Плохая шутка

Этот душный летний день не предвещал ничего интересного. Ровно как и предыдущие пару недель. Всё текло своим чередом. Команда Автоботов носила почётное звание героев Детройта. Айзек Самдек вёл свой бизнес. Сари вела обычную жизнь дочери профессора-изобретателя передовой робототехники, дружащей с гигантскими инопланетными разумными роботами. Десептиконы под предводительством Мегатрона большую часть времени коротали на Немезисе, время от времени высовываясь за очередным артефактом или банальным топливом, наводили шороху среди местного населения и снова скрывались на неопределённое время. Очередной солярный цикл юникроновой жары не сулил ничего нового. Подходил к концу август, но солнце жарило, как в середине июля, и словно не собиралось уступать место дождям, пока не запечёт маленькую планету со всеми её жителями. Бамблби развалился на диване, заняв почти всё сидение. Один манипулятор он закинул за спинку, а другим щёлкал по кнопке пульта, листая каналы. — Хоть бы что-нибудь произошло... — простонал он, равнодушно глядя на сменяющие друг друга передачи. — Ни Десептиконов, ни городских злодеев... Ещё и духота эта. Гонщик шумно прогнал воздух через кулеры, охлаждая системы, сверился с термодатчиком. Тридцать семь градусов, при том, что на базе царила благодатная тень. — Не каркай, — буркнул из другого конца зала Рэтчет, не отрываясь от своего датапада, и лениво провёл по сенсорному экрану большим пальцем. — Забыл, как декацикл назад нам пришлось помогать отстраивать город после Десептиконов? В ответ Бамблби издал звук, напоминающий свист воздуха, выходящего из проколотого шарика. — Хоть бы Сари улизнула с занятий... — минибот опустил пульт и откинул шлем, туша оптику. — Неужели бубнёж того бестолкового робота-учителя интересней видеоигр с мультиплеером... — Сегодня понедельник, Сари нужно учиться, — подал голос стоявший за компьютером Оптимус. — Ты уже не спарклинг, Бамблби, займи себя сам. Минибот повернулся к нему всем корпусом. — Босс-бот, можно сегодня я отправлюсь в вечерний патруль? — Конечно. Ведь сегодня именно твоя очередь. — Правда? Совсем процессор от жары плавится, — Бамблби сладко потянулся, разминая шарниры. — Скорее бы вечер. Вечером он выехал с базы на час раньше обычного. Задача стояла проще некуда: покататься по дорогам и проследить, чтобы злодеи, которые в избытке водились в городе, сильно не наглели, при необходимости сдать неправых полиции и защитить невиновных. Патруль проходил очень гладко. Злодеи будто разом решили уйти на выходные. В целом людей на улицах было немного, и Бамблби предположил, что виновата духота, которая не спадала даже после того, как солнце прекратило безжалостно поджаривать поверхность маленького шарика. — Фемки, спарки, старые белковые в безопасности и сидят по домам, — бормотал бот, неспешно катясь по относительно нелюдным дорогам мегаполиса. — Это, конечно, хорошо, но неужели и сегодня ничего не... Он не успел додумать до конца. Внимание привлёк знакомый истребитель, перечеркнувший начинающее розоветь небо. Оказавшись над ближайшим лесом, самолёт прямо в воздухе превратился в танк, с грохотом провалился вниз и тут же помчался вглубь чащи, с треском ломая деревья. В этот же момент Бамблби пришлось резко затормозить перед светофором. — Кажется, там только что пролетело моё потенциальное приключение. Наконец-то! Игнорируя красный свет, он повернул на дорогу, ведущую за город, и втопил педаль газа. — Ты что-то заметил? — осведомился комлинк голосом Оптимуса. — Я только что видел Блитцвинга, — отозвался