Избалованные детки

Я стояла перед дверью в спальню Тома, стараясь придумать, как бы мне лучше начать этот разговор. В голове крутилось множество мыслей, но я не могла понять, за что же мне именно зацепиться. Мне казалось, что я поторопилась, сказав ему «да». Ведь мы оба знаем, что нас это не приведет ни к чему хорошему. Не слишком ли часто я стала повторять себе и остальным эту фразу? Мы разрушили нашу дружбу, превратив ее в жалкое подобие покера. Каждый из нас в итоге надеется собрать в своих руках флешь рояль, не оставив шансов своему сопернику. Мы неисправимые игроки и иногда мне становится страшно, что мы никогда не сможем жить так, как прежде, когда каждый наш шаг основывался на естественных желаниях, а не на продуманном заранее сценарии. Кажется, что с каждым новым шагом мы все глубже и глубже зарываемся в собственные сети, не имея возможности в дальнейшем спастись. Мы сами создаем себе проблемы, вновь и вновь ставя друг перед другом непроходимые барьеры. Вдох, выдох, возможно пора бы и остановиться. Я так и не решилась надеть кольцо обратно на палец, вертя его в своих руках. Сейчас при тусклом освещении оно сверкало как-то по-особенному, делая бриллиант еще более красивым. Я никогда бы не могла подумать, что Том решится на подобное, к тому же перед собравшимися людьми. На данный момент мне казалось неправильным носить его. Каждый раз, совершая все новые и новые ошибки, я делаю несколько шагов назад, не смотря на то, что до этого сделала огромный решительный шаг вперед. Я так и не научилась брать на себя ответственность за совершенные поступки, перекладывая всю вину на чужие плечи. Я так и не повзрослела, не смотря на то, в каких только ситуациях я ни была замешена. И изо всех передряг меня вытаскивал, конечно же, Том, внося за меня залог, когда мне хотели дать срок за употребление наркотиков. Тогда ему пришлось подключить адвокатов своего отца, чтобы они провели буквально ювелирную работу, чтобы все это в итоге не просочилось в прессу, иначе это очернило бы фамилию моего отца, а навредить ему мне никогда не хотелось. Если бы он узнал об этом, я уверена, что он отправил бы меня учиться в закрытую частную школу, где у меня не было бы доступа к алкоголю или же наркотикам. Возможно для такого человека как я это и не самый плохой вариант из всех возможных. Возможно, это бы направило меня в нужную колею, но я не представляю, какой бы стала моя жизнь, если бы в ней не было Тома. Сколько раз ему приходилось вытаскивать меня из рук неуравновешенных людей, общение с которыми могло бы поставить под вопрос мое будущее. Сколько раз он останавливал меня, когда я была уже на грани того, чтобы совершить по-настоящему необдуманный поступок, который мог бы изменить в корне всю мою дальнейшую жизнь или же поставить на ней огромный крест. Он втайне от моей семьи забирал меня из клиники, куда я однажды попала из-за передозировки наркотиков. Так решила отметить свое совершеннолетие, проведя его в компании вульгарных девиц-нимфоманок и их дружков-наркоманов, которых я знала буквально пару часов, желающих за чужой счет занюхать несколько дорожек высококачественного кокаина, который мне привозили из Колумбии. Когда у тебя есть деньги, тебе доступны абсолютно любые развлечения, даже игра с человеческой судьбой. Когда у тебя есть деньги, весь мир лежит у твоих ног, вернее ты в этом пытаешься убедить саму себя, лишь бы не придти к заключению, что ты ничтожна и тебе не принадлежит даже собственная жизнь. Я не помню, сколько тогда было выпито и употреблено, но я четко помню, что веселая тусовка перешла в самую настоящую оргию, в которой абсолютно все менялись сексуальными партнерами, не боясь последствий, которые могли бы наступить при нашем образе жизни. А затем все переросло в какое-то непонятное сумасшествие и подобие древней вакханалии, центральной фигурой, в которой, конечно же, была я, а затем пустота и темнота, засасывающая меня все сильнее. Вой сирен, множество трубок в теле и жуткая тошнота. Кажется, врачи промыли мне желудок, чтобы привести в порядок, если в моем положении и состоянии это вообще было возможно. Одиночество и холод, а затем обеспокоенный голос Тома, когда меня все же удалось откачать. Я не знаю, как мы с ним тогда добрались до нашего особняка, но я знаю, что