня, и мы расписываемся. Это все, что мне нужно. — Но ты же не любишь меня как парня, — едва слышно начал Юу. Его голос, полный шока, дрожал. — И никогда не любил. Даже после того, что ты сказал вчера… я не верю тебе. Ты поступаешь так совершенно по иной причине. Ради чего?       Кай рассмеялся — Юу увидел его мотивы насквозь. — Ах, Юу… Ты всегда был таким умным. Всё верно: вчера я лишь притворялся. Я просто хотел знать, соблазнишься ли ты моими признаниями в любви или нет. Любовь? Чувства? Это не так важно. Ты красивый и очень добрый. Думаю, через какое-то время я, так или иначе, полюблю тебя, для меня это не проблема. Но что куда важнее — мне нужно совсем иное: связи твоей семьи, твоя компания, твоя фамилия, которая поможет мне начать жизнь с чистого листа.       Юу почувствовал, как живот скрутило нервным узлом. — Ты можешь выбрать себе в супруги совершенно любого человека на этом корабле, этот человек будет рад поделиться с тобой своим состоянием. Ты же Такашима, в конце концов. Я тебе не нужен.       Юу напомнил Каю о том, что он носил фамилию Такашима, и это еще больше разозлило шатена. Уже во второй раз во время их встречи Кай вел себя как совершенно другой человек, когда переполнялся гневом. Лицо младшего брата Койю мрачнело от злости; он тяжело дышал и злобно щурился. — Нет, ты понимаешь, в этом-то и дело. Я никогда не был Такашимой. Ни для собственной семьи, ни для кого-либо еще. Зачем, по-твоему, мою личность скрывали от общества все эти годы? Отец заплатил каждому журналисту в стране за молчание о моем существовании. Он не хочет, чтобы я угрожал репутации Койю как идеального сына и… единственного наследника. Хотя на самом деле, я заслуживаю места в компании наравне с Койю. В моих венах течет кровь рода Такашима. И я заслуживаю всё самое лучшее, что отец отдает Койю, — контролируя свой гнев, рассказал шатен, хотя был готов вот-вот сорваться на крик. — Почему, думаешь, Койю так мил со мной? Считаешь, лишь из-за братской любви? Каждую ночь Койю идет спать с чувством вины оттого, что ему приходится подавлять каждую мою попытку доказать семье о своих способностях и проявить желание стать частью семейного бизнеса. Койю мошенник, как и отец. Если бы могли, они бы уже давно от меня избавились, однако я успел достаточно проявить себя в наших кругах. Я построил собственный бизнес. А они продолжают утверждать, что всё, чего я добился своим трудом — исключительно заслуга их фамилии.       Юу… Юу не мог утверждать, что предвидел подобное. Кай всегда вел себя излишне мило всякий раз, когда Койю приводил его на встречу. Широяма всегда думал о Кае лишь в позитивном ключе. Он ведь младший сводный брат, который всегда идеализировал старшего, что не могло не вызывать умиления. Постоянно казалось, будто Кай пытался подражать Койю, о чем сам блондин не раз говорил Широяме. Иногда Кай прилагал слишком много усилий, и Койю жалел, что брату приходилось доводить себя до такого. Между ними всегда ощущался дух братского соперничества, и Юу никогда не рассматривал их отношения иначе.       Но опять же, Юу считал себя виноватым в том, что настолько погрузился в мир, созданный для них с Койю на двоих, что перестал замечать мир вокруг себя. Для него Кай всегда казался тем самым младшим братом, который постоянно требовал одобрения от старшего. Несмотря на то что Широяма немного жалел Кая из-за того, что ему пришлось жить в тени собственной семьи, он все же полагал: так было нужно, чтобы сохранить семейный бизнес. В мире высшего общества нередки случаи, когда дети, рожденные вне брака, потом тщательно скрываются родителями, особенно, если родители связаны с политикой, как например отец Койю, министр финансов, и внебрачные дети поставят их карьеру под угрозу. Любой другой влиятельный человек поступил бы так же. Юу никого не винил в подобном поступке — так делались дела в мире влиятельных людей, и Широяма считал, что Кай принял этот факт давным-давно.       