Одна сатана

Единственным источником звука в кабинете была компьютерная мышь. Анатолий, погрузившись в чтение очередных документов, не замечал ничего вокруг — в том числе того, что солнце давно укатилось за горизонт, от чего в просторном кабинете стало темно. В очередной раз переключившись между двумя документами, он почувствовал резь в глазах. Анатолий выдохнул, затем откинулся на спинке кресла, снял очки. Прикрыл глаза, давая им заслуженный отдых. — Ир, скоро поедем, — бросил он, затем отложил очки на стол и помассировал виски, чувствуя, как с каждой секундой желание возвращаться к работе уходит всё дальше и дальше. Однако ответа не последовало. Анатолий повернул голову в сторону дивана, где ещё около часа назад устроилась его жена. Сейчас Ирина удобно лежала, упокоив голову на кожаном подлокотнике, подтянув под себя ноги и спала, тихо-тихо дыша. Анатолий улыбнулся против своей воли, затем покачал головой — вот кто мог подумать, что он до такой степени погрузится в изучение чёртовых договоров, что даже не заметит, как она уснёт? — Ир, — проговорил он уже на полтона тише, затем поднялся, а кресло отъехало в сторону, и от такого звука Ирина приоткрыла глаза. Моргнув несколько раз, она потянулась, затем слегка сменила положение, так как часть тела затекла. Затем почесала переносицу и посмотрела на своего мужа. — Который час? Анатолий, отодвинув в сторону ткань рубашки, бросил взгляд на часы. — Полдесятого, — проговорил он, затем внимательно посмотрел в её глаза, — сейчас, я дочитаю последний абзац, и поедем. Ирина неодобрительно посмотрела на него, затем бросила взгляд на пустой бокал из-под коньяка. Вообще, в министерстве она оказалась по рабочему вопросу, однако переговоры оказались до такой степени напряженными, что в качестве успокоительного Ирина не нашла ничего лучше, чем заявиться в кабинет к Анатолию и, отчаянно жестикулируя и изображая его коллег, рассказать о ситуации. Тот, увлеченный работой, сначала даже не стал вникать, бросив лишь «Ира, я занят», однако когда у него всё зарябило перед глазами из-за её агрессивного хождения по комнате, то пришлось подумать о более решительных мерах. Бутылка коньяка стояла на видном месте, как и стакан, но сам Анатолий пить не стал, да и ей позволил один бокал, после чего Ирина уже не говорила, а лишь шипела, затем и вовсе со словами «мне надо отдохнуть» прилегла на диван и, видимо, заснула. — Давай ты мне больше не будешь говорить про то, что я задерживаюсь на работе с бумагами, хорошо? — ворчливо отозвалась Ирина, нахмурившись. Анатолий тяжело вздохнул — разумеется, она была права. Но перед тем, как заключить сделку с новыми поставщиками, всё нужно было сверить досконально. — Ирина Алексеевна, ты же хочешь качественное оборудование в свой любимый Склиф, верно? Ирина неодобрительно на него покосилась, затем пожала плечами. — Как тебе диван? — поинтересовался Анатолий, затем полез в небольшой холодильник, обитый деревом, потому что чувствовал упадок сил. Коньяк оттуда давно переехал в шкаф, но не пропадать же возможностям. Ирина приняла сидячее положение, затем поправила волосы. — Мне кажется, что мой диван тебе нравится больше… и мне тоже! Этот какой-то, — её ладонь слегка надавила на чёрную кожу, — жёсткий. Анатолий усмехнулся, вытаскивая небольшую коробку. — Тем не менее, это не помешало тебе проспать на нём столько времени. — Толь, вот не начинай… я устала. Ой… — Ирина пошарила ладонями по дивану, потом по карманам брюк, — сейчас… я хотела там узнать про одну операцию. Скользнув по нему взглядом, Ирина покинула кабинет, забрав с собой телефон. — Да могла бы и остаться, — ей в след проговорил Анатолий, потому что всё равно планировал сделать перерыв, однако ответом ему стал стук двери. Пожав плечами, он направился к своему столу, планируя отужинать покупным салатом — привычка задерживаться на работе и беспокойства секретарши Инги на тему того, что алкоголь без еды может привести к нерабочему состоянию, поспособствовали появлению чего-то съестного в холодильнике. Ирина, тем временем, ходила туда-сюда по коридору, обсуждая с Ниной прошедшую операцию. Убедившись, что проблем с тяжёлым пациентом не возникло, она снова вернулась в кабинет. — Толь, — Ирина проверяла пропущенные вызовы, не смотря на него, — давай, закругляйся, дома