минибот, мчась по пустой бетонной полосе. — Где ты находишься? Бамблби передал своё местоположение и бойко добавил: — Я прослежу за ним. — Я отправлю Проула и Балкхэда. Не вступай в бой один. Слышишь меня? Бамблби! — Просто прослежу, босс-бот. Элементарная разведка! Въезжаю в лес. Конец связи, — гонщик сбросил вызов и прибавил скорости. Бетонная лента врезалась между деревьев. Наконец бот заметил сломанные стволы и пропаханную гусеницами танка землю — место приземления трёхрежимника. Бамблби сбавил скорость и сосредоточился на приборах. Последние дома остались далеко позади, звуки города сменились шёпотом ветра в кронах и пением птиц. Наконец разведчик засёк чужой жизненный сигнал. — Что же вы замышляете, Десептиконы? — приняв режим робота, Бамблби максимально бесшумно пробирался через лес, нагибаясь под ветками и переступая через корни. Источник сигнала становился ближе. Минибот затаился за деревьями перед поляной с небольшим озером, наблюдая. Среди зелени выделялась гигантская фигура замеченного ранее Десептикона, который... по макушку увлёкся танцем. — Раз-два-три, четыре! — отсчитывал ритм трёхлицый, вытянув манипуляторы так, словно держал невидимого партнёра. — Поворот! Пять-шесть-семь, восемь... Следя за врагом из-за листвы, Бамблби невольно отметил, что гигант кружится по пятачку без деревьев с, казалось бы, не присущей столь громоздкому корпусу грацией. Помотал шлемом, отгоняя мысли не по теме, просканировал взглядом остальную поляну. — Похоже, Блитцвинг один... Но зачем он пришёл сюда? Ведь не просто же заниматься такой ерундой! Не успел Бамблби подумать, что делать дальше, как Блитцвинг резко застыл в странной неустойчивой позе. — Чужое энергополе? Здесь кто-то есть... — донеслось до замершего гонщика. Кон медленно опустил руки и свёл ноги вместе, затем повернулся прямо в ту сторону, где притаился минибот. Чёрный фейс прищурился, стараясь проникнуть взглядом сквозь густую растительность. — Кто-то маленький и шустрый... — задумчиво произнёс он. Спустя пару секунд алая оптика округлилась. — Жучок? — удивлённая гримаса тут же расплылась в широкой улыбке. — Выходи-и, выходи-и, я знаю, что ты та-ам! Бамблби вышел из укрытия и медленно двинулся по кругу, не сводя с врага активированных стингеров. Рэндом продолжал стоять, так же медленно поворачивая голову вслед за ним. — Знаешь, жучок, то, что мы встретились — это большая удача, — кон повернулся на месте, не позволяя гонщику зайти за спину. — Давай покончим с этим, Блитцвинг, — бот остановился и прицелился. — Давай, — кивнул гигант. — Ты знаешь сальсу? — Чего? — опешил Бамблби и невольно попятился от быстро приближающегося Рэндома, не опуская оружия. — Э-эй, вернись! — воскликнул тот, приводя пушки за спиной в боевую готовность. — Иначе этот лес вспыхнет до того, как ты успеешь выехать из него. Ты же не позволишь невинной органической живности погибнуть из-за твоей трусости? Кончики выставленных вперёд стингеров заискрили. В воздухе сверкнула молния, запахло озоном. Одновременно с этим Бамблби настигла ледяная струя. Блитцвинг неспешно приблизился к замороженному по пояс миниботу и присел так, чтобы их лицевые оказались на одном уровне. — Ты не ответил мне, жучок. Сальса, земной танец. Контактируешь с местными, должен знать... — Какие танцы? Что ты городишь? — Бамблби вскинул манипуляторы, направляя искрящие голубым жала в ухмыляющийся фейс. Кон молниеносно перехватил оба его предплечья одной ладонью и отвёл в сторону. — В твоём незавидном положении лучше быть послушным, — проворковал он, скаля острые