Блять, парень...

-блять, парень… Звон колокольчика на входе еле заглушил словесное разочарование только что прибывшего покупателя. Ким несколько секунд пялился на продавца, сидящего в конце длинного помещения, залитого приятными, не режущими глаз неоновыми огнями. Он хотел бы верить, что его реплику не услышали. Тэхен свернул за один из стеллажей, рассматривая товары пустыми, незаинтересованными глазами, которые стали таковыми только из-за желания поскорее смыться из этого места. А во всём виноваты тараканы в голове вкупе с комплексами. Парень не первый раз в сексшопе, но в основном, в те редкие дни, когда он заглядывал, работали девушки. Нельзя сказать, что поток работников был таким большим, и они часто менялись, но через каждые пару месяцев одну даму заменяла другая. Да и ему было легче объясняться противоположному полу. Он сам не разобрался почему, но это было так, нежели распинаться парню, чего именно он хочет. Его мама знает основную причину — сын не готов признаться всему мужскому обществу в том, что он гей. Тем более - рассказывать первому встречному о своих предпочтениях Тэ не привык. У него был единственный половой партнёр, и именно благодаря ему он точно подтвердил свой статус гомосексуальности. Но, увы, на этом всё прервалось (кроме уверенности в своём гействе), и теперь он наведывается в этот замечательный магазин раз в пару месяцев, чтоб приобрести что-то для себя и внести немного разнообразия в повседневную жизнь с грустным черным вибратором и его малочисленными приятелями. Пока Тэхен придумывал, что ему взять, чтобы не встревать в неловком и стыдном диалоге с продавцом-консультантом, брюнет ненароком остановился около полки с затычками и, столкнувшись с ними глазами, немного опешил, отшатнувшись. Парень за кассой изредка поглядывал на посетителя, подавляя рвущиеся изнутри смешки. Бегая по строчками одного из детективов Агаты Кристи, он по-настоящему тщательно старался не следить и не смущать парня, который явно ощущает себя не в своей тарелке. За тобой никто не следит, расслабься, — хотелось сказать ему. Тэхен же спокойно двинулся к небольшой резной металлической этажерке с презервативами (которые ему в большом количестве не требуются (всегда с собой один, на большее никогда не рассчитываем — девиз (да и вообще, ни на что не рассчитываем))), и, наконец, зацепился за скромную темно-синюю упаковку ловкими пальцами. В голове у него всё же постоянно борются две сущности, одна из которых предлагает тихо и мирно покинуть помещение, а другая приказывает взять то, чего хочется душе и телу, и только после этого уйти. Если я подойду к отделу с фаллоимитаторами, он поймет, что я гей или нет? Блять, Тэхен, сколько тебе лет? Когда уже больше двадцати, можно на всё забить. Боже, гей и гей, кого ебет. Меня вот никто не ебет… Ким глубоко вздыхает (непонятно, от размышлений или от сложившейся ситуации), будто от его следующих действий зависит его жизнь или честь страны. Он набирает побольше сил перед стартом в жизнь, свободную от предубеждений и лёгких страхов чужого мнения. Подметив про себя, что продавцу совершенно нет до него дела (как ему кажется), брюнет шагает в сторону «своей стихии» и изучает все подряд. Тэ зацепился взглядом за анальные шарики (в количестве пяти штук, вроде), которые спокойно себе лежали в прозрачной светлой упаковке. И вроде как парень с каждой секундой становился всё смелее, ощущая, что готов взять в свои руки ответственность за свою ориентацию, а также эту премилую анальную игрушку, но… Отрезвляющий звон на входе будто током бьёт по пальцам, тянущимся к заветному товару. -пидор, я пол района обошёл, ища твоё логово