неделю он не отходил от моей кровати, сказав родителям, что я просто простудилась. Кажется, он всегда появлялся в нужное время и в нужном месте. Наверное, он и в правду всегда ощущал себя моим старшим братом, который в ответе за мою жизнь и мое будущее. Вдох, выдох, я никогда не стану другой. Он всегда оказывался поблизости, когда ситуации принимала серьезные обороты. Я не помню хотя бы одного случая, в который в конечном итоге не был бы вовлечен Том. Кажется, что ему даже нравилось выступать в роли моего героя, становясь настоящим спасением. Ему нравилось быть как можно ближе ко мне. И именно в эту самую секунду я вдруг подумала о том, что возможно мы всегда были чересчур близки, скрывая это за словом «друзья». Кажется, мы всегда шли к тому, что происходит сейчас. We’re definitely messed up. Передо мной была рассыпана абсолютно ровная дорожка кокаина, а рядом лежала кредитная карточка, на которой, кажется, осталось не так уж и много. Деньги закончилось как-то слишком быстро, и я даже не успела заметить, на что именно они были потрачены. Черт бы с ним. Я наклонилась над стеклянным столиком, поднося купюру к носу, и резко вдыхая в себя «пудру». Вроде бы это была уже четвертая порция за ночь. Все эмоции и ощущения притупились, превратившись в подобие смятой бумаги. Все как-то нечетко и скомкано, а может это просто потемнело у меня перед глазами, точно не знаю. Я откинулась на кожаном диване, ощущая несколько пар рук, заползающих под подол моего шелкового платья. Кажется, одного из них звали Кристиан, а другого Питер. Я спустилась чуть ниже, разводя свои ноги в сторону. Жадные поцелуи, скользили по моему телу, обнажая его миллиметр за миллиметром. Его дрожащие от очередной дозы кокаина пальцы медленно стянули с меня нижнее белье, медленно проникая в мое тело. Второй целовал мои губы, кусая их в кровь, подобно вампиру, а затем зализывая их кончиком своего языка. Тогда мы устроили настоящее порнографическое шоу для всех, кто был приглашен мною. Я не знаю, почему, я не сказала Тому, куда именно отправилась. Не знаю, почему не пригласила его на вечеринку. Наверное, я боялась, что он увидит то, насколько низко я способна упасть, гоняясь за новыми ощущениями и желанием получить как можно больше адреналина в крови. Наверное, мне не хотелось, чтобы и он осознал, что меня уже не спасти. Его влажные пальцы проникали все глубже, вызывая дрожь во всем теле, заставляя меня двигать бедрами и насаживаться как можно сильнее. Это был еще один вечер, когда мне удалось купить для себя «любовь», приправив его щепоткой разврата и лошадиной долей похоти. Мне всегда мало и хочется большего. Пожалуй, намного больше, чем я должна желать. Я обнимала одного из них за шею, прижимая к себе как можно ближе. Мне хотелось хотя бы на время ощутить себя нужной, пусть даже за это мне пришлось хорошенько заплатить. Но в нашем мире ты любо одинок, либо спускаешь деньги на игру людей, претендующих на роль актеров, «друзей» и «возлюбленных». Вдох, выдох, а он был рядом по собственной воле. Вдох, выдох, и снова вышла ничья. А затем я помню, как оказалась полностью на спине с разведенными широко ногами. Почему-то тогда мне это все напоминало мой первый раз, но вот только я не пыталась доказать себе, что могу и без него. Да, и в первый раз нас было двое, а кокаина намного меньше. Но вот больнее было в несколько раз. Хотелось почему-то разрыдаться, но вместо этого я лишь стонала, вызывая у самой себя всего лишь отвращение. Он быстро погрузился в мое тело, совершая грубые и резкие толчки. Кажется, ему хотелось впечатлить зрителей, которым для полного антуража не хватало только стакана с воздушным поп корном и прохладительного напитка. Свет погас, сеанс начался. - Какая же ты красивая. – Из его уст эта фраза звучала слишком вульгарно, придавая мне ощущение того, что в тот момент я была самой настоящей блядью, которая под действием наркотиков теряет любые рамки и границы, совершая необдуманные поступки. Я даже не заметила, как у меня на языке оказалась цветная пилюля. Кажется, это было экстази, а затем стопка водки. Голова жутко кружилось, а его толчки внутри моего тело не прекратились, а стали еще более быстрыми. В ушах жутко свистело, словно кто-то забыл выключить кипящий чайник. - Заткнитесь! – Я резко