денты. — Не знаю я твою сальсу! — взвыл Бамблби и зажмурился. Секунда повисшей паузы показалась вечностью. — Неважно, — наконец сказал Блитцвинг и выпрямился. Бамблби приоткрыл один глаз, но только для того, чтобы увидеть, как Рэндом замахивается кулаком, и вжал голову в плечи в ожидании удара. Раздался звон расколотого льда, бот успел почувствовать свободу, но в следующий миг его манипуляторы развели в стороны и потянули вперёд. — Как насчёт танца? — предложил Рэндом, с удовольствием наблюдая, как расширились голубые окуляры, хотя казалось, больше уже некуда. — Что? Нет! — минибот попытался выскользнуть из хватки, но кон предвидел попытку и перехватил его удобнее, притягивая к себе и не позволяя вырваться. Разведчик извивался всем корпусом, стараясь освободиться, но превосходящий в размере и силе трёхрежимник без труда удерживал его. — Пусти! И сдавайся! — завопил бот, носком пихая гиганта по ноге. — Хватит стискивать меня! — Так перестань брыкаться — мне же приходится тебя держать! — воскликнул Рэндом, и не думая отпускать свою добычу. Бамблби на секунду перестал сопротивляться, вместо этого изловчился и двинул макушкой кону под подбородок. Выскользнуть из стального кольца хватки не вышло, а когда бот увидел выражение чёрного фейса, то и вовсе испугался. — Утихомирься, — интонация трёхлицего исключала возможность шутки. — Иначе мне придётся оторвать тебе голову, выбросить в ближайшие кусты и станцевать с твоим остывающим корпусом, пока твою шею и плечи будет заливать ещё тёплый и липкий энергон... — уголки рта сумасшедшего дёрнулись, один выше другого, он быстро облизнулся. Бамблби с наноклик глядел в искажённую асимметрией лицевую, затем притих в железной хватке, признавая поражение. В алой оптике мелькнула насмешка. — Вот и молодец! Блитцвинг одной рукой подхватил минибота под талию и выпрямился во весь рост. Несколько секунд он вслух подбирал подходящий весёлый мотив, слегка качая головой в такт, а затем вновь закружился по поляне. Болтаясь в манипуляторах кона, Бамблби то и дело зажмуривался, убеждая себя, что происходящее слишком нелепо, чтобы быть реальностью. Сейчас он проснётся на базе и подумает, не поднимаясь с платформы: «Какой странный сон!» Но каждый раз, активируя оптику, вместо потолка своего отсека он видел нагрудную меха с фиолетовой эмблемой Десептиконов. «Прайм же отправил сюда Проула с Балкхэдом! — вспомнил вдруг бот. — Где они застряли, когда так нужны?» Неловко и почти без надежды он попытался освободиться из объятий увлёкшегося пляской безумия. Ожидаемо ничего не вышло. Он, конечно, знал, что у этого кадра с процессором не всё в порядке, но чтобы настолько... Теперь Бамблби больше волновала не адекватность происходящего, а то, что сделает с ним Блитцвинг, когда удовлетворит свою странную прихоть. Вероятнее всего, исполнит одну из своих угроз. Неожиданно Рэндом отклонил Бамблби назад, заставляя прогнуться в спине, и вытянул их сцепленные кисти вверх. Миниботу удалось дотянуться одним носком до земли, однако он всё ещё висел на чужом манипуляторе, продолжавшем обхватывать талию. Несознательно Бамблби свободной рукой вцепился в плечо кона. Активировав оптику, он обнаружил чёрный фейс неуютно близко. Рэндом сально ухмыльнулся и соблазняюще поиграл оптогранями. Минибот скривился и отвёл взгляд. На серой броне трёхрежимника играли солнечные зайчики от поверхности озера, над которым он держал разведчика. — Что тебя смутило, жучок? Я слишком жарок? Или ты завидуешь моим навыкам? Бамблби поднял шлем, вновь встречаясь с ехидной оптикой. — Шлак, ты