Злая шутка судьбы

***

— Что ж, мои дорогие! — начала было Розель, положив руки на пояс. — Я предлагаю провести некий интерактив для присутствующих! Уроки уже закончились, и аудитория, в которой профессор Трейн преподавал историю магии, должна была быть пуста, но… что-то пошло не так, и тут собрались студенты разных курсов, каждый из которых занял определенные места. Белюа всех взглядом окинула, довольно уста в улыбке кривя, паузу выдерживая. Белладонна стояла справа от неё, держа в ладонях закрытую коробку с неизвестным для присутствующих содержимым. — Не тяни, Розель, — фыркнула ярко-накрашенная девушка. Джульетта не любила ждать, тем более, что время её было ограничено. Вил-сэмпай по головке не погладит, если она опоздает на занятия клуба. Но подруга её улыбнулась, ладонями всплескивая. — Спокойствие! О! Феликс, стой! — взгляд девы зацепился за дверной проем, в котором промелькнула слишком уж высокая фигура человека, который неспешно куда-то направлялся. От этого имени Джульетту аж передернуло, Шляпа-кун оказался как нельзя некстати! Так ещё и не понятно, что выдумали Белла и Роза, что вообще в их голове творится. Хмуря брови, Джу руки на груди скрещивает, голову от двери отворачивая. — Заходи сюда, Феликс! Мы отнимем у тебя всего пару минут! Наверное, Розель забавляло происходящее, а сам фейри, которого весьма неожиданно позвали на всеобщий шабаш, слегка растерялся, но быстро понял, что грядёт что-то интересное. — Почту за честь присоединиться к вам, — выдохнул он, заходя во внутрь и закрывая за собой дверь. – Нам очень хочется внести что-то интересное в грядущее мероприятие и, соответственно, мы придумали игру. Сейчас вы вытяните из этого мешочка листочек, на котором будет определенный номер. Человек с таким же номером становится вашим партнером на этот вечер. Обмениваться ни в коем случае нельзя! – Белладонна проговорила это четко, не убирая загадочной улыбки с лица. – Обмениваться номерами нельзя. Если уже вытянули, то должны идти до конца и станцевать хотя бы один танец. Если все согласны, то пусть сначала тянут девушки. И по чужому сигналу конечно же все желающие девицы отправились тянуть жребий, следом были парни. Джульетта была одной из них, так же вытащила листок с номером и посмотрела на него. Десять. Прямо как день её рождения, и она даже улыбается на это. – И так, вы вытянули свои номера и теперь каждый громко и поочередно называет свой номер! – Розель всплеснула в ладони. Когда очередь дошла до Джульетты, она произнесла: – Десять… – И у меня десять. Этот голос принадлежал тому, с кем она не при каких обстоятельствах не пошла бы в паре на бал так просто, Феликсу Хоффману. И, вскричав внутри себя, она была готова всеми силами обжаловать подобную случайность, подколдовать лишний нолик или ещё чего там. Но это разрушило б её образ, а гордость непоправимо пострадала, а этого допустить она никак не могла. Встав со своего места девушка направилась к фейри, что с интересом следил за ней. – Хорошо, я позволю тебе быть подле меня. Правда… Найди наряд поприличней, а не как всегда. Не заставляй меня ждать, и без своих дурных выкрутасов! – сказав это, она несколько раз ткнула его в грудь пальцем и походкой гордого лебедя отправилась прочь из аудитории. Ноги её, правда, тряслись дико после того, как она покинула кабинет, но то уже было не так страшно. Феликс не успел аль не захотел ей что-то говорить на этот счет и позволил уйти спокойно. До вечера.

