Давай спи, чёрт возьми

***

− Джон, − произнёс Шерлок с серьёзным выражением лица, − я хотел бы, чтобы ты знал заранее, что со мной весьма... непросто. Джон в ответ закатил глаза. − Шерлок, − сказал он, − у нас на журнальном столике в гостиной лежат восемнадцать человеческих рук. − Я распоряжусь, чтобы их сегодня вечером забрали, − слабо запротестовал Шерлок. Рассмеявшись, Джон поцеловал Шерлока в нос. − Если я справляюсь с этим, думаю, спать с тобой в одной кровати будет несложно. Меня это не побеспокоит. Очевидно, Шерлок воспринял это как личный вызов.

***

Сдвиг. Скрип. Шорох сухих губ. Матрас проваливается. Переворачивание с боку на бок. Тихое, невнятное бормотание себе под нос. Сдвиг. Скрип. Тишина. Сладкая, сладкая тишина. Сдвиг. Скрип... Джон стонет. Сдвиг. Скрип. Шуршание матраса и пижамы, громче, чем выстрелы, больше действовало Джону на нервы, чем полуночное скрипичное исполнение Шерлоком кошачьих воплей. Джон думает, что в данный момент предпочёл бы его. − Чёрт возьми, − бормочет Джон. − Тебя убьёт, если ты останешься на месте дольше двух секунд? Глаза Шерлока распахиваются, пронзая темноту острым серебристым сиянием. Сердитый и раздражённый. Это Джона злит − будто Шерлок имеет грёбанное право раздражаться. − Я должен найти правильное положение, которое обеспечит максимальный комфорт, − медленно отвечает Шерлок, будто Джон какой-то малыш. − Ты никогда его не найдёшь, − шипит Джон, − если не перестанешь двигаться. Шерлок пыхтит; тёплое дыхание касается ключицы Джона, и он погружается в раздражённое молчание. Джон бормочет и вздыхает. Руку Шерлока начинает покалывать. Она зажата под ним. Шерлок не сводит глаз с Джона. Медленно, очень медленно, с предельной точностью он вытаскивает руку из-под тела. Джон не шевелится. Шерлок выдыхает, прижимает руку к груди и закрывает глаза, решив не двигаться. Через две секунды до его внимания доходит, что одеяло слишком низко. У него замёрзла шея, а это абсолютно неприемлемо. С мучительной осторожностью Шерлок хватает край одеяла и тянет, осторожно, осторожно, осторожно! кричит его разум. Его ноги решают, что сейчас самое подходящее время для судорог. Мгновенно тело Шерлока предаёт его, и он сдвигается (скрип), дёрнув ногами, вытягивая и выгибая спину, и вращая плечами, извиваясь, натягивая одеяло всё выше и выше... − ЧЁРТ! − кричит Джон. Шерлок замирает. Джон взрывается. Он вскакивает со своего места в постели и спрыгивает на пол. − Шерлок Холмс, − кричит он, расхаживая взад и вперёд, вцепившись руками в волосы, − прошло уже более трёх чёртовых часов, а ты всё это время не прекращал это грёбанное переворачивание, и я так чертовски устал от этого дерьма! Оставайся, блять, НЕПОДВИЖНЫМ и не двигайся дольше двух ГРЁБАННЫХ секунд, и, может быть, тогда мы оба сможем немного поспать, блять! Шерлок включает светильник на прикроватном столике. Он наблюдает, как Джон дымится. − Прости, − говорит он. − ПРОСТИ?! − Джон останавливается прямо перед Шерлоком, его руки сжаты в кулаки и опущены по бокам. Его глаз дёргается. С потолка доносится громкий стук. Шерлок поднимает бровь. − Поздравляю, Джон, − говорит он ровным голосом, − ты превзошёл звуконепроницаемый потолок. − Спи давай, − в отчаянии говорит Джон. − Я пытался, − бормочет Шерлок. Джон издаёт звук, тревожно похожий на всхлип, и падает обратно в постель. Он обнимает Шерлока и притягивает его ближе, двигаясь и поскрипывая (лицемер, беспечно думает Шерлок), пока они не оказываются лицом друг к другу, обнимая друг друга, а голова Шерлока покоится на груди Джона. − Не двигайся, − шепчет Джон, целуя Шерлока в ухо. − Пожалуйста. Шерлок делает глубокий вдох, каталогизируя окружающие его запахи и аккуратно записывая их. − Я постараюсь, − говорит он. − Но у меня зудит в носу. Грудь Джона поднимается и опускается. − Старайся усерднее. − Он наклоняется и щиплет Шерлока за нос. Шерлок запоминает характер дыхания Джона и отражает его своим собственным. Джон вдыхает, Шерлок выдыхает. Руки Джона сжимаются вокруг него, и Шерлок чувствует, как узлы в его сухожилиях ослабевают и тают. Они молчат и неподвижны в течение трёх минут и сорока секунд. − У меня онемела рука, − говорит Шерлок. Джон стонет.