извращенцев! Такая персона, как Пак Чимин, тихо входить не умеет. Красивые светлые волосы отражали тот же самый неоновый свет, который воспринимали глаза Тэхена. Но если Кима он будоражил, окружая вокруг, но не проникая вглубь, то этот блондинчик оказался словно в своей естественной среде. Кожаная черная куртка и черные рваные джинсы делали из незнакомца (незнакомца для Ким Тэхена) буквально бэд боя, которому по плечу захапать в себя всю харизму совершенно разных привлекательных антагонистов всех времён и народов. Когда Ким услышал первое слово из реплики вошедшего гостя, он сразу сжался изнутри, испугавшись за себя. Да, он не знал, чего именно бояться, но даже слышать это наглое «пидор», он не готов. Но если бы этому уверенному красавцу было дело до загнанного в угол своих рамок Тэхена… Чимин уверенной плавной походкой направлялся точно к прилавку, аккуратно огибая стенды, попутно оценивая их содержимое. Имей Тэхен суперслух, он возможно мог услышать тихое «блять…» в сочетании с глубоким вздохом от разочарованного продавца-консультанта. -Чимин, потише, ты тут не один. Распугаешь всех и вся, — шёпотом кричал Чонгук, явно намекая на потерявшегося в пространстве и времени Тэхена. Друг заозирался по сторонам, наконец замечая парня с пачкой презервативов в руках, и лишь пофигистично махнул рукой: -ему незачем меня бояться, я скромняг в гарем не беру. Бежать не нужно! — чуть громче сказал он. Способность Чимина быстро анализировать людей очень помогает ему, сопутствуя с раннего подросткового периода и по сей день — до его двадцати пяти. И если в детстве он так вычислял лёгкую добычу для своих разнообразных шалостей — от лёгких подколов до зажимания в углах коридоров, то теперь это отличный бонус в повседневной рабочей жизни, где крутиться приходится похлеще, чем юле в руках принаровившегося ребенка или людишкам в аттракционе «ракушка». Так вот, сейчас Пак достаточно безнапряжно разглядел в брюнете раскрасневшиеся от чего-то щёчки и поджатые губы, которые вообще ничего не говорят об ощущении внутренней свободы и расслабленности. Чонгук скрежетнул зубами, умоляюще глядя на покупателя, как бы говоря: парень, прости. Просто прости, я здесь ни при чем. Не сбегай, как напуганный выстрелом заяц, просто забей. Вот Тэхен теперь и стоит, глядя на странного работника, эмоции на лице которого хочется разглядывать и стараться понимать. Одни карие глаза смотрят в другие карие глаза, гипнотизируя, пока Пак Чимин объясняется перед другом: -я, значит, свалил с последней пары тебе во благо, ведь ты с утра даже не позавтракал, а тут ты хрен чем пожрешь… Ну, разве что лубрикантом (пижонское слово) со вкусом клубники или банана. Хотя тут и еще какие-то есть, — Чимин по-актерски осмотрел помещение, якобы ища эту чертову смазку. — Так вот, держи бутылку, кимпаб и молочко своё младенческое (банановое, между прочим). Чисто по-братски. — Блондин протянул прозрачный пакет, который ранее оставался незамеченным, и в котором, не на удивление Чонгука, но на удивление Тэхена, была бутылка не просто чего-то, а именно соджу, о которой Пак умолчал. Чонгук же стоически терпит сладкие позывы закатить небольшую, но очень нужную для удовлетворения истерику. Он глядит на камеру над прилавком, потирает указательным и большим пальцем уставшие веки, и в итоге быстро закидывает пакет куда-то за поле видимости камер и чужих глаз. -я же тебе кучу раз говорил, что: во-первых… Чонгука бесцеремонно прерывают: -не приходить сюда, во-вторых — соджу ты на работе не пьёшь, в-третьих — не лезть в твою личную жизнь (я вообще-то одна из ее составляющих), в-четвёртых — не заходить в ванную, пока ты… -ПАК