***

Она стояла у входа в общежитие, где аллея с причудливо подстриженными розовыми кустами была украшена пёстрыми лентами и зазывала гостей пройтись по ней. Джульетта не спешила, недовольно скрестив руки на груди, то и дело время от времени поглядывала на часы. Ждать. Она ненавидела ждать, и всё связанное с этим. Презирала всем естеством и люто нервничала, хмурясь. – Принцесса заждалась? – его насмешливый голос прозвучал за спиной подобно грому. Роззез невольно вздрогнула, встрепенулась и обернулась, готовая отвесить смачную отлепуху, но замерла на месте. Глаз нервно задергался вместе с бровью, не скрывая её истинного раздражения. Феликс появился неожиданно, впрочем как и всегда. Тихо, бесшумно подкрался к ничего подозревающей девушке. Она окинула его взглядом скептическим, всё же фейри таки соизволил одеться поприличней. Распущенные волосы, шляпа и костюм впервые гармонировали на нем достойно, и она даже демонстративно хмыкнула, нос кверху свой задирая. – Судя по твоему виду, ты не один час просидел у зеркала. Ты точно не с Помфиоре? Они так же долго собираются! – фыркнула девушка, руки на груди скрещивая и прядь волос на пальце накручивая. Хоффмана эта реакция позабавила и он, чуть склонившись, заговорил: – Ты наконец купила себе достойное платье, похвально, – глаза свои щурит, смеясь ими. Возмущенная до глубины души Джульетта была готова задохнуться от такого заявления! Становясь мрачней тучи, едва ли сдерживается, чтобы не натравить растения на бестолкового фея. – Хотя бы на этот праздник не пришла в тряпках. – Ты заставил меня ждать! Давай дефилируй на своих шпильках на бал! – возмутившись проговорила она и стремительно зашагала по аллее, направляясь в сторону общежития. Хоффман тенью следует за ней, огромными шагами настигая девицу. Джу идет быстрее, насколько позволяет ей платье. – Избушка на куриных ножках. Совсем тихо она пробормотала ту фразу себе под нос и весьма гулко вошла в бальный зал. Приятная музыка разливалась диким ручьем по помещению, закруживая молодых людей в танец. Кто-то танцевал хорошо, кто-то старался максимально делать вид, что умеет танцевать. Лишь студенты Игнихайда почти что все жались где-то в углу помещения, абсолютно не понимая, что они тут забыли. Она была одной из них, такой же замкнутой и хрупкой, но Джу переступает через себя ради того, чтобы найти лекарство. Она приковывала к себе взгляды, даже тут. Пышным платьем, аккуратно уложенными волосами, мягким макияжем, духами с сладковатым запахом. Но вишенкой на торте всего был он - её партнёр. Джульетте до сих пор казалось, что это похоже на одну большую злую шутку ростом более двух метров с довольной кошачьей физиономией. Она бы наслаждалась этим вечером в компании... Кого-то другого, а не... Она смотрит на довольного Феликса, что осматривался с интересом по сторонам, и внутри что-то сжалось. Детское нутро с возмущенной ревностью желало чтобы он смотрел только на неё, как и внимание уделял только ей, но невозмутимая и сильная гордость дала внутреннему ребенку крепкую пощечину и взяла бразды правления в свои руки. Выскочивший на щеках румянец быстро пропал, и девушка вздернула носик, громко фыркнув, тем самым привлекая к себе внимание. Феликс же взгляд таки перевел на неё, чуть удивлённо взглянув на неё. – Какая забавная попытка привлечь внимание! - выпалил молодой человек, наклоняясь к Роззез, кладя ей на плечи свои огромные ладони. Теперь внутренний гном внутри неё запищал от испуга, и сердце быстрее забилось. Бровь дернулась, девушка скинула с плеча одну его руку, вторая же - не поддалась, и повернулась к нему лицом, хмурясь. – Больно мне сдалось твое внимание, Хоффман. Но будь добр, коли по парадоксальному стечению обстоятельств ТЫ – мой партнёр на этот вечер, то будь добр не пялиться по сторонам! Со стороны это было похоже на какое-то забавное проявление ревности, да больше того - это оно и есть! Но преподнесла она это с таким серьезным, гордым видом, что даже не подкопаешься! Правда, Шляпа-кун давно понял правила игры, которую вела Джульетта, несмотря даже на свой нрав и прочие нюансы. Улыбка его стала шире, и фейри вытянулся в росте, ладонь на грудь свою возложив. – Неужели моя леди ревнует? Боишься, что