Карантинопись

Часть8 Мы перестали считать дни, они просто проносятся перед самым носом пестрой кинолентой, лихо выписывая серпантинные па и удаляясь прочь. Думала вести отсчет по щетине мужчины, но и он все обнулил, побрившись. Так о чем это я? Ах да. Ванная комната напоминает останки общежития им. Бертольда Шварца, вот уже неделю, как мужчина, рьяно и залихватски, словно лидер французской революции, сорвал всё покрытие с из без того многострадальных стен. Жить без полочки мы как-то приспособились, в тазике даже как-то и привычно стало, а вот аромат мокрых стен напоминает мне о малой родине и её бесконечных дождях в любое время года. Чтоб хоть как-то отвлечь меня от изнуряющих его моих изучений “ремонта для чаников”, мужчина приволок мне пазл с изображением себя любимого. Сколько Апполона я не собирала, а Маугли у меня получился достойный, только, как на зло, потеряла один пазлик, и все бы ничего, так угораздило же меня потерять именно “центр плавочек”! Пришлось еще кроме того, как ровнять стены, изучать как готовить крем-брюле в кустарных условиях, “центр”- то я, конечно, нашла, только осадочек остался! Немного о высокой кухне, ну как высокой, нормальной, для типовых квартир – 2,50. Но вернусь к изысканному, мы скатились с фаршированных гусиков и французских супов до пирожков с картошкой. Женщина считает, что до борща, в его самом банальном исполнении, неделя максимум осталась, the countdown, как говорится, is on. А как на карантине деградируете вы? Вчера прекрасные, стабильные как золото и привлекательные как бриллианты стейки #KOROVA “уравновесили” шампиньонами и луковыми кольцами темпура, проще говоря, с жиру бесимся. Начали есть ростки горошка, возможно, рассмотрим веганство, но это не точно. В Шаббат пели песни Боярского, ну как пели, я предлагала, мужчина пел – женщина прозревала! Но мужчине простительно до этого он 36 часов проработал в режиме марафонца, за исключением того, что подготовка у него как у Ильи Муромца – лежал на печи, с мыслями собирался. Вчера полдня составляла списки по ликвидации постреволюционной травмы ванной, прислала мужчине, прочитала “контрольный” вслух. Не говорил со мной, пока не настала глухая ночь, а примирительные стейки не заманили мастера к делу. Сегодня доброволец отправился на охоту, собирали всей семьей, проверяли по новому списку требований, мужчина сказал, что так не собирался даже в зоне военных действий. И вот ожидание в этот вечерний час, снизошло на меня откровением вдохновения, по сим и пишу, документируя о событиях моих мирских. Продам санки – дорого, т.к. к концу карантина могут услужить службу добрую.