Лекарство

После приема у Фауста Рену всегда становилось легче: проходила головная боль, успокаивались нервы, и он чувствовал себя почти удовлетворительно. Медленно заходило солнце над золотыми барханами, окрашивая монотонный пейзаж в оранжевый оттенок. Сухой воздух постепенно остывал, давая возможность вдохнуть полной грудью. С пригорка, где Тао остановился, открывался замечательный вид на деревню. Все дома издалека напоминают выкованные песчаными бурями крепости. Он залюбовался видом чужой земли, жадно впитывая ощущение необузданной красоты Западной пустыни. Невольно вспомнился дом. Могучие, но унылые скалы, что окружают его поместье и не дают солнцу подобраться ближе. Будучи ребенком Рен мечтал перепрыгнуть через преграды и очутиться на воле, где глаза слепит яркий солнечный свет. Он знал, что где-то там малышу Рену не будет страшно и одиноко. И до сих пор Рен сражается чтобы когда-нибудь дойти в райскую долину, упасть на прохладную зелень и ощутить тепло согревающего солнца на коже… — Красиво, не правда-ли? — знакомый голос из неоткуда. Обернувшись, Рен увидел материализовавшегося в воздухе Хао. Его спокойный вид и невинная улыбка на лице застигли Рена врасплох. Покрепче сжав кулаки, он бесстрашно заглянул шаману в глаза. Смелость и внутренняя сила Рена всегда подкупали Хао. Опустившись на землю, он подошел к Тао и дружелюбно похлопал его по плечу. — Как самочувствие? — стряхнув руку с плеча, Рен ответил. — Ты явился, чтобы справиться о моем здоровье? Это так мило, но разочарую тебя. Я в прекрасной форме! — Обычно да, но не сейчас. — Что? Хочешь проверить? Я покажу тебе силу! — моментально создав контроль над Басоном в форме гигантского гуаньдао, Рен отпрыгнул на пару метров, становясь в атакующую позицию. Но Хао даже не думал двигаться с места, лишь сильнее заулыбался. — Ты так храбр, что бросаешь мне вызов? Но если бы я захотел тебя проверить, то нашел бы соперника другой весовой категории. — Хм… — Рен понимал к чему тот клонит. — Тогда что тебе нужно? Больше не с кем поболтать?  — Может быть. Я уже говорил, что вижу в тебе удивительный потенциал. Ты так непохож на своих наивных друзей. — Прекращай говорить очевидные вещи. Ближе к делу, я не в настроении, — а настроение и вправду пропало. Время, которое Рен хотел посвятить тишине покою и мыслям о вечном пришлось отдать самому отъявленному психу тысячелетия.  — Как бы ты не храбрился, я знаю все твои слабости. Сила, которую хочешь обрести, человек, которого боишься потерять. Мне все известно. И если присоединишься, то обязательно получишь и то и другое. Со мной ты мог бы даже догнать Йо и заполучить… — Спасибо, но я уже говорил, что не собираюсь вступать в твою шайку! И Йо я одолею одной левой! — нагло перебил Рен, не желая, чтобы Хао продолжил! — В этом я сомневаюсь… особенно сейчас. Понимаешь, в чем проблема Рен, я вижу все. Твоя внутренняя сила рвется наружу, а человек, к которому ты обратился за, так сказать, помощью, пытается потушить огонь! Думаю, ты понимаешь, что я против. — Не твое дело чем я занимаюсь и с кем! — Как раз мое! Как будущий Король шаманов я обязан заботиться о своих подданных, даже если пока они не понимают, что это для их блага. Хочешь ты этого или нет, твое «лечение» окончено. А если ослушаешься, будут проблемы, — не стирая вечной победной улыбки с лица, сказал Хао и испарился, не давая Рену ответить. Закат, горячий песок под ногами, съедающая тишина — все невероятно бесило! Глаза Рена налились кровью. Сжав рот так плотно, что он казалось исчез, Тао рухнул на колени и со всей силы начал бить землю. Он не мог кричать, казалось ему вырвали язык, но жар исходящий от саднящего кулака давал волю ярости! Рен ненавидел Хао, Рен боялся Хао. «Плевать! Мне абсолютно плевать, что там хочет чокнутый братец Йо! Я