я убегу? – На кой ты мне сдался? Ты тут не последняя "Звезда балета", чтобы я бегала за тобой, недоразумение. Правда, я терпеть не могу конкуренции, поэтому будь добр быть лапочкой и выполнить мою просьбу, – несмотря на откровенные издевательства со стороны Феликса, Джульетта спокойно ответила ему. – Ты пригласишь меня на танец, или в вашей Долине Зубочисток так не принято? – Долине Шипов, Джу. Я же не вспоминаю, что есть марка золотых унитазов "Олимпия", – проурчал фейри. Она аж глаза закатила. – Не моя вина, что моему дяде пришла идея так назвать целый бизнес, прости, Зевс! – Зато у всех твоя страна ассоциируется теперь с ними. – Когда люди слышат "Олимпия", они думают о горном городе, сокрытом средь покрытых златом облаками! Но никак не с сортиром, – фыркнула Джульетта и волосы свои поправила, а после нахмурилась. – Раз ты меня на танец не приглашаешь, значит, я пойду найду себе другого партнера. – А как же правила нашего "конкурса"? – Феликс в лице не изменился, но даже внутри него заиграла нотка ревности, заставляющая слова его рычать. Джу же пару шагов сделала вперед, уста в ядовитой усмешке скривила и прямо-таки идею одну быстро сообразила. – Избавь меня от этого, – ладонью лениво взмахнула, не оборачиваясь. – В этикете не прописано, что дама должна приглашать своего партнера на танец. А коли ты медлишь… О! Кажется, я вижу макушку Лихта! – дева хохотнула и в толпу юркнула, голос её лишь мягко слился с музыкой и шумом толпы, вторя: “Найди меня прежде, чем я танец свой первый кому-то другому подарю!” Феликс остался один, словно исполинский страж среди холодных гор. Джульетта убежала так быстро, что даже длинные руки не успели её ухватить. С удивлением замечает, что в позе странной он застыл, словно действительно попытался её поймать. Стыдно. Неловкость бушующим потоком бурлила в его сердце, заставляя его бешено биться, но вдруг скорпион ревности больно ужалил. – Лихт… – прошептал фейри, брови свои хмуря, но улыбки своей не теряя. Мрачная аура окутала его на мгновение, плащом черным плечи его укрывая. Если тот белобрысый здесь, значит, и его дружок… И, оскалившись Хоффман нырнул в людское безумие ночного бала. Всё шло своим чередом. Студенты развлекались, общались и просто приятно проводили время в теплых компаниях. Лихт, как и Вильгельм, были приглашены на зеркальный бал как и другие некоторые студенты Академии Меча. Правда, оба они, как и несколько других студентов, ощущали на себе десятки тяжелых взглядов ненависти. Каспиан вдруг нервно посмеялся, макушку почесав себе. – Что случилось? – спросил Лихт, заметив этот неоднозначный жест, показывающий, что его король откровенно нервничал. Собственно, подобного он давно не замечал, ведь тот не был тем, кого подобное напрягало. Принц замялся, сделал глоток из бокала и вздохнул так тяжело, будто нёс на себе до этого целый мешок кирпичей. – Нам совсем здесь не рады! Ты чувствуешь это, Лихт? – промолвив это, юноша тяжело вздохнул и глаза свои прикрыл. Леннарт же в целом понимал, о чем тот говорит, поскольку и сам ощущал всё “гостеприимство” Ночного Ворона на себе, потому он солидарно кивнул. – Для них мы соперники, которым они всегда проигрывают в магифте. Конечно, мы - незваные гости на пиршестве. – Директор дурак, коль согласился на предложение Кроули! – Я не понимаю, почему ты так нервничаешь? – Я? Ну… Я… Это… – юноша залился красками, не находя что и ответить в свое оправдание. Ведь вправду - он никогда не испытывал дискомфорта на балах, даже если ему ВДРУГ были не рады. Но в этот раз всё было по другому, Вильгельм ощущал, что должно произойти что-то нехорошее, аль просто мрачное, что выйдет им всем боком. - Не знаю я!!! Он резко вскричал, выпуская из рук бокал и быстро ероша свои идеально уложенные волосы, превращая аккуратно заплетенную косу в растрепанный веник! Лихт ойкнул, ловя с помощью магии посуду, а Каспиан, одумавшись, вдруг резко бросился к бокалу, пусть тому ничего и не угрожало. Глаз жреца нервно задергался, и он позволил себе вольность дать своему принцу смачный подзатыльник. Увы, но ему было это позволено по двум причинам: первая - он жрец и хранитель королевской семьи; вторая - они слишком давно знакомы, и потому подобное уже