досмотришь… — Я ем, — спокойно уведомил её Анатолий, снова надев очки и бросив взгляд на экран. Ирина не уловила его слова сразу и только когда убрала телефон, подняла на него взгляд. Губа дёрнулась. — Что? — Я ем, что непонятного? На удивление, салат был всё еще весьма съедобным. Ирина моргнула, затем заправила прядки за уши, прикусывая губы изнутри. — И откуда вот это… я думала у тебя кроме конфет тут нет ничего, — растеряно пробормотала она. Анатолий тяжело вздохнул, затем поднял на неё взгляд. — Дай поесть спокойно! Доем, отправлю документ себе и поедем. — Нет, ты сейчас серьёзно? — Ирина нервно подошла к столу, начиная отстукивать мелодию из своей головы по деревянной поверхности подушечками пальцев, — с каких пор ты питаешься полуфабрикатами? Анатолий бросил взгляд в её глаза, затем подцепил очередной сухарик, прожевал и усмехнулся. — Что тебя не устраивает? Что я ем? Хочешь? Вкусно, между прочим. Ирина отрицательно мотнула головой. — Ты вот… ты понимаешь, какую гадость ты сейчас ешь?! — глаза сверкнули, — и откуда вот это… ты же даже не знаешь, кто это готовил и какой химией это накачено! Анатолий тяжело вздохнул, затем оставил вилку в коробке и посмотрел на неё. — Ир, ты чего завелась-то? Я же тебя не прошу мне, — жестикулировал рукой, — мне на работу еду приносить, правда? — вернулся к своему ужину, стараясь не пересекаться с ней взглядом, потому что это могло быть чревато, — а между прочим кто-то мне говорил, что очень хорошо готовит… Ирина выпрямилась, часто-часто заморгала, затем скрестила руки на груди. Она тяжело дышала, пытаясь понять, что сейчас сказать, пока Анатолий самозабвенно уничтожал салат, потому что предыдущий приём пищи был часа в два дня, на встрече. — Сколько ж можно есть-то! — проворчала она, затем обогнула стол и подошла к окну, наблюдая за вечерней Москвой. Внезапно захотелось домой ещё сильнее. — Сколько можно, столько и нужно, — усмехнулся Анатолий, — ты точно не будешь? — Я не буду есть эту гадость! Конечно, я же доставщик органов. Ищи тебе потом новый желудок. Анатолий тяжело вздохнул, затем закончил с трапезой, потом поднялся. Меньше всего хотелось сейчас вспоминать господина Кривицкого. — Я не первый раз ем этот салат, как видишь, — его ладони осторожно легли на её талию, — со мной всё в порядке. — Ага, — Ирина дёрнулась, однако вырываться не стала, наоборот сильнее прижалась к нему. Анатолий по привычке уложил подбородок на её плечо. — Что ты там опять устроила на докладе? — с лёгкой толикой раздражения проговорил он, — я опять завтра услышу пару ласковых про госпожу Аленикову? — Нет! Я ещё в тот раз всё поняла, — лукаво ответила Ирина, затем развернулась. Анатолий осторожно упокоил ладонь на её щеке, внимательно смотря в её глаза. — Ир… ты опять? Ну я же тебя просил! — он старался не повышать на неё голос, однако по тону стало понятно, что начинает раздражаться, — нельзя было сначала со мной поговорить?! — Ты же занят! То ешь, то пьешь, то… — То спишь, то за бумагами, — быстро нашёлся с ответом Анатолий, смотря в её глаза с усмешкой, — тебе не кажется, что у нас какая-то круговая порука? Ирина прикусила губу, затем попыталась подавить улыбку, но уже через секунду рассмеялась и уткнулась ему лбом в грудь. Анатолий одной рукой прижал её к себе за талию, а второй провёл по волосам. Сейчас им обоим было так спокойно, хорошо, в руках друг друга, и хотелось, чтобы мгновение остановилось. — Поехали домой… Кота ж кроме меня никто не покормит! Я же тебе для этого нужен… ну и чтобы томограф получать. — Дурак! — возмущенно проговорила Ирина, вздёрнув нос. Анатолий тяжело вздохнул — с ней было не просто. Затем наклонился к ней, а подушечки пальцев нежно гладили её щёки. — А ты Афина, — тихо проговорил он, едва ощутимо касаясь её губ. Ирина с готовностью ответила, погладив его по плечам. Почувствовала, как пробежались мурашки и, кажется, передались ему. Сейчас оба чувствовали, как по телу разливается тепло. За окном полил дождь. — Но даже не думай, — бросил Анатолий, крепко держа её за руку, когда спускались по широким ступенькам лестниц министерства, — что тебе удастся загладить свою… Ирина прикусила губу. — А я не думаю, я знаю, — усмехнулась, сжимая в ответ его ладонь. Кот дома в сотый раз пытался взобраться на холодильник.