закричала, затыкая уши. – Заткнитесь все, заткнитесь, вашу мать! - Что с тобой? Эй, ты в порядке? - Жутко свистит в ушах. Не могу больше. Хватит! - Я настолько хорош?! – Он ехидно ухмыльнулся, покрывая мою шею поцелуями. Я уж и не знаю, было ли это из-за него или из-за передозировки, но с каждой секундой мне становилось только хуже, а подступающая тошнота затмила все приятные ощущения, которые были до этого. Я сделала несколько больших вдохов, устало прикрывая глаза. Он двигался еще несколько минут, а затем со стоном излился в меня, блаженно перекатываясь на бок, и вдыхая в себя еще одну дорожку. – Каждый день бы праздновал, отмечая твой день рождения. – Я резко села, прижимая колени к груди, словно пытаясь прикрыть свою наготу, и ощущая, как его сперма стекает по моим влажным бедрам. Кажется, это было последнее падение за ночь, не считая еще нескольких партнеров, чьи лица я даже не удосужилась запомнить. Да, и к чему эти мелочи, ведь уже на утро никого из них не было в моей жизни. И снова я одна, но на этот раз в холодной палате со стерильно белыми стенами, и снова только шепот Тома, и его пальцы, сжимающие мои запястья. И снова я падаю вниз, во время не остановившись. Здорово повеселились. Вдох, выдох, я была уже близка к концу. Я положила ладонь на дверную ручку, медленно проникая в комнату. Том сидел на краю кровати, перебирая струны своей старой гитары. Он редко играл на ней, кажется, только в те моменты, когда ему было действительно плохо. Видимо, сейчас это был один из таких моментов. Мелодия была очень спокойная с налетом некой грусти. - Том, я тебе не помешала? – Он ничего не ответил, все больше погружаясь в музыку. Талантливые люди талантливы во всем. Это про него. - Ты спала с ним? – Я от неожиданности вздрогнула, поднимая свой взгляд на него. Мне трудно было понять, о чем он думает, и что последует далее. - Что? - Ты спала с этим пареньком Трюмпером? Я задал конкретный вопрос и жду прямого и честного ответа. Только не лги мне, Кристин. Я могу простить все, но вот ложь я не забываю. - С чего ты взял? - Потому что ты ночевала у него дома. - Господи, ты, что следил за мной? Том, на что ты еще способен, чтобы удержать меня рядом? Я теперь как кролик под надзором? - Нет, я просто присматривал за тобой. Я волнуюсь за тебя. - Том, все не так, как ты думаешь. И я достаточно взрослый человек, чтобы самой со всем справиться. - Да, я помню, как ты всегда справлялась с проблемами сама. Кажется, в день твоего совершеннолетия ты доказала мне в очередной раз, насколько ты ответственный человек. Я думаю, те парни оценили это по достоинству, да, и тело им твое явно пришлось по вкусу. Кстати, сколько их было? Двое, трое? Я думаю, больше, да, Крис? – Он хмыкнул, как-то горько усмехаясь. Интересно, как ему удается угадывать мои мысли? - Том, хватит. Ты обещал, что мы с тобой больше не будем возвращаться к этой теме. Я просто не рассчитала свои силы. - Ты просто хотела потрахаться, признайся. Тебе всего хочется по максимуму и тот раз не был исключением. Ты вообще думала о том, что делала? Сомневаюсь. Думаю, и с Трюмпером ты особо не задумывалась. Так все же он имеет тебя? Хм? Ожидаемо. - Нет, просто все пошло не так, как я планировала. - В жизни зачастую бывает совсем не так, как мы того хотим. Чего ты хочешь, Крис? - Я не могу принять это кольцо. Я не могу носить на своей руке то, чего еще не смогла заслужить. Оно не принадлежит мне. Я сомневаюсь, что твоя бабушка хотела бы, чтобы ты его надел на палец, такой как я. - Не говори этих слов. Не говори то, чего не знаешь. – Мы на грани истерики и слез. Мы вновь на грани, и я боюсь, что мы сорвемся. - Она одобрила мой выбор. Она всегда тебя любила, наверное, как и я. Апокалипсис намного ближе, чем думали мы с ним. - Я не могу, Том. Я тебя люблю, но оно должно быть на руке другой девушки. Я не смогу стать другой, я не смогу измениться. - Позволь это решать мне, и я не хочу, чтобы ты была другой, я хочу, чтобы ты была настоящей, той самой Кристин, какой ты являешься в действительности. Ты можешь для них играть кого угодно, но со мной это не прокатит, принцесса. Я не покупаюсь на эту игру. - Иногда мне кажется, что мы друг друга совершенно не знаем. – Я присела перед ним на колени, заглядывая ему в глаза. Мы оба вымотаны и