норма, когда принц нервничает. В этот момент взгляд безучастных в празднике личностей приковался к этим двоим, даже студенты Академии удивленно округлили глаза. – Возьми себя в руки, бестолочь! Что ты сделал с волосами, на укладку которых я потратил свои силы?! – лев рычал недовольно. – Ты заплетал их маг- – Молчать! Ты король Нарнии или кто? Распаниковался перед кучей незнакомых вообще студентов, будто тебя действительно волнует чье-то мнение! Вот что ты наделал? Как отреагирует Джульетта на твой вид, если вы встретитесь? Получая по своему и так хрупковатому “Эго”, Вильгельм щеки по-детски надул и обиженно отвернулся, заставляя Лихта в очередной раз убедиться, что он всё ещё слишком мал для короля, даже в свои семнадцать лет. Однако слова не остались неуслышанными, Каспиан призадумался и таки взял себя в руки. – Пойдем найдем её тогда? – вдруг выпалил он, глаза принца загорелись и, на месте подпрыгивая, тот стал пытаться высмотреть нужную ему макушку. – Я должен ждать Беллу, правда… Она куда-то запропастилась… Что ж, идем. Её тоже нужно найти. И так они так же скользнули в толпу людей, каждый ища то, что им нужно было больше всего. Джульетта оглядывалась по сторонам, взглядом стараясь зацепится хоть за какие-то элементы одежды своих друзей, которых она давно не видела и с которыми хотелось бы провести хоть немного времени. Но всё было безуспешно: людей слишком много. Она бесцеремонно бросила Феликса позади и почти даже не жалела об этом, сам виноват! Не нужно было клювом щелкать, дабы не профукать такую мадам, как она, пусть теперь пострадает, поищет. И за собственным внутренним бурчанием она совсем не замечает, как в кого-то врезается. Действие это чужим писком сопровождается, и Роззез инстинктивно использует свою магию, дабы крепкие лозы не дали кому-то упасть, впрочем, как и ей самой. – Изви… Фона? – Джульетта глаза распахнула, заметив студентку своего факультета перед собой, оплетенную её же растениями. Платье у той было ничего такое, правда, Джу всё равно про себя повторила, что её платье интересней. – Джульетта? Отпусти меня! – девушка дернулась, постаравшись избавится от растений, но те слишком крепко держали её. – Ты мне платье испоганишь! – Не моя вина, что ты стояла на моем пути! – фыркнув это, Джульетта отпустила их обоих, и они с писком упали на землю. Потирая свою филейную часть, Роззез зашипела от боли, и это отозвалось таким же звуком со стороны Фоны. – Это тебе нужно смотреть под ноги, а не витать в облаках! – Я и не летала, а грациозно шла! - поднявшись и отряхнув платье бросила Джу. – Сама грация, действительно. Извиниться не хочешь, грациозная? – Не имею ни малейшего желания, - Фона на эти слова ничего не сказала, ведь в целом-то и не удивилась такому ответу. В этом была вся Джу, и как ты не старайся, характер и нрав её тебе не изменить. - Смотрю, здесь много студентов Игнихайда, удивительно. – Согласна, я и сама удивилась, когда встретилась здесь со старостой, – голос Бьюголд слегка дрогнул, а щёки покрылись легким румянцем. – Шрауд выполз из своей норы? Ничего себе! – Роззез расхохоталась громко. Это было удивительной новостью, ведь староста в угол зажался, когда она заглянула в его комнату! Почти вскрикивал, когда она шла к нему, а тут в такую толпу… Чудеса то какие! – Эй, он ведь наш староста, прояви уважение! - обиженно отозвалась Фона. – Я и проявляю… По-своему… Ох, что-то мне дурно, эти платья с корсетом никогда не были любимыми мне. Пойдем возьмем несколько прохладительных напитков? – Джульетте и вправду становилось дурно среди такого скопления народа, и пройти за напитками - хорошая идея. Фона не стала возражать её предложению, и они отправились в дальний угол, к столам с угощениями. Хоффман остался тет-а-тет с самим собой в море студентов и тошнотворном хохоте. Впервые происходящее вокруг него не приносило удовольствия от слова совсем, и скорпион ревности жалил с каждым разом всё сильней. Яд его распространялся по телу, обжигая сердце изнутри и отдавая сильнейшей болью и тревогой. Нет, Феликс не был параноиком или трусом, напротив, он мало чего боялся до тех пор, пока не сблизился с Роззез. Их характеры никогда не сходились, и они были самыми большими противоположностями