алохомора

Для ушей Юты нет звука приятней, чем раздражённое шипение «Накамото». Особенно, когда за этим следует идущий по коридору, пыхтящий и измождённый с виду Доён. Его значок Старосты отражает мягкий блеск от факелов, висящих вдоль холла. Губы Юты изгибаются в нахальной улыбке, когда он прислоняется к стене. Его руки скрещены на груди (в той крутой небрежной манере, которую он, признаться, тренировал перед зеркалом). — Накамото, — ещё раз шепчет нахмуренный Доён, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. Он прочищает горло и поправляет воротник своей изумрудно-чёрной мантии. — Ты знаешь, сколько сейчас время? Юта ведёт бровью и моргает, разыгрывая непонимание. — Без понятия, Ким. Просвети. — Уже давно пробил комендантский час, — прошло только двадцать минут после отбоя, но Юта не стал это подчёркивать. — Ты видишь вокруг других студентов? — Он вскидывает подбородок в сторону конца коридора, показывая Юте, насколько там пусто. — Нету абсолютно никакой причины тебе быть вне постели прямо сейчас. — Ты здесь. — Это моя обязанность, — ворчит Доён. — У Старост есть особое расписание ночного дежурства, чтобы убедиться, что никакие… — он прищуривается — … подозрительные персонажи не бродят здесь. — А. Так кто-то ворчит, потому что не спит по ночам? — Юта, клянусь… Его обрывает открывающаяся в конце холла дверь. Она скрипит так ужасно знакомо, как делает только дверь в подземельях Профессора До. Он неразличимо говорит что-то, и другой голос ему отвечает. Прежде чем Юта даже успевает подумать о том, чтобы помолиться высших силам о защите, Доён хватает его за запястье и тащит по коридору. Он открывает дверь, о существовании которой Юта и не знал, и толкает того внутрь. Он заходит следом, толкая Юту дальше в тесную комнату, и тихо прикрывает дверь за собой. Юта выдыхает, не заметив, как вообще задержал дыхание, и оглядывается, насколько это возможно в темноте. На стенах висят полки, устремляясь к очень высокому потолку. Все они были заставлены банками и резервуарами. Кладовка, предполагает Юта, вглядываясь в что-то похожее на склянку с какими-то волосами или шерстью. Только когда сердце Юты успокаивается, он понимает, что у Доёна не было бы проблем. Он мог сказать Профессору До, что отчитывал Юту за такое позднее нахождение вне комнаты. Он наконец смотрит на младшего, который выглядит так, будто изо всех сил пытается прочитать названия на полке над головой Юты. — Ты помог мне. — О, — громковато отвечает Доён. Он поднимает руку и закрывает ею рот, приглушая голос. — Я, эм, не хотел, чтобы у тебя были неприятности… — О, — ухмыляется Юта и делает шаг ближе в итак узкой комнате. — Ты потеплел ко мне? Доён издаёт звук между шипением и смешком. — Ну… как капитан команды по квиддичу ты несёшь гордость Слизерина на своих плечах. Будет плохо, если другие факультеты увидят, что тебя отстранили от игры или взяли под стражу. И если на игру придут скауты, то… — Люмос, — шепчет Юта. Он держит свою палочку, освещая их обоих. И конечно, щёки Доёна были покрасневшими. Его глаза панически расширяются. Юта думает, что Тэн был прав — Доён впрямь выглядел немного как кролик. Мило. — Убери это! — шипит Доён. — Дверь закрыта, — произносит Юта чуть громче шёпота. — Они не смогут увидеть… Доён тянется и прикрывает своей рукой рот Юты, его глаза нервно мечутся из стороны в сторону с тем, когда голоса снаружи становятся громче. Юта замирает на месте. Как бы он ни любил играть на нервах Доёна, не было ничего хуже наказания Профессора До. И Доён был прав насчёт скаутов в играх — Юта не мог упустить ни единой возможности. Доён прикусывает нижнюю губу, когда двое мужчин проходят мимо двери. Cлова наподобие Сонный Сквозняк и эксперимент просачиваются через дверь (Юта не то чтобы обращает внимание — кожа Доёна мягкая и немного прохладная, и его кожу покалывает от прикосновения). Он смотрит на Доёна, отмечая его лицо и тени, отбрасываемые на него, от его глаз, устремлённых на дверь, вниз по склону носа, нежную форму губ. По ощущениям проходит пять минут прежде, чем Доён вздыхает и отпускает руку. Он устало смотрит на Юту. — Почему ты здесь, Юта? Юта улыбается, на это раз с нежностью. — Я хотел увидеть тебя, — честно отвечает он. — Тэн сказал, что сегодня твоя смена. — Его улыбка только растёт, когда краска опять приливает к лицу Доёна. — Тебе надо было увидеть меня именно сейчас? — Доён говорит строго, но он не может скрыть, что его губы тоже изгибаются в улыбке. Они сходили на свидание две недели назад. Было мило, ничего очень серьёзного. Они