ЧИМИН! — полуревом, полустоном взрывается брюнет. Пока у чудной парочки идут мини-разборки, Тэхен про себя начинает подмечать неприметные на первый взгляд черты работника этого магазина. У этого парня волосы немного темнее, чем у самого Кима, они почти одинакового роста, а еще у него классные кольца — как в ушах, так и на пальцах. А еще на нем слишком много ремней и черной одежды, которая вроде оверсайз, но тело привлекательного (ого, вот это он быстро от «блять, парень» перешёл к небольшой неожиданной симпатии) брюнета не дает одежде бесформенно висеть. А еще у него пухлые губы. Тэхен непроизвольно трогает свои, видимо, проверяя, на месте ли они. Вообще-то, Тэхен не такой растяпа, а очень даже аккуратный (когда надо) и расчетливый в своих действиях молодой человек, но иногда бывают сбои в системе. Он роняет пачку презервативов, которую так бережно хранили его пальцы, и от негромкого звука прерывается разговор, и повисает тишина. Но, конечно, недолгая, ведь тут Пак Чимин. -ты только так мыло в бане не роняй, малыш, — почти самодовольно, даже думает, что смешно, произносит он. Чонгук только и успевает взрываться внутри. — И купи ты уже эти чёртовы презики, если ничего больше не нужно! Тэ растерянно (в который раз за последние минуты) хлопает округлившимися глазами, спокойно поднимает синюю упаковку и идет к кассе. Я сейчас ему покажу, кто и где мыло роняет! Мыло, мать его! Причём здесь мыло? Я всего-лишь покупатель, почему нельзя просто игнорировать моё существование? -пакет? — вырывает его из размышлений сотрудник магазина и смотрит до ужаса невинными глазами. Тэхен еще не успел протянуть ему покупку, но, видимо, им всем серьезно требовалось какое-то слово, которое сможет прервать неприятную и немного грустную для брюнетов тишину. Для Кима она таковая из-за своего воспитания, которое держит его пёсиков-церберов (карликового размера), и не позволяет выговориться, накричаться, наматериться вдоволь, а не просто «блять» (сейчас вообще-то чертовски хочется вспылить). А Чон испытывает смешанные чувства от того, что посетитель ощущает себя некомфортно, а его задача, как хорошего работника — хорошее обслуживание и довольный клиент. Довольным этот парень не выглядит. -мы еще скидку предоставим, — добродушно говорит Чон, забирая из уже нефункционирующей (от странных эмоций) руки Тэхена синюю пачку. Разве скидка сейчас может чем-то помочь ему? -да ты еще отсоси ему, чего мелочиться, — из Чимина остроумие сегодня так и лезет, поэтому излишняя самоуверенность по жизни лишь подливает масла, спирта, бензина в огонь, являясь одним из реагентов для словесного бума. И Чонгук бы спокойно пропустил это мимо своих слуховых рецепторов, надеясь на такую же реакцию покупателя. -я? — невпопад, немного удивленно и совершенно тупо спрашивает Ким. Бдондин почти придумывает новую мысль для ответа, но тормозит. -а ты сейчас как бы предложил ему, — он тыкает куда-то в солнечное сплетение Чонгука, — свои ротовые-оральные услуги? -Чимин, ротовые и оральные — одно и то же, — не вовремя включается умный Чон Чонгук, осекаясь только пару секунд спустя. Зачем вообще заговорил? Лучше бы выкинул Пака из магазина, минус проблема. -ну айм сосори, но суть-то тут одна... — он заговорщицки ухмыляется, рисуя в своей голову уже другую картину. — Тогда я загляну к тебе через полчаса, — Чимин смотрит на Тэхена, окидывая вновь изучающим взглядом, а потом дает совет (реально важный): -ну он в первый раз никогда не может долго, поэтому не рассчитывай на больше, чем десять минут. Пак напоследок хлопает офигевающего парня по плечу, а потом выскальзывает из сексшопа под аккомпанемент колокольчика.