друг другу, которые взаимно ненавидели друг друга, но от ненависти до любви такой же один шаг, как и от любви к ненависти. В какой-то степени он сдался, почти признал поражение, но сопернический дух заставляет фейри действовать куда более продуманно и хитро. Только вот факт присутствия двух его “врагов” стал напрягать Шляпу-куна лишь сильней, и, блуждая по залу, он с нескрываемым азартом и настороженностью, с оскалом голодного хищника, выискивал добычу. Лихт ощутил колебание магии и на мгновение остановился, обернувшись назад. Брови его сошлись на переносице недовольно, поправив очки мужчина сделал несколько шагов вперед. – Идем быстрее, – произнеся это, Лихт обогнал принца, ускоряясь. В этот же момент, с заговорщическим видом Белладонна стояла возле столика с напитками, уста кривя в довольной улыбке. Что ж, зеркальный бал - это есть идеальный способ подставить мелкую выскочку Алису и отвадить её от господина Маллеуса, избавив того от этого недоразумения. Взяв железный половник и хрустальный бокал в руки, девушка налила туда напиток и поставила его рядом. Потом по сторонам осмотрелась и достала со своего декольте небольшой порошочек с зельем. Нужно было добавить всего одну щепотку для того, чтобы всё сработало как нужно. – О, ты готовишь напитки, Белла? – юношеский голос раздался за её спиной подобно неожиданному грому и девушка, совсем не ожидавшая чьего-то появления так скоро, испуганно ахнула, руки дрогнули, и порошок высыпался не в бокал, а в общий сосуд с напитком. Тот, к слову говоря, издал какой-то шипящий звук, взбурлил и пшикнул, испуская облачко едва уловимого розоватого дыма. Блэкторн панически закрыла это всё недоразумение собой, поскольку не могла позволить кому-то поймать её с поличным. Обернувшись, она заметила Вильгельма и Лихта, которые весьма быстро нашли девушку. Глаз принцессы терновника нервно задергался. – Кто тебя учил подкрадываться к девушкам, Каспиан? – фыркнула она, полностью оборачиваясь к молодым людям, но всё также не открывая им обзор на напиток. Леннарт заметил, что его спутница на этот вечер как-то нервничает, и тяжело вздохнул. Неужели на этом балу такая тревожная аура? – Подкрадываться? Пфф! Я просто подошел посмотреть что ты делаешь, не более! – принц хмыкнул, руки за голову свои положил. Он был немного ниже Беллы, но комплекса по этому поводу совсем не испытал. – Мы ждали тебя в назначенном месте, но тебя слишком долго не было, потому мы решили отправится на твои поиски, – Лихт подошел к ней ближе, фактически впритык, притягивая девушку к себе, рукой обхватив её за талию. В нос ударили нотки какого-то порошка, но он не придал этому особого значения. – Что ты здесь делала? – За напитками пришла, – надувшись и даже чуть покраснев ответила Белладонна, взгляд в сторону свой отводя. – Господин Маллеус попросил меня принести их ему. – Правда? Почему он сам не сходит или не телепортируется? – спросил Вильгельм, встав сбоку от них, подойдя к столу и готовясь налить себе попить. Белладонна захлопала глазами, пришлось быстро придумывать план. Она ударила принца по рукам своей ладонью и попыталась высвободится с чужих объятий. – Не трогай, это для господина Маллеуса! – Ай, весь этот сосуд?! Куда ему столько?! – от неожиданного заявления Каспиан опешил больше, чем от наглого удара. – Верно, весь, – гордо произнесла Белла. – Всё для “Господина Маллеуса”, да? – фыркнул Лихт недовольно скрестив руки на груди. – Я его доверенное лицо и должна беспокоится о нём. – Ты обижаешь Лихта своим высказыванием, Блэкторн, – это не было сказано со злым умыслом, что было удивительно со стороны Джульетты. Лихт сдержанно кашлянул, собираясь отрицать сказанное, пусть оно было и правдивым. – Джу! – Вильгельм расплылся в детской улыбке и, обогнув парочку, налетел на подругу с объятиями. Роззез лишь улыбнулась, обнимая того крепко. Несмотря на присутствие Беллы и Фоны, Джульетта потеряла маску стервозной бестии подле своих друзей, коих она знала так давно. – Мне кажется, что мы не виделись целую вечность! – Да… Мы встречались на прошлых каникулах. Это было так давно… Вроде два месяца назад, да? Их милая беседа не спешила прекращаться, Белла пыталась пару раз улизнуть незамеченной с сосудом