гуляли вместе по Хогсмиду. Юта купил Доёну сливочное пиво. Доён потянулся за рукой Юты и держал её. Просто и незамысловато для первого свидания. У Юты определённо была та искра, о которой все говорят. Он хочет почувствовать это снова. Но… — Это единственное время, когда я мог, — Юта чувствует, как падают уголки его губ. — С тех пор как ты типа избегаешь меня. Доён моргает. Он открывает и закрывает рот несколько раз. — Я не избегаю тебя, — он хмурится. — Я просто был занят. Обязанности Старосты занимают больше времени, чем я предполагал. Юта закатывает глаза. — Каждый раз, когда я пытаюсь провести с тобой время в Гостиной, ты говоришь мне про обязанности Старосты. Или спрашиваешь меня, сделал ли я домашку. — Ну ты во время обедов всегда со своей командой, — возражает Доён. — Ты даже — ты даже по-дружески кивнул мне, когда я пытался заговорить с тобой. — Это часть сплочения команды, — Юта делает шаг вперёд, Доён же — назад, упираясь спиной в полку. — Я капитан, и если я не буду поддерживать традиции, то никто не будет. — Я вообще тебе нравлюсь? — Доён прищуривается. — Или то свидание было каким-то странным розыгрышем? — Что? — Юта чувствует, как опускается его желудок (ощущения такие же, как и его первое падение с метлы, разница лишь в том, что сейчас он твёрдо стоит на ногах и вместо сломанной руки он мчится к рушащимся отношения, ещё не успевшим толком начаться). — Конечно, ты мне нравишься. Ты мне очень сильно нравишься. Доён смотрит на него несколько мгновений, потом мягко вздыхает, и его плечи расслабляются. — Ты мне тоже нравишься... очень. Между ними повисает тишина, и Юта неуверенно тянет Доёна за рукав. Он знает, что иногда может быть гордым до предела и Доён настолько же упрямым. Но он правда хочет, чтобы у них получилось. Юта вздыхает. — Мне жаль. — Мне тоже, — быстро говорит Доён. — Нам нужно общаться чаще. И находить время друг для друга. И быть честными. — Я согласен. — Юта приподнимается на цыпочках и прижимается к щеке Доёна в целомудренном поцелуе. (Это всё ещё немного странно — всего лишь в прошлом учебном году они были приблизительно одного роста. Но за лето Доён вытянулся, его длинные конечности и широкие плечи выглядывают из-под мантии). Доён усмехается, улыбаясь достаточно широко, чтобы стали видны дёсны, и качает головой с, Юта надеется, нежным раздражением. — Пошли. В коридоре пусто. Я провожу тебя до Гостиной. В этот раз Доён берёт Юту за руку, свободно переплетая их пальцы. Он ожидал, что Доён будет спешить, но тот неторопливо идёт, раскачивая руки между их телами. — Что ты делаешь в субботу? — мягко спрашивает Доён. Его щёки слегка покраснели. — У нас тренировка утром, ты можешь посмотреть, если хочешь. — Юта сжимает руку Доёна. — И мы могли бы заняться чем-то после…? — Хорошая идея, я постараюсь прийти, — робко улыбается Доён. Он известен в общежитии Слизерина, как любитель поспать утром выходных — насколько ему позволят обязанности Старосты и домашняя работа. Они останавливаются перед портретом-входом в Гостиную. Никто из них не двигается, чтобы уйти. — У меня всё ещё осталось тридцать минут до конца смены… — Доён облизывает губы. Юта мягко напевает, — Удачи защищать коридоры, Староста, — подмигивает он. Доён усмехается. — Да, спасибо, — он делает шаг ближе и свободной рукой обхватывает лицо Юты. Юта инстинктивно льнёт к прикосновению. — Ты собираешься поцеловать меня? — С радостью, — отвечает Доён. Он улыбается шире, когда Юта накрывает его руку своей, поощряя. Он целовал людей раньше. Он знает, чего ожидать. Но это не останавливает Юту от того, чтобы резко вдохнуть, когда Доён прикасается своими губами к его, сладко и нежно. Он протягивает руку и запутывает пальцы в одежде Доёна, удерживая того на месте, когда он тянется за поцелуем. Он раздвигает губы и уговаривает Доёна сделать то же самое. Юта слегка улыбается, когда Доён издаёт мягкий звук в глубине своего горла и проводит языком по языку Юты, обнимая его за талию и углубляя поцелуй. Первым отстраняется Доён с расширенными зрачками и припухшими губами. Он выглядит до забавного мило. Юта хочет поцеловать его ещё раз (и ещё, и ещё, и ещё). — Как же мне теперь уснуть? — шепчет Юта. Его щёки потеплели. Доён мягко смеётся. — Доброй ночи, Юта. — Увидимся на завтраке? — Если я проснусь вовремя. — Я прослежу за этим. — Вы двое уже закончили? — полусонно ворчит портрет позади них. Доён легко усмехается, и Юта ухмыляется, наклоняясь, чтобы оставить ещё один поцелуй на его губах, прежде чем развернуться и зайти в Гостиную. — Доброй ночи.