серьёзно? Отцепись от меня уже! — бот упёрся супинатором в его нагрудную, стараясь оттолкнуть. Лицевая Блитцвинга сменилась. Вместо глумливо ухмыляющегося Рэндома Бамблби столкнулся с мрачным как туча Айсом. Кон тот час разжал объятия, и Автобот грохнулся в озеро, подняв столб брызг. — Рэндом, порой мне стыдно находиться в одном корпусе с тобой, — выдохнул Айс и коснулся переносицы, а затем смерил взглядом отплёвывающегося от воды минибота. Вода вокруг него стала мутной от поднятого песка и ила. — Автобот сам пришёл ко мне. И что теперь с тобой делать... Прочищая оптику, Бамблби попытался подняться. Он не успел увидеть горящего красным визора. Хот схватил его за горло, лишая равновесия, и впечатал верхнюю часть некогда солнечно-жёлтого корпуса в мелкое дно, наблюдая, как фейс исказился под водой в приглушённом крике. Сильнее сжал тонкую шею, пресекая судорожную попытку вырваться. Рывком вытащил на поверхность. Бамблби зашёлся кашлем, стараясь прочистить вентиляционную систему от воды и грязи. — Как там Рэндом сказал? Оторвать голову и выбросить в ближайшие кусты? — прорычал Хот, глядя, как минибот хватается за его руку. — Так и сделаю. Это самое правильное завершение происходящего. Внезапный мощнейший удар по шлему оглушил Блитцвинга. Сильно пошатнувшись, он едва сам не рухнул в озеро. Потирая затылок, обернулся. Балкхэд подтягивал к себе выброшенную булаву. Из-за спины здоровяка выпрыгнул Проул. Пара сюрикенов со свистом рассекли воздух и врезались в районе брюшной пластины. — У меня нет времени на эти игры, — Айс отшвырнул лёгкий безвольный корпус гонщика в сторону, нетерпеливо выдернул сюрикены, увернулся от ещё одной атаки тяжёлой булавы и взмыл в небо. — ...би! Бам... Бамблби! Гонщик активировал оптику. Проул тряс его за плечи. — Ты цел? — обеспокоенно поинтересовался Балкхэд. Минибот сел, потёр шею, осмотрелся. Он был в паре шагов от озера. В котором его чуть не утопили. Во рту ощущался вкус ила, на дентах хрустел песок. — Цел. Вроде как... — ответил он и принялся отплёвываться. — Оптимус же предупредил, чтобы ты ограничился разведкой, — с тенью укора произнёс Проул, помогая подняться. — Мы с Балкхэдом могли и не успеть. — Зачем ты один полез на него? — поддержал здоровяк. — Я не лез, я пытался притаиться! А он меня как-то заметил. — А энергополя свернул? — задал вопрос ниндзя. Бамблби замолчал, почесал указательным пальцем шлем. — Как-то не подумал... Проул тихо выпустил воздух из вентсистемы. — Я же говорил: если хочешь стать полностью незаметным, сверни энергетические поля, иначе тебя засекут, даже если хорошо спрячешься. — Мне запросить мост на базу? — спросил Балкхэд. Бамблби предпочёл бы проехаться на полной скорости по городу, проветрить процессор, но появляться на людях, будучи с ног до головы изгвазданным в грязи и иле, не хотелось. — Давай, — он обогнал товарищей, самым первым скрылся в открывшейся в пространстве воронке. Ему не терпелось покинуть это место. Через несколько кликов все собрались в общем зале. Рэтчет с Оптимусом изумлённо уставились на Бамблби. — Что произошло на твоей... разведке? — осведомился медбот. Бамблби оглядел собственный корпус — выглядел он, мягко говоря, не лучшим образом. Вскинул манипуляторы, попытался улыбнуться. — Ну, не все патрули проходят гладко. — Ты выяснил, что нужно было Десептиконам? — спросил Оптимус. Бамблби помолчал, прокручивая в памяти прошедший вечер. Он стал свидетелем выходки вражеского девианта, был втянут в эту выходку, едва не погиб, вынудил друзей спасать его... И всё. — Нет. — Совсем ничего не заметил? Расскажи всё с самого начала. — М-м-м, ладно... Только дайте слово, что не будете смеяться. Рассказ занял всего несколько кликов. Бамблби вдруг понял, что эпизод у озера тоже был очень коротким. —...