Однако Юу вырос в привилегированной семье, но с тех пор его стремления и взгляды существенно изменились… благодаря одному особенному киллеру. — Мне жаль, что твоим родителям пришлось скрывать тебя от всего мира, — тихо пробормотал Юу. — В наших кругах это обычное дело, но я знаю, что так нельзя. Ты этого не заслуживаешь. И ты имеешь право злиться.       Понимающий тон голоса брюнета выбил младшего из колеи. — Я… правда имею право злиться, Юу? — Я не Такашима и не могу говорить от лица всего семейства, — продолжил Широяма как можно ласковее. Он понимал, о чем Кай на самом деле думал. — Но если вы сядете вместе, и ты расскажешь им, что чувствуешь, то, я уверен, они тебя выслушают. Они же твоя семья, Кай, они желают тебе только добра.       Кая вновь одолел гнев. — Они не станут меня слушать. Я тысячу раз просил отца позволить мне «выйти в свет» и стать частью семейного бизнеса. Но он запретил. Сказал, что это невозможно. Он… Он в жизни не станет рисковать своей карьерой и состоянием ради меня. А ведь я тоже его сын. Но Койю… Ради Койю он сделает всё. Койю получает всё, что не могу получить я. — Так если твой отец против, — брюнет озадаченно посмотрел на Кая, — тогда причем тут я? Как брак со мной поможет тебе получить в свои руки семейный бизнес? Ты мог бы жениться на прекрасной девушке из хорошей семьи и стать главой её семейного дела.       Однако прежде чем шатен ответил, Юу понял ответ на свой же вопрос. — Всё понятно… Ты хочешь забрать у Койю ту самую единственную вещь, которую можешь, — Широяма перевел взгляд на младшего. По коже пробежал мороз. — Меня. Для Койю я ведь целый мир, да? А ты хочешь сделать ему больно одним-единственным возможным для тебя способом, использовав… меня.       Внезапно в голову брюнета пришла еще одна мысль, и Юу почувствовал, как предательство пронзило каждую клеточку его тела.

«Таканори был прав… Ох, как же он был прав… Отныне я всегда буду к нему прислушиваться».

— Это же был ты… Ты отправил мафию, чтобы похитить меня.       Кай маниакально усмехнулся. — А ты и правда умен, Юу. Я даже понятия не имею, зачем ты передал компанию своей семьи под управление Койю: ты и сам прекрасно можешь держать дела под своим контролем. Койю этого не заслуживает… Он тебя не заслуживает.       Юу был слишком потрясен услышанным, чтобы польститься комплиментом Кая. На самом деле, у брюнета помалу начинала кружиться голова от внезапной вспышки гнева, разливавшейся пламенем по венам. Юу казалось, что он вот-вот потеряет сознание. — Поверить не могу, что ты заставил меня испытать столько боли, — пробормотал Широяма дрожащим голосом. — Все это время я был исключительно добр к тебе. Разборки в вашей семье меня не касаются. И Руки тоже. — Вот видишь, здесь-то ты и совершаешь ошибку. Я не собирался причинять тебе вред, Юу, — поправил шатен, — всего лишь хотел привезти ко мне. Мы бы просто поговорили, вот как сейчас, и я бы спокойно озвучил свое предложение. Кто ж знал, что Койю, в итоге, пошлет за тобой киллера? Впрочем, как бы там ни было, этот киллер привел тебя прямиком ко мне, грех жаловаться. Всё обернулось в мою пользу. Более того, я почти сразу понял, что ты с ним спишь, оттого сделка становится в разы заманчивее. Если выйдешь за меня, я пощажу его. Ну разве не благородно с моей стороны? Будь я во многом похож на Койю, то выкинул бы этого киллера за борт сразу же, как только узнал о вашей связи.       Юу сжал дрожащие ладони в слабые кулаки. Он испытал дикий ужас, но не собирался показывать свой страх перед мужчиной, с которым находился в одной комнате, и десятью телохранителями. Обстановка сложилась совершенно небезопасная для него, и Широяма сомневался, что сможет выбраться отсюда целым и невредимым. Он даже сомневался, было ли у него вообще право выбора. — А если я откажусь? Если я не выйду за тебя?       Губы младшего Такашимы изогнулись в наигранно теплой усмешке, и мужчина слегка обнажил в оскале белоснежные зубы. — Тогда я убью тебя.