испорченного напитка, но каждый раз ловилась нарнийским жрецом и возвращалась обратно, договариваясь с ним отнести это всё Маллеусу чуть позже. Вильгельм не отлипал от Джу, что могло обернуться весьма печально… – А я как погляжу… Развлекаетесь? – голос возникшего неожиданно фейри заставил ойкнуть Джульетту. Она повернула голову назад и увидела рассерженного Хоффмана, что выглядел чертовски жутко со своей этой напускной улыбкой. Каспиан сначала не хотел, но после отпустил Роззез и выровнялся. – Неужели страшному дяде завидно? – поинтересовался Вильгельм, ставя руки на пояс. – Хо-о, повтори-ка. Я не слышу гномий писк, малец. Зависть? Что за вздор! Тут скорее некоторые персоны не хотят следовать правилам “конкурса”, сбегая подобно невесте из-под венца! Ничего не хотите сказать в свое оправдание, леди Роззез? - Теперь руки его крепко обосновались на плечах девицы, и та, по правде сказать, не знала куда и деться. Её взгляд забегал по сторонам, Фоны след простыл, Белладонна опять попыталась унести напитки, а Лихт напрягся, пусть виду и не показал. Фейри и принц стали выделять свою магическую силу, её стало так много, что она стала чертовски материальной, и окружающим стало не посебе, стихла музыка и танцы прекратились. – Гномий? Ты кого гномом то назвал, шпала паровозная? Что за договор? – Ну… - Джу запнулась. – Я должна танец Феликсу, и я убежала, поскольку чья-то нахальная лисья морда не хотела приглашать меня на танец! Глаз Вильгельма дернулся, а плотность его маны стала сильней и словно бы в ответ липкая мрачная аура Хоффмана возросла. Белла трусостью не отличалась, но, понимая, что дело пахнет жареным - предпочла удалится. Только вот напиток в сосуде вдруг забурлил, зашипел и как ударил мощной струей в потолок, отвлекая тем самым обоих молодых людей от взаимной ненависти. – Так не должно быть! – только и произнесла Блэкторн, после чего Леннарт использовал заклинание магии крови, создавая вокруг присутствующих купол. Видимо Белладонне либо подсунули просроченный порошок, либо совершенно другой, но поток воды, исходящий из сосуда, не уменьшался, а напротив усиливался, буквально с головой накрывая всех присутствующих и сбивая тем самым их с ног, вынося за пределы зала, унося тем самым прочь. – А как должно? Что ты натворила?! – панически произнесла Джульетта, рукой вдруг сжимая ладонь Феликса и отступая, прижимаясь к нему. Ей не хотелось использовать снова свою магию, но фейри опередил её. Черная молния его магии метнулась к кувшину, и тот разбился, разлетаясь на десятки кусочков. – Неужели ты опять за старое, Белла? – Поинтересовался Леннарт, покосившись на девушку рядом с собой. Шипастая принцесса оглядела учиненный беспорядок и гордо подняла голову. – За какое старое? Это не моих даже рук дело! Это всё эти двое тут виноваты! Пораскидывали свою магию по сторонам, и вот что вышло! Боже, вы такие невыносимые, – фырча, она решила не признаваться в содеянном, но уже ничего не попишешь. Глубокая ночь, почти что конец Зеркального маскарада, и все присутствующие бессовестно смыты из общежития Харстабьюль, словно бы так и нужно! Внутренне она хохотала и сожалела одновременно - Алисы здесь не было. Если даже кто-то и подумает на неё, то она быстренько что-то придумает, вывернется как-то и выйдет сухой из воды, словно так и должно быть. – Это всё вина Хоффмана, – фыркнул Вильгельм, руки на груди скрещивая. – Чья б корова мычала, Каспиан. Это моя вина… – выдохнула девушка с волосами граната, голову опустив. Феликс ощутил укол совести и вдруг в голову весьма причудаковатого фейри пришла идея. Он подхватил Джульетту на руки, та опешив посмотрела на него. – Феликс! – Простите, но мы оставим вас, – только и проговорил черноволосый маг и скрылся во тьме холодного зала. – Эй, а ну вернись! – вскрикнул обиженно Вильгельм, собираясь сорваться куда-то на бег, но был схвачен Лихтом. – Нам нужно уходить. Слышишь? Когда голос чародея стих, а Каспиан прислушался, то услышал жуткие звуки с коридора и попятился назад. – Это они? – Да… – Лихт утвердительно кивнул. – Кто? – поинтересовалась Блэкторн. – Злые и мокрые участники бала! Срочно бежим, пока они нас не увидели! – и на этой ноте троица мушкетеров поспешила удалится из зала.