Потом появились Проул с Балкхэдом, а я вылетел в офлайн... Повисла пауза. Все выглядели озадаченными. Рэтчет первым подал голос: — Звучит, как полный бред. — Да знаю я! По-твоему, Блитцвинг адекватный? — Выходит, твоя разведка не принесла плодов, — подвёл итог Прайм. — Теперь, если не возражаете, я пойду под очиститель и к себе в отсек. Бамблби покинул зал. Он так глупо облажался в этом патруле. Процессор неподконтрольно ещё раз прокрутил недавнее событие. Бот помотал шлемом, словно от тряски до стыда нелепые кадры могли вылететь из накопителей. Он дошёл до очистительного отсека, зашёл в кабинку. — Ну и что это было, гений? — почти прорычал он в пустоту, поворачивая выключатель. Стены отсека поглотили его голос, затем пространство заполнил плеск очистителя, тугими горячими струями бившего из маленьких отверстий. Минибот позволил себе разомлеть, подставляя жёлтую обшивку. — Что это было? Вконец контуры разъехались? — Да, изволь дать пояснение своим действиям, Рэндом, — Айс прекратил мерить отсек шагами и скрестил вскинутые агрессором манипуляторы. — Что за представление ты устроил? Ненормальный только расхохотался во весь голос. Не смотря на то, что на Немезисе давно объявили отбой, он никому не помешал — соседние отсеки пустовали. Другие Десептиконы отказывались соседствовать с трёхрежимником по разным причинам. Самая очевидная — шум. Не все могли выдержать эмоциональные и далеко не всегда цензурные высказывания Хотхэда по поводу самых разных ситуаций, одиночные концерты Рэндома, оживлённые перепалки всех троих — всё это вне зависимости от времени суток. Рэндом смеялся долго. — Что смешного? — хмуро спросил Айс. — Только не говори, что эта сцена ничего тебе не напомнила... — вкрадчиво проговорило безумие. Хладнокровие не отозвалось, мрачнея ещё больше. С наступлением ночи база погрузилась в тишину, свет в запертом изнутри отсеке был притушен. В отличие от белковых существ, память машин была безупречна. События, однажды записанные на накопители, не теряли своей чёткости спустя десятки тысяч звёздных циклов.

***

Блитцвинг прищурил левый окуляр, когда по оптике скользнуло отражение света от медленно вращающегося зеркального шара под потолком. Негромкие разговоры других посетителей ресторана вплетались в спокойную ненавязчивую музыку, создавая расслабляющий фон. Сидящая за столиком напротив него фем кокетливо улыбнулась. — Моя красота тебя слепит или дискобол? — Что ты, Рен? Дискобол яркий, но не сравнится со светом невероятно красивой фем передо мной, — ответил мех, начиная притворно щурить оба окуляра. — Невероятно красивой фем с невероятно красивым смехом... — добавил он совсем тихо, когда девушка рассмеялась. Блитцвинг взял небольшой куб и стал медленно покачивать в руке, глядя, как переливается топливо, обвёл взглядом обстановку заведения. Губы снова тронула мягкая улыбка. Ещё каких-то несколько звёздных циклов назад он был самым заурядным мехом, коротающим солярные циклы на заводе, который обеспечивал техникой ближайшие города. Да, заурядный мех, который активировался в промышленном центре, населённом преимущественно самобытной нацией трансформеров с собственным диалектом. Хотя значительную часть актива он проводил за станком, горячее топливо юнглинга требовало приключений. Молодая Искра тянулась к высокому, и это притяжение однажды