буду делать, что пожелаю и никакие угрозы меня не пугают!» Тао возненавидел себя за мгновенье, когда холодок прошел по спине. Это страх. Не за себя, но за близких. Глава семьи не имеет права бояться! И психи ему не авторитет! Он хочет в это верить. Он будет в это верить! У него нет выбора. «Неловкая первая встреча, после битвы с Йо. Они все смеялись, не надо мной, но со мной. Улыбки, дружеский смех, бассейн, торт, глупые шутки. Объятия, прикосновения, неловкие касания. Начало дружбы, стаи». — Мастер Рен… «Темница. Безграничная тьма. Пытки родной семьи и они! Они спасли меня, но мы едва знакомы! Я буду вечно благодарен им!» — Мастер Рен! «Он не смеет их тронуть! Я не позволю! Я умру за них!» — Мастер Рен! — Тао внезапно очнулся. Голос хранителя вывел его их странного транса. — Чего тебе, Басон? — тихо, но сурово поинтересовался Рен, приходя в себя. Тао уже знает, что скажет дух. Его рука полностью изранена. По пути назад он зайдет к медикам, они сделают перевязку и все будет в порядке. — Какой же ты глупый, Басон. Вечно кудахчешь, как наседка. С твоим господином все будет в порядке. — Я надеюсь, господин. — И еще. — Да? — Никому ни слова о разговоре Хао. — Слушаюсь. — Видимо придется снова идти к Фаусту, — бурчал Рен себе под нос, не обращая внимания на беспокойный взгляд хранителя. На следующий день Рен добрался до Колизея, в котором проходил турнир знакомых гладиаторов. Сделав глубокий вдох, он медленно направился на верхние ряды амфитеатра искать товарищей, что обещали занять ему лучшее место. Их понятия о лучшем всегда расходились, но Тао был благодарен за заботу. Все-таки просыпать не входило в его план, но прошлой ночью он никак не мог уснуть, а если удалось задремать, то кошмары выталкивали обратно. Даже чертовы лекарства не помогали. В итоге он прокрутился на горячих простынях всю ночь и только перед рассветом удалось немного отдохнуть, а там и будильник подоспел, но Рен его не услышал. Впервые. До него достучались только громкие и раздражающие Чоко и Хоро. Ватные ноги от убойной дозы лекарств и недосып сделали Тао тихим и мягким, как зефир под кисло-сладким соусом. Он вяло вставал, не заправляя кровати и почти не реагировал на суету, создаваемую его командой. Ребята заподозрили неладное только когда Рен никак не отреагировал, обнаружив огромный клок склизких черных кудрявых волос Чоко заботливо оставленный вышеупомянутым на краю раковины. Видя ужасное состояние Рена ребята сказали, что он может не сильно торопиться. Дойдя до нужного места, Тао встал рядом с Усуи и Чоко, игнорируя их пресловутые насмешки. Опустив голову вниз, Рен заглянул вниз на приготовления к поединку. — Кого я вижу, ваше капризное Величество! — заунывно протянул Хоро. — Ты вовремя. Бой только начинается, — вклинялся Чоко. — Гладиаторы крутые, я ставлю на их победу, — решил для себя Рен. — Да, но эти психи тоже не промах, — вставил Хоро. Хмыкнув, Рен перевел взгляд на Фауста, который одиноко стоял поодаль. Ощутив это, Иоганн мельком посмотрел на Рена. Прошло мгновение. Они отвернулись. Никто и не подумает, что этих двоих что-то связывает. Никто, кроме Хоро, наблюдавшего исподлобья. За спиной закричал Манта, развеяв напряженную обстановку расспросами про Маю и ее семью. — Надеюсь, Мая успела отдохнуть! Надеюсь, она справиться и все будет хорошо! — жужжал Манта, как назойливая муха. Иногда его так и хочется прихлопнуть. Уже позже в их излюбленном кафе, куда все заявились после окончания поединка, началась оживленная беседа про команду Парзия. Мальчишки с пренебрежением относились к тусовке детей и родителей. По началу Рен пытался вклиниться в разговор, но недосып и таблетки сделали свое. Глаза медленно слипались, а умиротворяющий запах тела Усуи, сидевшего совсем рядом, обволакивал своим уютом. Рен постепенно