устали. Мы оба продолжаем игру. - У меня ничего с ним не было, Том. Я хотела поехать домой с тем парнем, что недавно познакомилась. Я была близка к очередной измене, но не смогла. Не смогла. Понимаешь? - Так что же тебя остановило? Почему не смогла, объясни мне. - Кольцо на пальце и что-то, что не дает мне покоя последнее время. Что-то, что поедает меня изнутри, заставляя ежедневно возвращаться именно к тебе, словно мы связаны узами брака. - И что же это? – Том прижался к моим губам, проводя по ним языком. Каждое его прикосновение рождало сотни бабочек в моем животе. - Моя любовь к тебе. Я поехала к Биллу, чтобы не совершить ошибку. Я поехала к Биллу, чтобы все обдумать. Мне просто нужно было время. Мне трудно, Том. Ты ломаешь меня. Иногда я бегу от тебя, потому что мне кажется, что ты пытаешься посадить меня на поводок, но самое страшное, что я хочу этого. Меня пугает то, какую власть ты имеешь надо мной. - Ты боишься, что будешь зависима от своих чувств? Ты боишься того, что любовь становится приоритетней твоих вечеринок и так называемых друзей? – Я лишь кивнула, не зная, что ему ответить на это. – А ты думаешь, мне не страшно? Тебе кажется, что меняешься только ты, не замечая того, что окружающие тебя люди тоже становятся совершенно другими. Мне тоже страшно, но ради тебя я готов попытаться. Ради тебя я готов пойти на многое. Я боюсь, что вовремя не остановлюсь, и мы зайдем слишком далеко. Мне с тобой хорошо и это не просто комфорт, это что-то более сильное, что не дает мне покоя. Ты сводишь меня с ума. Твои фразы и жесты. Все в тебе сводит меня с ума, Иногда мне становится страшно, что я не замечаю никого кроме тебя. Я люблю тебя, и это не игра, это не очередное пари.Кто бы мог подумать, что, такой как я, сможет влюбиться, но это произошло, и если бы у меня был шанс все вернуть на круги своя, я бы им не воспользовался. - Мне страшно, Том. Я даже сама себе в этом не признаюсь. Я бегу от тебя, не потому что не дорожу нашими отношениями. Я трахаюсь с кем-то на стороне, не оттого, что мне мало тебя, я делаю это для того, чтобы лишний раз доказать себе, что ты не посадил меня в золотую клетку, заперев на ключ. Я делаю это только для того, чтобы почувствовать, что я все та же Кристин, которой привыкла быть, и ничего не изменилось. Я меняю жизни других людей, при этом боясь перемен в собственной жизни. Смешно, но я боюсь каких-либо изменений, тем более кардинальных. Зачастую я к ним не готова, потому что как ты уже успел заметить, я живу по сценарию, и не дай Бог, кто-то решится его изменить. Вдох, выдох, трудно признать свою слабость. - Так почему бы нам вдвоем не попытаться побороть свои страхи? Мы ведь сможем. - А если ничего не получится? - Ну, тогда у тебя будет лишний повод сказать мне «ну, я же говорила». Ты это очень любишь. – Я засмеялась, обвивая свои руки вокруг его шеи. Он потянул меня на себя, укладывая на кровать. - Интересно, у тебя всегда за пазухой припасено множество доводов в пользу своего мнения? - Я положила кольцо на его прикроватной тумбочке. Его пальцы легли на мои, слегка сжимая мою руку. - Не уходи от меня. Неужели ты не видишь, как я люблю тебя? - Такие как я никогда не меняются, и ты это знаешь. – В фильме в этот момент заиграла бы трагичная музыка, а в жизни все без звукового сопровождения и лишних спецэффектов. – Но почему-то именно такие как я по уши влюбляются в таких как ты. – Он засмеялся, переворачивая нас, и оказываясь сверху. - Я хочу тебя. Давно хочу. - Думаешь, стоит? – Мы с ним не могли решиться на то, чтобы заняться сексом. Наверное, каждый из нас боялся, что это окончательно привяжет нас друг к другу. - Не знаю. Чувствую себя девственником, у которого прежде никогда не было женщины. - Ну, такой роскошной уж точно не было. – Я ухмыльнулась, обнимая его. – Не сейчас. Я хочу, чтобы все было иначе. - Не хочешь, чтобы это произошло как в твой первый раз? Раны никогда не затянутся. - Ты не Марк и с тобой все будет иначе. Ты не он, ведь тебя я люблю. - Я тоже тебя люблю, принцесса. – И я вновь слышу, как громко бьется его сердце, словно отбивая ритм у меня в висках. – И я так просто тебя не отпущу. И я вновь держу его за руку, крепко сжимая пальцы. И я верю, что он не отпустит. Мы умеем жить так, словно прошлое не существует. Аминь.