привело в Симфур. Блитцвинг прекрасно запомнил, как его впечатлила архитектура города искусств. И в первый же день возникла проблема в приобщении: на общекибертронском он понимал лишь несколько базовых фраз, которых было достаточно для работы. В другом же городе попытка пообщаться с местными окончилась неловкой паузой и ещё более неловкими улыбками. Пришлось ограничиться ходьбой по улицам и площадям, но уже тогда он понял, что хочет связать актив с искусством. Следующую ночь мех провёл в обнимку с датападом, изучая общекибертронский, а затем стал частым гостем в Симфуре. Из всех видов искусства больше всего его привлекла скульптура. Днём он вытачивал на заводе детали, ночью тренировался вырезать фигурки. Сначала заимствовал образы у именитых ремесленников, затем начал создавать свои. Готовые фигурки выставлял в ряд в своём отсеке, чтобы наблюдать за прогрессом. С каждым разом получалось всё лучше. Со временем, отточив навык, Блитцвинг попробовал делать статуэтки на заказ. Это было намного приятнее, чем вытачивать запчасти на заводе. Так продолжалось, пока на очередной выставке он не увидел одну фем. Про такие встречи говорят «проскочил разряд между Искрами». Её звали Элирен. Мех предложил прогулку после выставки, фем оказалась свободна. Неспешно бродя по улицам, они разговорились. Договорились встретиться ещё раз. Затем ещё. И ещё. Элирен любила культуру, искусство и вечеринки. Она была лучиком солнца в монотонном активе заурядного меха. Рядом с ней он сам менялся, заражался её весёлостью и спаркским озорством. Она отдавала ему свет и тепло, вытесняла своей светлой энергией усталость и раздражение, скапливающиеся на заводе. — Бли-итц, приём? Как слышно? Мех мотнул шлемом и сфокусировал оптику на фем напротив. — Что такое? — Твоё приглашение в лучший ресторан Симфура, загадочное молчание с мечтательной улыбкой и взглядом сквозь пространство... Это создаёт таинственно-романтическую атмосферу, но может, уже расскажешь, что ты затеял? Блитцвинг помолчал. — Здесь лучшее топливо во всём городе, — наконец подал он голос и приподнял куб. — Хорошо фильтрованное и не сносит процессор. — Кажется, начинаю понимать, — кивнула фем, глядя на куб. — Ты хочешь поделиться секретом, но он настолько страшный и торжественный, что его можно раскрывать только под градусом. И наутро всё забыть. — Нет никакой тайны, Элирен. И топливо — низкозаряженное, — мех поставил нетронутый куб на стол. — Напротив, я не хочу, чтобы алкоголь смазал впечатление. Хочу, чтобы ты запомнила этот вечер. От фем не укрылось, что Блитцвинг едва заметно сузил оптику — так он делал, когда хотел скрыть раздражение, усталость или грусть. — Слышала о Мегатроне? — снова заговорил он. — Гладиаторе, решившем свергнуть нынешнюю власть Кибертрона. — Да, я знаю о нём. Он собирал единомышленников в свою подпольную группировку. Несколько раз я видела протесты на улицах. Они зовут себя... Десептиконы. Вроде так. Блитцвинг с клик молчал, затем воровато оглянулся на зал и полез в субкарман. Начавшая что-то подозревать Элирен подалась вперёд, стараясь разглядеть небольшой предмет, появившийся в руке меха. Её предположения подтвердились: Блитцвинг украдкой показал ей прямоугольную бляшку с фиолетовой эмблемой. — Я поддерживаю его позицию, — почти шёпотом произнёс он, музыка и гул голосов служили надёжным прикрытием. — Верхушка прогнила, нужны перемены. Считаю, Мегатрон сможет быть хорошим лидером. Да что уж там, он уже показал себя, сплотил Десептиконов. Мы... Десептиконы планировали сместить правительство без лишнего