погрузился во мрак. — Я так не думаю и Рен тоже! А? — услышал Рен и очнулся будто ото сна. Хотя, кажется он реально задремал… Первое, что он увидел — смеющееся лицо Усуи прямо перед собой. Глаза товарища уже блестели от слез, и от увиденной картины, щеки Рена заалели, а руки стали мокрыми и жутко горячими. Какой позор! Быть обсмеянным этим чурбаном! — С добрым утром! — трясся Усуи. Звонкий смех выводил Рена из себя! — Ты не давал мне спать! Храпел всю ночь! — оборонялся Рен, спасаясь от унижений Хорокея. — Я? Я не храплю! — смеясь прямо в лицо, парировал Хоро. — Еще как храпишь!  — Кстати! Ты знал, что разговариваешь во сне! Позавчера ты сказал… я не помню, что, но было очень смешно! — он ржал во всю глотку! Уснуть по среди обеда — это так на него непохоже — думал Усуи, продолжая лыбиться для вида, однако в глубине души насторожился. Оставив свою жертву в покое, Хоро взглянул на Фауста. Тот выглядел совершенно безучастным к разговорам вокруг. Задумчивое лицо Иоганна не подходило к царящему вокруг веселью. Как их может что-то связывать? Они даже не разговаривают друг с другом. Рен принимает Фауста за бутафорию. Ему пришла мысль, что увиденное в лесу было сном или миражом. Но так или иначе, Хоро был рад снова находиться рядом с выскочкой. Они давно не обедали вместе, Тао вечно уходил, частенько избегал его, вел странные делишки с Фаустом. Все это бесило до жути. Своей самонадеянностью и вечно уязвлённой гордостью Тао постоянно его веселил. Их драки и придирки греют душу, и чтобы Тао не скрывал Хоро обязательно это выяснит. — Ты можешь хотя бы десять секунд сидеть на месте? — кипел от ярости Рен. По неосторожности Хоро дернул рукой и случайно опрокинул пиалу с рисом Тао на колени. Пыхтевший от ярости, Рен схватил его за грудки и тряс что есть мочи. — Ты сам говорил, что без риса жить не можешь! Вот я и соединил тебя с любовью всей жизни! — хихикал Хоро, неосознанно наслаждаясь запахом его пресловутого геля для волос. — Ладно, хватит прохлаждаться! Марш готовиться к бою! — откуда не возьмись явилась Анна. Хоро казалось, что она только и делает, что кричит про тренировки. Как она могла ему когда-то понравиться? — Но какой смысл сейчас тренироваться, если собирается дождь! — бурчал Йо, но уже отодвинул тарелку. — Анна, где логика? Под дождем не видно их слез? — за эту шутку Чоко получил удар в челюсть от шикигами, но призадумавшись, Анна перенесла общую пытку до улучшений погодных условий. И парни разошлись по делам. Все, кроме Йо, которого Анна таки затащила под навес и заставила делать всего тысячу приседаний для поддержания общей формы. На вопрос «Почему только я?» последовал ответ «Потому что ты — будущий король шаманов!» и препирания бессмысленны… Потел Йо так же нещадно, как лил проклятый ливень. Единственное утешение — прохлада дождя. На этом приятном моменте Асакура и пытался сконцентрироваться пока выполнял упражнения. Анна скучающе смотрела на свои ногти, пока Йо обливался потом и слезами. Пот капал на глаза, гудящие ноги налились свинцом. Перед ним была стена дождя, укутывающая деревню в свои объятия. Ему осталось совсем чуть-чуть, но внезапно ноги перестали слушаться, в глазах потемнело. Йо прошибла волна, похожая на электрический удар. По телу прошла крупная холодная дрожь и время на мгновенье остановилось. Внутри образовался огромный пустой холодный ком. В горле пересохло, Йо уже знакомо ощущение пустоты. Интуиция кричит о беде, опасности! Йо упал на землю и судорожно искал глазами Анну! Он хотел верить, что интуиция его обманула, но нет. Пугающий взгляд невесты подтверждал опасность. Через мгновенье на горизонте появилась Элиза. Долетев, она упала на колени и рыдая, взявшись за край платья Анны, кричала: — Анна, спаси Его! Спаси Иоганна! Его сейчас поглотит дух огня!