***

Они возникли где-то на веранде, и магия фейри двери за ними захлопнула, дабы никто не смог им помешать. Полная луна была ещё высоко на небе и своим сиянием освещала всё вокруг. Крепко сжимающая пиджак своего спутника Джульетта осмотрелась по сторонам, тихо охнула, когда её поставили на место, и с удивлением осмотрелась. – Мы на улице? – спросила очевидное девушка. – Верно. – Зачем ты привел меня сюда? – Исполнить условие “конкурса”. – И всё? – Роззез разочарованно вздохнула и прошла вперед, кладя руки на холодные перила. Феликс замялся, не зная, что ему именно следует сказать в этот момент, и он подходит ближе, становясь за её спиной и склоняясь к её уху. Девушка ощутила его горячее дыхание за собой, сжалась и покраснела, сердце забилось в бешенном ритме, а дыхание перехватило. – Ещё я хочу искупить свою вину, – произнеся это, фейри сделал шаг назад и одну руку за спину завел, вторую же деве протянул, голову склоняя. – Позволишь ли ты мне пригласить тебя на танец? Джульетта не спешила оборачиваться, растерянная и красная она медлит, сжимая пальцами перила. – За что извиняешься? – Я заставил тебя слишком долго ждать. И ей, как оказалось более ничего не захотелось слушать, обернувшись за руку его взяла и почувствовала, как фейри тянет её на себя. Неустойчиво, с легким удивлением едва-ли ногами перебирает дабы не упасть и Феликс за талию прижимает, делая несколько шагов. Они танцуют при свете луны, напевая лишь им известные мелодии, дополняя друг друга. И эти чувства, атмосфера - подобно туману соблазняющему затуманивают сознание их обоюдно, заставляя позабыть о их войне. Соперничество и яд их отношений исчезает растворяясь в биении их сердец, словно этого ничего и нет более. Джульетта откровенно забывается, отдаваясь ощущениям и чувствам своим, и в одно мгновение, когда она оказывается головой к земле раскрасневшаяся аки помидор, а над ней навис также украшенный румянцем Феликс, то ладонью щеки его коснулась. Сам же юноша глаза свои чуть прикрыл и решил наклонится ещё немного, а она ему на встречу. Кульминация. И… – А что это мы тут делаем? – женский голос заставил проснуться обоих танцующих, и Джульетта с перепугу отвесила Феликсу хлесткую отлепуху. А потом стала извиняться перед ним, стоило им выпрямится и просто стать рядом. Держась за поручни, висела черноволосая девушка, которая сначала хмурилась, а когда поняла, что помешала, постаралась быстренько взобраться на веранду и убежать. Это была Доминика, о которой Джу была наслышана, поскольку та одна из королев Зазеркалья. – Это ты тут что делаешь, Блэк? – возмутилась Роззез, хмурясь и злясь внутри себя, поскольку прервали такой момент то! – Неудачно сошла с ковра-самолета, – выдохнув это и с трудом залезая на балкон, обернулась и помахала куда-то вверх, где в ночной темноте скрывался магический предмет с его хозяином. – Но я уже ухожу, вы продолжайте. Ей открыли запечатанную магией дверь, и она быстро скользнула туда, оставляя этих двоих одних. Феликс вдруг усмехнулся. – Так на чем мы остановились?