пролития энергона, но среди нас оказался скраплет, который слил информацию властям, и в противовес нам начала формироваться другая фракция — Автоботы. Мегатрон решил добиться своего силой и сейчас собирает всех боеспособных Десептиконов. С начала войны мой город изначально собирался держать нейтралитет. Но стоило Мегатрону показать, на что он способен... Теперь вместо безобидной техники мне приходится делать оружие. Но мне этого недостаточно. Блитцвинг сделал паузу и коротко выпустил воздух, прежде чем продолжить. — Завтра я ухожу. Хочу, чтобы ты запомнила меня... — он откинулся на спинку, расправил плечи и широко улыбнулся. — Запомнила таким. Горячим, весёлым. Живым. Подбородок фем задрожал, она сильно сжала денты, чтобы совладать с эмоциями, тяжелой удушливой волной накрывшими процессор. — Это ведь самая настоящая война... И до того напряжённая улыбка кона стала ещё более натянутой. Он не стал удерживать фальшивое выражение на лицевой. Потёр фейсплейт ладонью. — Я не дамся Автоботам. Мегатрон говорит, что всё закончится быстро. Когда всё уляжется, уйду с завода, возьмём большую кварту в Симфуре. Будем жить вместе... — мех улыбнулся уголком рта. — Давай не будет заканчивать встречу перед разлукой на грустной ноте. Блитцвинг взял Элирен за руку, поднялся из-за стола и подошёл к сотруднику заведения, приветственно улыбнулся. — Доброго вечера тебе. Включишь что-нибудь более горячее? Столь же горячее, как моя любовь к этой прекрасной фем, — мех наклонился и коснулся губами её кисти. — Блитц, не нужно... — Элирен отвела оптику, смущаясь, но не вырвала кисть из пальцев партнёра. Мех вышел с ней в центр танцпола и громко объявил на общекибертронском с сильным акцентом: — Я хочу, чтобы ты запомнила этот вечер. Хочу, чтобы все увидели твою красоту. Хочу, чтобы все знали, что ты — моя. Все мехи и фемки, кто в это время был на танцполе, отошли, освобождая пространство и с любопытством глядя на привлёкшую всеобщее внимание пару. Блитцвинг мягко взял Элирен за талию, дождался, когда из динамиков потечёт музыка, и повёл. У танца не было названия. Это была чистая импровизация, смесь нежности и страсти. Блитцвинг знал, что посетители не отрывают от них оптики. Он знал, что они с Элирен красиво смотрятся вместе. Время потеряло значение. Плавно кружась по танцполу, он словно впервые разглядывал фем, которую держал в объятиях. Миловидный фейсплейт с тонкими чертами. Кажущиеся лиловыми от прилившего энергона щёки, горящая оптика, изгиб губ. Тонкие пальцы, заканчивающиеся острыми коготками. Талия, которую можно обхватить, соединив указательные и большие пальцы. Гордо поднятые над плечами сикерские крылья: два больших и два поменьше. Блитцвинг видел, что она тоже смотрит на него. Изучает его лицо, оптику. Пропускает через Искру ритм их танца, каждое движение. — Запомни меня таким, — просьба, почти шёпот. Кивок в ответ. Танец близился к концу. Она привстала на цыпочки. Он наклонился навстречу. Подарил поцелуй, мягкий и настойчивый одновременно. Заключил в объятия, прижал к себе, такую маленькую. Кто-то из посетителей ахнул. Наплевать. Сейчас существовали только они двое. Только этот танцпол, где остались они одни. Нет посетителей, нет персонала, нет музыки. — Пообещай, что вернёшься, — Элирен сбавила голос до едва слышного шелеста. — Я вернусь, — заверил Блитцвинг тем же тоном.

***

— Хорошие воспоминания, — прокомментировал Рэндом, болтая свешенными с платформы ногами. Айс упёр оба супинатора в пол и уронил голову в ладони. — Рэндом, ты и правда идиот... — глухо выдавил он.