***

Джон встаёт, чтобы сходить в ванную комнату. Когда он возвращается, его глаза уже привыкли к свету в туалете, и спальня погружена в мрачную темноту. Он пытается заползти обратно в постель, но обнаруживает, что не может найти одеяло. Кроме того, кажется, в центре кровати есть подозрительно тёмное пятно. Джон на мгновение закрывает глаза, собираясь с духом, и тянется к прикроватной лампе. Вспыхивает свет, и мы видим Шерлока Холмса, свернувшегося калачиком в центре кровати, полностью завёрнутого в одеяло. И под «полностью» подразумевается, что всё тело Шерлока исчезло, включая его голову. Только один большой шар зелёного одеяла посреди кровати. Джон вытаращивает глаза. Ему хочется плакать. Джон выходит из их комнаты (своей, если так будет продолжаться и дальше) и подходит к шкафу. Он хватает дополнительное одеяло, которое они держат на зиму, и тащится обратно к кровати. Только для того, чтобы обнаружить, что подсознание Шерлока внезапно заметило отсутствие другого тела в постели и решило использовать это в своих интересах. Шерлок растянулся на каждом дюйме матраса. Его руки и ноги касаются всех четырёх углов. Он всё ещё похоронен под зелёным одеялом. Джон немного сходит с ума. Он бросает новое одеяло и бежит к кровати. − М-м-м? − раздаётся приглушённый голос Шерлока, когда Джон набрасывается на него. − Джон, что ты такое... Руки Джона нащупывают то, что он считает головой Шерлока. Он понимает, что Шерлок спит лицом вниз (какого хрена?). Он обхватывает руками лицо Шерлока, и ему кажется, что он тычет ему в глаз. − Джон! − Шерлок извивается и борется, чтобы избежать этой драки, свернувшись в плотный, плотный клубок и перекатившись в верхний угол кровати, где он и остаётся, сварливый зелёный броненосец. Джон бросается к свёртку с одеялами и обхватывает его руками. − Это чушь собачья, − говорит он мертвенно тихо, обращаясь к завёрнутому в одеяло комочку, который и есть Шерлок Холмс. − Ты хочешь держать ноги в морозилке, а жаб − в тостере, и превратить всю нашу квартиру в зону биологической опасности? Хорошо. Но я не собираюсь терпеть это каждую грёбанную ночь. Повзрослей и научись спать, чёртова задница. Появляются кончики бледных пальцев Шерлока, хватающихся за край одеяла. Широко раскрытые яркие глаза следуют за ним, выглядывая из щели. − И подумать только, − говорит Шерлок, − что это я нуждаюсь в самоограничении. Джон издаёт звук отвращения и сталкивает Шерлока с кровати. Шерлок со смехом падает на пол. − В самом деле, Джон, − говорит он, − мы ещё будем драться подушками? − Отвали, − говорит Джон, но это звучит не так эффектно, когда он хихикает. − Я изгоняю тебя обратно в твою собственную спальню. − Но Джон... − Нет! − Джон стонет. − Убирайся. Ты абсолютно невозможен. Наступает пауза. − Я тебя предупреждал, − говорит Шерлок. Джон смотрит на Шерлока, сидящего на полу, всё ещё закутанного в зелёное одеяло, из-под которого выглядывает половина его головы со спутанными тёмными кудрями, торчащими на макушке, и, несмотря ни на что, расплывается в улыбке. − Ты смешон, − говорит Джон. − Тебя очень легко спровоцировать, если лишить сна. Джон испускает долгий страдальческий вздох. − Ты ужасен в постели. − Это неправда. − В глазах Шерлока появляется острый, как бритва, блеск. − Приходи в постель без цели спать, и я предоставлю тебе обширные доказательства. Он подмигивает − подмигивает − и встаёт. Подняв концы своего одеяла (как будто это грёбанное платье), он неторопливо выходит из комнаты. Он каким-то образом умудряется делать это, выглядя достойно − ради бога, на нём чёртово одеяло. − О, чёрт, − бормочет Джон, невольно расплываясь в улыбке, и встаёт, чтобы последовать за Шерлоком.